Эхстрим

— Эх, Степан Иванович! – проскрежетала плазменная панель. – Оганесов. Полюбуйтесь, чем занимается Степан Иванович.

Солодов сидел к ней спиной и перечеркивал крестиком революционные ячейки. Пока отчитались восемь. Девятнадцать помалкивали. Ячейки были соединены стрелочками, и в целом получалась хитроумная паутина. Представление о всей структуре имел только Солодов. Он прикрывался локтем от дрона, который подрагивал под потолком.

На панели вспыхнули титры: «Эхстрим. Утренний выпуск». Затем появился обещанный Степан Иванович Оганесов. Он занимался онанизмом на вокзале, в комнате матери и ребенка.

— Эх, Степан Иванович, — повторила панель, на сей раз угрожающе. – Этот стрим выйдет вам боком. Даем ориентировку по Степану Ивановичу…

Замелькали личные данные.

Солодов порвал схему на мелкие кусочки и съел.

— Люба! – крикнул он, услышав, как отворилась входная дверь. – Кто там пришел?

Но вместо Любы в комнату ворвались громилы в касках и масках, закованные в бронежилеты. Они схватили Солодова и поволокли к выходу. В коридоре они больно толкнули Любу, которая жалась к стене.

— Шевелись, гад! – выдохнули из-под каски.

Как обычно, Солодова затолкали в смертельно бледный фургон с зарешеченным окошком. Процедура была знакомая, и Солодов криво улыбался. Успела собраться небольшая толпа, неведомо как узнавшая о захвате. В ней виднелись и низовые революционеры. Эхстримистские дроны сосредоточенно жужжали, снимая и транслируя происходящее.

— Так победим! – выкрикнул Солодов из фургона.

Он приготовился отсидеть очередные пятнадцать суток за недонесение о личном намерении организовать шествие. Судя по всему, домашних дронов он прихлопнул не всех, и сколько-то наногадости уцелело.

Бойцы взялись за дверную створку.

— Боритесь! – крикнул Солодов. – Дроны копаются в белье ваших сыновей и матерей! Нет государственному шантажу! Долой телеканал «Эхстрим»!

— Это тебе дорого обойдется, — пообещал старший, и дверца захлопнулась.

Солодова доставили в участок – опять же давно знакомый. Следователь тоже встретил его, как родного.

— Эх, Солодов, — многозначительно промолвил он, качая головой. – На этот раз ты влип.

— Попрошу адвоката и прессу, — сказал Солодов.

— Будет тебе пресса, — закивал следователь, откидываясь в кресле. – Знаешь, где у тебя дрон? В тамбуре между входными дверями, над пятачком. Он снимает в инфракрасном режиме, очень маленький и прячется в правом верхнем углу.

— Адвоката, — повторил Солодов.

Довольный следователь сплел пальцы на животе.

— Это кино разошлют по всем твоим адресам, Солодов. Друзьям и знакомым на почту, всей родне. «Эхстрим» уже готовит специальный выпуск. Эх, Солодов! – причмокнул он.

Солодов уже молча смотрел на него.

— А не надо протестовать, — назидательно продолжил следователь. – Ты и сам видишь, какая это удобная и полезная для страны штука – стрим. Зачем же шуметь? Неужели ты хочешь Родине зла?

Он взялся за пульт.

— Сырая версия уже у меня, — подмигнул. – Давай посмотрим!

Панель зажглась, но вместо Солодова показала почему-то следователя. Тот был в семейных трусах по колено. Стоя дома посреди комнаты, он самозабвенно пил помои из ведра. Напившись, поставил ведро и заплясал вокруг него вприсядку.

Тот следователь, что был во плоти, побледнел и покрылся испариной. Тотчас же в кабинет вошли те самые сатрапы, что брали Солодова. Они обратились к следователю со словами:

— Допрыгался, гад? Руки на стол! Говори, куда положил миллион!

— Эх, товарищ следователь! – проговорили с экрана. – Эхстрим еще не закончен, дорогие телезрители. Смотрите, что он в частном порядке и в нерабочее время делает дальше…

Экранный следователь взялся за трусы, и даже бывалая группа захвата отвернулась. Солодов машинально встал.

— Пошел отсюда, — бросил ему старший. – Тоже тварь…

Не дожидаясь нового приглашения, Солодов выскочил в коридор. Туда уже налетело видимо-невидимо дронов.

Телефон у него отобрать не успели.

— Люба, — бросил он, быстро шагая к выходу. – У нас между входными дверями дрон. Под потолком. Там, где мы… И я, когда один, и ты… Не помню, был ли Григорий Николаевич…

Далекая Люба охнула.

— Дрон там недавно, иначе уже пошел бы эхстрим. Возьми швабру и прибей его сейчас же, — распорядился Солодов. – И остальных, кто приходил, предупреди. Проветрить не забудь на всякий случай. А все, что у нас… ну, ты знаешь. Сложи в мешок и снеси на помойку.

 

© август 2018