Противостояние

Иван Иванович, эйджист и лукист, прославился скандальными статьями в адрес всевозможных уродов. Статьи эти были разоблачительными, клеветническими и высокомерными.

Как-то раз Иван Иванович вышел из дома. За порогом его караулил карлик, пожилой и горбатый.

— Я давно за вами слежу! – запищал он без предисловий. – Как вам не стыдно!

— Кто вы такой? – прищурился Иван Иванович.

— Я горбист, — ответил карлик. – Теперь вам плохо придется!

Не говоря ни слова больше, Иван Иванович пошел своей дорогой. Он завернул в кафе, где снял пальто и заказал кофе с булочкой. Позавтракав, он снова оделся и отметил, что пальто у него какое-то необычно тяжелое. Иван Иванович был занят абстрактными человеконенавистническими мыслями и не стал вникать. Но через пять минут он повстречал на бульваре знакомого лукиста и эйджиста.

— Что это с вами? – неприятно поразился тот. – У вас, простите за выражение, горб!

Переполошившись, Иван Иванович сорвал с себя пальто и вытряхнул горбиста. Тот успел пригреться и задремать, да и самому Ивану Ивановичу, что греха таить, стало с ним как-то тепло и уютно.

Отвесив горбисту пинка, Иван Иванович быстро зашагал на рынок.

Там он спросил картошки. Торговка сунулась под прилавок и принялась насыпать. Через пару минут она вручила ему увесистый мешок. Приняв его, Иван Иванович подумал, что получилось как-то тяжеловато. Он заглянул внутрь и обнаружил горбиста, который хитро смотрел на него из гущи корнеплодов.

Иван Иванович не поленился дойти до ближайшей помойки. Там он вытряхнул содержимое мешка в мусорный бак.

Слушая проклятья в свою спину, Иван Иванович помчался домой. Нецензурная брань сменилась мелким топотом, и он припустил во весь опор. Еле успел. Захлопнув дверь, Иван Иванович привалился к ней ухом. Горбист скребся под дверью и угрожающе попискивал.

Остаток дня Иван Иванович провел в расстроенных чувствах. Он выходил в прихожую, прислушивался. Наконец наступила тишина. Он осторожно высунулся: пусто. Тогда, облегченно вздохнув, Иван Иванович решил пойти в кино. Он снова оделся и вышел.

Перед крыльцом высился подозрительный бугор, которого раньше не было. Хлебнувши лиха, Иван Иванович предпочел его обойти, но кочка проворно сдвинулась прямо под ноги. Иван Иванович упал и непоправимо, неизлечимо разбил лицо.

Кочка глянула на него острыми глазками.

— Ну и рожа, — обличающе пропищала она. – Нет такой партии!

 

© март 2019