Градус внимания

— Внимание, — вздохнул Главврач. Он покачал кудлатой головой, воздел бородавчатый палец, а шею затем втянул уже окончательно, в самую свою бочкообразную клетку. Она исчезла, шея. Бородка слилась с рыжеватой грудной порослью.

— Внимание, — вздохнул он еще глубже, как будто эта мысль, это открытие сию секунду пришло ему в голову. Но это было не так. Планерка молчала. Откровение начальника звучало дважды в неделю, и всякий раз преподносилось как невидимая, но увесистая скрижаль.

— Люди хотят внимания, — укоризненно молвил Главврач. – Вот у нее ничего не болело, а хотелось внимания. И вот вам отзыв: доктор очень внимательный, но плохо нажал. Как раз где болело, там и не нажал!

— Я… — подал голос хирург.

Главный не стал его слушать.

— Мы маленькая частная клиника. К нам идут за тем, чего не находят нигде. За вниманием! Вы знаете, сколько мы тратим на рекламу, чтобы заполучить единственного клиента? Это вообще нерентабельно! И если уж он приходит, мы обязаны облизывать его, не выпускать. Я вот вообще три года не имею прибыли. Вы это осознаете?

Терапевт покосился в окно, где виднелся новенький мерин Главного.

— Приходят старушки, — продолжил Главный. – Им хочется поговорить. Спросите, что с них возьмешь? У старушек есть дети! Старушка расскажет на лавочке! Сколько раз, изо дня в день я объясняю вам эту простую истину. Разденьте, уложите, подвигайте ноги, колупните вросший ноготь! Вот история вашей тезки, Нина Гаевна. Вот она пишет: рук не вымыла, тряпочку не подстелила, не вопросы отвечала непонятно… Пахло табаком – это вообще что такое? От геморроя отмахнулась…

— Это я Нина Гаевна, — подала голос докторша средних лет, затянутая в синюю ленту вместо положенного медицинского кушака.

— Эта ваша форма одежды… Что значит – это вы?

— Не тезка. Это я приняла саму себя. Провела через кассу, осмотрела, назначила обследование и лечение. Потом меня обзвонил центр контроля качества, и я оставила отзыв.

Главврач завалился в кресле, сцепил на пузе пальцы. Его короткие ножки в миниатюрных ботиночках непроизвольно дернулись.

— Зачем?

— Для взгляда со стороны. Чтобы отследить ошибки. Я тоже не нажала, где больно, потому что уж очень больно.

Лицо у Главного сделалось фиолетовым.

— Вы издеваетесь,- проворковал он. – За это из вас вычтут.

— А собственно, почему?

— Вычтут! – гаркнул он и вытер лоб платком. – Но ничего. Сегодня вас ожидает особой сюрприз. Это будет тренажер. Мы заплатили технологам, и все вы сейчас пройдете тренинг на роботе, который требует к себе повышенного внимания. Все ваши косяки будут безжалостно фиксироваться и караться рублем.

— Вы имеете в виду психологов? – уточнил невролог. – Тех, что сулили нам супертренинг с погружением… Полную иммерсию с катарсисом на выходе.

— Их тоже, — кивнул Главный. На его лицо вернулось обычное, коварное и обманчивое благодушие. – Они работают в тандеме, поскольку это мода и тренд. Это умный робот, запрограммированный на ваши промахи. – Он снял рубку: — Введите!

Дверь распахнулась, и дюжий грузчик вкатил в маленький конференц-зал огромный ящик. Сам он деликатно отступил в сторону, распушил усы и поправил в нагрудном кармане комбинезона гаечный ключ. Ящик был железный, на колесах, с лампами и почему-то с пышной бородой. На груди, спине и в паху тоже росли мочального вида волосы.

— Вот и наш тренажер, — потер руки Главврач. – Сейчас вы, коллеги, проведете прием и осмотр. А мы послушаем и поглядим. Нина Гаевна, вам и карты в руки за инициативу. Начинаете!

Врачиха покорно взяла блокнот.

— Ваше имя, фамилия, отчество…

— Сначала представьтесь, — проскрежетал ящик.

Главный удовлетворенно сделал пометку.

— И возьмите у меня информированное согласие на ваш прием, — продолжил робот.

— О, простите, распишитесь вот здесь…

— Это что? – покосился тот.

— Бумага. О том, что вы в курсе и не возражаете…

Аппарат простер суставчатую руку и нехотя нацарапал «Я, робот».

— Итак, на что вы жалуетесь?

— На что я жалуюсь? – издевательски рассмеялся прибор. – Да не все! Гардероб не работает, полы мокрые, очередь восемь рыл…

Главврач зловеще взглянул на старшую сестру. Та побледнела.

— Мы учтем все ваши пожелания и вышлем электронный ответ, — быстро пообещал Главный. – Давайте к сути. Что вас беспокоит?

— А сесть можно?

— Конечно, присаживайтесь, — хирург схватил стул и подскочил к аппарату.

— В тюрьме сидели? – мигнул тот лампой.

— То есть как?

— Так в тюрьме выражаются, а нормальные люди предлагают садиться.

— Садитесь, — хором взмолились все.

Автомат неуклюже взгромоздился на кушетку.

— Вот история моей болезни. – Он предъявил папку толщиной в бицепс культуриста. – Между прочим, вы мне не подстелили клеенку. У меня недержание.

— Клеенку! – скомандовал Главный, и та явилась, и была подсунута под робота.

— Уважаемый, — елейный голосом пропела докторша. – Боюсь, нам не хватит времени ознакомиться со всеми вашими документами. Доложите, пожалуйста, главное.

— Главное – вши, — буркнул ящик.

— Простите?

— Вы плохо слышите? Вши. Они повсюду – в бороде, под мышками, в мудях. Я слышал о вашей клинике только хорошие возгласы… я имею в виду – громкие… и требую немедленно избавить меня от вшей.

Главврач заерзал в кресле и повернулся к дерматологу.

— Каюм Оганесович, история по вашей части…

— Он сам чесался, — немедленно заявил робот.- Пусть наденет три пары перчаток. Еще у меня болит вот тут, сзади.

— Этим сейчас же займется наш хирург. Олег Борисович, начинайте осматривать пациента. А вы, Каюм Оганесович, обработайте руки и принесите дезинфицирующий раствор.

— В кладовке на средней полке, — подсказала старшая сестра.

— А где цветы на окнах? – огляделся робот и замигал лампочками. – Где санитарные плакаты?

— Олег Борисович, умоляю вас.

Хирург уже подкрался к роботу сбоку.

— Где болит? – осторожно осведомился он.

— Вы врач, вам и виднее, — огрызнулся тренажер.

Тот осторожно ткнул его пальцем в металлическое плечо.

— Не здесь, ниже.

— Тогда здесь?

— Ниже, вам говорю! Вы невнимательно меня смотрите! Где градус обещанного внимания?

— Невролог, помогите ему, — приказал Главный.

— Пусть он встанет тогда, — пожал плечами тот. – Встаньте, пожалуйста.

Робот нехотя сполз с койки.

— Только гоняете друг к другу, — проворчал он.

— Здесь больно? Здесь? Здесь? – затараторили невролог и хирург.

— Нет, не здесь! Да, правду я слышал – где больно, там-то и не нажимают!

— Вот! – поднял палец Главврач. – О том и речь! Никого внимания. Так, побалакать о том, о сем, и вроде бы все замечательно, на уровне, а как до дела – до свидания. И вроде бы все цивильно, а пациента нам впредь не видать. Дайте я сам!

Он выпрыгнул из кресла.

— Не геморрой ли у вас?

— Геморрой был у меня, — робко напомнила Нина Гаевна.

— Дойдем и до вас. Какая разница. Больного смотрим с ног до головы!

Вошел Каюм Оганесович с бутылью ядовитой жидкости.

— Повремените, — отмахнулся Главный. Он оценивающе обошел вокруг робота, остановился сзади, примерился. – Видите эти точки на месте лопаток? И третью, на месте геморроя? Смотрите и учитесь! Двумя руками я берусь так, а коленом – сюда. И – ррраз!…

Под мощными руками панель отлетела, и прямо в объятия Главного с истошным воем свалился из ящика начальник АХЧ. Он был весь красный и раздет до белья. В тот же миг на него обрушился душ из ядовитой бутыли.

— Это что? – отскочил Главный. – Это как понимать?

— Уговор был другой, — прокричал начальник, воя от боли. – Уговор был навешать этим горе-врачам! Не лейте сюда, здесь провода!

Но уже заискрило. Начальник АХЧ забился в корчах и вытаращил глаза.

— Сэкономили на Школе Мастерства, — змеиным тоном подытожил заместитель по маркетингу. – А я ведь предупреждал. Там, в этой Школе — уж вши так вши. Там Киборги так Киборги!

Не дожидаясь ответа, он пошел писать по собственному желанию.

 

 

© февраль 2020