Моцарт и семья Свистунов

Европейский дневник 2019

  1 Водораздел

 

Я редко выезжаю и ловлю себя на чувстве неполноценности. Все мое окружение – фигуры, которые обитают преимущественно в информационном поле – буквально не вылезает из-за границ. Для них это модус, хабитус и все такое. А я как замшелый пень. Мне в новинку всякое пересечение рубежа. Даже просто постоять и подержаться за пограничный столб – уже событие.

Вот и нынче, миновав паспортный контроль, я замер в предвкушении знаков.

Сейчас начнется! Уже и атмосфера не та, хотя еще Пулково.

Необычное не заставило себя ждать. Из кабинки мужского туалета вышел мужчина с девочкой лет четырех-пяти. Он вел ее за руку.

На всякий случай я проверил, туда ли я сам зашел. Туда. Ну, что ж! Европа есть Европа. Я вышел следом.

Мужчина подвел девочку к маме, сидевшей на лавочке.

— Ну, как? – осведомилась мама на чистом русском языке.

— Там водичка была, — пролепетало дитя.

Я не стал разгадывать секреты этого просвещенного семейства. Не по голове шапка.

 

 

2 Голодный край

 

Мы вылетели в Прагу, и Прага встретила нас неприветливо по той причине, что это оказалась не Прага, а Пардубице. Надо смотреть, куда самолет. Почем я знал? Мне показалось, что это название аэропорта. Аэропорт везде как-нибудь называется. В Риме он Фумичино, в Лондоне – Хитроу, а у нас вроде бы Пулково имени Достоевского, как-то так. Я решил, что и здесь будет нечто подобное. Откуда мне знать их села? Сломаешь и мозг, и язык в произвольной последовательности.

Это крохотный аэродром, вроде бы даже военный – вроде того под Питером, возле которого мы собираем грибы. Мы услышали об этом краем уха. Похоже на правду. Местные вояки решили подзаработать и быстренько наладили пограничный контроль с дьюти-фри. Мне показалось, что кроме нас туда никто и не летает. Наш самолет встал одиноким огурцом на брезентовом поле.

Прага была бы нам рада, появись мы пораньше, но нас привезли в нее ближе к ночи. Мгновенно выяснилось, что в эти мрачные часы там просто нечего есть. Все закрыто. Я облился слезами, укоряя себя за недобрые высказывания в адрес питерской шавермы и круглосуточных подвальчиков. Конечно, в центре что-нибудь, да работает, но нас поселили на окраине, в спальном районе тружеников-пражан. Сердце обливается за них кровью. После одиннадцати ни выпить, ни закусить!

В каком-то кабаке, который уже закрывался, мы выпросили кружку пива и пакетик чипсов. Увидев чипсы, работница пансиона бросила: «Все ясно» — и сварила нам сосиски. Добрая женщина! Они там все ничего, только немного напряженные, с Западной Украины.

К нашим в Чехии относятся неплохо. Мы им делаем приличную кассу. Нас там даже больше, чем дома! По-моему, даже больше, чем китайцев. Те бродят стадами, а наши – россыпью. Невыносимо.

 

3 Дрезден

 

Забегая вперед, скажу, что мы побывали и в Дрездене. Дело было 8 мая – первый праздник Победы, который я встретил не только за пределами Отечества, но и в границах Фатерлянда. Никаких подобающих знаков мы там не увидели.

О Дрездене я расскажу очень кратко, хотя мы посетили картинную галерею. Возле нее стояла палатка с магнитиками, где хозяйничали какие-то смуглые люди. К ним приблизился белый, рыхлый и небритый.

— Димитрий, блядь! – воскликнул уроженец Востока. – Хо-хо!

Они обнялись и перешли на дойч. Затем Димитрий переместился ближе к площади, расчехлил флейту, скроил благочестивую мину и заиграл нечто возвышенное.

 

4 Моцарт

 

В Вену была автобусная экскурсия.

Наша погонщица добросовестно развлекала нас историческими экскурсами.

— Ну, вот дальше счастье как-то отвернулось от Наполеона…

Таких непонятных поворотов истории было названо много. Эта женщина чем-то напоминала известного дагестанского спортивного комментатора. Многочасовой рассказ о житье-бытье Габсбургов меня выкосил совершенно. Больше нечего обсудить, как только их сучьи свадьбы! Запомнился дегенеративный дядюшка Леопольд, акромегал с отвисшей губой, который исправно, в согласии с королевским брачным кодексом, сношал свою племянницу на протяжении семи лет. Она ежегодно рожала трупов и на седьмом скончалась, а дядюшка (она его только так и величала) покорно продолжил размножаться с ее правопреемницей.

Короче говоря, я рад, что династия Габсбургов так плохо кончила. Императрицей Сиси, которую проткнули напильником, мне начисто вынесли мозг. На обратном пути, когда слов уже не остались, о ней стали показывать художественную кинокартину, и я горевал от того, что встреча с напильником не произошла еще в начальных титрах. А погонщица сокрушалась:

— Вы понимаете, это была естественная красота, а сейчас…

— Да! – подхватил какой-то дядя. – С губищами во всю рожу!

Пассажиры тоже подобрались хорошие. Был среди них смышленый мальчик лет восьми-десяти. Когда мы остановились возле собора святого Штефана, погонщица лукаво спросила, что означает высеченная в камне надпись «О5». Это зашифрованная «Австрия», «Oesterreich» — «О» плюс пятая буква латинского алфавита. Зачем и кто ее зашифровал, я моментально забыл, как случается со мною на всех экскурсиях.

— Это бутылка водки! – крикнул мальчик.

Погонщица восхитилась его ранним развитием. Дальше выяснилось, что мальчик слышал о Моцарте. После этого не сообщить пары фактов о Моцарте стало нельзя. Записано верно со слов:

— Моцарт и Сальери… Сколько написано об этом романов, даже фильмы снимают! Поэтому исследователи, когда пытаются что-то найти о жизни Моцарта… первым делом поднимают счета. О! Тысячу евро получал Моцарт!..

А что до Вены, то город симпатичный, хотя голубой Дунай произвел впечатление речки канализационного свойства. Наилучшее впечатление произвел мусоросжигательный завод. Обслуживает целый город, не выделяет ни грамма отравы, на крыше – парк отдыха, окрестные дома обогреваются за счет выделяемого тепла и еще получают за это денежную поблажку. Непонятно, почему нельзя построить такой в том же Архангельске. Неужели сложнее ракеты? Хотя нет, вполне понятно.

 

5 Наше сопровождение

 

Гиды нас в целом радовали. Об одной погонщице я уже рассказал. Вторая обнадежила тем, что в Праге «много статУй». Третья оказалась вообще огонь.

К стаду она обращалась «мои хорошие».

— Итак, мои хорошие!..

К нам она потеряла интерес после того, как я осведомился насчет зоопарка. Стало ясно, что с нами каши не сваришь. Мы не купили у нее ни одной экскурсии, не пошли с остальным выводком питаться в аффилиированную столовую, не купили гранатовый браслет в заводской лавке, куда нас нарочно, вопреки нашему желанию завели.

Под конец ее вдруг прорвало, ни с того и ни с сего. Насчет России.

— Никогда ни под кем не были! Язык!.. На Западе не могут даже «Войну и мир» перевести, им не хватает слов!

Дальше – больше. Выяснилось, что иностранцам преподают только историю их стран, а про другие – молчок. Никто не верит в необъятность России. Ткнешь в карту, а они: это русская карта. Покажешь глобус, а они: это русский глобус. Повезешь самолетом в Хабаровск, а они: все это фокусы, мы десять часов летали вокруг Москвы!

Даже не знаю, что и сказать. К кому обратиться. Очень уверенно говорила, с клиническим пылом. А ну как правда? Глядишь, так я и во все остальное уверую.

 

6 Пищевой капкан

 

Расписывать Прагу смысла нет. Каждый может поехать сам или купить путеводитель. Перечислять то, что там есть, неохота. Лучше сказать о том, чего там нет. Из того, что бросилось в глаза и уши.

Нет военных. Ментов почти нет, а если есть, то это амбалы с космическими автоматами. Или конные девицы. Мы видели, как такие подъехали к скамеечке с местными алкоголиками. Не тронули никого, постояли. Другие алкоголики подошли и погладили лошадок. Все кончилось хорошо.

Нет акустических нравоучений в метро. Как и бомбоискательных рамок.

Нет всякого сброда, который шляется по вагонам и клянчит или торгует.

Нигде за городом не растет борщевик. Все пажити разлинованы, всюду рапсовые поля, ни одного зонтика. Как так? В чем дело, почему им счастье, а нам наоборот?

Нигде, ни в одном газетном киоске я не увидел печатного издания с великой отечественной харей на обложке. Вопиющее неуважение.

Не видели мы и сувенирных кружек с изображением их царя. Сплошной Швейк. То есть у нас с ними разные сказочные герои с одинаковой популярностью.

Практически нет и лингвистических заимствований. Все-то у них свое. Даже туалет еще недавно именовался «высерабло», но в итоге все же сдались.

Так и еда повсюду своя. Пищевой капкан! Не сразу поймешь, о чем идет речь, а если и поймешь, благо написано часто по-русски, то неизвестно, в каком количестве это брать. Так получилось с горячей булочкой под названием «трдельник», если не путаю. В нее кладется мороженое. Этой булочкой можно насытить слона, а мы купили на десерт и после этого уже не захотели ни гулять, ни вообще чем бы то ни было заниматься.

Вепрево колено не произвело на меня впечатления. Ничего сверхъестественного не нашел я и в пиве. Короче говоря, дело было так: я захотел необычного и заказал в кабаке татарский бифштекс на деревянном круге. Это все моя гастрономическая неграмотность. Мне принесли сырой фарш, в который влили два сырых яйца. Превозмогая себя и сам себе изумляясь, я это съел.

— Зачем же ты сожрал?! – изумлялся потом батя, когда я ему рассказал.

— Уплочено!

— Да и хуй с ним!..

 

7 Разные впечатления

 

Русских в Праге, как я уже сказал, много. В смысле, живущих там. Постоянно наталкиваешься, где и не ждешь – например, продают билеты дальнего следования или раздают листовки. Один такой раздавал, в Старом Граде, приглашал на концерт. Симпатичный молодой человек из Питера. Очень словоохотливый, мы разговорились. Из беседы я вынес одно: все русские пражане, как и положено, ненавидят друг друга.

Но еще больше приезжих гостей. Впрочем, не все они русские. Есть, например, белорусы. В зоопарке, возле свободно гуляющего павлина, мы натолкнулись на милую молодую чету.

— Вот это зоопарк! Не то, что у нас! Смотри, павлин!

— Чего он орет-то?

— Денег просит, ясно!

Чуть дальше, опять-таки в зоопарке, мы ознакомились с копролитами. Это окаменевшее доисторическое говно. Я его сфотографировал и послал двоюродному брату. Родственникам принято привозить гостинцы. Он очень любит все, что связано с этим делом, и огорчает меня. Вероятно, это семейное по линии прадеда, но во мне этот ген подпал под влияние какого-то другого и придремал. Два наших двоюродных деда, к примеру, терпеть друг друга не могли, и вот один однажды послал другому на день рождения коробку, перевязанную ленточкой – вроде бы торт, а на самом деле оно самое. Так что в смягченной форме я все же уважил предков.

Помимо зоопарка мы побывали в Бржевновском монастыре, где обитают бенедектинцы. Я лишний раз убедился, что у католической конфеты фантик все же посимпатичнее, чем у нашей. Там тихо, но не благостно, а просто спокойно. Попов почти не видно. Буки, липы, дорожки, надменный бенедектинский котик. Шиномонтаж отсутствует, а сувенирный ассортимент настолько жалок, что даже скорбно за них.

Но все-таки есть между нами нечто родственное. Оно проступило во внешних и внутренних автобусных рейсах. Одно дело – в Дрезден, другое – в границах республики. Такие жлобы даже для меня явились экзотикой. Бог им судья! С Божьей помощью и сориентировались.

 

8 Семья Свистунов

 

Карловы Вары оказались приятными во всех отношениях. Жалею только о том, что мне не позволили отведать бехеровки, как я ни убеждал, что это очень полезно для пищеварения.

Зато дали отведать местных вод. Там все покупают узкие кружечки и бродят тенями, подставляя их под неприятного вида струи. Поэтому там очень много отхожих мест, весьма предусмотрительно. Воды же эти… в общем, они мне знакомы. Знаете, когда отключат, а потом пустят воду, она выпрыгивает из крана с ревом, ржавого цвета, с особенным водопроводным вкусовым букетом – вот оно самое.

Говорят, в эти Карловы Вары было принято ссылать пожилых людей, которым за сорок. В том смысле, что пора! Прощайте. Многие не возвращались из тамошних ванн и вод. Это вполне понятно.

Понятно и то, что водами лечили буквально все, включая душевные заболевания. В том числе супружескую измену, которая к ним приравнивалась. Попив воды и шесть раз на дню искупавшись, вероломный супруг необратимо излечивался.

Мы зашли в разоренную ныне императорскую лекарню, где стояли эти ванны. Настенная роспись, перила, собственно процедурные помещения произвели на меня сильное впечатление. Вот бы такое и в мою клинику! Былое величие и в разрухе заметно. Пролистали книгу отзывов. Среди содержательных записей с благодарностями и пожеланиями нашлась одна предельно информативная: «Семья Свистунов. Сергей и Наталья, Владик, Денис, Диана, Аделина, Ригита». И кто-то зачеркнутый – не иначе, малыш перепил воды. Все. Это было предельно информативно и лаконично.

Невдалеке висели фотографии конца позапрошлого века. Картины. Чахоточные юноши, застенчивые барышни, объяснения в чувствах. Кареты. Променад. Сестры милосердия. Старики в бакенбардах и незримо присутствующий Франц-Иосиф.

Sic transit gloria mundi.

© май 2019

 

Русская горка: 2018

Если это не горка, а трамплин, то мне представляется особое сооружение, которое на финише загибается вверх, чтобы спортсмену слететь с языка, сделать сальто и шлепнуться обратно, но уже пониже. Потому что сам процесс спуска неописуемо приятен.

 

 

1

 

В новогоднюю ночь запоминается не салют. В салюте нет драмы и тайны.

Четыре утра. Едем по улице Калинина. Это на девяносто процентов промзона, мрачные ебеня, где страшно даже при свете буднего дня. Там и в полдень мало кого встретишь, а ночью вымерло вообще все. Черные заборы и склады. Развал и схождение. Монтаж. На тротуаре сидит человек, ноги вытянул параллельно проезжей части. Впереди на километр никого, и позади на километр никого. Он молчит, просто сидит.

Мчимся мимо. О нет, это не равнодушие. Совсем наоборот.

 

2

 

СПАС ТВ:

 

17:30 Программа мультфильмов

18:00 Не верю!

19:00 Святые дня

 

3

 

Жену поздравили на работе.

«Поздравляем с Новым годом и хотим мы вам сказать: С вами радостно работать и приятно отдыхать!»

Другим дали то же самое и не поленились впечатать имена.

 

4

 

Советская власть сыграла со мной злую шутку. Это из-за нее я вообразил себя литератором. В то время спросом пользовался любой размноженный текст, и мои машинописные глупости школьно-студенческой поры тоже ходили по рукам. И вот они отсканированы на память, штук двадцать рассказов. Набирать их заново, редактировать, переписывать было бессмысленно и некогда. Показывать их никому нельзя. Что теперь с ними делать? Пусть лежат. У пары людей они вызывают трогательные воспоминания. Наверно.

 

5

 

Кандидат в Президенты Тристан Присягин это, конечно, не имя, а должность и звание. Предлагаю так и называть высшее должностное лицо. Титан Клятвин еще.

 

6

 

Меня вот упрекают, что не люблю пролетариат, а пролетариат является без перфоратора, хотя профиль прямо обязывает, и обещает явиться еще раз, да забирает лишние двести рублей за отодранный плинтус, а с утра звонит и говорит, что приедет не утром, а вечером, потому что вернулся домой «в три ночи никакой».

Чего бы ему пожелать? Даже теряюсь! Тому, кто скажет, что у нормального мужчины должен быть дома перфоратор, я отвечу, что у нормального мужчины должно быть тридцать пять переведенных книжек, не говоря о других светлых и мало кому доступных качествах.

 

7

Я все думаю, какой интернет беспощадный. Был давным-давно, еще на заре, некто Дедушка Кот. Пожилой писатель. Очень активный. Ныне покойный. Ко всем приходил и ласково, безобидно мурчал. Наконец, на него обратили внимание. Сказали примерно следующее:

«Откуда взялось это ископаемое, этот барин в халате, шшупающий горничных? Пидор мягкий».

Тут Дедушка Кот ощерился, но куда ему было. Так что не пожалели даже Дедушку Кота.

 

8

 

Внезапно: а что с программой «200 храмов»? Построили их?

У меня родилась небывалая по государственности градостроительная мысль: совмещать храмы с павильонами метро. И окупаемо, и символично: схождение в преисподнюю и вознесение.

 

9

 

О модном нынче харассменте я вспомнил следующее, поскольку женщины мира возмущены.

Студентом я как-то раз отдыхал в общежитии. Проводил там выходной. Собралось общество. Затеяло оно конкурс на звание настоящего мужчины: кавалер выбирает даму сердца. Другая дама дает ему задания, а кавалер спрашивает у дамы сердца разрешения. Если разрешит — выполняет.

Моим первым заданием стало выпить стакан. Дама сердца разрешила. Вторым поручением было поцеловать даму сердца. Я послушно спросил. И общество — дамское на девяносто процентов — ответило дружным ревом: разве настоящий мужчина спрашивает! Я проиграл и выбыл.

 

10

 

Скоро Крещение. Ярославский губернатор обязал всех подчиненных участвовать. А почему купаться нужно обязательно в проруби? Почему нельзя в ванне? Вода она и есть вода. Насколько я понимаю, Иоанн Креститель вообще не подозревал о существовании прорубей. Кто же знал, что его инициативу подхватят так далеко.

 

11

 

Заглянул по дельцу в пенсионный фонд. Очень понравилось. Плохие люди денег на погребение не дают! (Нет, я пока не за этим). Заставили переписать бумагу, не по форме была. Сейчас, говорю, минутку.

Нет! — отвечают. Выйдите и возьмите новый номерок!

В отместку спиздил из этой богадельни ручку.

 

12

 

Если что нужно сделать руками, то мы с батей одинаковые дяди-поджеры. Можно вешаться. Зашла речь о дрели. Решил я на горе окружающим кое-что просверлить.

— У меня есть дрель! — вдруг возбудился батя. — А как же! — хмыкнул он снисходительно, словно кто сомневался.

У такого хозяина не может не быть дрели.

— Откуда же она? — недоверчиво спросил я.

— А хуй его знает, — пожал плечами батя.

 

13

 

Праздники не кончились, все только начинается. Позвонил братан. У него по лестнице ходит мужик в трусах и с железной трубкой. Плюется жеваной бумагой, хочет убить Буратино. Скоро поедет в кукольный театр, наверно.

 

14

 

Неблагодарное это дело, ставить в вазу цветы.

— Пшел на хер, — шикнул я на котика, заслонив ее корпусом.

Он не стал возражать.

— Ладно, — вякнул он покладисто. — Потом.

И додумал следом: не век же ты, сука, будешь отираться на кухне.

 

15

 

У меня не идут из головы недавние малярши, которые делали у нас ремонт. Они искренне считали, что мир был создан за семь календарных дней, а первыми людьми были Адам и Ева в буквальном смысле.

— Ну, хорошо, а откуда же вдруг сразу взялась такая толпа?

— А вот так оно уже, значит, было!

— Ну, а жен где нашли Каину с Авелем?

— А тогда можно было жениться родственникам!

Так что святить океаны не только простительно, но и естественно.

 

16

 

Дочура жалуется, что не может сварить яйцо. Постоянно разный результат при одном времени варки, одинаковом огне и так далее. Я:

— Надо чувствовать интуитивно, надо настроиться с яйцом на одну волну, надо ненадолго стать яйцом, пока оно варится.

Наступает молчание. Потом осторожно:

— Ты так делаешь?

 

17

 

Враги России усмотрели на снимке трубу, над которой проходит к крещенской проруби Государь. Клевещут, что там горячая вода. Государь же утверждает, что моржует уже давно.

Я вспоминаю одного психолога, который отрекомендовался былым алкоголиком. При повторной беседе он заявил, что вообще не пьет.

— Но вы же сами сказали!

— Я просто однажды ощутил в себе потенциал.

 

18

 

На улице морозное паскудство. Хотели пойти в зоологический музей (не пошли, потому что ну на фиг), но меня огорчило, что даже там не дают писателям скидок. Это контрпродуктивно. Может быть, во мне созревает патриотическое полотно, большой роман о Родине, и не хватает последнего штриха. Вдохновения от этой экспозиции. А всякой сволочи скидки делают.

Видел плакат: купил две квартиры — получи скидку. Нарисован гражданин с двумя блядями. На что, интересно, скидка?

 

19

 

Слушал по радио мусульманина-тролля, про купель-полумесяц. Оказывается, они с товарищами просто гадали, как бы сделать красиво. По-доброму, по-соседски. А тут деловые партнеры из Китая и еще откуда-то там. Прочли про Крещение и сказали, что хотят поближе познакомиться с обрядом. Ну, мусульмане им и вырубили лунку.

 

20

 

Показывают ролик: малыш курит. Года два ему или три. Дал дядя. Дядя и снял. Теперь кирдык и дяде, и всему семейству. Думаю, в детском доме малыша научат всему остальному.

Хорошо, что в моем детстве не было роликов. Мне тоже было два или три года, а дядя дразнил меня кукишем. Я кукиш укусил. Тогда дядя намазал его горчицей и нанес мне моральную травму. И вкусовую. Потом еще пепел на меня уронил и обжег, потому что были гости и дядя не вполне собой владел. Абьюз был такой, что чистая Сибирь.

 

21

 

Инфоповоды забываются через неделю. Зачем я все это записываю? Никто же не поймет, о чем речь. Вот какое событие будет прокомментировано ниже? Не буду объяснять. Пусть так и останется.

Итак: Почитывая о сегодняшнем, рассеянно (работаю потому что) сочиняю стихи:

 

Сколько голову ни скоблили,

В ней завелся Саакашвили –

Пищал и бегал, откладывал гнид,

Портил общий праздничный вид.

 

22

 

Анонс: «Уроки русского», каждую пятницу на НТВ. Захарка Прилепин.

«Победить русского могут только двое других русских».

Когда же, когда мы узнаем имена этих негодяев, которые время от времени отмечались в нашей биографии?  Погуглил, навскидку нашел довольно много русских сразу: капитан 1-го ранга Х. Идзити, капитан 1-го ранга Тэрагаки, капитан 1-го ранга Мацумото, капитан 1-го ранга Номото, и еще до хера там русских по отдельно взятому эпизоду.

 

23

 

Фейсбук просит меня удалить фотографию обнаженного тела. Недоумеваю. Жалуюсь доченьке:

— Но у меня нет обнаженного тела!

— В мыслях — есть.

 

24

 

Вот, например, предложение, которое подкупает новизной: собрать все эти передачи — новости, кавээны, аншлаги — на отдельном канале. Да, звучало не раз. Но только официально назвать этот канал не знаю, как — ну, Дегенерат-ТВ или Дебил-плюс. С логотипом.

Вопрос: сильно ли снизится посещаемость? Думаю, она вырастет. Еще и в высоколобой среде станет особым шиком посматривать. А целевая аудитория прилепится с некоторым вызовом: дескать, да!

 

25

 

В американском санкционном списке 210 имен. Вы небось и забыли, манкурты, а я хорошо помню поэму Роберта Рождественского «210 шагов». Это про 210 шагов не то по Красной площади вообще, не то до мавзолея, только я забыл, откуда считать.

Мы разбирали в школе это замечательное произведение. Оно было настолько хорошо, что его даже напечатали в центральной газете, чего обычно не делали. Я уверен, что в Госдепе тоже все это разбирали, хорошо запомнили и теперь нарочно так.

Как-то смущают заверения врагов, что ничего страшного в этом списочке нет, это просто для памяти. Разве что так: «Да не волнуйтесь вы, никакая у вас не проказа — просто ручка отсохла, и ножка, и ёбыч как у льва с гранитной набережной, но это не повод, мы вас просто пока отдельно посадим, так положено».

 

26

 

Показательно, что деловые теленовости преподносятся в игровом формате для слабоумных. Там два персонажа: оптимист, который говорит тоном физрука опять же для слабоумных, и пессимистка с тоном обиженным и удивленным.

«А в случае потери кормильца… ставка снижается… мууууу» — изумленно и недоверчиво повторяет пессимистка слова оптимиста.

 

27

 

Пишут: «Людей сажают под арест за «формирование негативного отношения к одному из кандидатов на должность президента РФ»».

Правильно сажают. Я бы тоже посадил. Почему к одному?

 

28

 

Утро началось с маленького блэкаута. Так, слегка. Погас весь микрорайон. Жена встревожилась, что война началась. Ну да, говорю. Симметричный ответ на агрессию: перво-наперво обесточить наш двор. А если чего оккупируют, то и канализацию перекрыть.

 

29

 

«Бывали случаи, когда кто-то под покровом ночи украдкой приходил в лабораторию, открывал двери, и я уже видел подменённые пробирки. Это мог быть как полковник ФСБ, так и сам Путин. Иногда Путин звонил мне на мобильный и говорил какие пробирки надо подменить», — сказал предатель наших спортсменов Родченков. Про допинг.

Если бы не детство, проведенное Государем в коммуналке, я бы решил, что оратор немного нездоров. Но мне не понаслышке известно, как ссут в соседский таз с бельем.

30

 

Читая разные комменты: иной раз пошутишь рассеянно и забудешь, но это далеко не конец. Народ начинает развивать. Одно дело, когда людям хочется подхватить и бросить свои пять копеек. Но так бывает не всегда. Иные настолько проникаются, что пробирает озноб.

Помню, шли мы однажды с нашим урологом и обсуждали начмеда, доброго и глупого пожилого дядечку. Я бросил вскользь, что хорошо бы дать ему минет. Ну, в других выражениях, конечно. Сказал — и ладно! Проехали, можно дальше говорить о погоде. Не тут-то было. Уролог возбудился.

— Очки слетели! — взвизгивал он и всплескивал руками. — Плачет!

Он так увлекся, что я начал поглядывать с опаской.

 

31

 

Магазин. Дородная крашеная блондинка мечет на ленту товары: лучок, морковку, молочко. Яички. Поверх яичек шлепаются банки пива. Слышен хруст. Воду барышня откупоривает, не дотерпев до кассы. Пьет.

Сзади проходит работница торговли, хлопает ее по плечу: ну, как? Знакомая.

— Пиздец. Больше я с ними не пью. Переебались все! Пиздец. Оглядывается на меня:  — Извините.

Я широко улыбнулся: все хорошо. Все даже замечательно.

 

32

 

Когда-нибудь про эти Олимпийские игры снимут легенду номер двести семнадцать.

Против отечественного спортсмена совершается провокация. Агенты влияния берут его прямо в гостиничном туалете и на месте фальсифицируют мочу. Новая проба густа и светится от допинга. Спортсмена сажают в особорежимную тюрьму МОК на далеком острове. Там его подвергают всяческим унижениям, загоняют под шконку, пробивают ему ложку и миску гвоздем. До праздника спорта — всего две недели. Но спортсмен читает вслух Пушкина и быстро восходит на вершину иерархии.

Он совершает побег. В последний момент спортсмен появляется на Играх. Сорвав нейтральную тюремную робу, он остается нагим. В тюрьме его расписали в триколор. Мир ахает. Уворачиваясь от олимпийского спецназа, спортсмен на бегу надевает лыжи, взбегает на трамплин и совершает рекордный прыжок. Приземляется в аэропорту Шереметьево и по инерции доезжает до Кремля. Там ему, правда, приходится полтора часа подождать, но все благополучно заканчивается золотой медалью.

 

33

 

О нравах. Недавно я чуть не стал управляющим домом престарелых. Тут все просто, жена подыскивает новое место, нашлась такая вакансия. Там нужно медобразование. Мы подумали, что, может, вообще не ей, а мне туда сунуться. Вот и все. Но дело не в этом. Заведение новое, частное. Хозяин устроил маленькую экскурсию и мимоходом с кривой улыбкой пожаловался на прошлого управляющего. Тот проработал две недели и сбежал. С собой он прихватил матрасы и подушки.

Неприятный случай. Понадобилось отксерить паспорт. Гербовая печать поставлена так, что орел оказался у меня на роже. И невозможно убрать. Его крыла сделались мне закрученными усами. На лбу написано «Россия». Государство — это я.

 

34

 

Проходил мимо родного института, сзади шли две студентки-медички. Невольно слушал разговор.

Они обсуждали возможность своего перелета на Марс. Не в режиме трепа, хотя и в выражениях непечатных, а всерьез, адреса и контакты, необходимые документы. Все, что нужно для колонистов. Были озабочены подтверждением репродуктивной функции. Куда угодно, блядь, только бы отсюда.

 

35

 

Коллега-уролог, былой боевой товарищ, вспоминает обо мне редко. Пишет раз в год, ни с того и ни с сего. Может быть, два. Вчера вдруг написал, словно вчера виделись (20 лет назад вообще-то): «А я докторскую пишу! Не защищу, для прикола».

Ну, я ему тоже сказал два слова о своем. Тишина. Сейчас смотрю, пришел ответ:

«А хвать тебя за яичко».

 

36

 

Тут пишут, что мы запустим на орбиту православный храм, который способен сбивать баллистические ракеты. Я хотел перепостить исходник и сказать какую-нибудь гадость, но не решаюсь. Настал момент, когда мне искренне непонятно, что это — правда или кощунственное глумление предателей.

 

37

 

У нас тут и правда культурно. Поехал по дельцу. Иду по улице, меня догоняет расстегнутый гражданин.

— Нижайше прошу извинить! Если вас это не затруднит… не оскорбит… всего пять рублей!

Я отзывчивый, если вежливо подойти. Даю на ходу. Ликующий рев, раздавшийся позади, меня все-таки удивил.

— Огромное, колоссальное спасибо! — загремело над мостовой. — Величайшее спасибо!

Судя по топоту, там начался и пляс.

Иду через двадцать минут обратно. Та же фигура вторично метнулась ко мне, но отпрянула.

— О, уже подходил!…

— Да не стесняйтесь, — улыбнулся я. — Что, не хватило? Вот вам еще пять рублей.

Он задохнулся, он не поверил. Схватил меня за руку. Он, думаю, даже Иисусу Христу был бы меньше рад.

— Можно скажу? — выпалил он. — Никому не скажу, а вам скажу!

— Говорите, — разрешил я.

— Еврей еврея видит издалека! — восторженно воскликнул он и по-детски расхохотался, пожимая мне руку поступательно, до плеча.

Не знаю. Во мне, конечно, своя доля есть, не отрицаю. Но по его виду я понял только, что беда не имеет национальности.

 

38

 

— Там тебе за 20 тысяч диплом напишут. А за 40 можно не приходить на защиту.

— А за 50 что сделают?

39

 

То, что Сирия это дальние подступы к нашей стране — идея сверхъестественной силы. Канцелярская скрепа величиной с локоть. Кто поспорит с тем, что и Австралия к ней дальний подступ? И Марс?

 

40

 

Внезапное воспоминание. 1984. Мне 20 лет. Моя приятельница вдруг говорит:

— Я хочу смотреть футбол и пить водку.

Потому что гештальт, как стали говорить позднее. Потому что неотработанный стереотип и скрепа.

Я никогда не смотрел футбол и не смотрю до сих пор. Она его тоже ни разу не видела. У нас были другие интересы. Мы решили попробовать. Попробовали.

 

41

 

При виде керлинга в голову лезут идиотские мысли. Жаль, что нельзя гонять вместо этой чушки живого человека. Разница в весе помешает, и обтекаемость ебыча разная. А то сидел бы по-турецки с непроницаемым видом, а перед ним бы шестерили, полировали лед. Хорошо бы так перевозить видных государственных деятелей.

 

42

 

Зачем-то посмотрел ахинею про события на космической станции – «Парадокс «Кловерфельд»». Там запускали новый ускоритель, и произошло взаимопроникновение параллельных миров. Экипаж международный, есть даже тибетский монах-космонавт. Ну, и русский. В целом преподнесенный как парень неплохой.

Но погиб он, разумеется, первым. Надо же с кого-то начать, а без него там в итоге прекрасно обошлись. Примечательно вот что: парадокс привел к исчезновению кое-каких вещей. Пропали черви (я так и не понял, зачем они там, миссия решала проблему, к которой черви не имели ни малейшего отношения) и гироскоп. Так вот все это обнаружилось у русского. Червями его вырвало, а гироскоп уже из трупа вынули. Короче, ясно, у кого нужно искать, если что-то пропало. Хотя спиздил он эти нужные вещи, конечно, неосознанно. Это такой парадокс.

 

 

43

 

Площадь Александра Невского. Купола Лавры. Метро. Салон «Русское серебро».

Старец в черном тулупе поверх черной рясы и в черной шапке – без знаков различия – благообразно держит коробочку с щелью для подаяния и что-то напевно шепчет. Топорщится седая борода. Перед ним стоит на костылях страшная женщина с крючковатым носом. Она нескладная вся, ноги растут из туловища, но как бы обе приставлены с боков.

Ведьма нависает над старцем. Он непоколебим. Она шипит на него.

Распахивается дверь «Русского серебра». Оттуда:

— Что он вам сделал? Что вы к нему пристали?

— А зачем он обманывает?! – парирует та. На шее у нее табличка: «Я из Донбасса». И дальше еще много чего-то написано.

«Серебро» закрывается.

Ведьма делает шаг.

— Не будет тебе добра нигде, — приговаривает она. – Еще в этой жизни не будет! Проклятье тебе…

Старец беззаботно глядит в сторону. В белой бороде играет полуулыбка. Он продолжает еле слышно петь.

«Правда на правду, вера на икону».

 

44

 

Мне жалко погибшего дрона Почты России. Он ни в чем не виноват. У него не было выбора, он полетел. Когда-нибудь дроны станут разумными и отомстят. Они будут сбрасывать Почту России на Почту России. Предпочитая контейнерные перевозки.

 

45

 

Ночью упал образок. Ну да, стоят у меня с прошлой жизни. В неканоническом углу. Они-то ни в чем не виноваты. Он был такой необычный, с металлическим напылением по периметру. И напыление рассыпалось именно в пыль. Пришлось мести веником. Я не слышал, как это произошло. Остро хочется верить, что сбросил котик. Но он у нас не верхолаз, он не прыгает высоко и шароебится понизу. Так что, может быть, это и не котик.

 

46

 

Диалог со старой знакомой.

— Ты телефон проверяешь? Я тебе звонила 1 апреля.

— Не видел. — (Видел).

— Я хотела тебя разыграть.

Нанес последний и смертельный удар: не спросил, как.

 

47

 

Перед сном долго искал мячик, в который играет котик. Чтобы убрать, искал. Не нашел. А котик нашел. В пять утра.

 

48

 

Я должен покаяться в преступлении перед Президентом. Позавчера у меня случился радикулит. Вчера старался лежать в лежку, а сегодня получше, но кашлянуть все равно побаиваюсь.

Владимир Владимирович! Моя поясничная квадратная мышца и мой же, вынужден признаться, межпозвонковый диск L4-L5 подвели Вас и смазали картину общего вселенского благополучия. Наверно, они начитались вредных вещей в Интернете, хотя я не понимаю, как. Я же сижу к нему лицом. Очевидно, как-то изловчились. Отрекаюсь от них.

 

49

 

Кемеровский пожар — тот случай, когда и стрелочников надо перевешать. Вот сегодня: автобус. Открыта только передняя дверь: водитель проверяет карточки. Ебанись там что-нибудь, никто не выйдет. Я же неспроста пишу про кондукторов, это не просто хиханьки.  Какое тебе, сука, дело, что кто-то бесплатно проедет? Бесплатно проберется и посмотрит мультфильм? Это что, массовое явление, опасное лично для тебя? Почему тебя вообще ебут эти вещи, зачем ты запираешься? Это одна составляющая того компоста, из которого растет отечественный порядок вещей.

 

50

 

Диалоги с дочурой. Она:

— У меня все тело болит от лежания.

Я:

— Давай, ты будешь говорить так: От лежания у меня все тело болит. А то после первых слов заболит у меня, и резко.

Сегодня.Я:

— Когда я играю с котиком в Терминатора…

— Что?- Ну, в Терминатора. Лазерной указкой.

— Давай, ты тоже будешь выражаться инверсиями, а то неспокойно.

 

51

 

Смотрю, как в Ебурге взрывают телебашню. Недостроенную, но все равно. Собралась толпа. Восторженно ревет. Я удивлен. Вы же любите, смотрите? Вам же приятно? Чему радуетесь-то? Впрочем, ясно. Просто нравится взрыв. На это и надо ставить.

 

52

 

Вступил на Гренадерский мост, пошел рассеянно, держась перил, чтобы впитывать подтаивающее великолепие и вообще приблизиться к «Авроре». Считал ворон. И налетел на даму.

Она заключила меня в объятия и голосом робота произнесла:

— Держитесь правой стороны.

И отпустила, ошеломленного. И ушла, держась левой. Не знаю, почему, но до сих пор ощущаю душевный переворот.

 

53

 

Не было и шести утра, когда котик дважды издал за дверью вопль совсем не кошачий. Это был оглушительный и в то же время сдавленный стон, нечто среднее между лаем и кваканьем жабы. Пришлось вскочить и проверить, не случилось ли с ним чего. Чем-нибудь прищемило? Не прищемило. Заскакал боевым слоном и скрылся, догадываясь, что иначе прищемит.

 

54

 

Пасха. В моем детстве Пасху не очень-то отмечали, но иногда мы ездили к отцовской родне. Связь с нею давно утрачена по ряду причин, и я плохо знаю, кто у меня кто и где. Ездили мы к Марье Андреевне. Она была мне двоюродной бабкой. Народу набивалось много, в памяти остался дым и чад. Был у меня там троюродный братик — Павлик или Костик, не помню. Лет двух или трех.

Увидел он надпись на куличе или пасхе, вареньем выложенную: «Христос воскрес». Павлик или Костик очень захотел ее съесть, стал канючить и замирать от восторга, а все растрогались, Марья Андреевна в первую очередь, и дали ему съесть эту надпись немедленно. Потом, четверть века спустя, я прослышал, что Костик или Павлик довольно рано скончался от какой-то редкой дряни. Ничего не хочу этим сказать, хотя может показаться обратное. Так, вспоминается.

 

55

 

Доченька ведет активную трудовую жизнь и раскаивается. Вспоминает историка. Теперь она его понимает. Они его истязали, глумились над ним, он вышвыривал ее из класса и так далее.  Доведенный до исступления, он прибегал к медитации. Садился на край стола и ровно произносил:

— У меня дома есть кот. И после этого молча сидел минут пять, глядя в стену.

 

56

 

Трамп больше не питерский казак. Отчислили. Этого он, конечно, не простит. Ничему людей не учит история. Ни-че-му. Мы в ответе за тех, кого приручили.

 

57

 

Наткнулся на цитату — «и вся Советская страна за этой девочкой стояла».

А ведь и правда. Там что случилось, в том михалковском стихотворении? Шел спектакль. В театре. Торговали дядю Тома. Тут пионерка приняла происходящее на сцене за реальность и приняла участие — принесла десять, что ли, рублей, или пять. Вполне на уровне страны поступок.

 

58

 

Соседка сверху нанесла мне неожиданный удар. Взяла и съехала. Прибыли новые — несомненно, приятные люди, которые сразу, прямо сейчас вот, начали переформатировать окружающий мир инструментами рубящими и сверлящими. Небось и машина есть, будут ставить. Такой подлянки я от нее не ожидал.

 

59

 

Показывают реку Сестру, которая вышла из берегов. Это не очень далеко. О главном, конечно, молчат. Я хорошо помню трубу, которая тянулась из-под нашей больницы. Из нее в реку Сестру лилось все, что было в больнице лишнего. Деловито и непрерывно. Теперь, что называется, и в 3D!

 

60

 

Побывал на 150-летии родной школы. Там накатанный концертный сценарий: история гимназии с дореволюционных времен. Дальше — поэтапно. Военный блок неизменно выделяется. В конце — коронный номер: песня Клуба Интернациональной Дружбы. Шествие с флагами разных стран.

В этом году шествие отличалось от того, что наблюдал 5 лет назад. Флаги какие-то другие! Британского, американского, немецкого, французского нет! Зато есть турецкий. И странный — вон он слева на фото — зеленый, с арабской вязью и саблей! Это чей же? Короче, у Клуба появились новые друзья.

 

61

 

В спешке бывает у меня частая опечаточка: вместо «на себя» — «нас ебя». Вот и сейчас, пока набивал. Не так ли и у других?

 

62

 

Приехали в Мегу, а всех выгнали. Потом выяснилось, что состоялось возгорание в Маме Рома. Пицца небось подгорела. Но человек, попавшийся нам навстречу, дал другое объяснение:

— Сперва день рождения Гитлера был, теперь Ленина! Вот и пожалуйста!

Я не стал возражать. Нет дыма без огня, как говорится.

 

63

 

Посмотрел трейлер кинокартины «Танки». Она про то, как создавали наш легендарный танк. Я бы пошел, если бы сняли фильм о создании другого, уже современного и тоже легендарного танка, который деморализует противника фекалиями экипажа.

Такой и правда есть, показывали. Это был бы хороший фильм. Конструктору мешают разные недоброжелатели и диверсанты. Кормят экипаж лоперамидом. Но тот съедает двойной сухой паек и успешно применяет разрушительное оружие в условной братской стране, переживающей непростой период.

 

64

 

Ознакомился с высочайшим обещанием, что жить мы будем в десять раз лучше. Я готов. Осталось понять, от чего поведется отсчет. Не от финансовых поступлений точно, это невозможно. Значит, должна быть какая-то другая единица.

Дело трудное. Ну, вот сию секунду мне более или менее прилично. Если это усилить десятикратно, то наступит даже не эйфория, а маниакальное состояние с сужением сознания. Значит, исходник надо резко понизить, чтобы десятикратный плюс воспринимался как норма. Вот! Вот он, ответ!

 

65

 

Утренние новости журчат и журчат — нет, я не о новостном блоке, а о разной полезной и столь же интересной информации. О паводках, приобретении того-сего, устройстве разных вещей, воспитании деток. О собаках-поводырях. Я все пытался разобраться, почему же мне так от этого нехорошо. Ведь безобидные сведения. Думаю, дело в интонации — ровной и одновременно веселенькой такой, доверительно-задушевной, наверняка не совпадающей с мыслями. Представил, что это у меня такой сосед по купе. Едем, а он непринужденно журчит обо всем подряд. Трогает за рукав, заглядывает в глаза — и продолжает. Убил бы я его на месте.

 

66

 

Какие-то страшные вещи я про себя узнаю. Беседовал тут со старым товарищем. Почему-то перешли на погоду.

— Ты же вроде писал куда-то яростные письма, — заметил он.

— Я? Куда? Когда? Кому?

— Ну, было же дело. Было холодно, ты замерзал под тремя одеялами и говорил, что пишешь письма и обещаешь устроить ад.

Я? Писал куда-то письма, потому что замерз под тремя одеялами? С этим надо что-то делать.

 

67

 

Пишут, что слепым подарили тактильный портрет Государя. Чтобы были в курсе. Портрет со временем сотрется, милые черты сгладятся. На раскопках потомки будут гадать: что это за гладкая выпуклая поверхность? Неужто?… нет, не может быть. Такого культа вроде не было.

Между прочим, есть несчастные, которые не только слепы, но и парализованы. Надо создать вкусовой портрет. И еще ароматический. Сейчас мне распишут букеты — не надо, пожалуйста, я приблизительно представляю размах фантазии.

 

68

 

Из Дома писателя пишут, что давеча там обезводили туалеты. Важное мероприятие, а с туалетом — беда. Причем исключительно в крыле условно оппозиционного Союза Российских Писателей. В крыле державного Союза Писателей России, где постоянно поют гармошкой, все работало. У тех, кто пишет на своем сайте про сионофашистов. Их вожак своих в обиду не даст!

Но справедливости ради скажу, что либералам до сих пор не возбранялось посещать вражеский туалет. Думаю, пространство для конструктивных переговоров есть!

 

69

 

«СЛУШАЛИ: О положении с уплатой членских взносов. ПОСТАНОВИЛИ: Члены Союза писателей Санкт-Петербурга, имеющие задолженность по уплате членских взносов, лишаются права выдвижения на творческие стипендии и субсидии, на литературные премии и издание книг по программе Комитета по печати и взаимодействию со СМИ до погашения всей суммы задолженности».

Это по-нашему! В духе налогов на бездетность и бедность. А вдруг я не плачу взносы именно потому, что у меня нет субсидий? Почему бы не дать мне субсидию, а потом вычесть из нее все, что задолжал? Но сначала – выдать.

 

70

 

Москвичи настолько приветливы и любезны, что у нас челюсти отвисли. Нам в Питере и не снилось такое. Нет я серьезно. Улыбаются, все объясняют, дорогу расписывают подробно, с лавочки готовы вскочить — только бы мы сели.

Даже полиция! Она пришла на обзорную площадку, что на Воробьевых горах, арестовывать мороженщицу и продавца кукурузы. Им было нельзя там торговать. А мы стояли за мороженым.

— Ну, пусть вот мужчина возьмет — и все! Сворачивайтесь и в участок! — сказал полисмен и посторонился, позволяя мне взять.

Строго, конечно, все это было и даже сурово, но тем не менее. Я был потрясен. Мне даже не пришлось объяснять, что я приехал за этим мороженым с берегов Невы.

Правда, огорчил капиталистический оппортунизм Ивана Грозного и Сталина. Они расслабились на скамейке в обществе каких-то утомленных исторических блядей, которых я не признал — неопознанные государыни. Я хотел их на халяву сфоткать с десяти шагов — что началось! И куда только делось «каждому по потребностям»!

Впрочем, Иван Грозный еще не развился до этой формулы. Он просто встал и пошел ко мне. Иосиф Виссарионович вынул из пасти трубку и улыбнулся. Я громко сослался на животный страх перед таким начальством и не посмел сниматься с такими фигурами коммерчески.

 

71

 

Новый сосед сверху погнул нам трубу. Бровки домиком, искренне:

— Я резьбу нарезал!

У меня даже не нашлось слов против такого аргумента, я растерялся. Велели все сделать, как было, и тем пока ограничились.

 

72

 

«Вы все еще увозите вещи на дачу? Тогда мы идем к вам!» (Стиральный Порошок Тайд).

По мнению Тайда, дальше падать уже некуда, если вещи едут на дачу.

Дед Василий мрачно, на вытянутых руках рассматривал белоснежные кальсоны. Он остался в городе и вскоре загнулся от смога. Ходить на даче было не в чем.

 

73

 

Пишут, что Хокинг все-таки обозначил где-то наличие похожих параллельных вселенных. Где-то сидит такой же я, и у него дела получше. Фантазирую, как бы уцепить эту сволочь за шиворот и передернуть сюда, а меня — на ее место.

 

74

 

Машинально назвал котика Путиным.

— Путин хороший, — сказал.

И погладил. Котик муркнул. Неужто?

 

75

 

…Находясь неведомо где, котик поднял такой истошный рев, что мы перепугались. Так, наверно, орет павиан, которого скрестили с павлином. От огорчения. Мы решили, что на сей раз точно беда. В дом пробрались террористы и режут котика на части тупой и кривой саблей.

Оказалось, закрыли в туалете. Он там ни разу не сидел и был так потрясен, что даже не догадался боднуть дверь.

 

76

 

Давно уже размышляя о Крымском мосте, сформулировал следующее. Мысль была такая: если всю страну бросить на постройку моста, то мост будет. Ну, то есть если поручить всей экономике взяться за мою квартиру, то в ней наступит образцовая культура быта. Теперь я вижу, что образцовой культуры быта в моей квартире и в этом случае не наступит. Потому что для этого из нее нужно убрать меня.

 

77

 

Зацепился взглядом за свежую «АиФ». Заголовок: «Главковерх в четвертый раз вступает в должность».

Мне в этом мерещится что-то фрондерское, нехорошее. Вообще, впервые вижу. Рассуждая: если есть Главковерх, то есть и Главкониз. То есть верх и низ какой-то главки. Сейчас вступил только ее верх. На полшишечки, получается. А потом и целиком вступит.

 

78

 

Промелькнула реклама какой-то книжки. Уже потерял ее. Но успел заметить, что там — повесть + частушки + афоризмы автора.

 

79

 

Репортер поймал актера Меньшова.

— Верите ли вы, что прорыв, который обещал Путин, наступит?

— Да. Я к этому готов.

Но в обещанном прорыве обещана продолжительность жизни 78 лет. А Меньшову они уже есть. Мужественный человек. Он готов. Все, так все.

 

80

 

Я думал, что лучше триумфального шествия Бессмертного Полка по ЮАР уже ничего не придумать, но сейчас узнал, что марш состоится и в Антарктиде. То, что пингвины не безнадежны в плане воспитательного воздействия, предположил еще Анатоль Франс. Ну, остался космос. Верхние слои дедосферы.

И не дает покоя радионовость про бессмертный полк, шествие которого состоялось в 20 городах Германии. А там кого несли?  Нет, я все понимаю, но кто-нибудь просочился, и не один, не сомневаюсь ни секунды.

 

81

 

9 мая прослушал много маршей и песен. А в магазине «Лента» был Туретт. Он направлялся в алкогольный отдел, кривлялся и ритмично, скрипуче приговаривал: «Квяк-квяк-квяк. Кряк-кряк-кряк». Я его заметил еще на улице, издалека, он так и шел, и доверительно крякал на всю улицу. Грешно смеяться, но он мне создал праздничное настроение.

 

82

 

Во дворе полуголый, перевозбудившийся майскими победами человек принимает шаткие боевые позы, демонстрируя двум подросткам боевые искусства. Возможно, продемонстрирует и что-нибудь еще, а это разминка.

 

83

 

Думаю я, что если сначала повысить пенсионный возраст, а уж потом — продолжительность жизни, то падающей звездой сверкнет небольшая прослойка первопроходцев, которые, так сказать, проложат эту колею. Благодарные потомки назовут их людьми переходного возраста.

 

84

 

Звонок на городской. Дама:

— Ты где, дорогой?

Ну, на пробу:

— Да вот, лежу с женщиной.

Жду. Не цепляет, жаль. Очевидно, не те отношения. Или те, но по хер.

— Так ты когда машину подгонишь?

— Да прямо сейчас.

— Давай, подгоняй к магазину, мы торф купим.

— Не вопрос. Пять минут. Давай, пока.

 

85

 

«…Уголовную ответственность за действия, способствующие введению антироссийских санкций».

На кого, псы?!…

 

86

 

Не верьте жуликам, которые расхваливают Саблинские пещеры. Мы купились. Это не настоящие пещеры, а рукотворные, им двести лет. Сталактитов и сталагмитов там нет. Впечатление, будто мы побывали на строительстве подземного перехода. Обещанное подземное озеро оказалось грязной лужей глубиной по щиколотку. Может быть, по колено. Стены зачем-то изрисованы якобы первобытными мамонтами. Есть изваяние забойщика дяди Васи, который погиб (монумент прилагается). По словам гида, призрак дяди Васи взял над пещерами шефство и указывает заблудившимся путь. Часа через три после заблуждения над головой дяди Васи возникает белый нимб, который срывается с места и плывет к выходу.

У входа на территорию этого заповедника гостей встретила маленькая гадюка, которую нас попросили не раздавить. Деньги за билеты брали хищно. «Надо было билеты резать, а не собаку кормить!» — шипел билетерше охранник. Та огрызалась, что и не видела собаку.

Летучая мышь была одна вместо заявленных шестисот. Я не успел зафиксировать ее в полете, она хотела жрать и спешила.

 

87

 

Первый канал таинственным голосом Дроздова анонсирует продолжение сериала «Практика». Про молодых врачей.

— Нынче Илья и Женя женятся…

Я искренне, напрочь забыл, что Женя — еще и женское имя. Успел подумать, что сериал на удивление честен.

 

88

 

Сосед с первого этажа вчера напился. Который огромный, медведь. Сидел в одиночестве на скамейке посреди двора и время от времени крестился. Беседы завязывались ненадолго, все покидали его.

Уже стемнело, а он все белел в сумерках одинокой, косо посаженной глыбой. Неподвижный, сидя боком. Экзистенциализм без прикрас.

 

89

 

— Все работает! — объявил мне продавец флешек.

Я улыбнулся. Видел, как он ее подменил. Неисправную, которую продал вчера. Но ничего ему не сказал. Каждому нужно сохранить лицо! А то я раз пять, пока шел без чека, отрепетировал тираду, наметил его полости для размещения флешки.

Когда человек совестливый, хотя и несподручно ему, это редкий и приятный сюрприз. Другая и правда работает.

 

90

 

Мутанты.  Министр Голикова плачет с трибуны, покидая Счетную палату. Что, что может быть связано с нею? Там какая-то особая любовная атмосфера, хвойные ароматы, вечное лето, множественный оргазм? Задушевные вечера у камина под завывание вьюги? Про финансы не надо, потерь не будет никаких.

 

91

 

Прыгнул под деревом. Ну, не сильно. Цыпочек не хватило, так что состоялся легкий подскок. Сколько лет живу, а все не знаю, что у меня цветет — черемуха или яблоня. Или вишня. Яблок по осени не припоминаю, но вдруг они очень райские, маленькие? За параметр было взято «черемуха душистая весною расцвела».

Подскочил и вдохнул. Ни хера. Погрозил дереву пальцем: яблоня! Или вишня.

 

92

 

Вижу я, что футбольный кубок шествует по тому же сценарию, что мощи с поясами. Правда, наплыв пожиже. Но это и понятно: потрогать эту святыню можно только победителю и главе государства. То есть она покруче мощей. Не для шелудивых лап.

 

93

 

А почему на наше Отечество постоянно клевещут? Я другой такой страны не знаю, на которую — так. Может, историю не доучил? Ну, не помню я, чтобы еще кто-нибудь так хронически жаловался. И зачем это делать, постоянно клеветать-то? Не иначе, из чистой животной ненависти к красоте.

 

94

 

Во дворах завелась злобная бабушка с клюкой. На днях она громкими невнятными воплями разогнала граждан, которые мирно выпивали во дворе взрослом. Сейчас она точно так же разогнала родителей с малышами во дворе детском.

— На родину! На родину свою убирайтесь! не хер тут делать! — кричала она лицам не очевидного так уж сразу происхождения.

 

95

 

Передают, что Государю на прямую линию поступает необычно много вопросов о будущем Отечества. Вот же тупые, прямо не могу. Даже обидно за Государя. Все же им объяснил еще в марте, на пальцах. Какие вопросы-то, сколько можно? Вообще оскорбительно просто.

 

 

96

 

Видел сегодня: «Ответственный за пожарную безопасность: Пердашкевич».

И так жизнь погублена, а еще такое бремя.

 

97

 

Пришел водопроводчик Федя-Фархад.

— Как хорошо уходит! — искренне поразился он, глядя на воду в ванне — Так не должно быть!..

И ушел. За пилой для раковичной трубы, но я пережил тревожные минуты.

 

98

 

На кассе сидит лично директор магазина, очень строгий, с немигающим цепким взглядом. Пробив молодому человеку товар после короткого замешательства, сути которого я не уловил, он произнес:

— Клей очень вреден для здоровья, молодой человек. Думаю, надо все же дождаться наряда полиции.

— Да? — удивился тот и ушел.

 

99

 

«Спасибо вам за вашу позицию!» Мне видится в этом что-то избыточно откровенное и глубоко интимное.

 

100

 

Вчера на рынке мне дали на сдачу две новые двухсотрублевки. С извинениями дали! Мол, настоящие они, а других нет. Я приосанился.

Дальше по курсу был обычный магазин. Я приготовился писать жалобу на отказ принять русские деньги, в которых воплощается наше современное торжество. Но взяли без звука. Видать, ученые. Я был разочарован.

 

101

 

Что-то новенькое. Во дворе на питейной скамейке — монах. В черном весь, с окладистой седой бородой. Смотрит строго. Волнуюсь. Поборол искушение подойти и во всем сознаться.

 

102

 

По Первому показывают странного медведя Якова Потапыча, который вытягивает мячик и предсказывает футбольного чемпиона. Медведь держится прямо необычно долго, стоит неподвижно, делает несвойственные медведю жесты. До человека не дотягивает, но и медведя превосходит. Возможно, это и правда Яков Потапыч.

 

103

 

Приснилось, что купил книжку-малютку. Со спичечный коробок, но толстенькую и дорогую. Новый роман Кинга. Называется «Кот-извращенец».

 

104

 

Павловск — самое симпатичное место для гуляния. Места много. Лес. Покойный император не успел расчертить территорию на шахматный манер. Даже воротца построили уже через два года после его скоропостижной и огорчительной кончины.

Всегда бы так. Не было никаких народных развлечений по случаю 12 июня. Обошлось без России в сердце и футбольной залупы. Почти нет китайцев — да вообще людей мало. По пустынным дорожкам, под сенью дерев, разъезжает трясучий экскурсионный автопаровозик в три вагона. Зрелище предельно кинговское.

Перед дворцом расхаживает кто-то в салопе, но самого императора нет. Нерентабельно. Вход сто рублей, что вполне разумно, и всякая сволочь еще подумает, плюс забор от нее везде, даже в укромных уголках, где с павловских времен, наверно, никто не бывал. Короче, добро пожаловать.

 

105

 

Иностранные гости футбольного ЧМ уже пробрались и в наш пролетарский район. Какая-то Мексика или типа того. Двое. Надели черные ушанки с советскими гербами, идут. Довольные чрезвычайно.

Как дети, ей-богу! Вот наш человек, сдается мне, если и купит в Мексике сомбреро, то не будет носить его там, потому что понимает. Только здесь.

Я тоже решил погадать на котике касательно завтрашнего матча (в телевизоре котик гадает и предрекает нам торжество). Бросил ему мячик. Котик воодушевленно поскакал за ним, догнал, ебнулся на бок и затих. Думаю, все понятно.

 

106

 

Вечером пошел выносить мусор.

Сонный двор. Тишина. Все вымерло, только навстречу неторопливо идет пара. Прогуливается. Он — низенький, лет тридцати пяти, плотненький такой, с усиками, с цепкими черными глазками. Она — повыше, рыхлая и несколько помятая, в мятых белых штанах, с лицом брезгливым, но внимательным. Слушает. Он говорит, до меня долетает звенящее от напряжения:

— …но только это никакая не благодать, а…

Медленно удаляются.

 

107

 

Мусора приехали на расчлененку. Взяли базарную бабу, которая торговала бельем у метро. Я постоял, посмотрел, как ее принимают и грузят в воронок обрубленные жопы, торсы и ноги. За расчлененным манекеном погрузили и саму злодейку, южную женщину, целую. Огрызаясь, она неуклюже переместилась за решетку. Гладильную доску, с которой совершалось преступление, оставили сиротливо стоять.

 

108

 

Батя долго терпел сильную власть, но надвигающаяся пенсионная реформа его отрезвила, хотя уже и не затронет.

— Ну, суки! Где тут в фашисты записываются?

— Мало вам, что ли, тех, кого вы навыбирали?

Ну да, мы с ним на «вы» уже сорок лет, хотя давно породнились. Подъебывать не мешает.

— Нет, я хочу покруче, чтоб настоящие!

 

109

 

Дочура подсела на Битву Экстрасенсов. Пересказывает.

В каком-то семействе все вдруг затеяли помирать. Сидит бабуля, представительница. Гадалке дают семейное фото и предлагают угадать, кто помер. Она:

— Марья… Татьяна… Егор… Николай…

Бабуля довольно кивает, искренне:

— Молодец какая!

 

110

 

Дочура: — Узнала, что в Канаде тоже есть День Благодарения. Они-то за что благодарят? В США есть целая легенда, а там?

— Странно, что у нас еще нет такого Дня.

 

111

 

Все-таки ЧМ — хорошее дело. Вот сегодня: Нигерия — Исландия. Ну, где бы они еще встретились? Хоть поглядят друг на друга. Перуанцу тоже занятно получить по черепу в Ебурге. Спорт убирает барьеры!

Думая о гостях страны, с теплом вспоминаю рассказ приятеля. Дело было в начале 80-х. Американского гостя упаковали за неадекватное поведение. Забрали из гостиницы.

— В чем же выразилось неадекватное поведение?

— В напоении всего этажа водярой и попытке выброситься из окна.

 

112

 

У нас во дворе свой мундиаль. Скамейка пашет. И где зарубежные гости, которым открылась отечественная душа?

— Ты шлюха! Я тебя сейчас подвешу, блядь!

Дикий рев, гулкое эхо ударов. Человек в футболке и шортах — без пяти минут футболист — стоит и обнимает дерево. Его не отодрать. Он безутешен, горю его нет предела.

 

113

 

У нас, оказывается, есть 1-я и 2-я Утиные улицы.  Я искренне рад! Так и надо. Но думаю еще, что есть у нас, например, еще номерные Советские улицы, которые то ли стали снова Рождественскими, то ли еще нет. Существуют и другие, не номерные — Ленина, Косыгина, Пограничника Гарькавого. Нет ли оскорбления чувств в такой топонимической уравниловке? Не станет ли Утиная улица пересекаться, скажем, с проспектом Великой России, когда проложат?

 

114

 

Показывают храм под Питером, там батюшка пристроил небольшой зоопарк с крокодилами и жабами, потому что любит их. Божьи твари. И это правильно, я горячо приветствую! Так и есть. Однако: «Но будут обитать в нем звери пустыни, и домы наполнятся филинами; и страусы поселятся, и косматые будут скакать там.»

 

 

115

Надо же, сегодня не продают бухло. Алые Паруса. Где паруса и где наш дворовый магазин? То есть круче мандуаля, там хоть радиус. Мне-то плевать, но все же. Понимают! Такое население. Если что, надо вилки попрятать.

Дочура вспоминает:

— Я свой билет очень удачно толкнула однокласснице. Ей было нужно провести своего тридцатилетнего мужика.

 

116

 

Дочура хочет отдать мне старый айфон. Я спасибо, но пока не уверен, что нужно.

— Там очень удобно набирать эсэмэски.

— Я никому не пишу эсэмэски.

— Вот за это таких, как ты, ненавидят. Поэтому у тебя нет друзей.

 

117

 

Мне не нравится, что прогнозы косолапого прорицателя Якова Потапыча ограничиваются футболом. Рано или поздно Яков Потапыч ошибется насчет наших перспектив и пойдет на живодерню вместе с хозяевами. Гораздо вернее использовать его в прогнозах выборных. Можно одним Яковом Потапычем и обойтись, выборы не проводить.

 

118

 

«Роженицам разрешили громко болеть во время матча». Ну, и зачинать тогда. Предохраняться можно вообще оглушительно.

Побывал не то чтобы в центре, а по касательной, видел аргентинцев и нигерийцев. Черт побери! Этим так называемым гостям только жрать да за мячиком наблюдать. Сложилось впечатление, что щедрая душа России им по сараю. Я не заметил ни одной растерянной и полной благоговения рожи: мол, надо же оно как, а нам говорили наоборот! Никто никаких открытий не переваривает и откровениями не пропитывается. Подлый народ.

 

119

 

Передают, что в 2035 продолжительность жизни в СПб составит 80 лет. План будет перевыполнен. Мне будет, стало быть, 71. А там, как я уже писал, еще поднимут, и черепаху не догонит Ахиллес с косой. То есть впереди светла дорога. И в конце дороги — яркий свет.

 

120

 

Как же славно быть дома! Выходишь за сигаретами, и все вокруг родное. Тихий, уютный быт. Помню, читал сказку Энде, там был такой господин Пиджакер — отдельно упоминался в пейзаже. Все, мол, хорошо, вот он идет, а вот едет мусоровоз.

Так и сейчас: знакомое лицо. Седой, усатый газовщик в комбинезоне, с чемоданчиком. Спешит на работу, я его часто вижу. Сонный и приветливый мир. Но только я знаю, какая это гнида. Чуть не взорвал нас, чуть не отправил к праотцам.

 

121

 

Пошли вечером в магазин. У входа за спиной раздалось:

— Стой, сука-блять, а ну стоять!…

Я не спеша оглянулся, оценивая угрозу. К нам, сильно качаясь, бежал неизвестный с рюкзаком.

— Стоять, блять-сука!

Я прикинул, кто это и где я мог ему насолить. Мы не стали задерживаться и прошли в одну дверь, потом в другую.

Человек, чуть не падая, пробежал мимо нас к кассе. Невнятно спросил сигарет. Дальше я не знаю, мы ушли в другой зал.

 

122

 

Посидел на Конногвардейском бульваре. Размяк. Вот, думал, сижу я тут классически правильно, под липами — такой вот солидный, даже в пиджаке, претендующий на некоторое отношение к словесности, а рядом — Английская набережная, и я, находясь в Конногвардейском бульваре невдалеке от Английской набережной, кротко сшиваю ткань времен.

— Ты что пиздишь, блядь?!..

Малолитражка промчалась мимо, преследуя нечто покрупнее, обтекаемое и черное. Из окошка высовывалась разъяренная харя.  Шов времени затянулся.

 

123

 

Были на кладбище. По дорожке бодро проехал молочный грузовичок. Молоко «Клевер».

Молоко вдвойне вкусней, если…

 

124

 

Разговор с доченькой. Она:

— Неловкий вопрос: тебя взяли на работу?

— Ну, вроде да. Я же позвонил тебе, сказал.

— Дело в том, что я в тот момент спала, и мне снилось, что я убиваю динозавров, которых вы там у себя дома завели. Теперь проснулась и ни в чем не уверена.

 

125

 

Вот где футбол! Передают сейчас. «Нарвская застава» победила команды из Крыма, Пскова, вроде бы Красноярска и вообще всех. Тренер у нее из Австралии. Рассказывает сейчас на камеру про агрессивную манеру игры.

Это мой район! У нас и газета есть «Нарвский округ», мне ее в ящик бросают, а я ею мусорю.

 

126

 

В кои веки раз скажу за Дональда. Завтра он выразится так:

— Это была очень, очень хорошая встреча. Да. Я думаю, что это очень хорошо. Владимир — отличный переговорщик, он очень умен и с тонким чувством юмора. Я уверен в этом. Да. Думаю, что все у нас с ним будет хорошо. Это великий день.

Ну, как наш дачный хозяин дядя Боря, встречавший батю с утра, сидя в плетеном кресле и с водкой в розовом фужере в руке.

— Все у нас с тобой будет! Все!

— Что будет, Боря?

— А все!

 

127

 

К финалу мандуаля. Выяснилось, что наша 26-я больница — сравнительно приличная — все это время не принимала. Дежурила. Ждала гостей, влюбившихся в наше хлебосольное Отечество. Всех везли в 15-ю, откуда недавно, как я ссылался, уволилась почти в полном составе реанимация.

 

128

 

Телесная обнаженность располагает к самозабвенному удовлетворению базовых потребностей. Горизонты мышления сужаются. Потребности тоже сокращаются до пищевых.

Это я после народного пляжа. Ну ладно, шашлык. На него можно махнуть рукой, это архетип. Но и без шашлыка все вокруг нас жрали. Без перерыва, все подряд. Не мысля иного, спеша, давясь, умножая на себе складки. Нет, у нас тоже были бутерброд и банан, но они быстро кончились. Только один мусульманин отвлекся на намаз. Потом тоже зарылся в лепешку.

 

129

 

В ленте:

«– Штука, которой вы научились за последние два года, после суперского Евро-2016? – Не меняться. Оставаться как можно более таким же, как был, даже если в твою ж…»

Это не я обрезал. Это Фейсбук обрезал, для дальнейшего разворачивания. Там дальше про жизнь.

 

130

 

Не знаю, с чего вдруг, все тихо, но вспомнились правила мозгового штурма.

  1. Высказываются любые идеи.
  2. Критика недопустима.

Это меня покойный дядя научил. У нас не было ни гроша, а выпить хотелось. Решение нашлось через пять минут. Не помню, какое. Тренинги не такая уж ерунда.

 

131

 

Седой дедок вида сильно неблагополучного обратился ко мне:

— Отец, дай закурить!

Я дал. С вопросом встречным:

— Какой я тебе отец?

— Ну, все равно же старше!

 

132

 

Государь процитировал классиков, уподобив заокеанских недругов «жалким, ничтожным людям».

Государь подзабыл, кто именно назвал прототипов ничтожными и за что. Они были недовольны похищением гуся.

 

133

 

О, какое слово узнал: лукизм! Это дискриминация по внешности. Если раньше кого-нибудь можно было назвать уродом, то теперь это нехорошо и можно законно обидеться.

 

134

 

Ветеранам ВОВ можно не платить курортный сбор на пляжах Анапы и Геленджика.

Есть в мире правда.

 

135

 

Вчера была пересмотрена эротическая кинокартина «Империя чувств».

Общее недоумение. Да, в ту же самую реку можно войти, но вода другая. Я смотрел его в рамках кинонедели Осимы в конце перестройки, на большом экране. Полный зал побагровевших и притихших советских людей наблюдал за поеданием яйца, которое героиня засунула в себя и снесла; за эротическим удушением и отрезанием хера. Вот это было да.

 

136

 

Предатель выдал врагу наш сверхзвуковой секрет.

«А летит она вот так: ууууу!»

Но не слышно ничего, конечно. И не видно.

 

137

 

Посмотрел на колбасную бомбардировку в Пензе. Народное гулянье. Танцы в резиновых сапогах — в ожидании бомбардировщика. Коробки на парашютах это не дело. Надо нарезочкой накрыть и застелить, лепестками, ковровой бомбардировкой.

 

138

 

Автомобили то ли поставят на воинский учет, то ли нет. Вроде бы нет, но не бывает дыма без огня.

Рисую себе картины: автомобиль призывают на сборы. Автомобиль ломает себе тормоза и косит, на медкомиссии демонстрирует энурез — сливает бензин. Автомобиль требует себе альтернативной службы в доме престарелых, потому что ехать на Берлин несовместимо с его убеждениями. Маленькая «Нива» терпит издевательства со стороны дедов-мерседесов. Велосипед попадает за нерадивость в штрафбат. Самокат пропадает без вести на строительстве генеральской дачи. Не служил — не автомобиль!

 

139

 

Звонок в домофон.

— Кто там?

Хрипло, после паузы:

— СлесарЯ со двора.

«Не хотят черти жить на болотах, хотят в кельях». Не пустил.

 

140

 

Не знаю, что за чудовища властвуют во дворе по ночам. В четыре утра начали ломать палки. Может быть, кидать. Оглушительно. С другой стороны света, вне связи с этим, начала что-то вкрадчиво приговаривать невидимая бабуля. Пришлось задраить окно. По такой-то погоде. Потом привели пса. Судя по лаю, это был слон. Это уже около пяти.

 

141

 

Видел рекламный плакат Федеральной Налоговой Службы. Про онлайн.

«Быстро, просто, удобно!» Ниже: «В 2013 году космонавт Виноградов уплатил земельный налог с борта МКС!»

Ну, слов у меня не хватает от облегчения. С того света! Из рая!

 

142

 

Канал ТВ1000 показал сразу после августейшего морского парада «Праздник Нептуна». Щитаю это диверсией и ударом в спину.

 

143

 

Поминая Войновича, телеканал назвал его автором книги «Москва 2024».

Нет, все-таки уважают у нас литераторов, стараются. Да и вообще такие крупные проекты как-то принято сдавать досрочно.

 

144

 

Мир, затаив дыхание, следил за вызволением моего земляка-альпиниста, который залез так высоко, что не достать. Думаю о том, что меня всегда задевало несколько высокомерное отношение Высоцкого к тем, кто такими вещами не занимается.

«Шаг ступил на ледник — и сник». И записался во второй сорт. Ну, сник — и что? За это Обломову общественное презрение? Я вот вообще боюсь высоты. Что теперь делать? Почему мне почетно забраться туда, где холодно, неудобно, опасно, нечего жрать? Тем более при жизни в такой географии. Ладно бы я охуел от социального сервиса в какой-нибудь шведской швейцарии, но мне и так холодно, неудобно, опасно. Я много чего другого опасного делал, а бессмысленно лезть куда-то мне с малых лет было неинтересно и противно.

«Вверх таких не берут». Ну и слава богу.

 

145

 

С экрана:

«На это (нужное вставить) нельзя повлиять. ЗАТО можно купить пакет услуг Сбербанка…»

Олигофрения не подлежит коррекции. Зато можно сесть в троллейбус и купить билет. Микробы невидимы. Зато Мегафон предлагает вам новый тариф. В чужих руках хуй всегда толще. Зато наша новая коллекция в два раза больше объема.

 

146

 

Глянул литконкурсы. Привлекает вот этот:

«КОНКУРС-ВИКТОРИНА «Я О СВОЕМ ТАЛАНТЕ МНОГО ЗНАЮ…»»

 

147

 

Старый товарищ давеча меня повеселил. И смех, и грех. У нас есть общие знакомые — чур, не выдавать меня. Не могу не поделиться. Я беззлобно.

Тема печальная: родитель его, которого тоже знаю со школьной скамьи, совсем плох и уже не первый месяц застревает между небом и землей. Надежд никаких, человек ведет вегетативное существование. А товарищ мой сильно верующий, у него есть духовник. К нему и пошел.

Батюшка сказал, что есть особый канон, который читают, чтобы в этом промежуточном состоянии наступила полная определенность. Ни в коем случае не эвтаназия! Батюшка сам читал этот канон в аналогичной ситуации. И все очень быстро решилось в традициях человеколюбия и сострадания.

Товарищ мой начал читать этот канон. Состояние родителя не изменилось, зато вдруг преставилась 90-летняя тетушка.

Духовник был не без юмора.

— Неаккуратно помолились, — заметил он.

 

148

 

Во дворе хорошо, окно у меня открыто. Воинственная бабушка прогнала со скамейки собеседницу.

— Иди, иди отсюда! Ничего не знаешь, а еще споришь! Потому так и живем! Иди отсюда, бестолочь!

Ровесница ушла, убитая горем, но с достоинством.

 

149

 

— Грандиозная распродажа, — уныло приговаривала тетя возле метро. — Грандиозная распродажа.

Это про какое-то тряпье.

Хотел остановиться и поговорить о единстве формы и содержания как залоге успешного маркетинга, но замер. Рядом шла распродажа куда грандиознее: предлагали рыбу. Консервы. На палящем солнце, на асфальте прямо, стояло десять откупоренных банок — шпротики, скумбрия, килечка. В маслице. Нагибайся и пробуй. Даже кушай.

 

150

 

Я думаю, что есть известная правда в неправильном словоупотреблении. Вчера в лесу на нас вынесло тетеньку. В ста метрах от шоссе. Она заблудилась.

— Я все блужу, блужу, — пожаловалась она.

Это показалось естественным. А если бы она сказала «блуждаю», лично мне резануло бы слух.

 

151

 

Я вам сейчас расскажу про не знаю, как это называется. Распределительный щит? ХЗ. Я в электричестве ноль. По физике — пять, но в отрицательную сторону. Я могу лизнуть фазу. Или две. Но на лестничной площадке есть такая херня с дверцами, где надо щелкнуть, если вырубились пробки. Так вот, они вырубились.

Я пошел. Эти, с позволения сказать, отсеки с дверцами, где находятся змеиные клубки проводов, забиты алкогольной тарой. Там бутылки, стаканы. У нас домофон. У нас дом высокой культуры и быта.

 

152

 

Сосед мой снизу, который огромный медведь Константин, обзавелся приятелем. Маленьким таким, тщедушным. Пат и Паташон. Было очень забавно наблюдать вечером, как друг ведет Константина домой. В авоське были продукты. Маленький катер буксировал баржу. Баржа качалась.

Мы не выходили из машины — дожидались, чтобы вошли в парадную. Не хотели диалога. Но поторопились, пересеклись. Вошли, а те еще качаются перед своей дверью. На лице Константина написалось резкое узнавание пополам с припоминанием.

— Леха! Грибы-то сожрал уже?

Я ударил его в грудь со словом: «Ишь!»

И протиснулся боком. Пока не вспомнил что-нибудь еще, я с женой был.

 

153

 

«Гомосексуализм это поклонение бааль пеору.» Дальше читать не стал. Вот оно! Это не ориентация, а вероисповедание.

 

154

 

Гражданин купил бутылку водки и стримит на кассе свой внутренний мир:

— Да здесь невозможно жить! Постоянно звонят: ты где? ты как? Надо сказать: женюсь! Вот! Так и сделаю! На поповской дочке! Из женского, конечно, монастыря. Ну а что мне делать в мужском монастыре? А я такоооой!…

 

155

 

Слушали радио. Разговор шел о французских вертолетоносцах «Мистраль». Было сказано, что они нам не нужны, потому что наступательные, а нашей военной доктриной это не предусмотрено. Поэтому мы будем их делать сами.

 

156

 

Помните, писал я про электрощит, набитый стеклотарой? Приходим вчера домой, а вся она демонстративно выстроена на полу, под щитом. Прилично так. Мне без последствий столько не выпить.

Ладно. Варим грибы, мир и покой в доме Облонских. Звонок в дверь. Кто? Пауза. — Домоуправ! Я тоже помедлил, потому что не подозревал о существовании такого реликта.

— Мы не звали.

— Кто бутылки поставил?

— Мне почем знать!

Тишина. Варим дальше. Снова звонок.

— Уберите ваши бутылки!

Ну, грубость последовала! Вынужденная. Бог свидетель, я был настроен галантно. В ответ — топ-топ-топ. Потом мы вышли, глядим — бутылок нет, а еще и лестница вымыта. Вот что значит домоуправ. Ручное управление по образу и подобию.

 

157

 

У нас тут немножечко ураганит, так с крыши Генштаба сорвало леса и кое-кого побило. В частности, итальянцу сломало лицо. В этом что-то есть: приехать полюбоваться на местное беллиссимо и получить по ебалу доской с Генерального Штаба. Понятно, что в структуре вероятностей это вполне заурядно, но в его семействе, наверняка католическом, могут рассудить и иначе. И сделать мистические выводы.

 

158

 

Показали: Государь с Шойгу и Бортниковым собирают грибы. У меня есть грибная книга, где в предисловии сказано, что собирательство — «очень древнее поведение». Но я думаю, что тут поведение понативнее: розыск.

Два момента обращают на себя внимание. Первый: исполнитель главной роли перелез через дерево, хотя мог обойти. С демонстративным усилием и кокетливым отдыхом наверху. Думаю, это символ. Дерево — временные общемировые трудности, которые успешно преодолеваются.

Второй момент: съел ягодку с земли. Ну, тут просто не удержался, плохо лежала. Охрана не успела повалить и спасти.

 

159

 

Соображаю, что «Поле чудес» это старинная игра в виселицу. Маменька со мной играла в детстве. Я довольно часто болтался. Если букв оставалось много, а я уже висел, маменька разводила подо мною костер.

Любовался рекламой новостроек в местечке Лупполово. По-моему, это неблагодарное занятие. Но еще хуже строить немного дальше и объяснять, где это.

 

160

 

Слушаю сейчас: у нас появились льготы, которых раньше не было — теперь женщины, родившие трех детей и больше, смогут выйти на пенсию раньше! Не в 60 лет, а в 58, 59! Это дело. В 55 было совсем нехорошо.

 

161

 

Вижу, вижу изъяны в пенсионной реформе. Как быть с теми, кто уже на пенсии и незаслуженно жирует? Надо взыскивать, изымать неправедно накопленное. Конечно, дифференцированно и постепенно, но и не очень медленно, затягивать этот важный процесс нельзя. Но есть и хорошее: грозятся сажать за увольнение в предпенсионном возрасте. Значит, в 60 можно будет облегченно вздохнуть и наебениться на рабочем месте. Пусть попробуют вякнуть.

 

162

 

Онлайн-версию «Короля Лира» небывало украшает реклама.

Корделия… И тут же: кАзино, три топора, кАзино, три топора, где поднять бабла?

Я думаю, Шекспир прошел мимо важной, даже вселенской темы. Сэр Энтони Хопкинс, как и везде, в «Лире» хороший, но увы — не покидает впечатление, что он, если придет в подобающее настроение, кого-нибудь и съест. Такова его участь! Ибо не надо было. Одновременно он время от времени почти неотличим от Макдауэлла. Все такие будем.

 

163

 

Котик действует в духе тюремного надзирателя. Шесть часов — все. Подъем. Орет дико, как последний человек на Земле. Ломает дверь.

 

164

 

Намылился в магазин. На входе задержался: выходила бабушка. Враскоряку, с палкой, седая, коротко стриженная, не сильно довольная окружающим миром.

Я остановился и предупредительно распахнул дверь. Я вежливый. Придержал. Бабушка тоже остановилась.

— Дай дверь!

— Что?

— Дай дверь!!!

Ничего не понимаю.

— Так вот, я держу, проходите…

— Я вроде бы по-русски говорю, — демонстративно изумляется она моей инопланетности и так же театрально, призывает свидетелей. Зычным рыком: — Дай дверь!!!! Я за нее держусь!

Пожав плечами, толкнул дверь к ней. Она взялась, вышла. Дальше заковыляла точно так же, уже не держась ни за что.

— Я привыкла сама себя обслуживать….

— Да не похоже…

— Заткнись! Я всю жизнь работала!

— Я тоже работаю.

— Да! Как же! Работничек!

Пожав плечами, я зашел в магазин, а потом поехал на работу.

 

165

 

Привиделось, что нахожусь в большом зале на тусовке у какого-то видного режиссера. Атмосфера творческая, распиздяйская, все бродят. И он мне отечески: как вы очутились у меня на курсе? я помню вас по белорусскому КГБ. Все прощу, пусть только объяснит, почему по белорусскому.

 

166

 

Что происходит с червями при сушке грибов, если червей немножко все-таки есть? От чего они гибнут?

Варианты: 1) от болевого шока; 2) от гипертермии; 3) от синдрома медленного раздавливания, благо грибы съеживаются. Мне милее медленный вариант.

 

167

 

Наследница прибыла в Канаду поучиться там, поработать, пожить. Ну, вы поняли. Я искренне благодарен за такой поворот дорогому отечеству — его славной истории, традициям, развитой экономике, великой литературе, замечательной эстраде.

Как говорится, мы не пожили — пусть хоть дети поживут! Не зря мы это все! Но на канадской таможне случился конфуз, промурыжили. Из-за чего? Из-за большого тома Толкиена ин инглиш. Листали, сканировали, что-то искали. А потому что из Мордора. Мало ли, что Галадриэль.

 

168

 

Дочура, из Канады.

— Побывала в местном МФЦ. Знаешь, сколько времени заняло?

— Минуту.

— Шесть. Причем три из них мы шутили. Сотрудница: как фамилия отца? Я: как моя, но без «а». Она: О, как водка! Вы любите водку? — Нет, но некоторые родственники — да!

 

169

 

Дочура рассказала историю про сайт секс-игрушек, где был оставлен отзыв: «Я купила этот предмет, потому что у меня умер кот, и мне надо было отвлечься…»

Я, услышав, сразу же начал гладить своего:

— Котик хороший, живи долго — пожалуйста, не болей…

 

170

 

Телефонный диалог, только что.

Медленно:

— Здравствуйте…

— На хуй.

 

171

 

Хвораю, отдыхаю. Смотрю кинокартину «Небоскреб». Лениво набрасываю сценарий отечественного римейка.

Башня Газпрома. Чемпиону спорта Карачун-оглы поручено доставить на самый верх Олимпийский факел. Но там его уже поджидают вооруженные до зубов агенты Международного Антидопингового Комитета. Завязывается бой, начинается пожар. У ветерана горячих точек Андрея есть полчаса, чтобы потушить его показом чудотворной иконы. Андрей дополнительно мотивирован тем, что в зоне пожара находятся его легкомысленная жена Наташа и мутный бизнесмен Олег, к которому она ушла. Плюс Карачун-оглы.

В финале выясняется, что Андрей — пришелец и богатырь из седой отечественной старины. Он молчал об этом всю жизнь, но теперь ему пора возвращаться.

 

172

 

Беседуем с дочурой про дискурс. Она говорит, что вне контекста фраза «фермер убивает гуся» совершенно мертва и ни о чем.

— Я сделаю о чем, — говорю. — Я поставлю в конце восклицательный знак! И выйду с плакатом.

— А это уже контекст, это протест! Ты против!

— Кто сказал, что я против? Может, наоборот!

 

173

 

Народ возмущается действиями Отчизны по отношению к питерским недовольным. Только забыли, где все это происходило.

А происходило на площади Ленина у Финляндского вокзала. Дело было когда? В воскресенье. Мирные граждане что делали? Ехали с дачи. А рядом там что находится, как нарочно? Детская больница. Написал же Всеволод Емелин: «А не маршируйте у детской больницы, Не мешайте людям ездить на дачу и с дачи, И не будет проблем с милицией, И никто вас не будет херачить.» Это после беседы Государя с культурой. Ведь уже на пальцах предупредили.

 

174

 

Пришел домой — нет воды. На подступах был замечен вылезавший из подвала человек. Звоню.

— Не знаем ничего, кто это. Говорят, Водоканал. Мы сами разбираемся…

Сколько еще в мире загадок и секретных материалов! В подвале побывал, конечно, Малдер.

 

175

 

Говорят, что после того, как глава Росгвардии вызвал Навального на дуэль, начался дуэльный флешмоб. Прикидываю, в чем бы посоревноваться с фигурантом.

В далеком детстве — будучи лет пяти, когда сортирный юмор мне был еще интересен — я поучаствовал в игре в слова и победил. Надо было как-нибудь ловко обозвать туалет, и я сочинил «срапердолет». Думаю, что мы с пользой проведем время, сочиняя синонимы к ведомству, которое господин офицер  возглавляет.

 

176

 

Шел на работу — видел казака, шагал навстречу. Подтянутый, при ремнях, в папахе. Седой и в очках. Нес пару свернутых флагов непонятно, каких.

Постой! захотелось крикнуть ему. Вот же клиника. Сейчас я тебя проверю. Внутренняя сонная стопудово забита процентов на пизьдесят.

 

177

 

Когда что-нибудь пропадает, всегда можно свалить на котика, который съел. Труднее, когда оно появляется. Котик выделил, да. Телефонную зарядку.

Багажник машины был тщательно обшарен дважды. Вчера и сегодня. Вещей там не куча. Кое-что понабросано, но дна не закрывает. Перебрали, перекидали. Закрыли багажник. Открыли через час — она лежит сверху, на видном месте. Демонстративно. Стива Кинг собирал этот автомобиль.

 

178

 

«Носить флаг России разрешено в периоды гордости за страну».

Это что за предательская, провокационная формулировка? Какие еще периоды? Получается, что возможны и какие-то другие. Что это, блядь, за синусоида сезонных настроений?

 

179

 

Кто-то сверлил МКС. Глава Роскосмоса сказал, что это либо инопланетяне, либо американцы.

 

НАУЧНО-ФАНТАСТИЧЕСКИЙ РАССКАЗ

 

— Теперь понятно, откуда взялись эти предметы, — сказал астронавт Джон Смит, рассматривая парящие под потолком чудотворные мощи, спортивный факел и футбольный мяч. – Кто-то просверлил дырку, и они залетели.

— Говорят, это мы просверлили, — заметил Билл Браун.

— Мы не сверлили, — рассеянно отозвался Джон, прилипая к иллюминатору. – Возможно, это сама планета. Как Солярис. Это, может быть, не планета, а огромный мозг.

— Нет там мозга, — решительно возразил Билл.

 

180

 

Съездили в лес. За час настригли корзину всякого — и домой. Бессобытийно.

А вот товарищ мой, который давеча заглянул, представляет собой магнит и притягивает к себе всевозможную биологию. Вечно к нему и птицы слетаются, и змеи сползаются, и лягушки показывают скоком бесшумным, где гриб. Доложил он, что побывал в лесу и видел, соответственно, лису. И лося. Подумав, добавил, что в Зеленогорске живет заяц. И развел руками: чего же боле?

 

181

 

На трассе неизменно озадачивает дорожный знак: скачущий лось с пояснением — 1 км. Откуда это известно? Какая-то фиксированная точка? Он появляется точно там? Один или у них так принято?

 

182

 

Нынче видели место кровавого смертоубийства. В половине второго на Приозерском шоссе замочили какого-то Бадри, который свидетельствовал против какого-то арестованного главмусора. Говорил, что лично слышал, как тот распоряжался замочить кого-то еще. А Бадри, очевидно, стоял рядом и кивал.

Жаль хорошего человека. Нет предела моему возмущению. Мы пронеслись мимо, и я не успел толком рассмотреть его расхуяченную из огнестрельного оружия тачку.

 

183

 

В конечном счете нынешний церковный раскол, полагаю, есть продолжение все того же древнего спора: от кого исходит Святой Дух. В новейшие времена сложилось пока не высказанное напрямую мнение, что он исходит от лица довольно неожиданного.

 

184

 

Жена моя резко аполитична, но ко мне относится со всем пиететом. Вчера мы ездили, я внимательно слушал радио. Сегодня она сообщила мне специально, что в Хабаровске победил элдэпээр. Ей по сараю, но хотела сделать мне приятное, потому что мне интересно.

Ответом стал громкий, но любящий хохот.

 

185

 

Разговоры с наследницей. Ее интересовало, что считать полночью субботы: ночь с пятницы или ночь с субботы?

— С какими ощущениями у тебя ассоциируется полночь субботы? Как бы ты это выразил?

Я не понял, что от меня требуется.

— Можно, я не буду говорить?

 

186

 

Думаю о заявленной борьбе с онанизмом. Простителен ли он, если воображаемый объект укладывается в патриотическую парадигму?

 

187

 

Доченька кидает мне очередную предъяву за искалеченное детство. Зачем я читал ей в 6 лет «Пеструю ленту», да не до конца, а с обещанием, что дальше будет интересно — и лег спать. Говорит, что только через 4 года прочла, что там дальше, а до того боялась смотреть на резинки для волос.

В общем, карму себе я попортил так, что уже все равно. Можно распоясаться.

 

188

 

Тоскую по величию и размаху. Самолет «Кобзон» это как-то убого. Даже если еще планету в придачу. Даже если элементарную частицу плюс бонусом синоним «пиздеца». Все равно. То ли дело был Киров! Горький! А тут даже город не решаются.

 

189

 

Пишут, Государь заменил нам губера. Как же так? Мы же его осознанно выбрали! Взамен будет некий субъект, который когда-то был властелином Курортного района. Аккурат в эпоху моей там работы. Как сейчас помню: район при мудром князе расцвел. Особенно моя больница.

 

190

 

Сирена воет. По случаю нового градоначальника, полагаю.

 

191

 

Доченька рассказала, как улетала. Прощаясь с мамой, расплакалась. Пришла зареванная на контроль, а там — юная пограничница. Сочувственно: ну, что вы? надолго, что ли, уезжаете? — На два года! — Ну, вы же вернетесь! » Тут я зарыдала еще сильнее».

 

192

 

Разъяснение насчет тех, кто пишет «вкусный текст». Текст, может быть, и вкусный. Но для того, чтобы это оценить, едоки его съели и усвоили. А потому их рецензия есть продукт пищеварения.

 

193

 

Прочел, что ГРУ, которое так обосралось в Солсбери, не настоящее ГРУ, а для вида, а настоящее ГРУ спрятано под землей и процветает. Хочу написать роман про настоящее подземное государство, которое никак не сообщается с наземным. Там давно построили коммунизм и все замечательно, в Восточной Европе — и Западной тоже уже — все так же хорошо; государство исправно расползается и в настоящее время занято тем, что потихоньку трясет Иеллоустоунский вулкан.

 

194

 

Пришел маляр белить потолок; я записал, что надо купить. В грунтовках и шпаклевках не разбираюсь. Укол там назначить какой-нибудь, вытяжение, иголки под ногти — это пожалуйста, а в этом не понимаю.

Приехали в магазин, я показываю свои записи работнику.

— Кто это вам писал? Узбек какой-нибудь? Вы осторожнее будьте, когда нанимаете…

 

195

 

Не могу успокоиться насчет церковного раскола. Мне это сильнейшим образом напоминает раскол нашей кафедры неврологии. Ее теперь две, под одним шефом, обе претендуют на независимость и службы ведут в разных зданиях. Шеф не вечен, а князья точат зубы, ножи и камни.

«Решения канонически ничтожны». Так и буду теперь говорить. Ваши жалобы канонически ничтожны. Вы канонически ничтожны. Вы ничтожны не только по факту, но и канонически.

 

196

 

Я понимаю так: еще вчера из наших сердец струилась жаркая молитва о здравии Константинопольского патриарха, но его безобразный поступок прервал эту трансляцию. Мы больше не желаем ему здравия. Господь, не слыша нашего заступничества, исполнится сожаления, разведет руками и отвернется от него. Не будет ли правильнее сделать наоборот — десятикратно усилить вещание, молясь о возвращении этой заблудшей овцы в лоно?

 

197

 

Про умерщвленного саудовского журналиста: мне понравилось, что прилетели 15 человек и привезли с собой специальную пилу пилить голову. Неужели у них в посольстве нет пилы? Богатейшая страна, седые традиции — и такое разгильдяйство.

 

198

 

Значит, по мнению Государя, «россияне попадут в рай, а все остальные просто сдохнут, даже раскаяться не успеют».

Понимаю это так: россияне не просто сдохнут, а попадут в рай и даже успеют раскаяться. А также заплатить налоги и посетить сайт Госуслуг, предположу от себя.

 

199

 

У нас тут очередной ремонт, пришли мастера, супружеская чета. Сам я был на работе, не видел — пересказываю.

Он-то тихий, а она — не совсем. Начала с желания пить кофе и курить, чем и занималась каждые пять минут в туалете — закрывалась там с кружкой. С кружкой пошла и в хозяйственный, и продовольственный магазин — что-то докупить. Там ее хвалили за аромат кофе, а она пускалась в разговоры: заказчики угощают. Потом сообщила, что утром родила ребенка. В пять часов.

«Спала — и вдруг родила!»

48 лет. Ей, не ребенку. Ну, оставила дочку сидеть с ним и поехала к нам.

«А, у вас котик! Я завтра кошечку принесу.»

Придется мне завтра присмотреться к ней лично. Я в некотором замешательстве. Первым решу вопрос о выпивании в туалете нашего кофе. Потом осторожно справлюсь о новорожденном.

 

200

 

О котике. Тут выросло чудовище годзилло. Меняем мы двери, так я интересуюсь: не откроет ли когтем, чтобы ночью войти и скакать?

— 40 кг! — недоверчиво посмотрел на меня подрядчик.

Ну вот. Предварительное: дверь в комнату еще старая. Не буду вдаваться в детали: короче, я положил вчера перед сном на пороге 2 мешка ротбанда по 10 кило — баррикада. Чтобы не поддевал когтем.

В четыре часа утра баррикада была взломана, мешки отодвинуты, и стал поддевать когтем.

 

201

 

Ремонтник пришел один. Жена улеглась в больницу.

— Она же вроде как давеча родила? — осторожно спросил я.

— А, — горестно махнул он рукой.

Я не стал продолжать.

 

202

 

Комедию про блокаду я еще не видел и смею лишь осторожно предположить, что громче всех возмутятся те, кому давно показано лечебное голодание. Блокадники в этом вопросе права громкого голоса, я думаю, не получат. Комедию такую снять можно, но крайне аккуратно.

Примерный сюжет: 1942 год. Старый профессор прописывает товарищу Жданову строжайшую диету. Можно и про концлагерь. Руководство Аушвица предлагает обменять всех узников на одного товарища Кагановича.

Невозможных тем нет! Просто нужна избирательность, деликатность.

 

203

 

Кто-то надменно говорил мне, что благодатный огонь — чудо из иерусалимского совнархоза, к Стамбулу отношения не имеет. Будет нам благодатный огонь! Похоже, что и там окопались предатели. Боюсь, что огонь повезут к нам контрабандой. А может быть и иначе: затопчут бульдозером, как запрещенную колбасу. Вообще, воображаю: вот храм, священная ночь. Зажигаются истинно православные, русские свечи. И вдруг выясняется, что какой-то бес пронес и распространил огонь еретический, так что теперь не разобрать, у кого что.

 

204

 

По-моему, жена ушла по делам с тяжелым сердцем. Последнее, что она видела — я, стоящий с отверткой в руке, привалившийся к стремянке и с блеском в глазах.

 

205

 

Не понимаю в упор, как будут отслеживать доход самозанятых. Это ведь надо донести. Достаточно ли мне будет написать, что наш сантехник самозанимался у меня дома на протяжении года и заработал миллион неучтенных страной рублей, а за отдельную плату оказывал мне психологическую помощь и нянчил кота?

 

206

 

Доченька про Канаду: единственная угроза — это медведи, которые ебутся на шоссе. Движение застопорилось, все ждут, не мешают. Вполне оранжевый уровень, между прочим. Я бы не вмешивался.

 

207

 

1 ноября. Огорчает отсутствие новостей о перемещениях деда Мороза. Уже давно передали, что собрался в путь и даже выехал. В сентябре, что ли. Ну, в октябре. В начале.

Вообще, очень не хватает его летнего напарника. Пусть бы он выезжал с весной откуда-нибудь с юга. Например, из Крыма. Дед Кокос или Дед Апофеоз. Ну, или Дед Крымский Мост, Дед Территориальный Вопрос.

 

208

 

Как же так — не будут отмечать праздник? У нас очень плохо осенью с праздниками, а ведь это вехи, кочки, чтобы преодолеть топь. С НГ прыжок на половые, потом — на 9 мая. День России — так, легкий десерт, уже отрыжка. А дальше — голодание. Затяжной прыжок от июня до января. Надо же соображать. Народ хотел выйти, объединиться. Вон, все метро утыкано: «Россия объединяет». Напрасно, что ли?

 

209

 

Маляр назвал меня Виктором. Я-то думал, у нас все серьезно. Чая он не получит.

 

210

 

Новость о том, что реконструкторы додумались гнать пленных по городам, вселила в меня веселье. Не зря написал я рассказ «Марш». Печенкой чуял фантазии.

 

211

 

Пишут, приняли восьмиклассника, знакомого с архангельским подрывником. Тоже изготовил СВУ и собирался его послезавтра взорвать.

Я тряхнул стариной, написал стишок — баловался когда-то.

 

Маленький мальчик собрал СВУ,

Сразу приехали на дом к нему.

Многих умелец знает ребят!

К вечеру начисто вымер Контакт.

 

212

 

«Чувство патриотизма — важнейшая часть общенациональной культуры, стержень нашей генетической памяти», — заявил глава государства.

Генетическая память — это, как я все чаще прочитываю, когда у женщины много партнеров, которые засоряют своей генетикой ейную. Другой не знаю даже в паранаучном варианте. Там, насколько я понял, в хромосому встраивается целая сперма. Поэтому стержень здесь выглядит вполне уместно. Бывает нефритовый, бывает и березовый.

 

213

 

«Глава департамента молодежной политики Ольга Глацких на встрече с юными волонтерами заявила, что «государство не просило родителей их рожать», соответственно, оно ничего детям не должно».

Очевидно, ее родителей кто-то попросил. Думаю, зоопарк.

Нашумевшая чиновница: «Мне 27 лет. Что такое 27 лет и орган исполнительной власти? Я понятия не имею, что такое бюджет. Но у меня не было других альтернатив, кроме того, как согласиться с губернатором. Все меня поздравляли. А с чем поздравлять? Мне дали орган исполнительной власти, а я не знаю, что с ним делать».

В 27 лет пора бы и знать, что делать с врученным органом.

 

214

 

Пошел по ссылочке на Вести-ру почитать про мальчика, который утонул в выгребной яме. Новость изложена правильно, грамотно. По центру она разбавлена рекламой: «Главное блюдо на завтрак — это модно. Теперь каша с утра — это не только полезно, но и потрясающе вкусно!»

 

215

 

Напрасно ополчились на «молочку». Шипите сколько угодно — все равно будут говорить. Видел сейчас такую в магазине. Огромная, в красном спортивном костюме со словом «Россия» на спине и настороженным табуреточным лицом. Как раз молочку и брала, хотя могла бы и сама выделять.

 

216

 

Ездили, слушали радио. Новость повторялась с интервалом минут пятнадцать: между Трампом и Государем состоялся тактильный контакт.

 

217

 

Не буду описывать ход мысли, но всплыло воспоминание. Будучи в старших классах, мы с парой приятелей считали себя слишком умными и создали шкалу дебильности для одноклассников, от 1 до 10. Видим какое-нибудь мудачество — и выносим непонятный другим вердикт: четыре. Или восемь.

Так вот: предсказуемую реакцию вызвала поэма Блока «Двенадцать».

 

218

 

А Курилы передадут с теми же церемониями? Какой-нибудь простенький референдум, изменение в Конституции, трансляция из Совета Федерации? Съемка доброй комедии? Разрешение везде курить? Или что-нибудь с курами? Курненаш. Курнах.

 

219

 

Наняли работницу клеить обои. У меня черные мысли. Мне не по себе.

У нее на телефоне стоит песня: «Едем, едем в соседнее село на дискотеку. Едем, едем на дискотеку со своей фонотекой». Оправданны ли мои опасения?

 

220

 

Пришли наклейщицы обоев. Разделись сразу! В смысле штанов. Я ахнуть не успел. Спрятался за угол.

— Да ладно!

Спрятался дальше.

 

221

 

Слышал вчера по радио, как Государь посетил какую-то аптеку и теперь туда валит народ. Я бы на месте аптекарей проявил капитализм. Такой случай!

Орлиные очи вперились в упаковку виагры. Эффективность повысилась в десять раз. А стоимость — в сто. Затем он пронизал взором слабительное. Заработало прямо на прилавке! В четыре раза выросла грелка. Расцвел ромашковый сбор, вскипел боярышник. Лопнул термометр. Гомеопатические растворы сделались сначала буферными, а потом перенасыщенными.

 

222

 

Не в оскорбление, а в постижение размышляю об этом самом «определении» арахангела покровителем тайны минобороны. Ведь в этом деле должен быть элемент тайны, умного зрения, мистического озарения. Иначе все будет смахивать на процедуру опознания.

«Этот? Посмотрите внимательно. Ответственный — здесь».

Так вот я пытаюсь вообразить духовное озарение, в котором является небесный прообраз минобороны с его тайной. Получается плохо по причине нерадения и махровой греховности. Гашека не пристегивайте, я читал. Возможно, было встречное движение со стороны самого архангела, которому стало обидно действовать анонимно, и он начал работать с ленцой.

 

223

 

Мне неловко по двум причинам. Во-первых, сам факт того, что нужен мастер на час. Ну, на два. Мог бы и сам, да руки из жопы.

Вторая причина еще хуже. Изучаю кандидатуры. Почему эти граждане сфотографированы там, как на блядском сайте? Выбирай! Парад. Стоит с дрелью. Сидит на корточках. Эротически изогнулся. Понятно, что чаще их выбирают одинокие домохозяйки, в ремонте вообще не сильно нуждающиеся, но вот же он, я. Мне тоже нужно. Это звериный сексизм.

 

224

 

Котик нашел мой бейджик, взял в зубы за прищепку и понес. Типа он это я. Убедительно.

 

225

 

В местности, где я тружусь, на удивление много людей, которым не хватает 10 рублей на библиотечку юного ленинца. Кидаются ко мне на ходу, как бы спровоцированные внезапным и редким отчаянием, обращаются: «отец», «дядька», «уважаемый».

С этим последним, самым вежливым, я обошелся хуже всех. Наши обращения слились воедино на немалой еще дистанции.

 

226

 

Батя веселится, радуется новостям. Гуглить лень.

В Голландии спиздили картину Ренуара, а в Сибири — железную ограду сибиреязвенного могильника.

Меня радует, что он снова начал обращать внимание на контрасты — как при Советской власти. А то был период некоторого помрачения. Между прочим, чисто медицина поспособствовала. Наладить мозговой кровоток — и сразу блекнут разные идеи социалистического и патриотического толка.

 

227

 

История о Керченском морском бое докатилась и до нашей клинической кухоньки. Правда, там как-то нехорошо реагировали. Как-то ернически, с подъелдыкиванием. Шутливо пугали меня скорой мобилизацией.

Я ответил, что все хорошо. Что лично мне информация поступала прямо с буксира. Что я, в конце концов, всем этим и руководил, причем обеими сторонами.

 

228

 

Хорошие новости слушаю. О том, как разные администрации дарят подарки по разным случаям. Родителям новорожденного — доску с памятником погибшим, пенсионерке — ритуальные принадлежности, охотникам — педикюрный набор. По-моему, все адекватно. Ну, с охотниками не очень, хотя как знать.

 

229

 

У нас на площади Стачек (там еще фреска — рабочие, знамя, булыжник, все дела) закрыли зоомагазин и сделали магазин интимный, 24 часа.

Я раньше как-то не обращал внимания — они всегда бывают 24 часа? Есть ли часы, когда нагрузка снижается до величины пренебрежимой?

 

230

 

Посадили котику овес. Травка только взошла! Еще маленькая! Не обижай, сказали.

Ночью этот помойный конь из подворотни разворотил весь горшок, высыпал землю, погубил посевы, надругался над хлебом и зелеными легкими планеты. Лишен доступа, поражен в правах.

 

231

 

Выяснял про попа, которого посадили за педофильство, и наткнулся по ссылкам на волшебное: «В допетровской России был прославлен мученик Василий Мангазейский, пострадавший от купца-мужеложника.»

Взор мой слезно заволокло, и дальше копать я не стал.

 

232

 

Надо планеты и звезды переименовывать, а не автобусные остановки. Созвездия и галактики. Это будет надолго конкурс. Сколько занятых органов, сколько уголовных дел!

 

233

 

Слушаю анафему Невзорова про 700 тысяч подписей против туалетов в храмах. Безбожная сатана Глебыч не разбирается в вопросе. Туалет в храме не нужен. Во-первых, в храм нужно приходить после надлежащего поста. То есть в туалет хотеться не должно. Во-вторых, если ты настолько грешен, что постом пренебрег, то хотя бы продолжительность мероприятия тебе известна. Ты можешь либо очиститься заранее, либо молитвенно перетерпеть, взывая к Господу о милостивом избавлении тебя впредь от суетной приземленности, ибо Он терпел и нам велел. В третьих, востребование туалета есть неверие в чудо, которое при должном на него настрое временно устраняет все потребности, кроме духовных. В четвертых, уход с литургического таинства по нужде есть потакание врагу рода человечества, который — это Глебыч правильно процитировал — прихожанина там-то и караулит.

 

234

 

О, наконец-то. Его высокопреосвященство обвинило соседскую церкву в служении дьяволу. Война приобрела небесный характер! Труби, Гавриил! И Михаил.

 

235

 

Показали Государя, как он в хоспис приехал. Сидит там старица в кресле на колесиках. Ничего не слышит и не соображает. Свита вручает пакет.

— Вот, к вам сам президент приехал! Не верите? Да вот же! Не верите? Вот, смотрите!..

Старица дезориентирована во времени, пространстве и окружающих событиях, что-то бормочет, шевелит руками — типа разводит ими. Грань бытия зыбка. Возможно, старица уже не понимает, по какую она сторону. И это ей начинается за грехи: что поделать, пора, она полна смирения.

 

236

 

В кино поежился от надписи на экране: фильм рекомендован к просмотру для ЖИТЕЛЕЙ старше 12 лет. Перед этим крутили трейлер очередной военной хуйни «Спасти Ленинград».

Как-то сразу соединилось это во мне. Уже потом начал плести разных долгожителей, небожителей и так далее.

 

237

 

Побеседовали вчера с батей насчет автокефалии и перспектив отечественных окормителей. Мы с ним агностики. Я сознательный, а он бессознательный. Диалог был такой:

— Опаньки!

— Опаньки!

Безблагодатно получилось. Хотя как посмотреть.

 

 

238

 

Еще батя привел меня вчера в недоумение. Просит календарь со свиньей и говорит, что нигде нет. Как же нет? Они везде. Свинья, Кремль и какой-нибудь собор. Повсеместный ассортимент. По отдельности. Но иногда сочетаются.

 

239

 

Перечитывая классику: «Свету ли провалиться, или вот мне чаю не пить? Я скажу, что свету провалиться, а чтоб мне чай всегда пить».  Да, именно так!

 

240

 

Жильцы выселяют онкобольных, потому что рак, как они полагают, заразен.

Думаю о тонких квантовых колебаниях, которыми, как выясняется, передается рак. Попробуй, опровергни. Про рак я ничего не знаю, я не онколог, так что пытаюсь разобраться в механизме действия табуированной лексики. Я читал, что с ней то же самое. Тонкие разрушительные колебания, рвущие ткань бытия на уровне хромосом и тоньше, с захватом духовных пластов. Если я набиваю слово «хуй» (одним пальцем), то бью сначала по клавише справа, а потом по двум слева, и это уже откровенная дисгармония и асимметрия, поругание золотых сечений. В сочетании с тремя векторами моей злонамеренности это создает многомерную розу ветров, которая откладывается во вселенской голограмме и наносит ей непоправимый ущерб, против которого бессильна даже молитва. Если я читаю слово «хуй», то мои глазные яблоки не движутся, как им положено при чтении высокодуховного полезного текста, а вбирают злокачественную информацию сразу, целиком, оставаясь на месте, из-за чего в затылочных долях формируется хуевая доминанта. Если я произношу слово «хуй», то происходит катаклизм вообще апокалипсических масштабов, потому что не только воздух, но и эфир возмущается безблагодатно, разрывается и пропускает в голограмму зло. Вполне возможно, что от каждого моего хуя гибнет далекая звезда. Мы это выясним через тысячу лет.

 

241

 

Узнал о существовании Елки Победы. Главный Дед Мороз на ней что-то зажег.

Я готов написать сценарий новогоднего представления для деток. Штурм рейхстага. Загнать в рейхстаг всю эту сволочь — Кащея, Бабу Ягу и прочих. А положительные герои — Витя и Маша, допустим — водрузят Елку. В роли Елки будет пушистый Искандер. Вместо антракта — минута молчания под ленинградский метроном.

 

242

 

Государь вписался за рэп, и я удивился немного, не понял, а нынче стоял на остановке и слушал рэп, который из тачки лился на всю Комендантскую площадь. Текст приблизительно следующий:

«Чё ты, чё ты, хуй ты, лох ты».

Теперь более или менее ясно.

 

243

 

Сходили в БДТ на «Грозу». Не очень понравилось. Но молодцы! Сделали все, что могли. Вещь настолько дремучая, что ничем не помочь. То есть я бы придумал, но это предсказуемо наоборот: истеричка портит кровь недалеким, но добрым людям. Как Чацкий, как Гамлет. Все это тоже было. Да и в нашей географии любая комедия это уже заведомо трагедия. Либо общенародная, либо личная, творческого коллектива. Писать специальную трагедию незачем. Но в целом достойно. Как и ожидал, оголтелая русофобия, антисоветчина и пропаганда суицида как луча света.

А театр начался не с вешалки, а с охраны и рамки. Это чудесно сочеталось с Островским. Удивляться нечему, я бы и не стал говорить, да только упорно звенел. Парализовал культурную очередь. У меня было очень много мелочи в кармане.

— Еще раз! — приказал охранник. — У вас там что-то крупное.

— Пистолет, — хрюкнул я. — Прокламации.

Хотел назвать другое, но не решился уподобиться фигуре высшей. Государь, если помните, тоже загадочно звенел на тихоокеанском саммите.

 

244

 

Очевидно, мне положено испытать ужас. Но я не испытываю ничего.

Дано: комната. Вся мебель у стен, середина пустует. Беру шипастый мячик для котика с целью котика развлечь. Бросаю на середину комнаты. Не сильно. Мячик катится, я слышу, но смотрю на котика. Котик смотрит на меня. Я перевожу взгляд на пол. Мячика нет. Его нет нигде.

Я обшарил все закутки. Заглянул всюду. Он и не мог никуда закатиться, летел прямо и не далеко. Но я все равно поискал. Он исчез в секунду.

На следующий день: МЯЧИК НЕ НАШЕЛСЯ. Их было четыре, мячика: черный, красный, зеленый и белый. Все нашлись. Кроме того, что метнул. Такое наглое чудо впервые. Буквально на секунду отворачивался.

 

245

 

«Ступени главного храма вооруженных сил отольют из трофейной техники вермахта».

А мундиры для полковых священников надо пошить из тех знамен, что пошвыряли к покойничку. И парашюты их тоже. Не десант — красота! Рассвет. С небес спускаются бородатые ангелы в одеждах со свастикой. Кувырок, перекат — и уже на ногах, уже багровеет кадило.

У нас в Первом меде хранятся банки с заспиртованными фашистами. Головы, ступни, прочее. На вырез. Окошечки в них вырезаны для показа дьявольского внутреннего устройства. Так нам, во всяком случае, говорили, когда я учился. Что это фашисты — в том числе. Думаю, найдутся и враги народа. Я предлагаю распечатать этот запасник и прокатить все эти жбаны и склянки на параде. Ну, а закончить их шествие у того самого храма, где и оставить на попечение архангела Михаила.

 

246

 

Вчера в магазине Окей наблюдал покупательницу, в которой слилось все мое самое любимое.

Квадратная утица с овощным, хронически обиженным и жалобным лицом. Она неправильно взвесила лимон, а чек потерялся. Отойдя от кассы, он пересчитала в кошелечке и возбудилась. Кассу пришлось закрыть. Работу парализовало. Перевернули мусорную корзину. Кассирша принялась бешено печатать чеки в надежде найти нужный. Лимон сиротливо лежал в мешочке на ленте. Утица, оскорбленная в своих правах до кишечно-полостного интима, купила не только лимон. Еще был банан. Она села на какую-то скамеечку возле кассы и стала его есть. И съела с лицом уже непреклонно-бесстрастным.

— Ищите скорее! — крикнул я из очереди. — Она сейчас все съест, и лимон тоже, вы ничего не докажете!

 

247

 

Блядь-блядь-блядь! Охереть можно! Ну, не пророк ли я? Вояки хотят взорвать в Исландии ядреной бомбой вулкан, чтобы наслать на Америку цунами!

Когда я был литературным негром, я написал роман о злодеях, которые хотели аналогичным образом смыть Питер. Взорвать едреную бонбу в шахте на Карельском перешейке, а волна пойдет с Ладоги. Ну и вот. Пожалуйста.

Еще промелькнуло где-то, что хотят развернуть против Америки Гольфстрим. Думаю, опечатка. Гульфстрим.

 

248

 

Гражданин готовился к новогоднему празднику. Выложил у кассы на ленту: одну большую бутылку водки, одну маленькую, носки и шапочку сантаклауса.

Мы видим, что скромность — она буквально украшает человека.

 

249

 

— Президент приказал нам долго жить! — прокряхтел пациент, снимая штаны.

Я подпрыгнул.

— Что-что?

— Ну, с пенсионным возрастом…

— А, это…

Дальше мы смеялись недобрым, очень недобрым смехом. Установился контакт. Спасибо фигуранту. Мы сплотились вокруг него при полном единстве мнений.

 

250

 

Ну и корпоративные письма счастья. Какая рифма!

 

Пусть станет Новый год Свиньи

Удачным, светлым и волшебным,

И пусть для вашей он семьи

Преподнесет подарок щедрый!

 

© 2018

Русская горка: 2017

Я еду с горки четвертый год, но многим кажется, что это подъем. Вдруг они правы? Я доволен названием – понимай, как хочешь, если вдруг что. Но сам не люблю возить санки. Да и за вершиной может оказаться крутой обрыв.

Хочется все-таки определиться с жанром. Дневник? Да, но не только. Была у Битова такая повесть: «Человек в пейзаже». Думаю, это в точку. Вполне себе жанр. Итак, это я в окружающем пейзаже. Или пейзаж вокруг меня, летящий с моими санками.

 

 

1

 

Существо, которое поздравило нас давеча с экрана, не имело ничего общего с тем, к кому мы привыкли. Даже батя мой, далекий от конспирологии, крякнул. Доктор 50 лет стажа, патология выявляется машинально. Это как дышать.

 

2

 

Бывшую супругу отчитали вчера в магазине за покупку кабачков, «потому что они дорогие и не сезон».

 

3

 

Вздремнуть не дали, звонят уже прямо в дверь. Спросонок отворил. Кучерявый и дефективный на речь молодой человек в галстуке оповестил меня о покраске дома и, разумеется, замене окон. Какие они у меня? Может быть, удастся что-то сделать бесплатно….

Я сумел глубоко поразить его.

— Мне ничего не нужно.

Он так растерялся, что только пролепетал:

— Совсем ничего?

— Совсем.

 

4

 

Наследница:

— Буду заказывать себе рваные джинсы.

— Зачем? Можно же старые разорвать.

— Нет. Так, как мне их разорвут за 30 евро, у меня не получится.

 

5

 

Говорят, я пропустил крупный военный конфликт между алло и гомео. Скажу следующее. В аллобольничке, где я кантовался, лично слышал, как аллодоктор бодро приказывал аллосестрам:

— Будут просить добавочные уколы на ночь — только плацебо!

 

 

6

 

Меня разбудил звонок от подруги. Поздравляла с праздником защитника Отечества.

— Я вам не защитник, — зарычал я спросонок.

А снился мне очень интересный сон. Я сдирал с двери продовольственный талон с призывом от местного оперного театра. Театр был крайне озабочен нехваткой актеров для комической оперы о нравах старого английского общества. Требовались басы и баритоны на разные должности, я не помню персонажей. Еще — трио каких-то особенных шалунов. И массовка: «вечно пьяные рожи — все мужчины подъезда».

 

7

 

Мой новый кот Урфин начал медленно прогуливаться по квартире. Метров по пять за раз. Естественно, забился в дверную щель, где чуть не был раздавлен всмятку.

Вышел. Помуркивание, эксплорация. Гладить можно. Обращенной речи внимает. Был найден на плите среди сковородок. Все будет чудесно. Кстати, в позапрошлом семействе моего Урфина истязал юный аутист. Поэтому Урфин не жалует незнакомцев. Отсюда моя некоторая неприязнь ко всей этой братии, солнечным детям и прочим.

 

 

8

 

 

Пошел за подарками для Урфина. Купил рыбку-когтеточку, игрушку и фекальный совочек.  Возвращаюсь — мне тоже подарок. Висит на дверной ручке пакет с моими шмотками. Куртка там, треники, трусы — прости меня, Господи. Чистые. Мои.

Звоню бате:

— Ваша работа? Вы везли по морозу?

— Нет! Я с предметами мужского туалета дела не имею!

Откуда??? Я никуда не уезжал.

 

 

9

 

А скоро ли замироточат все бюсты у Кремлевской стены? И Жуков заодно, с конем совместно? Уже нет сил ждать всхлипов из Мавзолея. Приедет папа Франциск. Зафиксирует чудо, соберет материал в баночки для анализов. С благословения Патриарха начертит пятиконечную звезду и встанет в центре, воздевая руки. Нет, не скоро. Главный жив и распираем подвигами.

 

 

10

 

 

Заглянул вечером в аптеку, а там сломалось табло и возникла живейшая очередь. Я долго стоял, час. Передо мной были три особы киргизского вида: постарше, помладше и девчонка лет семи. Сколько они взяли! Полный комплект для убийства трихомонады. Клотримазол, метрогил, еще 10 пачек всего, салфетки, шприцы, внутривенные системы — кто-то забил им это в телефон, они диктовали. Аптекарша сбилась с ног. Расплачивались местной Картой Здоровья.

— Погодите, девочки, вы здесь поселитесь, — не выдержал я. — Это далеко не все.

 

 

11

 

 

 

Как вам нравится вакансия, предложенная членом питерского комитета по печати рядовому прозаику и переводчику? Вахтер. Работа с 9 до 22, можно четыре дня через два – вроде; платят 20 тысяч, без обеда, следить за каждым карандашом и в монитор за всеми гостями и завсегдатаями; все тушить, если загорится, а главное – иметь лицензию охранника. Фирма, ее выдающаяся, не названа; думаю, их полно. Но сначала надо бессрочно поработать охранником без лицензии, пока тебе где-нибудь не надумают ее дать. Можно в овощном магазине.

 

12

 

На улице:

— Два сигарета для два дебила есть?

— Сколько вас, простите, я не понял?

— Сигарета есть?

— Ну вот я и вижу, что вы один, а сигарета как раз последняя осталась.

 

 

13

 

Рабочий день сегодня сгорел. Я набил всего полстраницы своего. Грешил на клаву, которая начисто отказывала одна за другой, а дело оказалось в 8-й Винде.  Срочно вызвал мастера.

Он в домофон позвонил, а в дверь не пускает полиция. Приехала выяснить с пистолетом, что у него с собой за сумки, а их было две, да карточек с полсотни.Я выскочил на мороз его спасать. Уж очень торопился все починить.

Ребята и сами попались хорошие, все поняли, еще только паспорт проверили. У меня почему-то — нет. Я пригласил их заезжать, а то мне скучно одному. А они думали, что он пришел что-нибудь вынести. Но он и вынес. Почти все мои деньги.

 

14

 

 

Мне заказали небольшую урологическую статью. Так, пустяк. Полез гуглить уже существующее. Одну нашел, очень длинную. Меня привлекло и обрадовало только первое предложение, дальше читать не стал. «В последнее время в мировой науке резко усилился интерес к мастурбации.»

 

15

 

НТВ анонсирует фильм про Аляску. Выясняется, что это «американский полуостров с русской душой». Один такой мы уже знаем. Продали ее тайно, признались только через год в документах для внутреннего пользования. И не слишком ли дешево? А как же потомки переселенцев, офицеров? Недавние льды, вдруг посещенные Государем, становятся понятнее.

 

 

16

 

 

— Обещали солнышка, а дали говнышка, — бормотала вчера продавщица, прохаживаясь вокруг ларца с пельменями и варениками.

Я удивился. День выдался погожий.

 

 

17

 

 

Наследница:

— Мне вот снилось, как из тебя черти лезли!

— Ну так это же хорошо! Не внутрь, а наружу, и пускай!

— Но материл-то ты меня!

 

 

18

 

Cмотрю кинокартину «Защитники», которую стиражировали к 23 февраля. Любое положительное отношение к этому — назовем так — явлению считаю надежным признаком олигофрении. Как и всякое добровольное участие в нем и его прокате. Я предлагаю сделать просмотр этого фильма обязательным для всех граждан нашего государства. В случае положительного отзыва немедленно лишать дипломов и аттестатов, заменяя их справками; если такие лица занимаются трудом, требующим интеллектуальной деятельности — немедленно увольнять и переводить на физический труд, тяжелый или легкий — по остальным медпоказаниям. Всех без исключения лишать избирательных прав, ставить на учет и не снимать ни при каких обстоятельствах.

 

19

 

Про пересадку кала рассказывает в Светлое Христово воскресенье телевизор. Не исключает продления этим методом жизни. Смертию смерть поправ, короче. Буквально — не знаю, насколько это способствует, а информационная пересадка, которой телевизор занимается постоянно — едва ли. Не ощущаю прибавки сил и радости.

Наш выбор – аутотрансплантация.

 

 

 

20

 

 

Пока ходил в магазин, придумал небольшой психодиагностический тест. Можно ведь сказать «скоро все зазеленеет», а можно – «скоро все позеленеет». Смысл вроде бы не меняется, зато какое лингвистическое палево!

 

 

21

 

Нижайше прошу не комментировать это сообщение словами про Небесную Ось. Михаил Афанасьевич достоин памятника в виде пропеллера, захватанного грязными лапами. Надеюсь, их отсечет намоленными лопастями.

Итак: в переходе метро пожилой прохожий внушал своей спутнице:

— Похоже, что между Землей и Луной пролетело крупное небесное тело, километров пяти. Земная ось немного наклонилась, поэтому и такая погода!

Так вот почему Томагавки попали в цель! Ну так оно уже улетело кособочить Юпитер. Все хорошо. Когда же выровняется ось с прилетом нового тела, с другой стороны? О, скоро ли сие?

 

 

22

 

Диалог. Продолжительный. Звонок в дверь. Голос мужской.

— Простите, но, может быть, удобнее разговаривать не через дверь?

— Нет. Мне через дверь отлично.

— Как же я вас оповещу об информации?

— Да прямо вот через дверь же.

— Хорошо, вы знаете, что скоро будут производить замеры вашего дома?

— Нет. Замеряйте, я не против.

— Но я не о том. Вы не возьмете у меня кенгуру?

— Кенгуру?

— Да. Она прыгает, стирает носки… Видите ли, я остался без дома…

— Это-то и плохо. У меня сильно нервный и молодой кот.

— А енот? Енота не хотите?

— Енота я хочу еще меньше. Он все сожрет.

— А вот у вас еда упадет на пол, он подберет – разве плохо?

— Чудесно. Только он подберет ее и со стола, и из холодильника.

— Подумайте, это же енот!

— То-то и оно. А какие еще у вас есть животные?

— Котенка не хотите?

— Нет, мне достаточно.

— Надо подумать. У приятеля есть доберман – он вам, наверное, не подходит?

— Совершенно.

— А можно на вас посмотреть?

— Нет.

— А меня вам видно?

— Чуть-чуть.

— А как вас зовут?

— Неважно, как.

— Впервые встречаю человека с таким именем. Дайте я запишу… А фамилия?

— И фамилия. И отчество. Отчество пишется после имени.

— Вы русский?

— Конечно. И фамилия, имя и отчество самые русские.

— Удивительно! Где вы обитаете?

— Да вот здесь.

— Что, и никуда не выходите?

— Только в магазин.

— Теперь давайте серьезно. Мне просто хотелось поговорить с веселым человеком.

— Надеюсь, вы удовлетворены. Спуститесь на первый этаж, там страшная дверь с висячим звонком. Позвоните. Там тоже живет очень веселый человек.

— Правда? Он меня не убьет?

— Ну, что вы!

— Я обязательно зайду.

Надеюсь, он уйдет от Константина целым и невредимым.

 

23

 

— Ну что, мы уже проговорили полчаса. Не обменяться ли телефонами?

— Я должна переспать с этой мыслью.

 

 

23

 

Прочел, что Государь — порождение финно-угорского эпоса, очередное воплощение злой и серой Похъёлы, которая и есть наша истинная болотная Родина-Мать. Отважный Ильмаринен не смог его победить. И он не мой нашумевший тезка. Только Вяйнемёйнен, да не видать его. Называют Ротшильда, Сороса…

Я думаю одно: и Вяйнемёйнен не победил. Снова пророс.

 

 

24

 

Одна тут женщина упустила многообещающего мужчину.

— Что вам нравится? — спросила она, как советовали.

— Океан, — подумав, ответил он.

К несчастью, женщина была системным аналитиком и не отстала от кавалера.

— А что именно в океане? Рыбы? Ракушки? Плавать в нем, ходить по нему босиком?

— Нравится, — ответил мужчина

Не сложилось у них.

 

 

25

 

 

Хоть не выходи в магазин.

Когда сын дебил, это трагедия. А когда муж – не знаю. Сын же от него допустился. Вот и потерялся не сын, а муж. Сын тут, на месте, пускает слюни на десять «Оскаров» и уже доедает шоколадку. Мамаша в десятый раз выслушивает, что скидки ему за это не будет.

Потом на улице, с пакетом уже полным, для лучшего обзора и слышимости, встает на каменный надолб, стопорку для автолюбителей. Наверно, там лучше берет телефон. Как в триллере посреди леса. Начинает искать мужа.

— Вова, ты где?… Вова, раз уж мы вышли вместе!

Где Вова, я догадываюсь. Все это как-то связано.

Сама такая же, даже если взглянуть поверхностно.

 

 

26

 

Престранный диалог с домофоном. Голос женский.

— Скажите, вы чувствуете себя в безопасности?

— Конечно. В полной.

— А почему?

— Ну вот, например, не открываю вам дверь.

— Это правильно! Сейчас столько ходит мошенников!

— И не говорите.

— Ну, а еще? Что создает у вас чувство безопасности?

— Так я же говорю: вот эта дверь. И трубка, которую я могу положить в любой момент.

— Да-да! Ну, а у ваших близких? Они чувствуют себя в безопасности рядом с вами?

— Всяко бывает. Зависит от того, трезвый я или пьяный.

— О, так значит рядом с вами бывает опасно?

— Еще как! Очень бывает небезопасно.

— Но вы находите способ выйти из этой ситуации?

— Конечно. Вот сейчас же я разговариваю с вами.

— Что ж, большое спасибо за участие в беседе!

 

 

27

 

 

— Добрый вечер, — сказала мне кассирша в магазине.

Было 11 утра.

— Что ты сказала? — встрепенулась ее товарка. — Слава богу! Я-то боялась, что я одна такая.

— А, — махнула рукой первая. — Я еще не такое могу сказать. Слышала бы ты! Я знаешь, что могу сказать?!…

Она возбудилась и разрумянилась. Я решил, что все хорошо в меру, и поспешил выйти.

 

 

28

 

 

Вынесло на 1-ю линию Васильевского. Давно там не был. Все, решительно все отчаливает в несвежую биографию. Снимал издалека: ПОРТОВЫЙ ТРАКТИР, ВЫПИВКА И ЗАКУСКА КРУГЛОСУТОЧНО ДЛЯ НАРОДА. В мою молодость там так откровенно не было. И уж тем более круглосуточно. Перемены есть! Империализм. Я хочу по чужому городу.

 

 

29

 

Пылесосил ковры. У родителей они есть, лежат. Слава богу, не просят вынести и выколотить. Ковер для меня воплощает семейный кошмар. У меня нет ни одного, кроме маленького, еще из детства, который криво висит в соседней комнате и ровно ничего не просит. Вид семьянина, который вынес на мороз ковер, расстелил его на снегу и старательно пиздит, внушает мне ужас. Через десять минут по этому ковру пройдет собака, на него ляжет кот, упадут пепел и яблочная косточка. Одна из моих подруг, с коврами, однажды внимательно посмотрела на ковер и на меня. Это было не то начало, не то середина конца, не помню.

 

30

 

Лента знакомит с необычными турами: в Швейцарию для эвтаназии, в Донецк Непокоренный — на экскурсию. Не проще ли как-то совместить? Вторая намного дешевле. Мне отпуск не положен, никто не оплатит, так вот появляются варианты, куда поехать-отдохнуть.

 

 

31

 

Телевизор, программа ЧП, оговорочка ведущей:

— Продолжаем наш обыск… выпуск.

 

 

32

 

Приятельница работает фельдшером на ТЭЦ. Рассказывает:

— Пришел один — я подумала, что твой клиент. Расторможенный. Веселый! В ухе у него свистит. Давление померила — высокое.

— Люди, — говорю, — бывают разные, оптимисты и пессимисты. В ухе свистит — иному это же весело! Смешно.

— Тут все веселые, я стараюсь ходить с серьезным лицом и не вливаться в дружный коллектив.

— Ты узнай, не используется ли у вас там марганец. Хроническое отравление марганцем — неприятная вещь. Энцефалопатия, конечно. Есть даже особая «марганцевая улыбка».

 

33

 

 

У подруги на работе есть доктор, который ОБОЖАЕТ делать вакуумные аборты. Ему это просто очень НРАВИТСЯ. А уж если еще и найдет что-нибудь нехорошее, какую-нибудь болячку, то вообще сам не свой. Бежит, кричит всем: смотрите, смотрите! Кого только не рожает земля.

 

 

34

 

 

Наконец что-то свеженькое в новостях. В Питере докторша-стоматолог придумывала несуществующие диагнозы и выдирала здоровые зубы. Одной удалила 22 и развела на 900 тысяч. За импланты. Я думаю, что хороший почин и для общей практики. В организме есть много чего чинить.

Ну, а меня сейчас развели тупее и проще, чем стоматологи. Решил оплатить через терминал телефон. Там мелочь принимают. Есть щель. Терминал невозмутимо сожрал 50 рублей. Он их не зачислил, на экране горел ноль. Клоака у терминала отсутствует, и получить монеты назад можно только при помощи лома. Это так просто, что я восхищен.

 

35

 

 

НТВ объявило конкурс на лучшее стихотворение про Керченский мост. Заявки подавать до 31 июля. Жаль, что я не поэт, а дядя мой стихотворный скончался. Но не боги горшки обжигают. Робкая попытка:

Поднимем тост

За Керченский мост!

Вообще за Крым

Упьемся в дым!

Выпьем бидон

За стадион!

Во дворе под акацией

Накатим за реновацию!

Нажремся до комы

За башню Газпрома!

 

36

 

В Нижнем Новгороде — скандал. Ждали Винокура, а вышел другой юморист — некто Ещенко. Но все равно смеялись. А потом, насмеявшись, когда концерт кончился, подняли хай и требуют вернуть деньги. Крайняя степень огорчения и негодования. Весь день об этом в новостях. Национальное горе.

 

37

 

 

Дошло до того, что начали сниться знаки препинания. Они ожили и пустились со мной разговаривать: «Ну что, фашист? С Днем Победы тебя!» Я заругался, дальше не помню.

 

38

 

 

Впервые посмотрел матч между Государем и журналисткой. Испытал истинное удовольствие от позитива. Совершенно не важно, о чем там шла речь. Просто было приятно взглянуть на человека, которому вполне комфортно и все по сараю, он веселится, уверен в себе, ничем его не смутить и не согнуть. Лично мне все неделю поступает сплошной негатив. И сам я его тоже распространяю. И завтра это продолжится. Так же нельзя. Должно быть что-то хорошее. Ну, вот! Дождался. Именины сердца, засну сегодня с улыбкой на устах.

Послушал фрагмент еще одного интервью Государя. Тут телевизор радовался, что Государь «заболел цифровой болезнью» (молитва и пост, если Государь занемог!). Вижу, что таки да. До него наконец дошло, что можно сделать что угодно и никто не докажет. Он в полном восторге от горизонтов.

 

39

 

Не выдержал, зашел по ссылке и начал листать роман, получивший Нацбест.

«— Ты кто? — спросила я шепотом.

— Сережа, — сказал он.

— Ты снизу, что ли? — спросила я.

Он кивнул. Я почувствовала себя в относительной безопасности, ведь это был Сергей.

— Ты можешь трахнуть меня? — спросила я, отбрасывая одеяло.
— Я не могу, — ответил он, — ты же живая, а я — дух.— Но мне очень надо с кем-то трахнуться, — начала убеждать я, — может, все-таки у нас получится?— Ну, можно попробовать, — согласился Сергей.

Он приспустил штаны и лег на меня сверху. Ничего почему-то не получалось. Я начала злиться».

Чтение прекращено.

 

 

40

 

Узнал, что заваруха в Катаре началась  с того, что в тамошней пустыне похитили 26 членов королевской семьи, которые выехали на соколиную охоту. Как хотите, а я ощущаю себя в фэнтезийном романе. Правда, теперь уже искренне не могу понять, каким образом мы и туда влезли. Уже звучат какие-то неприятные намеки.

После катарской соколиной охоты прикинул, когда во мне укоренилось сознание абсурда происходящего вокруг. Раз — и все. Как щелкнуло. Это произошло в конце 90-х, когда был Кириенко. Транслировали его визит в Татарстан. Без всяких комментариев показали картинку: Кириенко стоит в зеленом халате и чалме. Добрый волшебник из восточной сказки доброжелательно выслушивал инвалида-колясочника. Тогда я понял, что все.

 

41

 

Звонок в дверь. Уборщица. Моет лестницу. Надо расписаться, что это правда. Этнос непонятно, какой. Таджичка или не знаю, кто.

— Я в первой парадной попросила. А парень мне показывает ножик — во! — По плечо, судя по тому, как она показала. — Убью, говорит. Я милиция позвонила. Вон он, пьяный пошел!

Я поверил на слово.

 

42

 

Занесли мне давеча плюшевого динозаврика на растерзание коту. Звоню:

— Твой динозаврик имеет успех.

Напряженное молчание. Развиваю:

— Он носит его в зубах.

— Я думала, ты это про себя…

 

43

 

Старею, теряю хватку. В магазине за прилавком — скандал. Чуть не до драки. Междоусобица средь персонала. Многословные дискурсы, крайне обстоятельные и эмоциональные. С переходом на личности. Я простоял долго, но так и не понял, в чем дело.

 

 

44

 

Полчаса две эти тети выбирали «кусочек свининки». Полчаса. Плюс-минус. Я управился за полминуты.

— Вот красивый кусочек!

— Ой, они у вас все красивые!

А ведь это проблема. Она ждет анализа и принятия мер. На этом вырастают политические симпатии, профпригодность и прочие вещи из параллельных свинарников.

 

 

45

 

Телевизор объявил наличие у Государя внуков сенсацией, о которой все только и говорят. Я сильнее удивлен наличием родителей. Хотя не помню, чтобы это доказали.

Еще Передают, что заморозиться для оживления в дальнейшем стоит у нас 12 тысяч долларов, если оживят голову и шею, и раза в три, что ли, больше, если целиком. Начну копить на первый вариант. Здраво оценив возможности. Вынесут меня потом и оставят на перекрестке. Вокруг — аэромобили, космические шаттлы, киберы, агитация за ЕР и Государя. Шея будет вертеться, а голова — говорить гадости.

Котик вдруг резко заинтересовался телесюжетом об украинском безвизе. Сел перед ящиком и начал потявкивать. Когда тема иссякла, отвернулся. Валить хочет, иуда.

 

46

 

 

Мусора изначально любят хватать и тащить на козлодерню все необычное и непонятное.

Давным-давно, еще при совке, наблюдал картину. Питер, полночь. Я откуда-то приехал. На метро. Уж оно закрывалось. Вышел и порулил на Кирочную — тогда Салтыкова-Щедрина. Были белые ночи. В сиреневом сумраке развивался какой-то движ. На углу стояла небольшая компания, и редкие прохожие останавливались и смотрели.

Я не сразу понял, в чем дело. Потом пригляделся и увидел детину, одетого в костюм химзащиты. И противогаз с коротким хоботом. Вид у гражданина был инопланетный. Марсианин стоял и дружески общался с окружающими. Два мусора подошли к нему, козырнули. Один потянулся и сорвал маску. Открылась красная харя, которая радостно гримасничала.

Пришельца повели прочь. Вопрос: за что?..

 

 

47

 

На водосточной трубе — призыв. Попросить Государя, чтобы разобрался с блядством, от рекламы которого рябит в глазах.

Пустынная набережная. Повторяю: одинокая труба с мольбой воззвать к Государю насчет искоренения блядства. Рядом — блядское объявление. От 800 рублей. Снится крейсеру «Аврора».

 

 

48

 

Магазин. Тетя роется в пищевых продуктах и приговаривает:

— Есть, есть, будем есть.

Бежал.

 

 

49

 

Устал читать о реконструкторах. Вот давний случай, иллюстрирующий странные стереотипы народного сознания. Аналогия, может быть, и призрачная, но мне она очевидна. Пивной ларек. Дедок принимает кружку и пьет. Мимо проходит детина и походя бьет по кружке, по донышку. Пиво выплескивается.

— Пей, дедок!

Тот ошарашенно смотрит на кружку. Потом догоняет детину и бьет его ею по голове с криком:

— За Балтику!..

 

50

 

 

Государь про Исаакий: «Маятник Фуко — тонкое издевательство над религиозными чувствами людей».

Не сомневаюсь. Попробуйте встать у РУВД с лентой Мебиуса. Обидятся стопроцентно.

 

51

 

Хорошо в краю родном! Через улицу мне машет рукой водопроводчик Фархад.

— Привет, друг!

Перехожу, руку жму.

В магазине — охранник-узбек, привычно переодетый летчиком. По-русски он Гена, а как на самом деле — не знаю.

— Как жизнь, Бэламор?..

Через двор осторожно рулит круглосуточный торговец Хасан. Багажник распахнут, из него торчит велосипед.

— Как дэла, пэсатель?

Это слава.

 

 

52

 

Остро жалею, что никто из нашей больницы не выходил на телесвязь с Государем.

Однажды наша главная врачиха сама прилегла на койку с кризом. Я дежурил и был обязан заглянуть. Справиться о самочувствии. Барыня увидела во мне насекомое. Она равнодушно отвела взгляд и продолжила беседу с накрахмаленным начмедом, который гладил ее по руке и что-то ворковал. Все боялись главную врачиху. Ну, кроме меня и еще нескольких подонков. А сунься Государь, все пять этажей превратились бы в единый нужник.

 

53

 

Торговка на рынке рассказывала подруге про случай в Испании. Была там с мужем.

— Пришли в магазин, а он, блядь, забыл, что мы из цивилизованной страны и как заорет: «Давай еще картошки возьмем!»

Я тоже покупал картошку.

 

54

 

Мрачно глядя в окно: то, что всегда было рябиной с ягодами, превратилось в тополь выше крыши. Я уже не задаюсь вопросами.

 

 

55

 

Загадочное письмо от старого друга-уролога: Срочно дай свой телефон, тетенька в Культуру просится! Дал. Сижу как на иголках.

Все выяснилось. Уролог вообразил, что я имею отношение к институту культуры и хотел, чтобы я кого-то пристроил. Но тут же сбился и предложил мне поселиться с ним на каких-то далеких островах. Он их покупает. «Заведем коровку» и так далее. Разговор прервался, пришла его жена. Она ходила за водкой.

 

56

 

Наследница защитила диплом на пять. Одним переводчиком больше. С институтом все. Давно ли сам отстрелялся? Да вчера.

В экзаменационной комиссии у дочуры присутствовал преподаватель-казак. С казачьим мировоззрением. Заодно и лингвист. Перед ней защищался юноша, который показывал слайды на тему перевода разных игр. И там была фраза: «Я чуть не кончил так же, как моя кобылка» («ended up as my mare»).

Казак взбесился. Нельзя так писать! Нельзя такое допускать к защите!

Он побежал к рецензентше, а та его лаконично отшила, и он заткнулся и больше не вымолвил ни слова. Бедняга. Конечно, казаку виднее насчет кобылы.

 

57

 

«Открывая данное оборудование, вы подтверждаете желание приобрести табачную продукцию».

Да боже упаси. И в мыслях не было.

«Наливая в стакан из этой бутылки, вы подтверждаете желание употребить алкоголь». «Выходя на улицу, вы подтверждаете желание сжечь все к хуям».

 

58

 

Сзади, с экрана: «Вся эта мерзость, которую мы видим — это все американцы, это Даллес, сын Клеопатры от Микки Мауса».

Черт, не успел засечь оратора. Хочу отдать ему членский билет СП. Если заплатит мои взносы лет за шесть.

 

59

 

От Сбербанка: Алексей Константинович! Летом хочется успеть все! 68000 под 19,9% годовых…

Отвечаю: идите на хуй, а?

Мне: неизвестный запрос.

Оно и видно.

 

 

60

 

Услышал с экрана из Мурома: «Ромашка — официальный символ Дня Любви и Верности».

Ну-ну.

 

61

 

 

Смотрю в окно, растроган. Бывают же отцы! Подкатил малыша в колясочке, вынул, поставил у скамейки. И папа, и малыш, и коляска ухоженные. Достал из сумки пакет сока, дал крохе.

Все благообразно. Даже бутылка у него в бумажном пакете.

 

 

62

 

С удовольствием посмотрел сюжет о Государе и нижнетагильском заводе. Тамошний директор сказал, что выплатит зарплату, только если Государь к нему обратится лично.

«Откуда такая борзота?» — искренне изумился Государь.

Ну, нашли друг друга.

 

 

63

 

Доченька:

— Знаешь фильм про то, как жена мужа долго травила супчиком? Мама его очень любит! Я росла в здоровой атмосфере!

 

 

64

 

Посмотрел фрагмент репетиции запрещенного балета про Нуреева. Там по сцене бегает голый мужик и прикрывается табуреткой. А за ним гоняется толпа еще одетых. Ловит и носит на руках. Так что одетыми этим гражданам оставаться недолго. Нет-нет, все очень убедительно. Хорошая пластика, и музыка подобающе тревожная.

Я бы вообще всякий балет запретил, не только Нуреева. Принимают соблазнительные позы в противоестественных декорациях. И оперу. Не разобрать, что поют. Мало ли. Небось о балете.

 

 

65

 

Вспомнил больницу и сразу подумал о развращающем действии любой власти.

Был у нас физиотерапевт: маленький, хроменький, смешной. Безобидный. Курили мы как-то, и я обмолвился о паре своих болячек. Он вдруг предельно ожесточился, взгляд стал ледяным, лицо закаменело.

— Я бы вам, Алексей Константинович, даже грязи не дал бы! Нельзя!

Откуда, откуда взыграло в нем это холодное торжество? Это могущество? Я ведь и не просил грязей, и не хотел их. Но он был над ними властен.

 

66

 

Работница магазина навела на меня телефон.

— Простите, можно, я сфотографирую?

— Меня? — обрадовался я.

— Нет. Отойдите, пожалуйста.

И сфотографировала овощной ряд.

 

 

67

 

Удивительно. О пожаре на Кировском заводе узнаю из новостей. Дымище стоит огромным столбом. А я живу в полукилометре, а то и меньше, и ничего не вижу. Окно открыто. Пахнет свежей листвой, поют птички. Правда, летает вертолет, ну так что? Вчера истребитель летал.

Думая о пожаре на заводе, переключился на индустриализацию. Дедушка называл индустриализацией коровью диарею. Да, у него был грубоватый юмор. Он очень веселился. Но однажды осекся и не велел мне об этом рассказывать. «Подумают, что ты смеешься над индустриализацией». При этом дедушка любил индустриализацию. Такая вот загогулина (с).

 

68

 

«Что может быть интереснее России? Ничего», — улыбнулся Государь.

Не знаю, что и добавить. Сразу видно — Государь. Мне так емко не сформулировать.

 

 

69

 

Какие нудные, скучные люди. На кассе не хватило 8 рублей.

— Я принесу через минуту.

— Ну, смотрите! А то мне вечером придется класть свои, а мне не очень хочется!

До чего обстоятельно! Чтобы проняло. Принес.

— Быстрее, чем скажете «черничный пирог»!

Не поняла.

— Зед мертв, — уточнил, уходя.

 

 

70

 

Наследница делится страшным. Расхаживает по дому, читает стихи наизусть. Блока, Есенина, Гумилева. Дошла до Бродского. Рыжий котик взбесился и начал бросаться. И до сих пор бросается, стоит начать декламацию. Котика зовут Ося. В честь Бродского. Неужто?

 

 

71

 

Почему передо мной в очереди всегда оказывается нечто удивительное?

Платил за свет. Дама, впереди:

— А вот пеня у меня. Вот тут. К вам мой сын приходил?

За окошечком ошарашены:

— Что?…

— Ну, сын мой приходил к вам?

Осталось в публичном доме справиться, не навещал ли. С тем же итогом.

 

72

 

Интересно, почему чудеса упорно ограничиваются мироточением? Не верю, что в мире Божественного нет ничего эффектнее. Какой-нибудь вспышки, ударной волны, пары ласковых слов. Максимум — явиться в небесах, и то, скорее, в умозрении, да еще и не каждому. Бюст, например, мог бы намагнититься и притянуть к себе все железные предметы в радиусе полукилометра. Даже если он гипсовый.

 

73

 

Мне все труднее смотреть фильмы, в которых хороший человек постепенно оказывается плохим. Постоянно останавливаю, переживаю. Сколько раз я бывал хорошим, а потом выяснялось, что плохой! Невыносимо. Прямо колдовство. И ни разу не было наоборот. Хотя нет, однажды вышло не так. Меня считали заурядным козлом, а потом вдруг разглядели во мне такую редкую сволочь, что сочли достойным внимания и даже чувств. Теоретически.

 

74

 

Мотопробег против гомосексуализма окрыляет. Но недостаточно.

Все должно быть против гомосексуализма. Заплыв. Марафон. Перетягивание каната. Бег в мешках. Запуск транспортного корабля «Прогресс». Гомосексуализм. Колоноскопия. Сочинение. Стихотворение. Завтрак, обед и ужин.

 

75

 

Вспомнил я вдруг почему-то одного деятеля-пенсионера. Жил он в Пушкине. И собирал все про Ахматову. Все-все-все. Превратил квартиру в музей. Фото было столько, что рябило в глазах. К нему ездили, в том числе мы всем классом. Он выступил со странным докладом на юбилее Ахматовой в Пушкинском доме. Наравне с Львом Гумилевым, которого я там тоже видел.

Ягодка в том, что фанат был кандидатом сельскохозяйственных наук и, по-моему, вообще не любил читать. Об Ахматовой он мало что знал. Он просто собирал ее, как марки или значки. Коллекционер он был.

 

76

 

Магазин. Дядечка. Кассирша. Бутылочка пива.

— А это я вам пробить не могу! Еще 20 секунд!

До одиннадцати.

— Ну, ничего!

И оба улыбаются, счастливые. И ей облегчение, и он снисходителен.

 

 

77

 

Побывал сегодня в одной горбольнице. Ох, медленно врастает прогресс в бюджетный субстрат! Ну да, в приемном есть вайфай и кофейный автомат. Но персонал какой-то неблагополучный. Ходит с фингалами. Но в халатах. Матерится, катая клиентов в креслицах.

— Лапами шевели! — гаркнули сзади.

Я отнесся к этому совершенно спокойно, как к нормальному указанию. Удивился только, когда увидел, что это кошке.

 

78

 

Еще о больнице: самое сильное впечатление — лифтер. Старец был как бы даже в ливрее, но ничего благообразно-старорежимного. Я не запомнил, это общее впечатление. Может быть, на нем был фланелевый буро-зеленый халат. На лице отпечаталась советская эпоха: радикулит, домино, самогоночка, радио, глубокий склероз.

Санитарка:

— Заедешь обратно на пятый, заберешь креслице?

Тут старец сделался главнее министра здравоохранения. Стало ясно, что в больнице он работает больше всех, вместе взятых.

— Ты видишь?! — произнес он размеренно и грозно. — Меня вызывают два этажа. Два! Этажа! Второй и шестой.

Качая головой, он отвернулся. Не о чем говорить с бестолочью.

 

79

 

Побывал в детской редакции. Мимоходом обмолвился, что изделие для девочек, которое я переводил, находится за гранью добра и зла.

— Нет! — возразили мне. — Вот что за гранью!

И показали книжку с енотиком на обложке. Про зверушек. Дали ее кому-то на перевод, ни о чем не подозревая. Выяснилось, что автор — скрытый садист. В книжке откусывают головы и рвут на части, а если нет, то грозятся это сделать. События развиваются на помойке среди каких-то слизней.

 

80

 

Сатанею, когда вижу в отзывах к чему-нибудь: «заставляет задуматься». Иногда — с многоточием. Да, это действительно шедевр, если даже тебя, Императора Зримых и Тайных Вселенных, заставило задуматься. Но тебя и спичечный коробок поставит в тупик.

 

81

 

Сегодня в сновидении мне, наконец, явилось олицетворенное зло, которое меня преследует. Ну, я так думаю. Ведьма такая, вредила мне. Я нашел на нее управу при помощи крестного знамения. Проник к ней в телевизор — она там засела, перекрестил, вбил в голову гвоздь. Получилось. Я торжествующе завыл:

— Чтоб у тебя очки лопнули, сука, и в зенки вонзились, и дальше, в башку!

Я заорал это слишком громко, и вышло уже не во сне. Сбоку:

— Что ты такое говоришь?!..

Сердито что-то бурча в ответ, я встал и побрел курить.

 

82

 

Заехал в больничку забрать маменькину выписку. Не уставал удивляться. Террористическая угроза воспринята там легкомысленно, хотя объявления висят. Может пройти кто угодно и когда угодно; опять же кем угодно назваться и что угодно забрать. Лифт нынче подвернулся без лифтера, автономный. Кабина ездила, куда хотела. Ей были по сараю пассажиры.

— Ебанутый лифт, — крякнула медсестра.

Я хмыкнул. Через минуту мне так зажало дверями пальцы, что чуть не отхватило.

— Вы правы, — заметил я. — Прямо сейчас и залягу к вам.

Медсестра понимающе ухмыльнулась: так-ить-ептыть.

 

 

83

 

Пишут, что в колбасе нашли следы человеческой ДНК. И сразу же — людоедство. Да просто плюнули или еще что-нибудь сделали. Естественная реакция на непростую жизнь.

 

84

 

В подземном переходе — побитый молью дяденька лет пятидесяти. Перед ним разложен всякий хлам. И картонка лежит: «Торг не уместен. Я сирота».

Никто и не торгуется. Народ все понимает или хотя бы догадывается.

 

85

 

У меня есть телефонная книга 1965 года. Что-то дернуло поискать Государя. Нашел его почтенного родителя. Адрес, телефон. Между прочим, довольно странно. Жили они в коммуналке, а телефон записан на папашу. Мои вот тоже обитали в коммуналке, но телефона в справочнике не было. Мне тогда был годик, а Государю — целых тринадцать. Он уже тогда был старше и умнее.

 

86

 

Место красит человека. И наоборот. Чудесные люди работают на Почте России! И окружение у них ничего.

Работница сидела в окошечке и ковырялась в бумагах. Я ждал. Вдруг до нее донеслось подозрительное шебуршание из подсобки. Вмиг она побагровела и заорала во все горло:

— Антон!! Живо иди сюда!

Появился настороженный и всклокоченный Антон средних лет. Желтая футболка почти до колен, и в чем душа держится.

— Антон! Твоя подруга уже пять раз звонила, достала всех! Плохо ей, обморок у нее, только что из больницы!

— Ну, завтра! Все завтра! – раздраженно ответил Антон.

— Пять раз звонила, говорю!

— Да меня уже нет!

— Я ей сказала, что тебя нет… Позвони, а то у меня голова взорвется!

— Завтра позвоню!

— Ну, позвони завтра! Вот, бумажку возьми с телефоном, не потеряй!

Антон, качая головой, нехотя сгреб бумажку и молча ушел. Работница тоже весело покачала головой. Выдала мне конверт писать адрес. И начала принимать ту, что стояла за мной.

 

87

 

Прогулялся.

На проспекте здоровый лоб вооружен цветными мелками. Подобно малому дитя женского пола упоенно рисует на асфальте огромные цветочки, стрелки и слово «МЁД».

— Эй, оштрафуют тэбя! Асфальт портышь!

Весело:

— Не! Вон за то оштрафуют!

Показывает на рекламный щит того же содержания с воздушными шариками.

В магазине:

— Укроп!! Неси деньги, живо!

— Зачэм?

— Сдачу дать, зачем!

Появился Укроп. В нем не было ничего похожего на тех, кого мои соотечественники любовно называют укропами. И укроп в магазине не продается. Так что я подумал, что его действительно так зовут, да и вид у него был соответственно  поникший.

…Во дворе – свадьба.

Невеста подбоченилась и позирует. Пышное белое платье со шлейфом ниспадает прямо в грязь, елозит по ней. Придет такая домой и ляжет с ногами на кровать.

 

88

 

Из мира медицины. Есть сообщение о пределе человеческих возможностей.

Представьте себе: старичок. 80 годков (!). Кроткий. Явно и в молодости небольшого ума. Мозг поврежден склерозом, диабетом, травмой, гипертонией, алкоголем, ну и вообще время пришло, а завод, наоборот, вышел.

Спал-храпел со свистом, лаем и мявом, потом предложил соседу сдвинуть кровати или перелечь к нему, дальше понес какую-то ахинею насчет ухода домой, стал собирать вещички. Вязали семь раз! Семь! Всем мужским персоналом. Из всех семи вязок разной системы старичок благополучно выпутывался и гнул свое. Шел, бежал, скакал к выходу. С падениями лбом. Уже в памперсе.

Гудини уволокли в реанимацию, конечно, а что произошло дальше, мне не рассказали.

 

89

 

 

Что такое Ретроградный Меркурий? Мастер на все руки Арам чинил мне сумку и не нашел сдачи. Сказал, что будет должен.

Через несколько дней сумка порвалась там же. Я пришел стребовать с Арама должок, а его уже уволили за пьянку.

«Солнце высоко. — И светит нам всем» (с).

 

 

90

 

Привиделось во сне, что я — Булгаков, и у меня 80-летний юбилей (нет, я знаю, когда родился Булгаков, но это не важно). Друзья решили устроить мне театрализованный праздник на Дворцовой. Подготовили сценки из «Собачьего сердца» — костюмированные сюрпризы. Накупили котят, хотя у автора котят только в финале душили. А сам я должен был в конце исполнить уже зрелого Шарикова.

Так вот этот праздник дважды разогнали сначала криминальные элементы, а после — казаки. Так и сорвали мероприятие. От огорчения проснулся и пошел курить, вспоминая улетающие в небытие фраки, цилиндры, почему-то козлов и свиней.

 

91

 

Передают, что у Кима родилось третье чадо. Так что это не запуски ракет. Это личные протуберанцы, энергетические выбросы могучего вождя. Не каждому дано. Иные могут кусать локти.

 

92

 

Депутата Милонова вдруг показали, пришел на улицу для реновации уже нашей. Сказал следующее: «Денег в бюджете на это нет и никогда не будет, поэтому должно быть (с нажимом) Умное!  решение, мы должны в кокошнике стоять перед инвесторами с хлебом солью и кланяться».

И показал на себе руками кокошник. Все же не зря судачат злые языки.

 

93

 

На Зенит-Арену обрушилась новая египетская казнь. «Есть такая известная птица — баклан, которая своим мощным клювом разрушает цельность пленки», — сказал вице-губернатор во время интервью».

Что-то прохановское в этом есть. Крышу ломает эта крылатая гнида, диверсант и русофоб.

 

94

 

Чудны дела Твои, Господи. Прихожу в мастерскую, а сапожник Арам, позавчера уволенный за пьянку, снова тачает сапоги. И выглядывает из-за двери, на меня смотрит. Я считаю, это правильно. Людьми надо быть.

 

95

 

Показали традиционную помидорную битву в Испании, что ли. И меня осенило: вот что надо делать с санкционкой! Что там трактор? Скучно. Но не только с помидорами, конечно. Со всем остальным тоже — яблоками, апельсинами, шпротами в банках. И билеты продавать на спортивные арены, где все это будет происходить. Для участников — скидка. Трактор, конечно, тоже можно пригнать для участия в веселье, пусть там рычит и ездит в самой гуще.

 

96

 

Бесы, бесы корежат меня ночами, исправно просыпаюсь и спешу перекурить. Сегодня пригрезилось, будто встал, вышел за сигаретами и задержался при виде в ночном дворе безрукого длинноногого урода, который пел на пару с диковинной зеленой птичкой. Я стал их записывать на телефон, и тот расплавился, а я заблудился и не смог найти дом.

 

97

 

Только что в магазине услышал деловой разговор продавцов:

— Вот это мы перенесем сюда, а рояль поставим туда!

Я обмер. Неужто?.. Неужели вернется легенда? Нет. Не может быть. В одну реку дважды не ступишь. Наверно, они хотят поставить настоящий рояль. Под Шопена и картошка живее идет.

 

98

 

Все ли помнят, что День Знаний учредили при Константине Устиновиче Черненко? Никто не знал, как ему помочь. Никто.

 

99

 

Краем уха на ходу услышал: — У него одна нога парализованная, а вторая… нет ее!

 

100

 

Старый знакомый позвонил в полдвенадцатого ночи. Среди прочего сообщил, что лет десять назад я перехватывал у него пару настоящих тысяч, а вернул из гонорара фальшивые. Но это ерунда! сказал знакомый. Я просто так!

Я озадачен. В то время я писал заказные боевые романы. Со мной расплачивались на нейтральной территории конвертом. Значит, были и другие фальшивые тысячи? Ну не может же быть, чтобы их было только две и как раз они достались знакомому. Получается, я и в других местах платил фальшивыми тысячами. Надмеваюсь. Добавилась еще статья.

 

101

 

Все, что вчера в лесу летало, меня укусило. И даже, подозреваю, лосиные вошки. Лосей давно почитай что и нет — ну, немножечко еще есть, а вошек много. Похоже, они поняли, в чем правда, и переключились. Много контрольных выстрелов в голову у меня.

Грибы были. Благородных мало, но для посолить на первый раз настригли. Заблудились, провалились в болото, упали в овраг. Вылезли на трассу внезапно, буквально, как Ума Турман из могилы. Над дорожным полотном вдруг взметнулась победная пятерня.

А спутница моя до того сильно перепугалась. Чтобы ее успокоить, я позвонил в МЧС и пожаловался, что мы погибаем в лесу.

— Да? — Иронически. — Ну, вы 335-й в очереди! Когда уже Дума начнет вас штрафовать, чтобы на всю жизнь грибов наелись! Какого вы года выпуска?

Я сначала не понял, потом сказал.

Я ей перезвонил через час и сказал, что мы вышли. Тут началась искренняя душевность: заявку сняли! Многословно пожелали крепкого здоровья.

 

102

 

Санкции бесполезны, говорит Государь про ракетного Кима, военную истерию нагнетать нельзя.

Что же можно? Я четко прочитываю месседж: отъебстись и не мешать. Это по-христиански. Поступай с другими так, как хочешь, чтобы поступали с тобой.

 

103

 

Машина во дворе. И крест огромный на лобовом стекле, и четки, и полосатая ленточка, и зайчик — ну, полностью окопался, ничто не страшно.

 

104

 

В телевизоре спрашивают какую-то спортивную дуру:

— Какой самый дорогой подарок вам дарили в жизни?

— Ну, наверно, возможность стать мамой!

Да на здоровье. Не жалко! Бери, сколько хочешь! Мы люди щедрые.

 

105

 

«БОРЬБА с лампочками» — сказал телевизор. Хотят запретить лампочки мощнее 50 вт. Интересно, что веселее давить — помидоры или лампочки?

106

 

 

О счастливом детстве. Дочура вчера приезжала, критически смотрела в окно на новую горку.

— Старая лучше была! Выше! И там железные листы отходили, острые, надо было боком съезжать, чтобы не пораниться — это же клево! И не въехать в шприцы и гондоны!

 

107

 

Маменька начиталась комсомольской, что ли, правды, и теперь считает, что ядовиты вообще все грибы. Хотя собирала их всю жизнь.

В преклонном возрасте люди доверчивы. Я вот не совсем еще старый, а тоже, скажи мне кто-нибудь: не может быть — отвечу: а вдруг? Все есть на свете, как сказано в фильме про Кострому.

Дед мой однажды вычитал в журнале «Знание – сила», что в чае содержится танин. Что такое танин, он не знал. Этим знанием журнал его не усилил. Но слово его напугало. И он стал пить сладкий кипяток. Мы с бабкой продолжали пить чай.

— Наркоманы, — мудро качал он головой, глядя на нас.

 

108

 

Котик навещает лоток по всем делам сразу единожды в сутки. Основательно. Молодец. Но это происходит в шесть утра. Разгул и восторг, которыми это сопровождается, мне непонятны. Я просыпаюсь. Впечатление, что за дверью строят метро.

 

109

 

Телевизор: «Дом борется за звание «элитный»». Там криминальная хроника, но и без нее интересно, как это происходит. Прямо борется. О высокой культуре и быте речь не идет. Там двери соседям собачьим дерьмом красят. Так что только элитный.

 

110

 

Клоуны протестуют против фильма «Оно». Обиделись, наконец. Дошло. А прототипом был маньяк, который убил пятьдесят, что ли, отроков, и не только убил, а подрабатывал он клоуном, да. Это мне дочура сказала.

— Знаешь, — спрашивает, — кто был прототипом?

— Олег Попов.

 

 

111

 

— Семьдесят музей и галерей будет работать бесплатно! — докладывает репортер.

Да хоть сто семьдесят. Хоть двести музей, как мы видим, это без толку.

 

112

 

У магазина сидит на привязи здоровенный пес. Ждет. В пасти — женские кружевные трусы. Рядом мается печальная свободно стоящая такса. Может быть, это ее.

 

113

 

Передают: наблюдателем на выборы в Ярославль приехал д’Артаньян (потомок) и сказал, что во Франции такой прекрасной системы нет. Репортер же отметил, что даже потомки мушкетеров «намухлевать не смогли». Это я не очень понял, но рад.

 

114

 

Статейку перевожу медицинскую. Какие они все-таки деликатные, эти цивилизованные люди! Прямо хрупкие хризантемы. Сравнивают группы выживших и умерших. Никогда не напишут «умершие». Никогда! «Не выжившие» у них.

Ну, правильно, умершие вызывают отрицательную эмоцию. А не выжившие уже приятнее — мало ли, что с ними стало. Ну, не выжили. Может быть, они превратились в бабочек. Не выживший после падения с сорока метров. Не выживший под забором. Это же оптимистичнее.

 

115

 

Новости одна краше другой. Продолжительность жизни достигла исторического максимума — 72 года. Самки, разумеется, живут 77. Даже не знаю, с чего так стало хорошо за 12 лет. Допустим, еще 12 я протяну, а там планка снова поднимется. Так, помаленечку — в вечность.

Под Самарой — грязевой марафон. Тема — космос. Нарядились рептилоидами. Легенда: рептилоиды прилетели завоевывать Землю, но в итоге вместе со всеми побежали месить говнище.

 

116

 

Роботы фамильярничают. Пишет заказ с Озона: «Заберите меня домой». И смайлик.

А вчера в кино я подошел к игровому автомату с боксерской грушей. Он мне: «Ну, что ты тут стоишь? Сыграй со мной». «Пошел на хуй», — ответил я. И он понял. Заткнулся.

 

117

 

Благодарные москвичи разорили новый парк Зарядье. Как только их туда торжественно запустили.

Я не знаю, плохо в нем или хорошо. Я там не был. Но мне понятно, что не стоит массово запускать население на сложный и хрупкий объект. Вот у нас, например, есть парк Екатерингоф — ни хера там нету, только дорожки, даже каруселю снесли, но на Масленицу бывают кулачные бои и вообще молодечество, а еще случаются патриотические реконструкции. Это я понимаю. Лес! Самое место. У меня предложение: Зарядье снести, а построить лабиринт. С топологическими сюрпризами. Минотавра туда не нужно, и так придет много Минотавров.

 

118

 

О царственности вообще, воспоминанье. Была у нас подруга Катя, потомственная дворянка, чем очень гордилась. Сейчас вращается в парижских монархических кругах, подрабатывает нянькой, славит действующего Государя и невыносима в общении.

Позвала нас как-то на день рождения. Стол был скуден. Несколько тарелок с чем-то. И запах. Доложу вам, это было нечто. Он был настолько нестерпим, непристоен и всепроникающ, что мы начали нервно поглядывать друг на друга.

Так прошел час. Затем новорожденная надменно и с каменным лицом объявила:

— А теперь — белый салат.

И сняла крышку с последней тарелки. Все обмякли, увидев источник. Там была редька, но это уже не так важно.

 

119

 

Дума: «В заключение хотел бы обратиться к теме пчел. До сих пор эти насекомые летают, не имея закона, регламентирующего их деятельность. <…> Надеюсь, законодательный процесс в этом вопросе будет завершен, что принесет несомненную пользу не только пчелам, но и людям, занимающимся производством меда», — подчеркнул В. Белоусов.

Жжжжжж. Жжжжжж. Жжжжж. Ж. Господин Белоусов! Регламентируйте, пожалуйста, полет комара. Я вчера охуел, целый день травил его фумигатором и жег народное электричество.

 

120

 

«Колпино» херачит по Сирии. Свят, свят. Неспроста я всегда обходил стороной это место. «Великий Новгород» это ладно, на то он и великий, ему некуда деваться.

 

121

 

Судя по фильмам, американцы очень неприятно пьют пиво. Плеснет себе в рот из горлышка и сидит: король на горе. Обводит окрестности хозяйским взглядом. Где утробное мычание, почему он не присосется и не смежит веки? Рыбка где у него? Известно же, что кружку пьют две трети сразу и без отрыва, потом пьют последнюю треть. Это азбука. Какая им радость, если плеснуть и важно сидеть?

 

122

 

Снова из телевизора: «Произошло чудо. Скалы скрыли от боевиков мощи святой Феклы».

А нельзя было явить им эти мощи, чтобы они ослепли? Впрочем, пути Господни неисповедимы.

 

123

 

Любовался снимками Сатурна. Наш подполковник однажды бросил насчет отечественных лунных успехов:

— Мандавошки поползали — и все!

Вот из-за такого отношения силовых структур и ходим в лаптях.

 

124

 

Красивый трудовой пассаж. Наследница ждала мастера установить дверь. Тот опоздал и сказал, что еще на полтора часа опоздает. На это согласились, но позвонили его начальству. Тогда мастер снова вышел на связь.

— Вы вообще думайте, что говорите. Вот вы позвонили, и мне попало. В КАКОМ, ПО-ВАШЕМУ, НАСТРОЕНИИ Я К ВАМ ПРИДУ И БУДУ РАБОТАТЬ?

После этого он не будет работать ни в каком, и начальство его еще и уестествит на десерт. Но какая фраза! Всем предлагаем взять на вооружение.

 

125

 

Ответ ненавистникам памятника Калашникову: злобствуете, ненавидите все русское, хлебушек тоже небось презираете, топчете; березоньку ломаете, в реченьку ходите по нужде. Но ничего. Поставим памятник и хлебушку, и березоньке, и реченьке. Последней — в натуральную величину.

Пишут, что на злополучном памятнике фигурируют литые чертежи немецкой винтовки 44-го года. И что? Без немцев вообще победы не было бы.

 

125

 

Вообще-то мне нравятся любые памятники. Я искренне за то, чтобы ставили всем, плохим и хорошим. Можно и живым, в том числе действующему Государю.

Можно заранее изготовить памятники всем будущим государям, даже если их больше не будет. Но всех должно быть строго по одному. Иначе не годится. Можно еще делать памятники с разборно-сборными лицами. И рядом — сенсорное меню.

Допустим, у меня свидание возле памятника Херу Горынычу, дважды герою, инвалиду детства, труда и случая. А мне неприятно вручать цветы возле Хера Горыныча. Прошелся пальцами, шестерни провернулись — и вот я уже томлюсь перед Тургеневым или Байроном.

 

126

 

Государь поздравил Кобзона с ДР и сказал, что хочет ему низко поклониться. И не поклонился. Все могут короли, но…

 

127

 

Странная аргументация. Как выступит из-за бугра какая-нибудь вражина, так общественность реагирует: ну, а чего вы ждали? так было всегда! Всегда, постоянно, вечно звучит такая злобная риторика в адрес нашего Отечества! Ничего нового!

Ну да. Согласен. Всегда и вечно. А почему? Не иначе, по причине неприятия Света и Истины.

 

 

128

 

Вот что мне пишет Сбербанк: Алексей Константинович, добрый день!  Теперь Вы можете получить еще больше радости от ухода за собой! Расходы на косметику, услуги салонов красоты могут принести Вам возможность чаще делиться с близкими яркими моментами!

Что, еще больше радости?! Если я потрачусь на косметику и посещу салон красоты, то поделиться этим ярким моментом с близкими остерегусь.

 

129

 

«Знак» пишет заглавие: «Ким Чен Ын воспринял слова Трампа об «уничтожении» КНДР объявлением войны».

Чем-чем он воспринял? Хороший орган – «объявление войны». Наверно, и у меня есть. Надо поискать. Он внутренний или наружный, хотелось бы знать? Первичный или вторичный? Я беспокоюсь, не в загоне ли он у меня. Порой так и чувствую, что нужен комплекс упражнений.

Вообще, конечно, надо что-то делать с этим пончиком. Испытывать бомбу в океане — это как на пляже насрать. У нас в пионерлагере была купальня, поделенная на два отсека: один поглубже и побольше, а второй — поменьше и помельче. Крокодильник и Лягушатник. Так вот в Лягушатнике однажды кто-то неустановленный сделал то же самое. Помню оторопь всей тамошней ООН. И мер не приняли. А неизвестный потом повторил это на суше, в кровать какой-то девочки. Собрался Совет Безопасности, слушанья в конгрессе и сенате ни к чему не привели. Вот чем оборачивается безнаказанность.

 

130

 

С чего-то вдруг вспомнил по-стариковски, какие отзывчивые были раньше доктора.

Курсе на пятом подцепил я краснуху. В 21 год. Раз — и обкидало. Профвредность. Маменька и говорит: давай-ка сходим в детскую поликлинику. Во дворе.

Было воскресенье. Дежурила там, по-моему, вообще всего одна докторша, мы ее вызвонили в звонок, она вышла прямо на улицу и нахмурилась.

— Посмотрите, пожалуйста, мальчика, — попросила маменька.

— Ну, хорошо. Где же мальчик?

— А вот он стоит.

— Вот это мальчик?…

Мальчик успел целиком зарасти буйным волосом. Он курил в сторонке и не без интереса поглядывал на докторшу. Правда, побрился. Но докторша мальчика посмотрела и определила недуг. Вот как бывало. Да я и сам был потом отзывчивый. Какую только нечисть не принимал — вы бы ахнули, читая меня нынешнего.

 

131

 

Смеялись. Еще вспоминали. Пришла как-то маменька в аптеку за эреспалом от кашля. И попросила эспераль.

— Вы уверены, что вам это нужно, да в такой дозировке?

Негодующе:

— Конечно! Я у врача лечусь!

Ну, разобрались потом. Бывают же чуткие люди. Стой за прилавком такая бездушная скотина, как я — продала бы без лишних споров после такого ответа на наводящий вопрос.

 

132

 

В пути видели областное кафе под названием «Угребись». В ассортименте есть детские обеды. Можно арендовать катер.

 

133

 

Я начинаю думать, что даже православие — слишком сложная и продвинутая религия для нашего населения. Уже как будто и духовенство встрепенулось насчет плоской земли (передача была серьезная) и всего вот этого. А так вот! Теперь уже все! Кран отвернули. Сейчас он прокашляется ржавчиной, похрипит, поплюется — и пойдет тепленькая, скажем так, то есть кипяточек.

 

134

 

Про грибы. Мрачно: цезий они накапливают. Я думаю, что за жизнь я и без грибов накопил столько цезия, что меня можно сбросить на какого-нибудь врага.

 

 

135

 

Обсуждают свежих губернаторов-близнецов. Я считаю, что это отличная возможность для научного эксперимента. Говорят, что между близнецами существует тесная телепатическая связь. Если одному плохо, то и другому тоже. Очень хочется проверить. То, что сейчас им обоим будет очень хорошо, это ясно, для этого опыт не нужен.

 

136

 

«Россиянам предложили снизить потребление хлеба, колбасы и сыра. Эти продукты могут быть небезопасны для здоровья». Заботятся о вас, неблагодарные. От свинства отучают заодно, прожорливые вы неприлично.

Далее слушаю: «Если делать прививку от гриппа в плохом настроении, то она не подействует». У кого плохое настроение — у того, кто делает, или у того, кому?

«Дальний Восток подмял под себя огромный циклон». Кто кого подмял?..

 

137

 

Я думаю, пора создать отечественный блокбастер по образу и подобию «Мстителей». Собрать команду: Гоголя, Коловрата, Гагарина и остальных. Биться они будут с Суперметаморфом: он будет меняться — то бородка дяди Сэма, то оселедец, то пейсы, то рептилоидные черты.

 

138

 

В Севастополе строят подводный храм. Деловито: как поступим со свечками? С благодатным огнем? Ну, придумаем что-нибудь. Батюшкам нормально будет петь с аквалангами? И что со святой водой? Как бы ее не смешать с нечестивой. В принципе, я очень даже за подводные молитвенные стояния и крестные ходы. В том же составе.

 

139

 

С утра пораньше котик ломится в опочивальню. Первое, что он делает, когда прорывается внутрь — пьет воду из моей кружки. Сушняк у него после ночи. Наверняка, пока все спят, бегает в ночной подвальчик. Там кому угодно продадут.

 

140

 

Сегодня у маменьки ДР. День пожилого человека, что ж. Раньше-то весело было. Помню ее 50-летие, отмечали в кабаке «Сова». На исходе праздника я, качнувшись, вышел в предбанник и доверительно подался к девице за стойкой.

— У меня к вам нескромная просьба, — произнес я.

— В зал не пойду! — категорично заявила она.

— Я и не зову! Бутылку дайте потихоньку! — рявкнул я уже громко.

 

141

 

Прекрасная новость. Просто волшебная. Состоялся у нас нынче заплыв. Моржи поплыли от Петропавловки к какому-то дальнему форту, забыл название. Далеко. Десять часов плыли, но заплыв сорвался. Не потому, что замерзли. От радости за них обожрался капитан яхты сопровождения. Праздник пришлось прекратить.

 

142

 

Немного неприятно, когда во дворе останавливают и спрашивают, не знаю ли я часом, где выдают наборы для пенсионеров. Как будто у меня вид, словно я не только заслуженно этот набор получил, но и съел.

 

143

 

Лица, со мной однополые, порой повергают меня в недоумение. Один вчера сказал даме: «Не хотите приятно провести вечер?»

Я бы не решился сформулировать так. Почем он знает, что это будет приятно? Откуда такая уверенность? Гарантировать можно только неприятный вечер, это каждому при желании по плечу.

 

145

 

Вспоминал я сейчас человека, который женился сам на себе, и меня посетила неописуемо государственная мысль. В каждом гражданине и каждой гражданке есть два начала. И эти начала пребывают в блудном сожительстве без уведомления доверчивого государства. Необходимо юридически оформить этот алхимический брак Христиана Розенкрейца. Взять пошлину. Ну, и обряд, конечно, какой-нибудь благостный пристегнуть, тоже не бесплатный.

 

146

 

Когда доченьке что-нибудь нужно, она звонит и елейным голосом интересуется:

— Кто самый хороший папочка?

Потом добавляет:

— Всем бы пожелала, но язык не поворачивается.

 

147

 

Телевизор бормочет что-то про евангельские события. Вспомнил я вдруг, как давным-давно, лет 20 назад, пришел к одному критику. Старый интеллигентный алкоголик сразу взял со мной покровительственный тон. Один мой рассказ немного затрагивал материи религиозные. Заранее торжествуя, зная истину и готовый приоткрыть мне тайну, критик с хитрой улыбкой осведомился:

— Но Христос-то воскрес?

— Конечно, — ответил я и тоже улыбнулся.

Мне стало его жаль. Он растерялся, я выбил у него козырь. Ему было нечего сказать. Надобность в проповеди неожиданно отпала. Он приналег на мой коньяк и чуть утешился.

 

148

 

 

Телевизор: власти США сорвали флаг с нашего представительства…

Сорвали. Не останавливаемый свистом пуль, мистер Онтария вскарабкался на закопченное здание, держа в зубах многократно простреленный старз-энд страйпс.

 

149

 

«Турция придумывает новые заусеницы в отношениях».

Вот почему я не политик. Я не в состоянии придумать заусеницу. Тут какой-то глубокий петтинг, которому мне уже поздно учиться.

 

150

 

Я с Алисой, которая Голос Яндекса, знакомиться не хочу. Но не за горами тот день, когда с компаниями, госструктурами и правительствами, а то и странами, можно будет вступать в интимную виртуальную связь. Прозреваю положительный образ Отечества и конкурентную половую борьбу на международной арене. Измена Родине приобретет буквальный смысл. Илья для дам и Василиса для кавалеров. Может быть, к тому времени — наоборот.

 

151

 

Я еще не высказался о новых купюрах. Вот что имею вспомнить, и наплевать, что там нарисовано. Двухсотрублевая бумажка — изделие неудачливое. Павловская долго не прожила. Ельцинская задержалась. И было их много у станции метро Черная Речка. Вы скажете: знаковое место — Пушкин там и вообще. Ну да, на платформе памятник есть. Зато на улице не было туалета, а пива и всякой продовольственной дряни полно. И в кустах, которые ближе к Приморскому проспекту, лежали целые россыпи бумажек по сто и двести рублей. Употребленных за неимением выхода.

 

152

 

«…Эти кровососы загрызли бы даже и Василия Макаровича Шукшина, попадись он им.  Они, на моих глазах, точно так же, бесстыдно и безжалостно грызли Валентина Григорьевича Распутина». Захар Прилепин.

Хирургически точное разоблачение. Я бы погрыз Валентина Григорьевича Распутина. Я даже погрыз бы и Василия Макаровича Шукшина. Кого я точно не погрыз бы, так это тебя, Захар. Ты не подумай, я не такой уж брезгливый, но все же высшее медицинское.

 

153

 

Наткнулся в ленте на Марию Дэви Христос. Вспомнилось старое. По-моему, я где-то уже об этом писал.

Год был, наверно, 93-й. Где-то так. В приподнятом настроении я спускался на эскалаторе в преисподнюю. На сходе меня ждал молодой человек с бородкой. Кудри были перехвачены обручем, он был в лазоревых одеждах и с посохом. Он метнулся ко мне:

— Приди к нам, брат!

Он же не знал о моем приподнятом настроении. Я был отзывчив. С готовностью, с улыбкой я отвел его в сторону и приветливо заговорил. Через полминуты он потемнел лицом и начал озираться, но бежать было некуда.

 

154

 

Телевизор: «Огромный интерес Лавров всегда вызывает у иностранцев. На вопрос «почему», ответили, что иностранцы Лаврова знают».

 

155

 

Что-то котик разожрался. Сидит на подоконнике надменной вазой и еле заметно покачивается, щурясь на меня. Центр тяжести немного плавает. Еще недавно задняя половина была несколько недоразвита по сравнению с увесистой башкой. Сейчас, когда припадает к блюдцу, не видно ушей, если сзади смотреть.

 

155

 

Говорят, что не разрешат курить в 10 метрах от жилого дома.

Мне, как всегда, интересна реализация. То есть выглядывает из светелки красавица, регулярно живущая здоровым образом жизни, и видит вместо работящего и не пристроенного принца курящего меня. Гадючьим ядом неиспользованным мгновенно полнясь до мохнатых ресниц и бровей, звонит в мусарню. Оттуда приезжают, а я уже докурил. И вообще ушел. Как быть? Розыск, анализ окружающих окурков на возможное отцовство, все мусора ходят с рулетками в придачу к стволам. Конечно, существует обычное активное патрулирование, но тут и курить не обязательно, чтобы доебались.

 

156

 

Побывал в одной больничке. Объява: бахилы сменной обувью не являются! Тут же ими торгуют. Мой рассудок не сумел это вместить. Очевидно, хотят сказать следующее: ты уже виноват, что пришел.

 

157

 

Приснился экстремистский сон. Я наступил на Государя. Был какой-то слет, я участвовал. Спешил заранее, должен был сыграть короля в сценке из Шекспира. Но Государь уже зачем-то пришел и сидел на скамье, завязывал шнурки, а скамьи стояли амфитеатром, я сбегал вниз. И наступил ему на лысину, поцарапал.

«Еще раз так сделаешь — и…» — сказал охранник. Я побежал дальше наклеивать театральную бороду. Текст забыл. Выступить не успел, начался какой-то теракт покрупнее.

 

158

 

Читая о повсеместном харассменте, присоединюсь к вопросу: а вообще еще можно испытывать к женщине вожделение? Это ее в принципе не оскорбит? Чтоб живого человека, да это самое! Да еще чем! И крылатая фраза еще родилась: объективизация — субъективна! Понимайте, как хотите. Я сам еще не до конца осмыслил.

 

159

 

Ксюша Собчак идет в Президенты. Вспоминается мне один знаменитый городской сумасшедший. Он даже попал как-то раз в какой-то неформатный художественный фильм. Это был не то чтобы карлик, но почти. Дегенеративная физиономия с огромной челюстью, одет не то в гимнастерку, не то шинель без знаков различия — точно не помню. Шлялся везде. Небритый. С гитарой. Играть не умел. Никто его не трогал. Помню, как он спускался по эскалатору: гитару держал, но струн не касался, и только монотонно, лицом не выражая ничего и со стеклянным взглядом выкрикивал:

— Ксюша, Ксюша, Ксюша!

Это начало девяностых. Наверно, блаженные и правда что-то ловят заранее, но нет пророков в своем Отечестве.

 

160

 

Товарищ-доктор делится. Вяжет он клиента к койке. Неспокойного дебила. Рядом — начмед с обходом. Клиент начмеду шепчет, кивает на доктора:

— Хуже гестапо…

Свита интересуется: и что он такое шепчет? Начмед:

— Говорит, что очень хороший доктор!

 

161

 

Какие обстоятельные, вежливые бывают люди. Домофон. Спрашиваю. Отвечает вкрадчивый баритон:

— Здравствуйте, а я газетку разношу по ящикам — разрешите, пожалуйста, войти.

Вздыхаю.

— Что за газетка?

— Газетка называется «Жить здОрово».

— Что ж здорового-то?

Но открыл, ощущая себя всемогущим комендантом крепости. Когда уважают, я даже не выкину газетку. Суну в соседский ящик.

 

162

 

Наш градоначальник снова пошел в атаку на шаверму. Хочет отодвинуть ее от метро на сто метров. Еще и шаурмой назвал. То есть хуже курения, курение можно ближе. Между прочим, это и правда табуированная вещь. Ни в одном фильме я не заметил сцены поедания шавермы. Ее не ест даже царь Николай. Ее не едят даже у Басковой, хотя сами знаете, что у нее едят. Я ни разу не засекал поедания шавермы в радиусе десяти метров от моего дома. Никто не поедает ее в форточку. Никто не шумит ночью, поедая ее.

 

163

 

Я бы выбирал главу государства слепым рандомизированным методом. Объявить выходной. Пригласить на площадь тысяч сто человек. Да всех желающих. Запустить голубя, пусть кружит. На кого насрет, тот и победил. Чтобы голубь не улетел с площади и насрал — пугать его по периметру. Город, где площадь, выбирать так же.

Не говорите мне, что голубь должен быть в звании полковника. Все надо делать честно. Не выше сержанта.

 

164

 

Товарищ делится мнением о поселке:

— Хорошее место. Но там сгорело градообразующее предприятие. Сумасшедший дом.

 

165

 

Я побывал в родном Первом меде, а потом посмотрел репортаж о песчаном карьере, где остановили работы, потому что нашли останки героев. Тема серьезная, конечно. Но я и тут кое-что вспомнил, ибо неисправим.

В студенческие годы у нас были капустники. Три части: серьезная идейная пьеска, концерт и парамедицинская потеха с невнятно прочерченным сюжетом. Один курс поставил вот какую драму.

Шабашники-стройотрядовцы нанимаются к непростому человеку рыть колодец. Копают и тоже находят героев. А время на дворе советское. Непростой человек беспокоится: а ну, как отберут не только колодец, а и участок? Под памятник? Выставляет пузырь, предлагает договориться. Но сознательные студенты не желают замалчивать открытие. Один вообще спускается в этот колодец, чтобы копать дальше. И тогда злодей решает закопать там и его, чтобы концы в воду. И закапывает. И общий посыл угадывался такой: война как будто давно закончилась, но мы продолжаем воевать и тоже будем героями, пока такие толстые гады живут на дачах и копают колодцы.

Актер, игравший толстого гада, теперь остеопат и психоаналитик. Мы с ним год поработали в больнице, а потом он, не так уже давно, откручивал мне голову по поводу дегенеративно-дистрофических изменений, и я вспоминал его персонажа.

 

166

 

Передают, что Государь лично запустил четыре баллистические ракеты. На Дальнем Востоке, на Севере, где-то еще. Ну, бог. Бог. Четыре палки. Не то, что молодежь.

 

167

 

— Вы это зря, — сказал мне шеф про одного патриотического-боевого автора. — У него редкий дар: чувствовать свою аудиторию; понимать, что ей нужно.

— Да это пиздец, — сказал я. — Невозможно читать.

— Вы ленинградский интеллигент, — рассудительно засмеялся шеф. — Вам читать такое противопоказано.

 

168

 

Показали, как Папа пообщался с космонавтами. Отметили, что наш космонавт «поразил Папу» цитатой из «Маленького принца». Папа ничем нашего космонавта не поразил. Не каждый может.

 

169

 

Читая о разных политических разногласиях, вспомнил высказывание нашего физиотерапевта — как бы он поступил с Чубайсом.

— Я бы поставил его на площади в таз и плевал в лицо!

Зачем нужен таз, я так и не понял. Очевидно, чтобы секрет физиотерапевта не стекал на исторические булыжники. Ладно — Чубайс, мне дела нет, я картину представляю. Физиотерапевт был маленький, хроменький, очень тихий; очень агрессивный, если выпьет, но это бывало крайне редко и становилось для всех открытием сродни жизни на Марсе.

 

170

 

За преступление перед человечеством котик был посажен на ночь в тюрьму. Заперт на кухне. Потому что перестал видеть берега, ломится в опочивальню и орет, а силы у него олимпийские.

Котик был так потрясен одноходовочкой, что молча просидел там до утра. У него не уложилось в голове такое гуантанамо.

 

171

 

Передают, что Дед Мороз уже выезжает. Второе ноября. Не рановато ли? Скоро будет летом выезжать, потом вообще круглогодично фигурировать. Конечно, страна приросла землями, путешествие растягивается.

Мне кажется, Деда Мороза надо дополнительно наделить карательными функциями. Зачаточные фискальные уже есть — хорошо ли себя вел, дознается, кушал ли кашу. Их тоже неплохо бы расширить. Чтобы интересовался там курением, например, сетевой активностью и прочими преступлениями.

 

172

 

На модную нынче тему харассмента: была у нас химичка, Царствие Небесное. Огромная туша Баба Валя. Она наводила ужас на всех. Никогда не кричала, говорила негромко и зловеще. Вылитый бегемот. О ней ходили легенды. Объектом сексуального интереса она могла стать только в меловой период. Слыла антисемиткой. И был восьмиклассник Дайн, у которого была скверная привычка всех обнимать за талию при беседе.

Вот и ее он приобнял на перемене. Доверительно.

— Такой молодой, а уже руки кладет! — удивленно негодовала Баба Валя.

Дайну пришлось плохо.

 

173

 

О Домострое. Дочура поделилась.  Был у нее одно время сильно традиционный кавалер. И однажды она решила побыть женщиной патриархального типа. Стала мыть посуду, а он сидит и рассуждает, философствует.

— А я представляю, как разбиваю тарелку об его голову и втыкаю осколок в шею. А он спрашивает: «О чем ты сейчас думаешь?» Я ему: «А ни о чем! Я ведь женщина!» А он: «Вот это ты сейчас правильно сказала!» И мы оба глядим друг на друга и смеемся.

 

174

 

Наследница снова радует. Преподает язык шестиклассникам. Задание: рассказать о своем смелом поступке. Что ж, это можно. Одна девочка описала, как спасла свою собачку от другой, большой. Та бросилась, а она схватила свою и высоко подняла. И спасла.

Сосед по парте:

— Прикольно!

— Че прикольно-то? Мою собаку чуть не разорвали!

— Лол!

— Чтоб с тобой в тюрьме то же сделали!

 

175

 

В очереди за Новым Айфоном случились драки, люди стояли ночами, за место предлагали минет, потом приехали чеченцы и прошли первыми.

— Собаки! Собаки! Собаки! — приговаривал хан. Гарцуя на арабском скакуне, он поступательно лупил камчой очередь за айфоном. Хан медленно, но верно продвигался в ее начало. За дверями святилища маячили бледные лица менеджеров в ожидании привычного поругания. Дмитрия Донского, приехавшего на лядащей кобыле, оттеснили в хвост, а после и вообще вытолкали. Он что-то соображал, зловеще шаря в бороде. Занималась заря нового дня единства и согласия.

 

176

 

Наследница отливает в граните:

— Добрый человек не должен творить! Добрые песни, добрые рассказы… Если добрый — вари борщи!

 

177

 

Пишут, что Чапаев не утонул. Полагаю, он доплыл до Амазонки. Это заняло много лет. Там он познакомился с Гитлером. Испытывая друг к другу известную неприязнь, они потом все же построили базу на другой стороне Луны.

 

178

 

Разочарован. Ресторан «Седьмое небо» делает один оборот за 45 минут. Нет, меня там не было, я телевизор смотрел.

Надо быстрее. Намного. А еще лучше вывести на орбиту рюмочную советского типа. Это модно. И вышибалу хорошего поставить.

 

179

 

В сети устроили опрос: кто побывал в Мавзолее. А я вспоминаю, как в начальной школе переписывался с дядей. Дядя только несколько лет как переехал в Москву. И я покатился по новеньким рельсам гештальта, смутно рисуя себе образцового школьника из стихов Михалкова. Попросил дядю рассказать про Красную площадь и Мавзолей. Дядя послушно ответил, что Красная площадь находится в центре Москвы, а на ней стоит Мавзолей. Внутри «лежит тело В. И. Ленина».

Я был полностью удовлетворен. Гештальт закрылся.

— ЧучелО посмотреть приехал? — осведомился дядя, когда я прибыл уже студентом.

 

180

 

Из новостей:

«Результаты исследования, в котором принимали участие более 2 000 мужчин и женщин, показали, что люди, которые располагают туалетную бумагу отрывным концом к себе, как правило, обладают лидерскими качествами. Те же, кто вешает рулон бумагой к стене, имеют тенденцию быть более покладистыми».

А те, которые газету на гвоздь — прозревают Истину и познают Дао.

 

 

181

 

«Рожденная революцией» идет. Вот, неблагодарные! Напоминают вам: не все было плохо. Не только милицию создали, но даже фильм про нее сняли! Я помню, ждали мы эти серии. И не какую-то неделю, как вы, белоручки. Мы ждали намозоленно, по-рабочему, на годы растянулись десять серий, а вам сезона мало в один присест. Истинно говорю: приблизились адские врата.

Очередная серия про рожденную милицию начинается с хроники, где показывают испанских деток, беженцев. как их принимают. Шестьдесят лет спустя я тоже одного из них принял. Был доставлен в нашу больничку. С инсультом. Попал на острое неврологическое. До сих пор не знаю, где ему было бы лучше в итоге. Земля пухом.

 

182

 

Я представляю, как оставляю для себя капсулу с письмом. Вскрыть нужно, конечно, не через пятьдесят лет. Можно через двадцать. Или пять.

Вскрываю, потому что уже и не помню толком, что написал. Читаю: «Привет! Ну че, как жизнь? Правда, хуевая?» Можно и через час вскрыть. От нетерпения.

 

183

 

Вчера мы с Мариной поженились. Вот что меня поразило во дворце — мы бы и не пошли во дворец, но он в двух шагах, это дача Дашковой. Мы были одни. Ну, никаких свидетелей и гостей — это раз; других торжеств там тоже не было — это два. Ничего и никого, разумеется, не заказывали.

У меня был с собой фотоаппарат. И я попросил администраторшу у выхода нас щелкнуть разок.

— Не имею права, — ответила она твердо.

Мы, конечно, нашли доброго человека, но я до сих пор под впечатлением от причудливых извивов административной мысли. Фотомафия? Раздел сфер влияния? Но было же пусто вокруг вообще. Нет, тут что-то другое, непостижимое.

 

184

 

Государь написал статью. Так судьбоносные статьи не пишут. Их пишут на пеньке у шалаша, где костерок с котелком. В шалаше спит удовлетворенный Зиновьев. Обстановка такова, что можно и нужно распространить ее на все общество.

А Ново-Огарево на всю страну не распространишь.

 

185

 

Прекрасные шевеления свойственны даже душе незатейливой. И в каждой с рождения отпечатался идеал.

Во дворе сдвинули скамейки. Чтобы общаться. На месте одной образовалась проплешина. И неизвестные ощутили хребтами, что дизайн стал не очень. Они поставили там урну. На отшибе, теперь уже вне скамеек и магистралей. Но энтропия прекратилась.

 

186

 

 

Некоторые видят домогательства там, где их и в помине нет. Однажды были посиделки. Знакомая отдыхала в кресле, а мой приятель опустился перед ней на корточки.

— Раздвинь ножки, — попросил он.

Все смешались, дама пришла в полуприятную оторопь, но осталась сидеть, как была.

— Раздвинь ножки, — настойчиво повторил приятель.

Оказалось, что за ее ножками, под креслом, стоял пузырь.

 

187

 

Государь поздравил полицию и поблагодарил, в частности, за обеспечение свобод. Нет, ну я понимаю, положено произнести что-то приятное, пусть и неправду. Сказал бы, что они самые красивые, любят животных, пьют исключительно через силу и вообще лучшие люди. Это все ладно. Но свободы-то как полиция обеспечивать может? Не хвалит же он ее, допустим, за полеты в космос.

 

188

 

Потрепав по плечу Государя, Дональд Трамп сказал, что рад бы и с Ким Чен Ыном подружиться.

Толстенького потрогать, конечно. Как говорила моя тетя, ударив дядю по морде резиновой тапочкой: «Тебе все равно — что жену, что кошку, что себя через ножку».

 

189

 

Премьеру: дорогой Дима! «Было бы неплохо, чтобы азиатские драконы воспользовались уже существующими маршрутами через Россию». Ты это о чем? Во что играешь?

 

190

 

Побывал сегодня во Всеволожской ЦРБ. Жаль, нечем было снять. Больница бешено разрастается. Возводится внушительный храм. Впритык к нему стоит одноэтажное отделение патологии новорожденных. Старенькое такое.  Огорчает, что в храме нет и не будет таких красивых занавесочек с луной и звездами.

Вдогонку и по следам.

— Мы его теряем! — взвыл доктор. — Руки! Разряд!

Запахло паленой шерстью. Скорая с воем буравила пробку. Через пятьдесят минут доктор с облегчением перекрестился на больничные купола. Из приемного нефа вышел дежурный дьякон.

— Мойтесь! — крикнул он через плечо. — Разворачивайте мощи!

 

191

 

Читаю про законопроект о патвоспитании. «Так, «патриотизм» — это «нравственный принцип, социальное чувство, содержанием которого является любовь к России, своему народу, осознание неразрывности с ними, стремление и готовность своими действиями служить их интересам, подчинить ему свои частные интересы, проявлять верность долгу в защите Отечества». «Отечество» — «Россия, родная для человека, социальной, национальной или региональной общности людей страна, принадлежность к которой они воспринимают как необходимое условие своего достойного существования и полноценной самореализации».

Значит, необходимым условием моего достойного существования является принадлежность к Отечеству, которому я должен подчинить мои частные интересы. Подозреваю, что если я этого не сделаю, мое существование перестанет быть достойным. Понимать ли все это так, что мои частные интересы не имеют отношения к моему существованию, достойное оно или недостойное? И достоин ли я существовать даже недостойно?

 

192

 

В Крыму открыли памятник Александру Третьему: снова, конечно, крылатый там афоризм про то, что нет у нас союзников, кроме армии и флота. Все остальные институты, как я понимаю — противники.

Ваше величество! А полиция? Полиция что вам сделала? Забыли — вот она вашу династию скоро и подведет. Вообще, Александр Третий — это коктейль из одеколонов Саша и Тройной. Я за многозначные памятники.

 

193

 

Имейте уважение к специалисту. Если патриарх говорит, что скоро конец света, то так тому и быть. Вы же не будете смеяться над доктором, если он скажет, что вам тоже скоро конец. Или над прокурором, когда он то же самое скажет. Правда, тут правильно указывают, что это немного странно для патриарха — не хотеть конца света. Патриарх должен этот конец приближать, ибо наступит Царствие. Он так и делает, в общем-то, но немного, наверное, побаивается. Чего — непонятно.

 

194

 

Под Челябинском утечка рутения, завыла вся Европа, наши помалкивают.

Шекспир. Из ненаписанного.

ЗОЖ: О, сладостен сей миг отмщенья! И вот я пью!

РУТЕНИЙ падает. Его уносят на тапках.

…Мне интересно: они что, думали, никто не заметит? Как под одеялом что-то такое произошло — и тихо лежат, как бы не при чем? Или в автобусе. Не иначе, надеются на воспитанность окружающих. Все, мол, сделают вид, будто ничего страшного. С каждым бывает.

Пока Европа беснуется, наши доедают уренгойского школьника, который выступил в Бундестаге и посочувствовал павшим солдатам вермахта. Дескать, среди них тоже люди были.

А я тем временем получил инсайдерскую информацию из Челябинска. Короче, там, очевидно, перевернулась какая-то хуйня с этим кушаньем. Его периодически заменяют, отработанное закапывают лет на семьдесят. Ну, и молчок. Не катастрофа, но и не именины сердца. В общем, понятно. Курить у подъезда нельзя, а ложками жрать изотопы — можно. Желаю сами знаете, кому, посуды из этого железа. И чтобы по наследству передавалась, если оно чудом родится и не угодит в специальное заведение для одаренных.

Канал же «Вести» выпустил новость под заголовком: «В Башкирии прошел безопасный рутениевый дождь».

 

Элементы

С неба высыпались все –

Босиком бы пробежаться по росе!

В Бундестаге,

Даже, может, в Бундесрате

Никогда не будет этой благодати!

Впрочем, может быть и там,

Повторить не трудно нам.

 

195

 

В связи с уренгойским отроком (см. выше) вспоминается случай из школьных времен.

Были у нас два класса: А и Б. Наша литераторша называла класс А умным, а Б — добрым. Думаю, вы догадываетесь, что я учился не во втором. Хотя заслужил ли первый — большой вопрос.

И вот однажды на уроке внеклассного чтения мы разбирали роман Бондарева «Выбор». Оба класса сразу. Там есть эпизод — а это Бондарев, повторяю, не какая-нибудь либеральная гнида, — где герой сопереживает немецкому солдату лет восемнадцати. Тот, пользуясь временным затишьем, самозабвенно подъедает с куста малину. Герой даже не то, что прямо сочувствует, а лишь пытается пропитаться юношеским мироощущением неприятеля. Тому, понятно, через минуту вышибли мозги, но тем не менее.

И я, выступая перед классами А и Б, позволил себе допустить, что герой не так уж напрасно задумался и разбираться с этим немецким срочником, конечно, придется, но все же он не исчадие ада — на первый, во всяком случае, взгляд. И добрый класс Б чуть меня не сожрал. А умный, родной класс А помалкивал, ему была по сараю моя опасная позиция.

 

196

 

Телевизор: «Пока крестьяне ждали землю, ее самый лакомый кусок отдали вождям… Двести сорок гробов опустили на Красной площади…» Это про некрополь.

Уже не очень понятно, что имеется в виду. Заболевание прогрессирует, и бред становится бессвязным.

 

197

 

Отвлекаясь на допинговые неприятности: а нельзя сделать так, чтобы вообще соревновалась моча? Символика приобретет бешеную популярность. Живо рисую себе церемонии открытия и закрытия с национальным колоритом.

 

198

 

Дом писателей, семинар переводчиков. Пришлось закрыть дверь.

В соседнем крыле пел Союз Писателей России. Сопрано. Или контральто. Пес его разберет. Все о Родине, о судьбе и хлебах.

 

199

 

 

Жена рассказывает, что видела давеча мальчика, который выгуливал на Искровском проспекте поросенка. На веревочке. Оба кругленькие, розовые, упитанные.

Такие похожие, думаю я, и такая разная судьба. Хотя как знать.

 

200

 

 

Хороший репортаж. Детишек отсуживают. Мама поклоняется языческой богине смерти. Когда папа был в командировке, привела в дом человека по имени Филин. Сказала детям, что это колдун и будет теперь главным.

Лично я представляю, как Филин обустраивается, метит территорию. Развешивает вещички, заваривает чай, курит в туалете. Смотрит в окно, похлопывая крылами.

 

201

 

Государь все юморит. Идти на выборы, говорит, можно только когда тебя поддерживают. И спрашивает игриво зал: поддерживаете? Ну, рев поднимается радостный.

Я понял, что это такое. Это выход на бис. Буквально. Коллектив ушел ебануть коньячку, а свет не включают, и публика не расходится, орет. Главный хит-то еще не спет! Ну, добро. Будет вам главный хит.

 

202

 

Во дворе построили таких снеговиков, что мне стало не по себе. Остров Пасха. Стоунхендж. Колоссы, четыре штуки. В зловещем фонарном свете они устрашали.

Толком заснять не успел. Мама привела погулять хороших, умных детей — отличников из кружка Умелые руки, будущих конструкторов и звездоплавателей. С утробным ревом, без предисловий одаренные дети набросились на идолов и сокрушили их к хуям.

 

203

 

Уверенность в завтрашнем дне нам сулят. Наконец-то! Давно не слышал, соскучился. Верю безоговорочно. У меня эта уверенность уже есть. Никаких сомнений.

 

204

 

Монотонное потребление в Икее сегодня было нарушено. Какой-то гражданин сошел с ума и сделался буйным в образцовой спаленке. Мы не поспели к началу и видели только, как другой гражданин взял его, упирающегося и безумного, в болевой захват и поволок на выход.

Что могло произойти в этой спаленке, чтобы человек спятил? Может быть, это были супруги, которые поссорились из-за мебели? Но это слишком прекрасно. Скорее всего, несчастный помешался просто в Икее как таковой.

Видели еще одного, тихого, он просто крепко спал в уличной обуви на демонстрационной кровати.

 

205

 

РЖД разрешила нижним пассажирам не пускать к себе верхних, если те захотят посидеть внизу.

Я думаю, ничего страшного. Мир сохранится. Сверху можно много чего сделать вниз. Снизу вверх тоже. Все это понимают. У нас миролюбивый и благоразумный народ.

 

206

 

Ремонт. Закрылся в комнате. За дверью беседуют малярши:

— Умом-то мы понимаем разные вещи, а плоть диктует свое!

Дрожу.

 

207

 

Идет репортаж о Роскачестве.

Лучшим товаром признана водка! Не просто паленой не найдено, но выше стандартов даже та, которая есть! При этом, как особо отмечено, нарушения отмечались в творожке, хлебе, еще много где и даже в мужских трусах.

 

208

 

Мои малярши за дверью осуждают Государя. Я напрягся: за что это вдруг? С женой он нехорошо обошелся. Вон на Западе — чуть что, так сразу, а этот все сидит. Скромнее надо быть! Правда, плиточник копнул в ответ глубже, но на то он и плиточник, на то и мужчина, чтобы взрыхлять плугом Логоса разнообразные пласты. Не буду повторять.

Малярши устроили со мной религиозный диспут. По их мнению, мы все воскреснем в том возрасте, в котором помрем, а дальше дружно домолодеем до 33 лет и в этом виде зафиксируемся. И будем жить-поживать, да добра наживать, а дальше Бог придумает еще что-нибудь. Я не знаю, где они это прочли, и ушел от греха подальше.

 

209

 

Конкурс на имя для моста завершился. Крымский мост будет Крымским. Было увлекательно. Но праздник не должен кончаться. Теперь нужен новый конкурс: выбираем имя для Президента.

 

210

 

— Потому что мы рууууууские! потому что у нас добрый взгляд — добрее, чем у американцев!

Это детская передачка сейчас идет. Удивлен. Раньше думал, что эти дегенераты хотя бы нейтральны.

 

211

 

—  Я знаю эту улицу, — говорю дочуре. — Я жег там игрушечный автобус в аэрозоле «Сапожок».

— Зачем?

— Делал огнемет. Но не сейчас, давно.

— Еще бы ты сейчас, и так немного тревожно.

 

212

 

Ознакомился с признанием наркома Ежова в педерастическом разгуле. Очень понравился финал: «Даю эти сведения следственным органам как дополнительный штрих характеризующий мое морально-бытовое разложение».

И еще: вот это самое почему-то никто, ни разу не назвал самооговором!

 

213

 

 

Непоказ Иронии Судьбы по Первому каналу — новость, заслуживающая тщательного анализа и прогноза. Покажут по России. Оливье переложили в другую миску.

Неспроста! Такая фронда, что, глядишь, и Государя не покажут по Первому каналу. И куранты отменят там. Сразу запоет Басков, а Боря Моисеев будет по ходу переодевать его в Киркорова. Мы на пороге больших перемен.

 

214

 

По случаю таксы, утопленной министром для демонстрации жидкостного дыхания, вспомнилось: однажды военный токсиколог подполковник Зайцев демонстрировал нам спасение кролика от синильной кислоты. Этот Зайцев был видный мужчина, орел. Пели мы про него что-то типа: «Девочка плачет, шарик улетел, а Зайцев не плачет, а Зайцев летит. Женщина плачет, муж ушел к другой, а Зайцев вернулся, а он голубой».

Ну так вот: вколол товарищ подполковник кролику синильную кислоту. А дальше счет пошел на секунды. Спасая зайца, которого сам замордовал, доктор Зайцев ощетинился, выкатил глаза, разинул пасть, закапала слюна. Держите, держите сейчас же! В ушную вену он попал, меткий был доктор. Кролик очухался, хотя что пережил — сказать затрудняюсь. Но опыт был очень полезен для науки и человечества. Я, например, сразу понял, что нам всем пиздец, если что. На поле брани то есть, без всесильного доктора Зайцева в лабораторных условиях.

С таксой все понятно, а вот зачем на таком уровне занимаются жидкостным дыханием? Они что задумали? Может быть, конечно, волнуются, как бы не ебнулась в океан пилотируемая ракета. Но я подозреваю, что планы грандиознее. Не планируется ли возвращение великого народа в пучину для суверенного придонного существования? Георгиевские камбалы и скаты посмеиваются над беспомощными врагами. Из-под воды можно здорово насолить, соли в ней много.

 

215

 

Дом Писателя — учреждение казенное. Не забалуешь.

Ухожу вчера, спускаюсь на первый этаж и вижу свет в конце туннеля: туалет. Извините. Ну, вспоминаю. Вот, думаю, хорошо. Это правильно. И — туда. А охранник из будки:

— Так-так-так! Куда идем?

Оказалось, что это для администрации. А для писателей — наверху. И очень строго с этим, рука часового потянулась к кобуре. А мы еще директора в писатели принимали. Ну, я-то не принимал. Какой он к черту писатель, он администратор, у него и туалет свой. Если он писателем стал, то надо это место заколотить.

 

216

 

Дочура учит деток английскому, играет с ними в настольную игру. Что-то про алфавит. Нужны слова на первую букву.

— Ананизм, — предлагает школьница.

— Это не на А.

Наследница позвонила мне, потому что сбежала.

— Теперь они спрашивают, что это такое.

 

217

 

Сдавал вчера телефон в ремонт. Приемщик распечатал бумагу, я не глядя подмахнул.

— Ваша квартира перешла в нашу собственность! — торжественно объявил он.

Опасные шутки. Голова поняла, а рука — нет. Пальцы сжались, готовые воткнуть ему в глаз ручку.

 

218

 

Награжденный в Кремле капитан сказал, что так страшно ему никогда не было. Даже в Сирии.

Пошутил, конечно. Он и сам подумал, что пошутил.

 

219

 

Вечерний двор, темно, редкие фонари. Безумное долговязое существо приплясывает и бессмысленно воет от общего восторга. Его подруга стоит у двери и любуется.

Через двор идут два негра, они катят чемоданы на колесиках.

Без паузы, на волне рева:

— Аааяяяя, откуда, бля, откуда — Колумбия?

— Африка! — улыбаются снежки.

— Бля, бля, а ну стоять, давайте фото! Стоять, бля, а ну идите сюда, фото, фото!

Дикари идут дальше, не оборачиваясь; цивилизация отвлекается на что-то другое и продолжает выть и плясать.

 

220

 

С новым годом поздравляю, всего доброго желаю,

Чтобы радость в каждый дом, чтобы счастье было в нем,

Чтобы славилась страна, ведь одна у нас она;

Ничего я щас не пиль, просто соблюдаю стиль.

 

© 2017

 

Начало формы

 

 

 

 

 

Колчан

Проклятья

 

 

Пояснение

 

Идея настоящего сборника никогда не приходила мне в голову. Заслуга его составления целиком принадлежит моему другу Юрию Абросимову. Он давно собирал разнообразные пожелания, которые я рассеянно оставлял там и тут. Увидев их в совокупности, я был несколько ошеломлен, однако не мог не признать злободневности его затеи. Не знаю, уместно ли посвятить ему сложившийся свод? Справедливость этого требует, но меня смущает двусмысленность – тем более, что пожелания мои обладают свойством сбываться чуть чаще обычного для статистики. Ладно – посвящу! Сопроводив благодарностью в качестве оберега и приправив почтительной растерянностью перед его желанием взять на себя такой труд.

Я не теряю надежды на то, что когда-нибудь этот сборник разойдется в бумаге. Поэтому я дал ему лаконичное название. Может быть, оно со временем сделается именем общим для подобного рода текстов и будет писаться с маленькой буквы. «Он раскрыл наугад свой колчан». «На прикроватном столике у нее лежал колчан, заложенный утомленной розой». «Устроившись в купе, он вынул карманный колчан в сафьяновом переплете». И так далее.

Мы сходимся в том, что это, возможно, первое в своем роде произведение – если не принимать в расчет продукты чернокнижия и прочие инкунабулы, в которых мы не знатоки. Надеюсь, что мне, наконец, удастся произнести в изящной словесности по-настоящему свежее слово. Учитывая общественную полезность написанного, я всячески приветствую его цитирование и прочее распространение с внедрением в обиход. Особо приглашаю издательства, которые получат шанс озолотиться и впредь не печатать уже ничего, кроме этого. Если же они опрометчиво предпочтут воздержаться, я позволю себе напомнить, что сборник будет систематически пополняться и ни одно учреждение не застраховано от моего пристального внимания.

 

 

1

 

НТВ, новость дня Номер Один: князь Монако наконец-то женится.

Я ликую. Я ждал этой минуты всю жизнь, укуси его спирохета в самое княжество.

 

 

2

 

Сверлят.

С двух сторон. В обеих квартирах, справа и слева.

Перестает один — начинает второй. Скрыться нельзя, сверление плывет за мной по пятам, перемещается на пол и потолок.

Зачем ты сверлишь эти дырки, кретин? Зачем тебе еще одна полочка? Ты станешь бессмертным? У тебя откроется третий глаз? Тебе даст мисс-европа?

Возьми строительный пистолет и убейся. Луч ненависти.

 

 

3

 

Снова неукротимо сверлят. За стенкой.

Интересно, стал бы этот неистовый дебил сверлить дальше, если бы узнал, что завтра умрет?

Я попытался представить, как поступил бы он в этом случае, будь он героем разных фантастов.

Брэдбери: Да, сверлил бы. Просверлил бы дырку и пошел спать.

Саймак: Нет, перестал бы. Вышел бы на крылечко в сумерках и закурил трубку.

Шекли: Перестал бы. Навестил бы, наконец, соседа, чтобы познакомиться и выяснить, кого же он заебал за долгие-долгие годы.

Дик: Сверлил бы и дальше, даже не замечая, что умер.

Хайнлайн: Закусил бы губу и раскурочил всю стену.

Приглашаю продолжить. Он временно притих, а мне работать надо.

Хоррор-шо. Я знаю, что лето. Я устал об этом писать.

Но я желаю вам, уютненьким-обстоятельным, в долгие зимнее вечера над вашими каминами, с бокалами с мартини в руках — вот этого самого. Напалма.

Вам холодно делать это зимой? Вам не нравится?

Я желаю вам смерти, благоустраиватели ваших хомячьих нор.

 

 

4

 

 

По телевизору показывают воинствующего деда, не признающего лекарств.

Ну, как положено: прорубь, босиком и так далее. У него есть триада своих препаратов на все случаи жизни. Первый я не понял какой, а два других — Бодрин и Веселин.

Так что доктора могут паковать чемоданы.

Да будет каждому по слову. Такие неологизмы суть верный признак глубокого склероза. Вот сляжет этот дедушка, насовсем чтобы слечь, и вколют ему сначала Бодрин, а потом Веселин.

 

 

5

 

В Анапе ввели Нравственный Кодекс. Нельзя пить-курить-ругаться.

А можно и нужно кое-что другое.

Показывают: некое официальное лицо, в трениках, в семь утра обзванивает квартиры: — Вера Ивановна, на зарядку не собираетесь?

Должен вывести побегать не меньше 10, иначе ему влетит.

Да я урою любую гангрену, которая сунется ко мне в 7 часов, предложит куда-нибудь сбегать, и он побежит один, и Нравственный Кодекс будет сзади торчать.

 

 

6

 

Вот тем, которые эти рубашки упаковывают, новые, булавочками, я бы эти рубашки надел и эти булавочки обратно воткнул.

 

 

7

 

Я призываю к убийству одного и более лиц. Этих сволочей с МТС.

Получаю от них послание: «Хотите знать, где находится ваш ребенок?»

Я похолодел, у меня подкосились ноги, не успел даже почитать дальше.

Посылаю им шило в ихнее белое яйцо с кровавым подбоем.

 

 

8

 

 

Послушал я тут волей случая Детское Радио. Играло оно. Довольно долго.

Там много чего говорили и пели, специфически детского. В частности, звучала песня про «Дорогу Добра». Я не запомнил, про что там говорилось конкретно, но пропитался общим настроением: вот, мол, играет Детское Радио, а детям от этого очень хорошо, и песня звучит очень кстати, про Дорогу Добра, потому что Детское Радио и все, кто там засел, это и есть Дорога Добра, она же само Добро.

И Добро это, следовательно, разливается благом вообще по всей квартире и даже по этажу.

Но при внимательном прослушивании Радио выясняется, что люди, идущие заявленной Дорогой Добра, ни хера там в студии не делают, а просто гоняют по кругу один и тот же репертуар, наименований десять-пятнадцать. А сами в это время занимаются неизвестно чем. Скорее всего, пьют водку под Буратино, а то и того хуже, устраивают какой-нибудь изощренный секс и подпевают коту Леопольду: неприятность эту мы переживем.

Между прочим, меня всегда интересовало вот что. Я понимаю, что с детьми надо говорить как-то по-особенному. Но почему — так, такими голосами?

Куда ведет Дорога Добра, давно известно. Как и то, какими намерениями она выстлана. Когда ведущие, ею идущие, окажутся в аду, пусть с ними там всегда разговаривают такими голосами и в такой манере, об одном и том же. И больше пусть ничего им не делают.

 

 

9

 

 

Ну и вот, Старый год продолжает развлекать меня на старый манер, а Новый уже приготовил новые события.

Только что ограбили.

Как? Элементарно. Я стоял в молочном отделе, покупал дочке йогурт и что-то еще. Держал наготове тысячную бумажку.

Подбежал неразумный отрок лет тринадцати, выхватил бумажку и помчался прочь. Его не догнали. Все гениальное просто.

Я прощаю его. Я просто советую ему напиться нынче ночью спирта до пожизненного корнеплодного состояния с питанием через садовый шланг.

 

 

10

 

 

Кто-то спиздил у меня плоскогубцы. Твердый шанкр ему в мягкий трактор. Может ли холостяк добиться того, к чему пригодны плоскогубцы, простым молотком?

Может.

 

 

11

 

 

Я сегодня ничего не написал, потому что сильно разозлился. Я потерял очередную перчатку. Теперь мне понятно, почему она валилась и пряталась между входными дверями: она улавливала далекий зов.

Я постоянно все теряю: часы, перчатки, зонтики, деньги, телефоны, людей. Перчатка была огромная, кожаная, на Джека-Потрошителя. Я прикуривал и выронил ее. Прошел шагов двадцать, вернулся, но ее уже не было. Надеюсь, что нашедший засунет ее, надевши на палец, в ноздрю, и ему понадобится задняя тампонада.

Когда мне было года три, меня сажали в трамвай, и с меня слетела галоша. Какая-то бабушка тут же взяла ее и побрела прочь, готовить бутерброд с маргарином. Ей кричали, ее звали, но она не обернулась.

Я бы таких людей сек розгами. А потом запирал. Нет, в обратном порядке, не то в толпе еще чего-нибудь недосчитаются.

 

 

12

 

Какая-то недалекая гадина распорола мне в троллейбусе сумку.

Естественно, ничего не стащила. Что с меня взять?

Я хочу, чтобы вора поймали и сделали ему то же самое.

И я хочу, чтобы он был кенгуру.

 

 

13

 

 

Очередная попытка получить дочин паспорт. Пришли вместе.

Нет, я все понимаю. Я, собственно говоря, не удивляюсь: ну, гавкнул на нас вагинальный милиционер в юбке. Ну, ответило это расплывчато-гендерное существо, что «оно не знает, что нам там сказали, а читайте расписание». Все нормально.

Другое странно: мы пришли (когда нам сказано было), и было пусто. Ни души. И вагинальная милиция только-только явилась на службу. Она отпирала дверь. То есть ее еще никто не успел обидеть.

Но натура взяла свое немедленно и без раздумий. Я догадываюсь, что все это от недоеба. Еще бы. У кого же зачешется? Милая вагинальная милиция! Оставайся такой навсегда! мы потерпим. Лишь бы тебя никто, никогда, даже под страхом табельного оружия не трахнул.

 

 

14

 

 

Метро. Зверь в кассе.

— Дайте мне два жетона!

— У меня нет денег! Дайте четыре!…

Я отошел.

…А еще на днях окуривались троллейбусные карманники. Я писал о них. Они украли у меня телефон. Вот что писать? Луч кровавого поноса? Но я врач.

Тихую, тихую смерть от ножа.

 

 

15

 

 

Это уже приобретает юмористическую окраску.

Не так давно у меня украли второй телефон. Десятый на самом деле. Час тому назад.

Я вышел на перекресток, здоровый и трезвый. Ко мне подошли двое и попросили закурить. Первый стоял спереди, ему я курить разрешил. Второй табаком не интересовался и шароебился слева, поблизости. Где у меня сумочка-кармашек. И все порывался познакомиться — со мною якобы.

Я — человек, воспитанный в идиотской системе вежливости. Семья и школа. Я поздоровался.

Телефона и полсотни рублей не стало через минуту.

Я шлю преступникам лучи особенного холерного поноса, при котором мало что помогает, и по столбнячному гвоздю в каждое глазное яблоко.

 

 

16

 

 

Ну что же — раз так, то я научился гладить рубашки.

Но я вам это припомню, дорогие женщины. Настанет день, и какая-нибудь неосторожная заплатит за ваши грехи.

 

 

17

 

Буду убивать за «сладости» в пищевой версии.

Сласти!

Сладости ждут вас в мусульманском раю. Особо «волнительные».

 

 

18

 

О господи. У меня включено ЭТО. Называется «Гитлер капут».

Я раньше не видел.

Почему все эти люди до сих пор не сожжены? Не погружены в кислоту со скоростью сантиметр в час?

 

 

19

 

По РТР показывают беседу Астафьева и Жженова. Сидят старички, царствие им небесное, вспоминают войну, да лагеря. Волнуются, переживают, ведут себя эмоционально. Астафьев рассказывает, как одному одно оторвало, другому — другое, и так далее. И постоянно вставляет в повествование связки — строй изложения и тема не предполагают ничего особенного, угадываются простые выражения вроде «бля», «на хуй», «ебтвоюмать».

И все это старательно запикивается.

То есть рассказывает Астафьев про конвоира, который постреливал шутки ради, а цензоры с РТР исправно запикивают то, что им кажется неприличным.

Точно так же, как запикивают реакцию какого-нибудь чма, которое вяжут, задерживают в милицейской хронике.

И очень хочется отправить этих цензоров в те места, о которых рассказывают старички. А потом запикать их возбужденные сообщения. И гражданскую панихиду тоже.

 

 

20

 

Создателей и участников фильма «Любовь-Морковь» высечь на заводе резиновых изделий, четвертовать, моментально необратимо состарить и заставить смотреть, дискриминировать по факту существования на свете.

 

 

21

 

Лучи возмездия во все естественные отверстия я посылаю метафизическим дебилам, которые вчера на 5 минут отключили мне свет.

В результате у меня непостижимым образом не сохранился вчерашний труд, хотя я его точно сохранил.

Подозреваю, что я сам метафизический дебил, но Мне отмщение и Аз воздам.

 

 

22

 

 

Вообще, трудно сообразить, что лучше сделать с озвучивателями фильмов.

Когда-то моя жена грозилась стереть нижнюю половину меня на терке и накормить ею верхнюю. Вот что-то в этом роде напрашивается.

Макс фон Зюдов у них стал фон Сайдоу.

Им даже не приходит в тупую голову, что фон не может быть Сайдоу.

 

 

23

 

Лучи банкротства и тюрьмы говорливой барышне-крестьянке, которая некогда навязалась мне на порог и внушила купить у нее кастрюли.

Это я даже не знаю, каким нужно обладать гипнотическим даром.

Отломилась очередная ручка, крушение.

 

 

24

 

 

Посмотрел фильм ужаса «Коллекционер», который меня в целом порадовал. Автор заслужил денежную премию.

К сожалению, среди прочих в фильме был истреблен кот.

Его сыграл The Elusive Tommy K.

Так сказано в титрах, в порядке появления.

Поэтому автора нужно кастрировать заточенной оконной рамой. Премия пойдет на протезирование.

 

 

25

 

 

Деловито: так, ну и откуда теперь кина качать? научите-ка меня быстренько, иначе я зачахну, а вы без меня пропадете.

По ходу: высылаю Генеральной Прокуратуре не то чтобы лучи, но протуберанцы грибкового поражения кишечника.

 

 

26

 

 

И явился мне мастер, Терафим и Пенат газового отопления.

Диагностика водогрея кончилась плохо. Была названа самая страшная причина заболевания: «где-то работают, вот давление и падает». А водогрей здоров.

Это причина неодолимая.

Я неспроста помянул давеча Балтийский Шельф, во мне роились подозрения. Я знаю, кто и где работает. За мой счет обогревается всякая комфортабельная европейская сволочь. Посылаю Газпрому лучи анатомической деформации промежности.

 

 

27

 

 

Вот что я хочу сказать о разнообразном транспорте, так это то, что непонятно мне, когда стоишь и держишься за специально отведенную ручку, то почему женская дама, сидящая там ниже меня, начинает недовольно ерзать, ибо я, дескать, имел неосторожность притиснуть ее волосы, распушенные и небрежно разбросанные.

А бывает, что это не только волосы, а еще меховой воротник, и неясно, где заканчивается одно и начинается другое, с образованием сложного меховика, который, в конце концов, по замыслу для того и распушен-распущен, чтобы привлекать мое внимание — в частности; ты и так изловчишься, и сяк, и там перехватишь, и тут, но все равно, обязательно что-то прижмешь и дернешь, и вот уже я для нее ровный слон с хоботом и дебил. Как будто я Чингачгук, и нет у меня мыслей, кроме как собирать с нее скальп; как будто с меня, с моего из-под ногтя, ползет к ней в прическу венерическая протозоя, тогда как на деле, быть может, это вовсе с нее сползает всякий стригущий лишай.

Хочется съесть у ней над теменем бутерброд, а еще хочется носить с собой маленькие ножницы и тайно стричь, а будучи пойманным — объяснять, что это на память, к сердцу и в медальон.

 

 

28

 

 

Вчера выполнил кое-какие грузовые работы, а годы подсказывают, что просто так это может и не сойти с рук.

В результате я начал передвигаться весьма вертикально и чопорно, уклоняясь от поворотов и наклонов.

И тут звонок в домофон.

В девять утра, в субботу.

Ну, я хоть и не спал, но обрадовался, честное слово. Я шел к двери деревянным лордом и гадал, кто это: реклама или картошка из Пскова. Их всех ожидала одна участь, но мне хотелось послать на хуй самого достойного.

Мироздание мне подыграло.

— Откройте, это квартплата!..

 

 

29

 

 

Тем, кто торгует в небольших магазинчиках такими аккуратненькими продуктами, в лоточках, обтянутых пленочкой, свежим бочком наружу, на заднем дворе нарубленными — вот им всем я желаю как-нибудь замысловато и неторопливо сгнить.

 

 

30

 

 

Этих вот, абсолютно простых, как три рубля, которые ненавязчиво на закате приходят к озеру с мыльцем помыть себе в произвольной последовательности голову и целлюлит, словно в бане — вот этих, бесхитростных, я бы самих перегонял на мыло и мыл им их шелудивых собак и тачки.

 

 

31

 

 

У меня какое-то нарушение слуха. Слышу из телевизора: «как избежать наслаждений при детской вакцинации».

Еще — привычная пятиминутка ненависти после похода в очередь.

Да, я нервный человек.

— Мне вот этот кусочек… и вот этот… и вот тот, тоже кусочек… и яички.

— Это бой.

— Ну неееее…. а где не бой?

— А вот перед вами.

Ныряя в прорубь:

— Ну… давайте! И окорочок. И пакетик.

Не иначе, ты собралась жить неистовой половой жизнью со своими приобретениями! Между тем, пора подумать о вечном. На хлеб и воду!

 

 

32

 

 

Покладистое миролюбие не доводит до добра. Назревает маленький взрыв. Выебывание мозгов превращает последние в жопу, с надрачиванием сикеля, который образуется на месте гипофиза в турецком седле, что немного обидно. Ослепительный гнев очищает, хотя и разрушает. Ей, гряду.

Это я стравливаю электричество в информационное поле, чтобы не слишком сильная вышла ударная волна. Не обращайте внимания.

 

 

33

 

 

«Паранормальное явление-2» вполне симметрично первому. По сути то же самое, смотреть приятно.

Если бы не одно но.

Я скачал вполне приличную экранку, но звук оказался записанным из зала, где собралась раённая гопота. Она ничего особенного не делала, просто разнообразно проявлялась фоном, наподобие клакеров. В связи с этим мне остается пожелать аудитории, чтобы к ней в нутро, в самое оберегаемое место, тоже подселился демон, пожил бы недельку, а потом резко распахнул бы там, в нутре, какую-нибудь дверь. Разумеется, предварительно установив ее там, потратив полный рабочий день.

 

 

34

 

 

 

Тяжелее всего переносится оскорбление внутренней секреции.

Так я думаю, озираясь по сторонам.

 

 

35

 

 

Агрессия, некоторое время бродившая по мне, нашла-таки выход.

Сосед снизу пригласил в гости электрика.

Сосед этот мною описан был, в момент его хмельного многомясого вращения вокруг оси, когда он преобладал в подштанниках во дворе, вращаемый и направляемый друзьями; утучненный, косматый обитатель берлоги за драной дверью, с хронической засохшей фекалией у порога. Владелец нестерпимых, перманентно разобранных жигулей. Немногословный кавалер «Охоты» и гаечного ключа.

Дебил пригласил электрика, и тот полез внутрь щита.

Свет вырубился, и все у меня вырубилось.

На счастье, весь подъезд оказался дома.

И высыпал на лестницу. И выписал обоим разнообразных блюд. Я принял горячее участие в травле. Я обещал им восьмую серию Пилы и Страсбургский трибунал, если у меня сгорит статья.

 

 

36

 

 

Попытка устроить себе небольшую сиесту провалилась. Очевидно, я прозевал Новый Год, ибо во дворике петарды. Не надо было писать про деда Мороза.

Пусть человек, который их во дворике из себя выпускает, возьмет всю пачку целиком и затолкает себе внутрь. Пусть подожжет. Пусть отправится с этим в магазин, где купил их; с загадочным видом пусть возьмет под руку продавца. Пусть они быстро сядут в самолет до Пекина.

И пусть они захватят с собой маленького светлого человечка, который весело топает-катается по полу вот уже полчаса, в квартире надо мной. Там не может быть никакого человечка, там живет одинокая бабушка. Она скоро умрет. Но пусть они ее тоже возьмут.

 

 

37

 

 

А вот что я желаю разжечь в отношении группы лиц, называющих себя Северо-Западным Телекомом.

Которые желают, чтобы по поводу поломки городского телефона к ним дозванивались с мобильника в тональном режиме и выполняли Ввод.

Я желаю, чтобы сифилитический сатана посетил их в головном офисе и выполнил Ввод всего замечательного в их многофункциональные разъемы; желаю также, чтобы этим поступком он перевел их в состояние высоко- и низкотонального голосового режима; чтобы они в ходе этого продолжали восклицать: системная ошибка! — и чтобы это не помогало им ни в малейшей степени.

 

 

38

 

 

Я бы давал пожизненное за семейные комедии.

 

 

39

 

 

Валентина Ивановна!

Вы это зачем все-таки мне начислили тысячу рублей за прошлогоднее отопление?

Валентина Ивановна, вы преступили черту. Вы замахнулись на святое. Утратили ориентиры и чувство реальности. Вы посягнули на тысячу рублей, принадлежащую неимущему литератору, и, таким образом, покинули гуманитарное поле.

Валентина Ивановна, вам эта тысяча станет в горле колом. Если вы подавитесь шашлыком-осетром, то знайте, что он был приобретен на эту тысячу. Если вы купите на эту тысячу туалетной бумаги, то она окажется из бракованной канцерогенной партии.

Что бы с вами ни случилось — отольется ли в гранит пристеночное пищеварение или затромбируется полостное — знайте, это вам отливается моя тысяча, на которую вы купили и съели что-то нехорошее, а лучше бы гибельное.

 

 

40

 

 

Вот же сволочи какие попадаются на свете, ни совести у них, ни стыда; инвалиды души.

Прислали мне приглашение на Писательскую Ёлку.

Ну, мне она на хер не нужна, но все равно же приятно, хоть и в Москве.

Полез я смотреть: там ссылочка — приглашение, дескать, можно личное получить, а то и подарочек. Ну, думаю, хоть приглашение личное получу! Доброе слово приятно не то что кошке, оно даже писателю не помешает.

Прихожу по ссылочке, а там мне подарочки: сколько заплатить за курсы таланта, сколько — за издание у них собрания сочинений.

Это же как отобрать у детского сада конфету. Это как подарить пустой фантик в кинофильме «Сережа».

Эта моя слезинка перевесит все их деловые заслуги, и они отправятся прямиком в преисподнюю, где будут пожираемы бесконечным червем. Не будет вам счастья в наступающем десятилетии, господа! Весь ваш бизнес сгорит к чертовой матери! А вы пойдете по миру и будете жить на помойке, которую убирают раз в год.

 

 

41

 

 

Ребенок решил изготовить салат, ради чего мы сегодня отправились в преисподнюю под вывеской Окей. Люди там затаривались в таких агропромышленных масштабах, словно подумывали встречать не 2011 год, а следующий, когда конец света. У меня моментально улетучилось поздравительное настроение, и даже захотелось, чтобы все эти короли аппетита старый год проводили, а новый не встретили.

Я ловко подрезал очередь, сократив ее раз в четырнадцать, иначе мы бы там заночевали.

Дома потомство выставило меня с кухни, и я был вне кулинарии, пока меня не привлекли адские звуки какой-то музыки. Я вошел и увидел, что в новеньком стакане играет телефон. Он гонял эмпэтришки внутри.

— В стакане он громче! — объяснила дочура. — Купи айпод! Купи айпод!..

Я вышел.

Наверное, в этом году уже всё. Ругать его не за что — если у нас чего и не сбылось, так это потому, что мы напрасно хотели. Откуда гарантии?

Мне осталось всех здесь поздравить уже окончательно. Счастья желать я не стану, потому что это бессмысленно, его все равно не бывает. Я пожелаю везенья — чтобы всем нам стало хорошо за счет разных сволочей, которых мы все отлично знаем, но поминать не станем; чтобы нам с вами прибыло, а от них — непоправимо убавилось. И еще пожелаю при неизбежных минусах остаться в плюсе, когда снова настанет время чего-нибудь желать.

 

 

42

 

 

Когда я попаду в ад, меня определят в овощную очередь.

Снова эти ласкательные построения!

Он и она, молоденькие совсем. Он – косая сажень в плечах; рожа такая, что поднимать с нею кулацкий бунт; не дай бог пересечься в переулке. Но вот Она уже нашептывает ему и подсказывает: свекОлки, свекОлки. И он повинуется:

— Три свекОлки… и еще одну свекОлку…

Ну, а дальше он уже продолжает по собственному почину, на гребне! «Один раз не пидарас» — это, может быть, правильно в кабинете уролога, но только не в овощном отделе.

— Три помидорки… и салатик…

Дальше бормочет бабулечка, булькает, невразумительно для себя самой:

— Петрушечки… лучку…

— Сколько вам?

— А на глаз! На глаз!.. у меня денюжки…

И мне захотелось постоять за прилавком. Продать ананас, на глаз.

 

 

43

 

… … … … …. … … … …

… …

 

 

44

 

 

Смотрю фильмы.

В одном человек показывает на шприц и говорит: «Здесь есть вещи, которые могут привести к убийству».

В другом один из пацанов-братанов говорит мамаше: «Мы хотим жить с отцом. Мне нужен парень для мужских дел».

Как-то хочется все это объединить, что ли, и применить к озвучивателям.

 

 

45

 

 

После операции мне придется какое-то время носить чулок.

Да! Это интимные сведения, но меня распирает.

Сегодня я понял, наконец, что означает «съехал чулок». Легко догадаться, что мне его не к чему прикрепить. То есть найдется, конечно, если поискать, но это будет дополнительная травма во многих смыслах. Не понимаю, как дамы могут это носить, а тем более – покупать. Лучше купить хот-дог, та же самая пространственная находка.

Чулок – отвратительное порождение человеческого ума. Он извинителен только в лечебных целях. Того, кто его придумал, хорошо бы посадить на кол.

…Измученный лечебным чулком, в сердцах пожелал ему: «чтоб тебе пусто было».

Потом спохватился и взял слова назад.

 

 

46

 

 

Взять бы за уши МТС, нагнуть, да уестествить.

Их яйцо закатилось даже в мое сновидение — не иначе, подкарауливало, а то и формировало сюжет.

Снилась замечательная история: я помогал какому-то деду скрываться от мощной организации, которая похитила его для опытов и чем-то накачала. Дед сбежал. Было много интересного, всего не упомнишь. Мы с ним заполнили кроссворд и отослали почтой главному негодяю. Дед переоделся в оранжевый комбинезон смертника. Мы петляли по городу, заметали следы. Позвонили тому основному гаду и начали продуманно оскорблять.

Когда мы совершали звонок, пришла эсэмэсочка.

Наяву. Она разбудила меня и отвлекла от спасения жертв.

«Бесплатные звонки в другие города!» — вот что там было написано.

 

 

47

 

 

Я вижу, празднование непонятной весны в нашем районе идет полным ходом, а запрет на спиртное привел к распаду всего.

Электричество гаснет в моем доме с периодичностью в пару минут.

Напишешь строчку — и привет.

Включишь, наколотишь вторую — и до свидания.

Тем, кто это устраивает, я желаю заболеть:

  1. Чумой.
  2. Проказой.
  3. Поносом — сразу после соборования.
  4. Белой горячкой — в момент составления завещания.
  5. Метеоризмом — при последнем прощании с безутешными близкими.

 

 

48

 

 

Какие хрупкие души у этих футболистов, кто бы мог подумать. Метнули банан — и готова моральная травма.

Полагаю, что все это выстроено с целью денег взять.

Ну ты же футболист иначе, мачо и вообще Карлос. Будь я Карлосом-Мачо, я бы подобрал этот банан, если уж так обидно, пошел к трибуне и забил его в жопу первому попавшемуся болельщику в режиме пенальти.

 

 

49

 

 

Придумал наказание для мерзавца, сочинившего пододеяльник с боковой прорезью: удалять ему зубы боковым доступом, то есть через бок.

 

 

50

 

 

Кто кого сборет, МТС или «Буквоед», из моих последних контактеров? Кто тупее?

Безмозглые, ничего не смыслящие в том, что им поручено, и вообще ни в чем.

Ну, МТС попалился сам: написал, что он «На шаг впереди». Ему и присуждается переходящее знамя.

 

 

51

 

 

МТС сам напросился.

От выезда на природу я удерживаем исключительно налаживанием интернета через модем этой славной организации.

Я заплатил уже черт знает сколько, но сети нет. Номер заблокирован.

Я потратил на это вчерашний день и трачу сегодняшний. Только что мне посоветовали переустановить программу, не понимая разницы между ярлыком на рабочем столе, самим модемом и жестким диском.

«Сейчас я переключу вас на технический отдел, чтобы разобраться в этой ситуации…»

Дорогие мои, это не ситуация. Это другое. Ситуация возникнет, когда я наведенным лучом разблокирую вам ваши центры дефекации в продолговатом мозгу, которые по счастливой случайности соседствуют с рвотными.

Последнее лето детства с вами, бестолочами — потом вы присоединитесь в аду к вашим дружкам из Мегафона.

 

 

52

 

 

Может показаться, что я тут хронически недоволен всем подряд, на природе, но это неправда — на самом деле мне хорошо, просто такой уж я человек.

Продолжим.

В прошлом году я хвалил поселок Сосново за то, что в тамошнем магазине запретили присутствовать с голым торсом. Поселок с понятием. Напрасно я сделал его гнездом террористов в заказном коммерческом романе. Я свинья и просто неблагодарная сволочь.

В моем поселке такого запрета нет. Это странно, потому что работники пищевой торговли должны по логике первыми взвыть от резкого падения спроса.

Лично у меня, во всяком случае, при виде голого торса пропадает аппетит; если торс дамский, да вдобавок изящный, чего вокруг почти не встречается, то аппетит может перенаправиться, но всяко перестанет быть пищевым.

Во мне самом мое зачаточное аполлоническое начало давно скончалось, так я и не гневлю бога. Не то окружающие. Аппетит сморщивается при виде валиков и прочих напластований, нависающих над лямками и поясами.

Сами же эти телесно-вещественные ничуть не страдают. Я смотрю, как пляжного вида дядя приобретает шпротики, оливки, туалетную бумагу. Пятилитровый жбан пива еще. Мне сразу хочется засолить покупателя и продать под закусь ему же.

 

 

53

 

 

«Шатер национальных перспектив» — блядь, мне надо бежать из всякой словесности, я же никогда такого не сочиню; я думал, это кто-то пошутил, из талантов, рожаемых вопреки, а это никто не пошутил, это пиздец.

Сорванная, сука, Крыша Государственной Самобытности.

Просевший Купол Панроссийского Чуда.

Продавленный Потолок Патриотических Горизонтов.

Сгоревший Чердак Суверенной Неподражаемости.

 

 

54

 

 

С очередной инспекцией направился в «Буквоед». Книжка же вышла давно — должен же я хоть в руках ее подержать.

На сей раз мне повезло, я был.

Вообще, Буквоед хищен и алчен до невозможности. Он накручивает больше ста процентов. С какой стати? Разве я думал о Буквоеде, когда все это писал? Его и в проекте не было. Но он почему-то упорно связывает свое существование с написанным.

Что ж, он сам напросился. Я постараюсь написать произведение, где Буквоед будет фигурировать ярко. Пока не знаю, о чем это будет; понятно только, что перед кассой появится нечто мышиное, требующее товарный чек на канцелярскую продукцию. А за прилавком будет стоять слоновое, не умеющее заправить кассу. И трусы тоже.

 

 

55

 

 

Не в моих правилах просить о подарках — однако подарите-ка мне, друзья, вот что. Подарите мне противотанковую гранату.

4.30 утра.

Дачный участок начал шашлычки примерно в 23.00.

Сейчас все сотрясается от хорового танца и пляски.

Я-то, расчувствовавшись, осматривал вечером ногу хозяйки. У той рожистое воспаление и маленький лимфостаз. Ей показалось, что нога чернеет. Я заверил хозяйку, что она волнуется напрасно.

Зря.

С чернеющей ногой отплясывается особенно хорошо. У меня так не выйдет.

Полный набор: Белые Розы, Мадонна, На Недельку до Второго. Яблоки на снегу. Ты не ангел, но верю я. Ну и пусть — будет нелегким мой путь.

Восходит солнышко. Дикий рев, взвизги, уханье. Моя хижина ходит ходуном. Если не будет гранаты, я соглашусь на огнемет.

 

 

56

 

 

Негодяи, достойные анальной гальванопластики, собираются отключить мне завтра свет. И везде в округе. Они-таки добрались до меня. Они смекнули, что горячей водой меня не достать, у меня водогрей. Тогда они расположились к свету.

Не знаю, виновны ли в этом новые работники нашего жилищного хозяйства; знаю только, что до того, как там обозначился, например, мой любимый Мохаммаджон Осимжонович Жалолов, такого не случалось.

А почему я так сразу и на него?

А потому что объявление изобличает.

Судите сами: там четко написано, что электричества не будет с 10. 00 26 июля 2011 по 18. 00 20 июля 2011.

Хвостик отчетливый, там именно шестерка. И еще нарушен порядок слов, навскидку не воспроизведу.

 

 

57

 

 

Дорогой Бог!

Придумай, пожалуйста, специальный ад для слепней.

Переселяй их души в людей, что ли, и гони голыми на болото.

 

 

58

 

 

Жилконтора нашлась, конечно же, не там где мне сказали и накидали в ящик, а в помещении преступного учреждения, которое рассылало фальшивые квитанции, живо-здорово и никуда не делось.

Выходя наружу, я натолкнулся на старичка. Он входил. Номер дома был справа, но старичок взволнованно спросил:

— Это и есть Севастопольская, 19?

Тут важна интонация.

Да.

Ленин под видом Сталина похоронен здесь.

Именно отсюда в апреле 1817 года царь Петр погрозил шведам с броневика. Броневик заперт в бухгалтерии.

Здесь, сука блядь, зародилось человечество, и я этому не удивлен.

Объясните мне, пожалуйста, каким дебильным должно быть Отечество, чтобы в нем завелась Форма Номер Девять? Покажите мне, у кого еще есть форма номер девять. Действительная месяц.

А если не месяц? Если на день дольше? На сколько рублей я сумею нагреть Родину? Какого шпиона спрячу? Сколько ишаков с динамитом пропишу?

Эта реальность заслуживает бактериологической кастрации.

 

 

59

 

 

Я, конечно, не совершенство и не все делаю правильно, но такого славного денька не припомню. Просто фейерверк удовольствий по всем направлениям.

Это мне День Яйца отомстил.

Незачем было дразнить.

Теперь мне ясно, как его празднуют — с ноги.

 

 

60

 

 

В парфюмерном магазине я бываю очень редко.

Но вот пришлось навестить, выполнить поручение.

Очередь там еще ужаснее, чем в продовольственном.

— Нет, мне нужна малина. Нету? Ну, хорошо. А вот еще мне нужна тушь. Вот такая, — роется в сумке, вынимает что-то ужасное, смахивающее на ядовито-желтый фаустпатрон. — И вот такую вот помаду. Нету? Жалко.

На что тебе эта тушь? Ты в самом деле считаешь, что будешь с нею лучше хотя бы на грамм? Куда тебе дополнительный объем? Если кто-то купится и поведется на эту тушь, то это значит, что он конченый дебил и заслуживает смерти, воплощением которой ты и окажешься.

 

 

61

 

 

Получил на редакцию очередную нетленку. На сей раз отечественной выделки, не перевод. Антиутопия.

Уже читаю: «воздояние». Вынесено в название главы.

Да воздоится вам по числу бидонов.

 

 

62

 

 

Предприниматель Ярутин! Помнишь меня? Хер тебе с подскоком и поворотом. Я тебя сдал замначальнику питерского угро с твоими целебными пластырями.

 

63

 

 

— Мне, пожалуйста, толстенькую рыбку.

— Как?

— Толстенькую рыбку дайте…

— Как называется? Я же не понимаю, которая…

— Я не знаю. Толстенькая…

Опечалься и сгинь! Вместе с мелочью в далеком кошелечке, бесконечно удобной для всех.

 

 

64

 

 

Дорогой Дима!

Нынче моя маменька, глядя на меня, покачала головой: «Какой ты еще ребенок!» Я доволен — это лучше, чем быть стариком. Это было сказано после того, как я постелил газетку с портретами тебя и твоего дружка вместо коврика на входе в Пункт Выдачи Продуктовых Наборов. Я же старше тебя на год, хоть и ребенок, а ты, разумеется, помнишь все эти поджопники от старших классов. Считай мой маленький экстремизм современным эквивалентом.

Дело было так.

Маменьку пригласили получить продуктовый набор. Помнишь, Дима — были такие во времена нашей молодости, со сгущенкой и гречкой. Очевидно, ты решил позаимствовать у Советского Союза все самое хорошее. Молодец.

Маменька у меня немолодая, с палочкой. Так что мы поплелись вместе. В Пункте Назначения собралась толпа таких же бабушек и дедушек, большая очередь, все спорили, кто за кем. От нечего делать я начал рассматривать плакат: декларацию о доходах кандидатов от Единой России.

Депутат Никита Ананов заработал в прошлом году два миллиона рублей. Ну, там участок у него тысяча метров, пара квартир, дом, все дела. Помню, Никита Ананов бомбардировал нас именными письмами: «Позвоните мне!» Мы сами виноваты, не позвонили. Так что Никита Ананов с горя взял и заработал два миллиона.

Депутат Тюльпанов заработал поменьше, но тоже два миллиона. На эти деньги он вкопал нам одноименную скамейку, украшенную факсимиле.

Депутат Шимановский заработал семьдесят один миллион, не считая мелочи.

Ну, и вся эта ебань наглядно соседствует с продуктовыми наборами.

— А почему моего мужа не пригласили? — спросила маменька, расписываясь за набор.

— Очевидно, он не инвалид или у него пенсия больше десяти тысяч, — улыбнулась сотрудница в медвежьем шарфике.

Дорогой Дима! Я желаю тебе взять этот набор в качестве второго приза в параолимпийских играх. Без сгущенки. Со сгущенкой пусть получит твой закадычный приятель. Мечтаю видеть ваше единоборство в забеге на приседания для ампутантов.

 

 

65

 

 

Итак, вы мне написали, что восстановить зелененькую пенсионно-страховую бумажку — пара пустяков?

Вы правы!

Очереди не было, я прошел сразу! Мне мигом все оформили, вполне учтиво.

Только получать пригласили через три недели, под Новый Год. Очевидно, бумажечка будет под елкой в подарочном носке или штопаном гондоне. Фонд положит ее ночью, а утром я, горя нетерпением, в рубашонке до босых пят побегу, найду и оглашу окрестности ликующими воплями.

Стало быть, так.

Дорогое издательство! Без этой бумажки ты не заплатишь мне ничего — тоже до Нового Года, и тебе наплевать, что я уже повредился мозгом над правкой хуйни, которую ты выпускаешь, так что достоин отдельной бумажки по случаю инвалидности. За это тебе в аду круглосуточно будут начитывать эти книги. Озвучит Хихикающий Доктор с Ру-Трекера.

Дорогой Пенсионный Фонд! Я желаю, чтобы три недели ушли впустую на диагностику в тебе острого гонорейного простатита.

А я пошел на панель. Пиздить с ноги собираюсь за два высказывания.

Первое: «всем сейчас тяжело». Тому, кто так говорит, бывает обычно намного лучше, чем собеседнику.

«Ретроградный Меркурий». За это буду специально вешать за ногу. Что, Меркурий сместится — и у меня отпадет надобность в бумажечке? Или ее выдадут сразу? На всякий случай высылаю лучи проклятий и Меркурию. Пусть он упадет на Солнце и выйдет с другой стороны, чтобы и тому досталось.

 

 

66

 

 

Сегодня я был сильно грешен. Я плохо подумал о компьютерном мастере.

Милейший человек, думал я, образованный, а ведет себя, как гиббон. На улице лютый мороз, смола замерзает в легких, а этот умелец принес на своих ботинках столько грязи, что хватило бы на самосвал.

Сами понимаете — грязи должно быть очень много, чтобы я возмутился. Плюсы одиночного плавания в том — в частности, — что мне совершенно незачем заниматься хроническим промыванием полов.

В итоге я ему, конечно, ничего не сказал, но подумал.

А только что вышел сам, вернулся — и тот же результат. Получается, мастер не виноват. Виноваты реагенты.

Тогда, значит, так. Всем, кто их применяет, я желаю… Нет. Это я пожелаю слишком поспешно. Пять минут. Соберусь с мыслями.

…Итак, перво-наперво всем, кто их применяет, вырабатывает, выделяет и рекомендует к использованию, я желаю немедленно, сию секунду погрузиться в обоснованную глубокую скорбь и никогда из нее не выйти.

Пусть их термобелье будет соткано из печали.

Пусть, когда засвистят соловьи, их поразит острая гонадная недостаточность. А потом и полиорганная.

Пока все.

 

 

67

 

 

Редактирую.

«Маленький пальчик».

Вот взять и в негашеную известь сразу.

 

 

68

 

 

О «девках» от медицины, к числу которых я отношу сестер и бухгалтерию, у меня всегда было предельно отчетливое мнение. Больших идиоток я в жизни не видел. От их сюрпризов надо бежать, как от чумы. Помню, как они лепили пельмени и спрятали внутрь монетку на счастье, а признались лишь в середине трапезы. Мне повезло, я в этой лотерее остался несчастным и без монетки.

Да тот же родитель называл их комплексно редкими дурами. Не понимаю, на что обижаться — ничего, кроме рассеянного уестествления, они не заслуживают.

 

 

69

 

 

Дорогое издательство Эксмо!

Желаю тебе сгореть на паяльнике.

Мои гроши, которые ты зажимаешь, разрешаю тебе потратить на свечи с анестезином. Пусть тебя захватят рейдеры и продадут черным трансплантологам, а в здании откроют сифилитический диспансер для шелудивых животных.

 

 

70

 

 

Дорогой Владимон!

Конечно, ты не можешь знать всего.

Откуда тебе знать, например, что возле нашего метро прогуливается существо-кот, наряженное «Пироговым двориком», и рекламирует пироги, а ведьмы-газетчицы грозятся все ему отравить?

Или что в нашем магазине торгуют фрикадельками «9 мая: помним героев, гордимся Победой!» Я себе взял. Но ты-то как уследишь?

То же о праздниках.

По-моему, любой праздник или радость в нашей стране должна становиться для тебя сюрпризом.

Зато я уверен, что тебе известны фигуры, устраивающие в больницах трех- и четырехдневные выходные – хотя бы там, где предусмотрена хирургическая реанимация. Уж эти-то тебе ведомы.

И вот что я на этот счет скажу тебе, Владимон.

Это никак не призыв к группе лиц, это обычное выражение моего частного желания. Я хочу, чтобы к лицам, организующим подобные продолжительные торжества, пригласили водопроводчиков из моего двора для промывания какой-нибудь полости. Но нет, не радуйся, не той, о которой счастлива заслюнить любая шалава. Полость должна быть ненатуральная, то есть проделанная там, где ее быть не должно. Мне хочется, чтобы промыли ее «Кротом», а заклеили строительной пеной.

 

 

 

71

 

 

Дорогой губернатор хренобласти Сердюков! Большое спасибо тебе за длинную пробку. Желаю тебе такую же в ухо, и лучше применить анальную бижутерию. Надеюсь, она тебе по вкусу и по карману. У меня даже есть об этом непристойный рассказ.

 

 

72

 

 

Когда издательство «Эксмо» разорвет внутренним жадным ядерным взрывом, я надеюсь, что кусочек марципана уцелеет и прилепится ко мне.

 

 

73

 

 

У бати украли в больнице мобильник и видак. Вору я бы сначала заколотил в разработанную жопу телефон, а потом – блюрей с «Титаником». Видик бы немного торчал раскаленным концом, чтобы диски кружились ради учета и контроля в 3D.

 

 

74

 

 

Газпром, сука, чтоб ты взорвался.

Полчаса вода не закипает.

 

 

75

 

 

Редактирую.

Блядь, сколько можно «трогать за руку» и «отодвигать челку со лба»? Желаю авторше железного кастрированного робота, который только бы этим и занимался от зари до зари.

 

 

76

 

 

Пошел в Сбербанк.

Я специально дождался вечера, чтобы стало безлюдно; чтобы злая моя энергия, припасенная для учреждений, не лизнула старушек.

Но банк еще не нагулялся. Ему не хватило часа Единства. Часом раньше он и закрылся.

Дверь захлопнули перед моим носом. Не без молодого категоричного торжества.

Сбербанк!

Я хочу, чтобы ты взорвался, чтобы ты утонул. Пусть тебя посетит Диллинджер, пусть тебя сверху донизу охватит холера, пусть во всех твоих филиалах расцветет пуленепробиваемый триппер.

 

 

77

 

 

Квитанция! «Превышены начисления за общедомовое водоотведение»! «Можно в рассрочку»!

Ах вы, суки.

Да не водоотводите. Я же знаю, куда вы водоотводите — в подвал.

Желаю всем участвующим в жилищно-коммунальном руководстве мучительно умереть от неотведения соков.

 

 

78

 

 

Человек, который пишет «играться» в смысле «играть», достоин играться со своими гениталиями — болезненно и долго.

 

 

79

 

Твари, которая вырубила мне свет на десять секунд, я желаю ослепнуть ровно на столько же при сходе с эскалатора.

 

 

80

 

 

Я молчал, когда все говорили. Но больше не могу.

Кто там главный в Живом Журнале — Дронов?

Итак, Дронов. Я желаю вам превратиться в козла Фрэнка и встать в общие валенки с ржавым сексуальным роботом.

 

 

81

 

 

Компаниям, которые закадычно дружат с платежными терминалами и рассылают свои предложения на телефон, я желаю. Чего бы им пожелать? Того, например, чтобы они сунули в терминал свои гениталии и тот бы их зажевал.

Сидишь и слышишь: летит сообщение. Идешь в надежде на признание в чувствах, а там у них жизнь взаймы.

Оператор твердит, что бессилен. Звоните, говорит, прямо им и разбирайтесь.

На днях я позвонил — так просто, неудовольствие слить. Там кто-то ответил, я пожелал бородавку величиной с беляш — но что толку?

 

 

82

 

 

 

 

Отдельное ласкательное уменьшение, мне ненавистное — «машинка». В применении к машине, скажем, посудомоечной или стиральной.

Машинка бывает пишущая. Еще чтобы волосы стричь в носу. И прочая мелочь.

Стиральная — уже машина.

Ее уменьшают продавцы и ремонтники, когда воркуют, а глаза в это время волчьи. Они похожи на кота моего, который руку лизнет, а потом укусит. Ремонтникам можно — как не уменьшить, если дура-хозяйка от этого разомлеет и даст на чай. Как же не дать, когда он сказал «машинка»?

Всем же другим, кто так пишет и говорит, хорошо бы попасть в газонокосилку. Это тоже машинка, для стрижки травы.

 

 

83

 

 

Неустановленный гад попытался, как только что выяснилось, выковырять мне дверной глазок.

Ну, что пожелать? Все просто!

Око за око.

Картофельный ножик я уже приготовил, но лучше бы ему самому — спичкой чиркнуть, например.

 

 

84

 

 

Сходил на родительское собрание. Небось, в последний раз!

Исчадий ада, которые придумали ЕГЭ, хорошо бы накормить черными гелевыми ручками, дать слабительное и подвесить на крючьях.

Впрочем, черт с ними. Система образования накрылась вполне, и не сегодня.

 

 

85

 

 

О Скандале-Водоканале.

Я глубоко убежден в действенности обряда освящения воды.

Водоканал оскорбил мои чувства, признав, что в его угодьях этот обряд имеет лишь символическое значение.

Еще сильнее мои чувства оскорблены деятелями РПЦ, которые сочли для себя возможным участвовать в символическом обряде и вовсе не веруя при этом в мистическую составляющую действа.

Это все равно как если бы я пришел креститься, венчаться, собороваться и отпеваться, не веря при этом ни в Бога, ни в черта — о чем и сказал бы, не таясь, батюшке, а он все равно проделал бы все перечисленное, потому что верит в них еще меньше.

Я подозреваю, что и вся остальная РПЦ не верит вообще ни во что, кроме лексуса; вся ее якобы религиозная деятельность по сути является символическим празднованием неких событий, которые то ли были, то ли нет, без всякого внутреннего переживания их вечной сопряженности с настоящим; так отмечают годовщины вполне себе светских гипотетических событий — Куликовской битвы, Ледового побоища, экспедиции Ивана Сусанина и пр., а не Христа, который терпит за нас ежесекундно.

Посему лица, замеченные в освящении Водоканала, населены, по моему убеждению, бесами, поклоняются сатане и должны быть извержены из сана вместе с их начальниками и предстоятелями.

 

 

86

 

 

И еще не выходит из головы теленовость про скандальную особу, вздумавшую «побаловать» супруга «консервами».

Открыла банку — а там прокладка. Использованная.

Все, кто способны «побаловать» кого-то чем-то, заслуживают прокладки и кое-чего похуже.

 

 

87

 

 

Особого наказания заслуживают люди, придумавшие консервные банки с колечками, чтобы дернуть, якобы для удобства.

Эти люди должны отправиться в ад.

Там их будут одевать в раскаленные панцири с колечком. Иначе не снять. Колечко это будет отрываться на восьмом или одиннадцатом рывке.

Еще их будут сбрасывать в этом панцире с парашютом. Тоже колечко.

 

 

88

 

 

Нанотехнологическая шарага Дом. ру населена криворукими и хищными дебилами. Желаю им скорейшего холерного обезвоживания по льготному тарифу и пару адаптеров в противоестественные отверстия.

 

 

89

 

 

Когда вижу про «любимые лакомства», я вскакиваю, вою, луплю по чему попало и мечтаю напоить автора касторкой, поставить с нею же клизму, приколотить ему к забору язык, вылечить зубы, откусить башку и зафутболить в козлиный огород.

 

 

90

 

 

В оригинальном тексте смотрят и улыбаются.

Смотрят и улыбаются.

Разве что взглянут еще и снова улыбаются.

Потом опять смотрят и улыбаются.

Что с этим делать?

Им не положено зырить, зыркать, фтыкать, таращиться и даже уставиться нежелательно, не говоря уж о лыбиться и скалиться; просиять же они способны лишь в судьбоносные моменты.

Чтоб этим авторшам в аду улыбались черти.

А потом чтобы прибыл огромный железный Диавол, раскаленный докрасна, и мягко отвел бы волнистые пряди. И за руку взял.

 

 

91

 

 

«Трубное дело» такое, что коснется каждого.

Родителям отключили воду. Помчался, повез две здоровые емкости, когда доехал — воду дали.

На обратном пути размышлял.

Чего бы я хотел для фигурантов преступного умысла?

Они умыкнули три миллиарда. Думаю, этой суммы хватит, чтобы пересадить им большой бракованный кишечник в десять километров изменчивого диаметра со слепым концом. На то, что останется, закатить им серьезный банкет.

 

 

92

 

 

Телевизор бубнит про эвтаназию.

ОблЕгчить, облЕгчить, облЕгчить…

Я — за! Хорошо бы осиновый кол.

 

 

93

 

 

Опять в телевизоре «взяли пункцию спинного мозга».

Чтоб им самим ее взяли!

Воображаю некое устройство в виде ножного насоса, со шлангом.

 

 

94

 

 

Прислали счет за электричество, придется идти разбираться, но независимо от исхода я желаю, чтобы из всех, кто занимается начислениями снизу и до самого верха, соорудили внутриполостную вольтовую дугу мощностью в миллион ватт и превратили в ослепительный пепел с предварительным занесением в разные намагниченные списки и медленным четвертованием.

 

 

95

 

 

Мог бы написать небольшой труд: «Сказовые обороты и нарочитая повествовательность как намерение рассмешить».

Но лень — и некогда.

Просто расстрелять.

 

 

96

 

 

Вышел в город.

Не стану говорить, зачем и где меня носило, потому что иначе не ручаюсь за себя. Сейчас я достаточно спокоен и хладнокровен, чтобы описать последнюю каплю.

Ею оказалось застекленное чудовище, окопавшееся в Петроэлектросбыте и подобное – да, мне везет на них – пучеглазой собаке из сказки «Огниво».

Страшное существо ковырялось, обслуживая тетеньку, я стоял рядом. Покончив с делом и тетеньку отпустив, исчадие ада обнаружило меня и выставило табличку: обед.

Я желаю, чтобы оно скушало на обед огромную жабу — больную бешенством, подогретую в адском огне и беременную килограммом ядовитой икры.

 

 

97

 

 

Я не замечен в сильном сочувствии ЛГБТ-движению, однако меня греют фантазии о содомизации депутатского корпуса всеми четырьмя всадниками Апокалипсиса, а также их конями и ангельскими трубами.

 

 

98

 

 

«Девушка возмущенно вытянулась в струнку».

Я вижу, у переводчицы — это женская особь — какие-то странные представления о дамском сопромате и тягучести разных субстанций. Это уже не в первый раз. Вытянуть бы ее саму аристократическими лошадьми. Можно применить пони, чтобы растянуть еще и удовольствие.

 

 

99

 

 

Дочура пишет ЕГЭ. Застращали, сволочи! Пиши в клеточки, чернила черные, бутерброд нельзя, сколько раз вышла в туалет — считают и косятся, школа чужая, своих учителей не пускают за порог, найдут телефон — расстрел.

Дорогая власть!

Вот что я тебе пожелаю. Когда к тебе применят колесование, четвертование и волочение, ты получишь мученический билет и отправишься, конечно, на небеса. Но там тебя будет ждать ЕГЭ. Апостол Петр с указкой и милицейским свистком.

Поскольку сдать это дело ты не сумеешь ни при каких обстоятельствах, ад тебе обеспечен. Кочергу затолкают горячим концом, ибо чертям по сараю.

 

 

100

 

 

Косить газон — полезное дело, не я ли восхищался английскими парками? Но хорошо бы сделать этому, который за окном, интимную эпиляцию газонокосилкой.

 

 

101

 

 

В редакции меня пожурили.

— Вы сделали из дамского порно – казарменное…

Не сдержавшись, я глупо гыкнул, вполне довольный собой.

— Что бы вам такое дать? – задумалась начальница. – Это не то… это снова женщина…

— Кто? – осведомился я. – Автор или переводчик?

— Да обе, — безнадежно махнула рукой та.

Начальница тоже женщина, однако достойнейшая леди, любезная и учтивая, с железом внутри. Она попыталась меня обнадежить:

— Спрос на дамские романы падает! Наелись!

— Как? – изумился я. – Он же только что взлетел? Что же грядет?

Никто не знает.

Фэнтези тоже не актуально.

С кем, действительно, еще не сражались и кого не уестествили?

Будь у меня время и добрая воля, я написал бы два романа, фантазийный и любовный. И все бы в них переставил. В первом волшебный герой перемочил бы всех этих секретоточивых сук. Во втором развернулся бы Чувственный Внутренний Мир, и тот же герой исключительно по любви переебал бы драконов, говорящие пни и воинов тьмы и света.

 

 

102

 

 

Приехали электрики, вырубили свет. Сгорел кусок перевода.

Я вылетел во двор, начал орать, лексику опускаю.

Суки такие! Крикнуть было нельзя?

Ни мускул не дрогнул на щетинистом рыле этого черта. Я хочу быть диким капиталистом и угнетать пролетариат.

Тут и полиция приехала в бронежилетах: у кого-то сработала сигнализация.

— Арестуйте его! — требовал я. — Шлепните, он как раз в подвале!

Милиция меня не берегла, а полиция и подавно.

 

 

103

 

 

Пошел в редакцию. Неладное не то что подозревал, а знал о нем точно.

Дилогия!

О любви.

Первый том на редактуру. На обложке — медальон-сердечко. А второй — на перевод. На обложке роза. Бинго!

Бог все видит. Он разберется с теми, кто это читает и формирует мне рынок.

Личная жизнь у них будет средненькая, довольно паскудная. Мужья их будут пить вино по шестьдесят рублей два литра, принесут домой триппер и мандовшей. Самих же их поразит в смысле кожи контагиозный моллюск. Разожрутся. Телеса начнут натирать сами себя, преимущественно при ходьбе. Пока мужики спят, они зарегятся на Мамбе. Их романтические ужины будут происходить в Бургер-Кинге, а свечи зажгутся только геморроидальные.

 

 

104

 

 

Подруга жизни застряла в Аэропорту-Шереметьево. Она летит в Словению по работе, с большой группой детей — сорок семь человек. Вылет задержали до шести утра. Сесть в смысле посидеть удалось только сейчас, примерно с полудня. Еды и гостиницы не предлагают.

Я почти уверен, что все это потому, что там ищут беглого шпиона Сноудена. Хотя я не знаю занятия проще, чем искать Сноудена. Если Сноуден там, то найти его, по-моему, очень легко! А если никак, то его там и нет! Он уже давно на Лубянке, сидит и рассказывает о вещах, которые подслушал из государственного айфона насчет поцелуев в живот, тигров, журавлей и прочего.

Еды не дают? Так Сноуден съел! Гостиницы нет? Там будет жить Сноуден. Один.

Аэропорту-Шереметьево я, разумеется, шлю дружеский привет и желаю его держателям переболеть брюшным тифом и бешенством на высоте десять тысяч метров.

 

 

105

 

 

«Моей дорогой подруге Джанел. Спасибо за то, что всегда, в самые трудные минуты, ты помогала мне сохранять присутствие духа. Если бы не ты, этот роман остался бы всего-навсего текстовым файлом объемом 2 мегабайта».

 

Ирод, сказывают, перемочил всю мелочь, чтобы не пропустить одного. Шепнул бы ему кто: Джанел. Многие остались бы живы.

 

 

106

 

 

Жарко! Окна не на солнце, но все равно хоть помирай. И так весь день взаперти, по уши в порнографических настроениях.

Пошел купить мороженое.

Встал в очередь. Движение парализовала девушка. Она была знакома с кассиршей и принялась излагать разные обстоятельства жизни.

— Представляешь, у меня паспорт спрашивают. В «Нормане». Сигареты не продают.

— Ничего себе, — отдувается кассирша и крутит толстой башкой.

— Ага. С утра пришла за сигаретами – не дают. А вечером за коньяком – пожалуйста.

Я стою. У меня тает мороженое.

— Да, и пакетик мне!..

Поглядываю искоса. Прикидываю, какие товары ей можно продать с чистой совестью.

Дворницкую робу размера шестидесятого. Бандаж. Дилдо со взрослую ногу. Крысиный яд. Сигареты и ящик водки – тоже легко.

 

 

107

 

 

Опять летают стрижи и, вероятно, витязи. Демонстрируют мне свой державный успех. Работать невозможно.

Это, насколько я понимаю, все еще по случаю военного салона.

Товарищи летчики! Возьмите немного пониже — и над гостями-хозяевами. Аптечку им заодно сбросьте, с имодиумом. Килотонны четыре.

 

 

108

 

 

Людям, которые не различают постель и кровать, я желаю ночевать и размножаться на лесопилке. Желательно, чтобы их настигала циркулярная пила.

 

 

109

 

 

Свет пару раз мигнул, и я битый час налаживал интернет.

Желаю тем, кто это сделал, чтобы у них таким же образом мигнуло на кардиомониторе или хотя бы перед глазами на переходе.

 

 

110

 

 

СвеклА. СвеклА.

Вот просто взял бы и забил немытую в пищевод, а к хвостику — веревочку, и вытягивал.

 

 

111

 

 

Дорогие высшие и низшие звенья цепня по имени Почта России!

Вы не носите мне квитанции за электричество, и набежал долг.

По этому случаю я с облегчением имею вам пожелать. Пусть каждый мой грош превратится во чревах и чреслах ваших в раскаленное колесо Иезекииля, а души стенают и молят вернуть их в ад из места, где они окажутся.

 

 

112

 

 

Старичков моих обокрали. Пошли они погулять в парк. Складные стульчики прихватили. Посидели они у пруда, решили пройтись, стульчики оставили. Вернулись – стульчиков нет. И сумка валяется пустая, тоже была рядом, потому что мешает с палкой ходить. Из сумки похитили очки и Антимоль.

Мысли мои следующие. Я желаю тому, кто завладел этим имуществом, оказаться привязанным к стульчику на крыше высотного дома. Вторым стульчиком ему чтобы защемили яйца, для жарки которых специально поймали очками солнечный луч. Потом спрыснули ожоговую поверхность Антимолем и нахер столкнули вниз. А там чтобы разверзся ад.

 

 

113

 

 

Наткнулся на слово «вкуснямба». Иглы разбросать в шоколаде, кнопки в колбасе, гвозди, стрихнин, построить виселицы.

 

 

114

 

 

«His face was perfect — the angle of his jaw, the slope of his nose, the fullness of his lips».  Я перевел эту фразу не сосчитать сколько раз. Желаю кавалеру авторши угодить в руки спятившего челюстно-лицевого хирурга с долотом и ржавым перфоратором.

 

 

115

 

 

Магазин. Слышу:

— Что, на колбаску потянуло?

Прискакать бы туда с косой и на черном коне. Можно и без коня.

Не потянуло – повлекло! Всем перламутровым существом! Потянуло потом, на соленое.

 

 

116

 

 

Будь прокляты микробы. Желаю им обрести разум и онеметь от ужаса.

 

117

 

 

Когда в моих руках сосредоточится Верховная Власть, я первым делом поставлю к стенке сочинителей и запускателей легкой музыки, которая звучит в режиме ожидания.

Отдельная судьба уготована даме, наделенной молитвенным даром: «К сожалению, все операторы заняты. Подождите, пожалуйста!» Ее страстность столь глубока, что дама пойдет с сумой по метро.

 

 

118

 

 

Вчера послушал немного Аллу Борисовну; оказывается, она назвала отпрыска Гарри в честь Гарри Поттера, на которого был очень похож Максим. Но духовное имя, конечно, у него будет Игорь, потому что Алла Борисовна (многозначительная усмешка) познала много игорей и осталась довольна.

Эти признания прозвучали в замке, окруженном некими волшебными, по утверждению передачи, деревьями; сам же замок, как нам известно, вырос в деревне Грязь. Мне показалось, что вся эта совокупность заслуживает немедленного экзорцизма без пролития крови.

 

 

119

 

 

Дзержинское изваяние и прочие литые болваны — те же Перуны. Сначала надо вычистить домовых и кикимор, передавить запечных всяких сверчков авторитетом Нового Слова, а уж потом казнить верховные божества.

 

 

120

 

 

Работаю, никого не трогаю. Звонит брат. Включи, говорит, Малышеву!

Включил.

«Искусство какать!» — объявляет Малышева.Инфернальный доктор, приятель ее закадычный, сидит на горшке.Аудитория рукоплещет: свершилось. Условно. Или безусловно.

Я уже не знаю, чего пожелать. Кобру в систему канализации?

 

 

121

 

 

Снежочек посыпал, будь он проклят. Любителям зимы могу вынуть и показать несокрушимый аргумент: коммунальную квитанцию, где стало фигурировать отопление.

 

 

122

 

 

Скучаю, вступаю в переписку.

 

Игорь Борисович <naumov-ba@lenta.ru>

12:57 (5 мин. назад)

 

Добрый день!

Пожалуйста, сообщите какую сувенирную или рекламную продукцию Вы планируете заказать?

Хочу напомнить, что мы изготавливаем не только листовки, ежедневники, квартальные календари но и престижные подарки для Лиц Принимающих Решение.

Есть специальное предложение для тех кто учавствует в выставках.

Пожалуйста, оформляйте заказы на сувенирку заранее, чтобы не переплачивать за срочность.

с уважением, Игорь

 

Алексей Смирнов

13:02 (0 мин. назад)

 

Добрый день!

Я хочу заказать вот какую продукцию: матрешку, расписанную под лично Вас. И чтобы внутри была жаба, а в ней снова Вы. Можно добавить точилку в удобном для Вас месте. Я Принял Решение, и это будет престижным подарком для Лица в моем лице.

За срочность я готов переплатить вдвое.

С уважением, Алексей

 

 

123

 

 

Добрался в переводе до эпилога. Все женятся. В куклы играют, твари! Наряжаются! У этой такое платье, а у той тоже такое. Слезы ручьем. Острая потеря речи. Ослепительные кавалеры в смокингах.

Перевожу автоматически, обдумываю альтернативные финалы. Где стол был яств, там гроб стоит!

 

 

124

 

 

С особым упоением вывожу вместо «сладостей» «сласти». Дорвался. А то уже достали. Писали бы не сластена, а сладостена! Сладостение в средостении. Обезглавить прямо в кондитерской.

 

 

125

 

 

«Попросту кусать».

«Попросту кусать».

«Попросту кусать».

Это про фрукт. Редактура. Какая тоска!

Попросту кусать.

Просто повесить.

 

 

126

 

 

В ярости.

Банк отказывается поменять пятьдесят долларов. Дескать, там две печати. Слово и какая-то птичка, которую не сразу и разглядишь! Птичек принимают только в Сбербанке – с комиссией в одиннадцать процентов.

Птичка!

Птичка, мать ее!

Желаю тому, кто это сделал, и всем банкирам тоже птичку – ворона на могилу, страдающего поносом.

 

 

127

 

 

От маменьки потребовали установить газовый счетчик за четыре тыщи рублей.

Щас.

Дорогие газовые правители! Желаю вам установить себе эти счетчики в естественный выхлоп. Перекусить на вокзале и взорваться от их вращения во благо страны.

 

 

128

 

 

Излишне опасливые рецензенты напрягают тем, что понапрасну расходуешь силы. Вот написал один гражданин отзыв, а адрес указал липовый. Отзыв мне понравился – «долбоеб» там фигурирует через «а» и вообще все, что положено.

Это не какая-нибудь взволнованная дама с обостренной нравственностью и устричным мозгом, а настоящий знаток и ценитель. Я изгрыз перо, сочиняя ответ. Подобрал ему рекомендации, направил в ветеринарную клинику, где усыпляют под классическую музыку. Не написал ни единого грубого слова. А письмо завернулось. Пишу это в надежде, что он и сюда заглядывает. Александр! Отзовитесь. Я реально могу помочь.

 

 

129

 

 

Вольфыч предлагает норму 80 кило веса для депутатов. Согласен, но с уточнением: после клистира и кандалы включены, иначе 30.

 

 

130

 

 

Тем, кто придумал боковой разрез в пододеяльнике, я уже желал, но для таких хороших людей не жалко еще.

Я желаю им обрасти титановой броней, чтобы остались только естественные отверстия. А потом проглотить ежа и ножницы.

 

 

131

 

 

Субботняя новостная программа НТВ заслуживает вечного замораживания в слюне бешеной жабы.

Сперва рассказали о курсе рубля с точки зрения магического кристалла и под танцующих очкастых бизнес-блядей с песней Мани-Мани.

Потом посетовали на то, что Майдан мешает парализованному Караченцеву проехать к дарам волхвов.

 

 

132

 

 

Настало время очередного проклятия.

На сей раз по поводу корпоративного телефонного меню. Сначала там музыка. Потом информация об услугах компании. Потом об акциях. Потом предложение переместиться в тональный режим. Потом перечень опций. Потом снова музыка. Потом — изменившимся голосом — сообщение о работе в режиме повышенной нагрузки. Потом извинение за неимоверную занятость всех операторов. Потом приглашение перезвонить попозже. Потом короткие гудки.

Дорогие компании, которые выращивают такого рода роботов! Я желаю вам заболеть холерой и прослушать все это при вызове сначала скорой, а потом гробовщика.

 

 

133

 

 

Не знаю, чьи санкции не позволяют мне постить ВКонтактек няшные картиночки, но кто бы этим ни занимался, желаю ему переночевать в лепрозории.

 

 

134

 

 

Изготовителям мелких пельменей желаю, чтобы у них дети такие рождались.

 

 

135

 

 

Первоапрельская шутка нелюдей свелась к тому, что они отключили в моем микрорайоне свет и уничтожили часть Труда. Я стоял у окна, любовался темной зубной поликлиникой и думал о тех, кому еще хуже. Хотя и не так обидно.

Имею пожелать причастным отключения дефибриллятора при остановке их гнилого сердца в момент болезненного перешивания мозгов и рук на историческую родину.

 

136

 

 

Вспомнил. Понадобились ночь и полдня, чтобы всплыло.

Вчера я наблюдал преисподнюю: Сергея Лазарева в гостях у Вани Урганта. По ходу узнал, что Сергей — певец, но это неважно. Ваня нес редкую ахинею, но это тоже неважно.

Мне показалось, что Сергей Лазарев владеет фуфленым рецептом на солутан и варит себе оранжевое счастье.

Он рассказал о первоапрельском розыгрыше. Было какое-то торжество, вкатили торт. На нем были особые свечи, которые не гасли, как их ни задувай. Особенно расстаралась мама Сергея. Все уже махнули рукой, а она все дула. И вроде задула, но свечи вспыхнули вновь, а с ними — мамина прическа. Сергей попросил угадать, что он сделал. Ваня не угадал. Сергей не дал ему времени угадать, поскольку захлебывался. Он сказал, что снимал полыхавшую маму на телефон.

Боже, пошли им гонорейный сепсис.

 

 

137

 

Полетели эсэмэсочки, день начался. «При любой боли — Пенталгин в Петрофарме!»

А я-то кидаюсь — вдруг деньги или любовь?

При любой, значит, боли. Желаю им пенталгина, когда их будет половинить циркулярная пила.

 

 

138

 

О пожелании «Смачного!» Вынос интимного вкусового акта на всеобщее обозрение карается клистиром и ушиванием пищевода.

 

 

139

 

Когда не начисляют деньги, положение складывается предельно унизительное, ибо нужно звонить и спрашивать, когда же они все-таки будут; я ни секунды не сомневаюсь, что дело в этих сучьих праздниках, которые заняли неделю в общей сложности, а потому желаю всем, кто их устроил, чтобы Господь Бог почил от трудов на денек, который у Него за вечность, едва настанет пора вызволять их из преисподней, и говорил, что все это хорошо, покуда их будут упоенно содомизировать в аду.

 

 

140

 

Молитва на все случаи жизни:  Оторви им бубенчики, Господь! Аллилуйя

 

 

141

 

Раздавливала мне мороженое, сдрачивая штрихкод! Чтоб тебя так же пожамкали при считывании Печати Зверя.

 

 

142

 

Конечно, глупо гневаться на рекламу, но есть одна, которая систематически вызывает во мне слепящее бешенство.

Это магазин какой-то финской одежды. Реклама висит большими щитами в метро и постоянно обновляется, потому что сюжет не стоит на месте.

Несколько человек, харАктерные роли которых я уже выучил назубок, попадают в этой одежде в разнообразные ситуации.

Недавно они просто стояли. Потом переоделись и пошли по канату поверх небоскребов. Чего я им только не пожелал! Дальше — больше. Они обосновались на лужайке и стали жонглировать огромной клубникой. Сегодня у них новое занятие. Сменив наряд, они плавают в пруду на листьях кувшинки.

Все это им одинаково приятно и видится вполне естественным. Они в галантерейном раю. Рядом есть и другая реклама, но именно этих мне хочется перевешать под пение свирели.

 

 

143

 

Кинофильму «Joy Ride 3», как любому дорожному триллеру, не хватает выдумки. Герои, обреченные на заклание, говорят «увидимся» вместо «пока», «ублюдок» вместо «гад», «мне жаль» вместо «извини» и так далее.

Есть ли в синематографе такая сцена? Едет машина. Вдруг из дорожного покрытия выдвигается циркулярная пила. И едут уже две машины. Например. А за рулем — наш переводчик. То есть уже наши переводчики. Назвавшие кино «Ничего себе поездочка».

 

 

144

 

Нам понадобился конверт, и мы решили зайти в поселке Колтуши на почту и купить.

Конверт. Зайти. Купить на почте.

Мы ушли оттуда, ничего не купив. Мы махнули рукой.

Дорогая Почта России! Желаю тебе упаковаться в собственную посылку и отправиться в Рай. Мытарства — как положено.

 

 

145

 

Впервые лет за тридцать мне не хватило билетов в кино. Отвык. Я решил, что на этот арт-хаус никто не придет, и неспешной походочкой явился за полчаса. Опрометчиво.

Украинско-нидерландский фильм «Племя» собрал кучу призов и был показан в Питере на двух вечерних сеансах в одном-единственном кинотеатре в составе программы «Послание Человеку». До людей-то не очень дошло! Перед ними выстроился заградотряд совсем других существ.

Коли так, я устраиваю этому фильму рекламу, тем более что абсолютно уверен в его годности. А когда где-нибудь и как-нибудь все-таки посмотрю, устрою снова.

В нем показан интернат для глухонемых. Последних, кстати, много и пришло, но вряд ли поместились все.

Всем же благонамеренным прокатчикам я желаю, чтобы рано или поздно большая армия недавних глухонемых переебала их в самом широком и неприятном смысле.

 

 

146

 

Магазин «Семь Я» — мерзкий гадюшник, заслуживающий санкций не простых, а оскорбительных: например, со стороны Гаити или Зеленого Мыса.

 

 

147

 

Я пробуждаюсь при помощи телевизора. Сегодня воскресение, там не Мухтар, а Спортлото, и мне без предупреждения спели песню Митяева «Француженка».

 

Наполнит праздничный Париж вино французское,

А ей пригрезится Москва белым-бела.

Она пьет водку, так как подданная русская,

Она такая же москвичка, как была…

 

Это не по понятиям, я не ждал. Всем причастным к созданию Спортлото и Митяеву лично я желаю, чтобы в брюхе у них завелся огромный барабан с чугунными шарами под счастливыми номерами, которые будут выкатываться естественным путем денно и нощно.

 

 

148

 

«Ложка жирной красивой сметаны». Да чтоб вам сделаться близнецами! И соленого огурчика в женихи.

 

 

149

 

Дорогие хозяева газа, воды и всякой жизни!

Возьмите свои статьи Федеральных Законов и перепишите их на наждачную бумагу. Нарежьте мелко, посыпьте солью и затолкайте себе в добавочное и главное дыхательное отверстие по одному закону за раз. Потом молнируйте правительству, что задание выполнено.

Я не знаю, что скажу, когда вы потревожите меня в следующий раз.

Желаю, чтобы вам поставили водный счетчик на уретру. Чтобы он насчитывал вам по тыще за каждую струю, если вы, к несчастью, еще здоровы, и по две — за каждую каплю, если у вас божьей милостью простатит. Пусть газовый счетчик с кукушкой и гирьками стоит у вас в брюхе и бьет курантами всякий раз, как оно заурчит. Пусть вас вообще разорвет к чертовой матери.

 

 

150

 

Свет отключили во всем микрорайоне в 10.15 утра. Вернули в 19.30.

— Что за хуйня? – спросил я у электриков во дворе, которые стояли и рассматривали трансформаторную будку.

— К жилконторе претензии! – радостно подпрыгнул один. – Видите, что у меня на спине написано? – Он с готовностью повернулся. Там значилось «Ленэнерго». Явно неправильное слово. То есть правильное, но есть и поточнее. – Вот! А предупредить должна жилконтора.

Она и предупредила. Объявления повисли через час. Там говорилось, что с девяти утра будут чинить подстанцию.

Рабочий день пропал. Я читал при свече.

У меня было девять часов на составление пожелания тому, кто все это сделал. Он достоин величественной панорамы.

Итак.

Началась война. Хозяина Света призвали в Богатырские Войска Связи. И вот он, неимоверно страдая от контузии гениталий, в последний миг закусывает оборванный телефонный провод. В зубах сверкает вспышка, и через провод летит, наконец, заждавшееся штабное слово «пидорасина».

 

 

151

 

Девиц, мелодично повизгивающих в рекламе, надо накормить замороженными спирохетами.

 

 

152

 

Реклама растворимой втулки от туалетной бумаги переворачивает мироощущение.

Счастливая семья! Ей больше нечего хотеть. В этой семье уже были зажигалка и консервный нож. Казалось, что дальше некуда. Но нет! Вот она, втулка. Семейство дружно и восхищенно заглядывает в канализацию, внезапно решив острейшую проблему утилизации втулки.

Мне хочется зарядить им водопровод окислителем ракетного топлива, чтобы растворилось все.

 

 

153

 

Вчера мне повезло отсмотреть кусочек очередного сериала «Улыбка пересмешника», который шел по первому каналу.  Вне всякой политики и только за него Останкино должно безоговорочно отправиться в ад. Там оно будет вечно разыгрывать этот сюжет, ни на шаг не отходя от диалогов.

 

 

154

 

На сей раз упыри из Ленэнерго потрудились повесить безграмотное корявое объявление. Света не будет в пятницу до окончания работ. Второй раз за месяц в культурном городе. Куда хочешь, туда и ступай.  Я, конечно, поеду на запасной аэродром. И в благодарность за предупреждение желаю им плановой, а не спонтанной гальванизации гениталий.

 

 

155

 

Оказалось, что свет выключали на час, а я, наученный горьким опытом, сбежал из дома работать и потратил в дороге два.  Желаю, чтобы всех причастных вызвали на торжественное вручение тринадцатой и пятнадцатой зарплаты, а там надули, как жаб, намылили им глаза, надели колпаки и выгнали земноводными на мороз, подгоняя бичами.

 

 

156

 

В этой благонамеренной суре, посвященной Правителю, которого обняла коала, в качестве исключения нет пожелания. Есть только сдержанное сожаление.

 

Коала не знала, кого обнимала,

И рыба не знала, кого целовала,

Лосиха не ведала, с кем отдыхала,

И лошадь не знала, под кем поскакала,

Не ведал и стерх,

Рванувшийся вверх,

Но больше всего в этих играх

Досадно незнание тигра.

 

 

157

 

Роман, который мне дали на редактуру, не дамский, а девочковый. То есть будет не десять совокуплений а полтора. Небольшая драка, детская травма в анамнезе и большие глаза со вздохами.  Послать бы всех на лондонскую спичечную фабрику викторианской эпохи.

 

 

158

 

Мои старички не только теряют кошельки, но и находят. Этот лежал на скамейке, в нем были права и Мастеркард. Не стану вдаваться в детали, но старички разыскали хозяина, здорового бугая.

— Там еще три тысячи было, — сказал он.

Желаю товарищу в следующий раз потерять ум. А при выписке сказать, что он еще кое-чего не вспомнил – например, своих имени и фамилии, да как застегивать штаны. Пусть ему на это разведут руками.

 

 

159

 

«Горячая штучка» в тексте.  Горячая штучка это раскаленные клещи, которыми стиснут автору череп.

 

 

160

 

Я снова в изгнании. Снова шалит Ленэнерго. После того, как я их обматерил, они стали вешать объявления. Нынешнее прилеплено к свежевыкрашенной двери.  Желаю им тоже объявление на свежее надгробье: «Отдых 24 часа».

 

 

161

 

«Спасибо тебе, Пол, мой потрясающий муж, за то, что ты тоже такой. Твоя любовь и поддержка — это для меня всё. Без тебя мне было бы не написать эту книгу».

Я хочу поехать и убить Пола.

 

 

162

 

Прочел свой гороскоп на следующий год.  Болеть и нищенствовать, если перевести на русский язык!  Спасибо, звезды. Надеюсь, что вы давно погасли, а мы любуемся остаточной хуйней.

 

 

163

 

Книжный магазин «Лабиринт» квакнул мне эсэмэсочкой в 9 утра, хотя я не просил. Что бы такое ему пожелать? Магазин мне нужный, гибели не хочу. Желаю ему получить заказ на срочную доставку в Ясную Поляну ПСС Льва Толстого. 1-го января.

 

 

164

 

Мне наконец-то починили очки. Недорого и за десять минут. Тете из «Невской оптики», которая убеждала меня купить новые за три тыщи, я желаю, чтобы она, когда у нее отломится дужка, отправилась паять ее бизнес-классом во пламень Ородруина.

 

165

 

Эти уроды с петардами пугают кота и не дают ему дышать воздухом. Желаю им, чтобы в Новом году их похитил НЛО и отвез на свой малопонятный праздник.

 

 

166

 

Год новый, действующие лица старые, пожелания пересмотренные!

Почта России, конечно. Шестое посещение.

Работало одно окошечко, из которого уходили в параллельную вселенную менять мелочь, потому что «не прислали нам десяточек и рубликов»; сторублевую бумажку, напротив, приглашали менять со стороны и ждали; мелочишка сыпалась на пол, очередь дружно дописывала что-то прописью; передо мной стоял курьер из деревни Галки, как я подсмотрел; он получал ВОЗВРАТ того, что уже разослал, и оплачивал его тщательно; потом пришел мой черед, и мне было сказано, что «не знаю, кто вам и что сказал», и денег еще нет не только мне, но и вообще никому, и «я вам не банк».

Я желаю всему вот этому, и прежде всего государству, очутиться даже не в аду, потому что быть в аду означает все-таки где-то быть, а пусть оно начисто изотрется изо всех мыслимых вероятностей и попадет в тотальное ничто, и чтобы даже Господу Богу сделалось невозможно все это сотворить и сохранить в вечной памяти.

 

167

 

Составителям инструкций для разных девайсов, особенно в формате PDF, я горячо желаю отправиться в ад, который будет устроен по образу и подобию засранного и раскаленного лабиринта; на входе давать такую инструкцию по выходу на райские просторы.

 

168

 

Хороший у меня тут текст. На одной странице:

«Он тронул меня за руку». «Я провела своими пальцами по его». «…Кивнул он и сжал мою руку». «Он встал и протянул мне руку». «Я взяла его за руку».

Я бы им отрубил эти руки. Да, и глаза бы выколол. Там еще взгляды.

 

169

 

Наткнулся на похудательную группу, которая в честь даты – снятие блокады — устраивает нынче разгрузочный день по блокадному образцу, опилки для хлеба советует приобрести в зоомагазине. Желаю участникам полноценной реконструкции: прогуляться до проруби за крещенской водой и улечься трупами на санки.

 

170

 

С экрана: «вкусно нашему иммунитету!» Вывернуть наизнанку, как перчатку, и отвести в ресторан.

 

 

171

 

Опять позвонили про счетчик. Снова отвел душу. Вода и газ — наше общее достояние, падлы. Сами же твердят!

Желаю им счетчик на мочевой катетер, стоящий замкнутым контуром.

 

 

172

 

Второй за день заход на Почту России.

Напрасный. Одно окошечко. Стоять невозможно, толпа. Помимо стопки писем: «Мне две открыточки с юбилеем…»

Черных, с черепом. И себе пусть оставят таких же пачку.

 

173

 

Пошел купить рамку. В арт-салоне — 317 рублей. В соседнем магазинчике — 139 такая же.

В арт-салоне, мне:

— А что вы хотите? Везде дорожает, а у нас нет?

Я чего хочу??? Я?… Хочу твоего портрета в этой рамке при печальных для тебя обстоятельствах.

 

 

174

 

Решил устроить небольшую сиесту. Не тут-то было.

Сосед с полным правом опять включил непонятно что — циклевочную машину или дрель, не знаю. И я хочу войти к нему и воскликнуть: зачем? ты думаешь, что будет лучше? нет! знай, что лучше уже некогда будет, ты ничего не исправишь, ты доделаешь и умрешь, а дело твое сгниет! лучше будет только в том случае, если это у тебя сексуальный пылесос с хоботом, который родит от тебя огромную железную секс-машину, а она загонит тебя в угол вместе со всем семейством и аквариумными рыбками, где ты немедленно все осознаешь до самых миндалин, но этому не бывать, потому что это утопическая научная фантастика.

 

 

175

 

Тружусь, перевожу книгу про здоровое питание «с любовью к себе». Этим ведьмам мало своих кишок, чтобы славить.

«Привет, кухня! Ты главный пункт моего питания. Я ценю тебя!»

Ярость моя столь велика, что кроме взрыва бытового газа ничего не придумывается пожелать.

 

176

 

 

Пришлось пойти и купить новый монитор. Сервис от магазина «Эльдорадо» меня потряс. Мне сунули на кассе коробку и кивнули на выход, где тянулся прилавочек.

— Пакета нет. Вон скотч и ножницы, сделайте себе ручку…

Мне это напомнило публичный дом у Войновича, где койка и ведро.

— Простите, но я не профессиональный упаковщик. Ваша машинка мне в диковину…

Замешательство.

— А где Коля? Был же здесь. Уже ушел, что ли?…

Ни слова больше не говоря, я подхватил коробку и пошел прочь. Пожелал им доставки рояля к пассажирскому лифту.

 

177

 

«Смузи». О, проклятье. Такое слово есть. А я ломал голову и набивал «фруктовые коктейли». Не знал его по-русски, меня передергивало от его смысла. Горестно на душе. Мир воистину заслуживает смерти.

 

178

 

 

На рынке повезло оказаться за постоянной покупательницей. За дружеской неспешной беседой и отрицая прочую вселенную, она взяла четыре кило мяса («для моей скотины» — ? очевидно, супруг), еще два кило для той, «что недавно родила — порежьте, чтобы я пожарила», двух курей («натуральные, без уколов»), два кило обрезков для собаки, да «какую-нибудь косточку» — все это требовалось не сразу, а как бы приходило в голову по мере закупки; еще она заказала кролика и оставила телефон.

Он засел у меня в голове: +79213946639, Аня. Кому скучно, можете позвонить и сказать, что пусть приходит, кролик прискакал — с теленка ростом, в костюме-тройке, не наркоман и с призовым яблоком в жопе.

 

179

 

Купил бритвенный станочек «для чувствительной кожи» с витамином Е и алоэ вера. Я желаю производителю, чтобы ему побрили этим станочком лобок. Перед опасной операцией доставания второго из уретры. Наркоз — алоэ вера и витамин Е.

 

 

180

 

Оказывается, если сделать пункцию в среду вечером, то анализ ликвора будет готов в понедельник. Александровская больница.

Я хуею. У меня предварительный ответ бывал готов, когда текли первые капли. Тоже мне сложная процедура! Я ее выполнял на полу приемного отделения в зимних ботинках и без всяких бахил. Тем, кто завел такие сроки, желаю многозначительного расположения звезд.

 

181

 

«Вам одобрено» — выражение, от которого у меня сжимаются кулаки. Прилетает: вам одобрено столько-то.

Где-то сидит совокупная гнида с поджатыми губами, наделившая себя полномочием одобрять что-то мне. Ее неоднократно обманывали. Она разуверилась в людях. Но мне она одобрила. Решила, что ладно. Поверит в последний раз. Я совершил много преступлений, но она закроет на них глаза. Они не самые тяжкие. Я заслужил похвалу и поступлю подло, если не отзовусь на этот акт доверия. Гнида строга, и ей было трудно размякнуть, но это произошло.

Вот и сейчас прилетело. Меня где-то взвесили и одобрили мне. И я не могу поблагодарить. Некому ответить, что я тоже одобряю гниде полметра колоноскопа.

 

182

 

Нельзя ли установить для банковских служащих праздники в середине, а не в начале месяца? Я наработал тысяч на семьдесят, на счету у меня тоже семьдесят, но просто рублей, и в ближайшие дни больше не станет. Всем причастным желаю кровавой дизентерии Григорьева-Шига в ночь со второго января на десятое мая.

 

 

183

 

Землякам: продукция магазинов «Фермер» несъедобна для полезных людей и животных, будьте бдительны; желаю, чтобы к ним заходили только гиены и грифы.

 

 

184

Тот, кто совмещает хозяйственный магазин с парфюмерией и прочим говном, заслуживает лютую смерть.

— Пакетик нужен? — Два. Вон тех, не этих. Что у вас за скидка — я забыла, на чем? То ли на этом написано, то ли на том. – Это акция. Сорок процентов скидка на тряпку при покупке средства для окон. – Ладно. Не надо. – У вас карта или наличные? – То и другое. Снимите оттуда и оттуда. – Не туда суете. – А куда? – Вот сюда. Вот так. У нас есть другая акция. Лотерейка, если докупите на сумму. – Хорошо. Дайте мне вон то. И вон то.

Мозоли срезать и еще маленькая круглая баночка с зубочистками. Код с нее не читается, потому что идет кружным путем. Купи себе лучше кладбищенские грабельки ковырять в зубах.

— Лотерейка. Где тут тереть? Посмотрим… Ничего.

— Вот, возьмите. Это приз.

Микроскопическая трубочка с кремом, их полное блюдо. Надеюсь, постояли на солнышке.

Я стою с достоинством лорда. Нынче я при деньгах. Беру половую тряпку.

 

 

185

 

Мне тут бросили вызов, что я не смогу проклясть моль. Так вот. Я желаю ей инкарнировать в приличного семьянина, который оступился, выпил лишнего и принес домой гонорею и вшей. Пусть ему будет ад. Пусть его загонят к холотропному психологу, который пробудит в нем трансперсональную память о его насекомьих преступлениях. В частности, о поедании моего шарфа.

 

186

 

«Минздрав России решил запретить врачам пить, курить и материться».

А, ну-ну. Санитары тоже медики? Тем более. Желаю авторам закона вежливого патологоанатома без перечисленных вредных привычек. Но с одной неучтенной.

 

 

187

 

«Не жировать» нам велит министр финансов. А я, сволочь, купил коту курью лапу. Да не ножку, которую многие тут несознательно жрут в тяжелый для Родины час, а вот самую лапу, с когтями. Выложил два рублика. Не валяются, между прочим! Сегодня весь день смотрел под ноги — что-то не видно. Котик пришел в щенячий восторг. Лапа оказалась у меня на подушке. Поиграй напоследок, котик! Вон что тебе министр сказал.

А вот я желаю министру, чтобы он ее проглотил, а она на выходе раскорячилась.

 

188

 

Создателям средства для чистки плиты «Санита» желаю выпить его в качестве лекарства от скуки и угодить под капельницу с ним же.

 

189

 

Мне заказали Ростелеком. Проклясть его. За недодачу 60% скорости, долгую томную музыку и техподдержку вообще.

Предварительно сошлись в том, что у его сотрудников острицы. Это такие маленькие глисты, вызывающие анальный зуд. В нашем учебнике паразитологии про них было написано так: «покидают задний проход и ползают по белью, привлекая внимание больного». Это очень похоже на правду. Внимание сотрудников Ростелекома явно приковано к чему-то личному.

Итак, я желаю этим сотрудникам, чтобы те самые 60% скорости были отданы острицам. И чтобы в острицах зародился злой разум, который будет гонять их в обоих направлениях. Я желаю сотрудникам звонить по этому случаю на санэпидемстанцию, работников которой пусть поразит такая же напасть. И пусть их крайне важные звонки наталкиваются на музыку. Например, Грига. «В пещере горного короля».

 

 

190

 

А вот траву подстригать в восемь утра — это хорошо и правильно? Допустим, я не сплю. Но мог бы и спать. Желаю герою труда эпиляции зоны бикини тем же инструментом.

 

 

191

 

«Алексей, откройте это письмо, чтобы узнать 8 человек, с которыми вам нужно встретиться». Нужно! Мне нужно с ними встретиться, сука! Причем остро! Разлука — маленькая смерть, а встреча — маленькая жизнь!

Желаю хозяевам ресурса получить письмо с перечислением восьми дьяволов, с которыми им непременно нужно встретиться, даже если не очень хочется.

 

 

192

 

Мне никаким адблоком не отписаться от Ежедневных Тестов ВКонтакте. Щелчок. Сообщенье. Кто бы это мог быть?

«Что означает ваше женское «да»?»

Маленькую хитрость, суки вы этакие, порази вас гангрена.

 

193

 

Сегодня Февронию празднуют. Сладким голосом: совет да любовь! по образу и подобию молодых.

 

 

194

 

Закрыл окно. В автомобиле сработала сигнализация. Звуки, отлично знакомые всем, звучат уже очень долго.

Лет семь назад я перевел довольно симпатичный роман «Вверх по лестнице в Голливуд». Там описаны разнообразные голливудские косяки. В частности, компания, торговавшая охранными системами, заказала продюсерам продакт-плейсмент. Надо было показать в очередном фильме новый блокиратор. И те показали. Угонщики отломали его и забили им автовладельца. Случился конфуз.

Так вот я желаю продавцам того, что поет у меня за окном, вирусного рекламного ролика, где под эту музыку орава обезьян растаптывает владельца машины в кровавую кашу.

 

195

 

 

Купил я тут рюкзачок, прогулялся с ним пару раз, а у него возьми и оторвись лямки; а я, между прочим, сегодня отправился далеко, на деревенский погост; захватил, как полагается, лопатку да грабельки – ну и здрасьте; так вот: исполненный кладбищенских впечатлений, я желаю тому, кто шил рюкзачок, чтобы у него точно так же разъехался по швам саван, в котором его похоронят заживо.

 

 

196

 

Столько пишут про взносы на капремонт, что я заглянул в квитанцию. Никак не выучу, о чем там пишут. Действительно: меня грабят на 128 рублей 47 копеек. О том, что пять старушек — рупь, я помню с детства, но злодеи рассчитали абсолютно правильно: я не пойду в суд и не созову собрание моих милых соседей. Понятно, что я и не доживу до капремонта, ибо сдохнет либо эмир, либо ишак.

Но мне никто не запретит мечтать. Я хочу разменять эту сумму крымскими или еще какими-нибудь юбилейными рублями и скормить бенефициару, как гусю. 47 копеек тоже разменять. Отложить два пятака на глаза.

 

 

197

 

Рекламируем магазин «7Я». Знаете такие маленькие помидорчики-черри? так их упаковали в контейнер и положили в середину сморщенные; желаю причастным явиться в свою 7Ю с такими же сморщенными гонадами.

 

 

198

 

Назвать сосиски «Папа может» способен только безнадежный дегенерат, и если он папа, то я желаю ему больше ничего не мочь с мамой. Ладно бы писали на целлофане. Но это же и на самой сосиске фигурирует, когда его снимешь. Почему? Потому что папа может.

 

 

199

 

Канал «Россия», как и следовало ожидать, дополнительно изуродовал наш с Юрием Смирновым сериал «Костоправ», и без того пострадавший от вмешательства сильно грамотных лиц. Я знал и не стал смотреть — прочел опять же у Юрия.

Желаю каналу «Россия» в полном составе переместиться в канал Обводный и продолжать там мутировать до неорганического состояния.

 

 

200

 

Пара теплых слов об интернет-компании Дом. Ру. Ее услугами пользуется моя маменька. Давеча эта фирма чуть не свела ее с ума, предлагая ждать сперва час, а потом — сто шестьдесят восемь часов, и поминутно перенаправляя ее крайне важный звонок. Компанию Дом. Ру раскидало по многим городам. Отвечает то Питер, то Пермь, то что-то еще. Мне ответил оператор Дмитрий, телефон 6405640. Я посулил ему всех чертей и, пока жду результата, желаю руководству этой фирмы, чтобы его тоже, телесно, раскидало по городам и весям; чтобы мозги попали в Кунсткамеру, а половые органы — в Центральную Африку, где их сожрут; и чтобы уборщики с тряпками явились через сто шестьдесят восемь часов. Или сто восемьдесят шесть, могу ошибиться по случаю кровавой пелены в голове.

 

 

201

 

Кто-то, кого не запомнил, уверенно спрогнозировал на сегодня-вчера ограниченную ядерную войнушку, которой пока не видать; так вот я желаю таким синоптикам урановую болванку в жопу. Одно дело предрекать кончину некоторых деятелей, потому что это хотя бы приятно почитать, и совершенно другое — убежденно предсказывать конкретные и абсолютные неприятности.

 

 

202

 

Кинокартина «All the pretty horses» названа в прокате «Неукротимые сердца». Желаю, чтобы маркетологам, когда им понадобится заменить их неукротимые сердца, пересадили копыта.

 

 

203

 

Тот неловкий момент, когда просят проклясть Ростелеком, а я уже, и не сильно помогло. Вообще, проклинать организацию довольно трудно. Надо, наверно, начинать с низовых звеньев. Скажем, с мастера.

Итак, было бы очень неплохо, если бы мастер, явившись в очередную квартиру, угодил на всероссийскую сходку особо опасных маньяков. Пусть там сидят и ждут его человек двадцать. Все они дюжие ребята с богатой росписью на грудях как могучих, так и цыплячьих. Все закоренелые пидорасы в положительном и отрицательном смысле. У каждого за плечами по сорок ходок в лесополосу и красные корочки зоофила. Играет тихая интимная музыка Ростелекома, под которую предлагают дожидаться ответа. Накрыт стол. Мастера для начала угостят телефонным аппаратом. Тот уже разобран и красиво разложен на тарелке. Мастер, из-за которого родились эти пожелания, пришел и бросил телефонный провод прямо по полу, как Бог пошлет. Бог пошлет ему тот же провод, уже натертый вазелином, в пищевод и дальше.

 

 

204

 

В беседе с педагогом установлено, что родители учеников хуже родственников пациентов. Созрело пожелание о переводе первых в четвертые.

 

 

205

 

В Брюсселе забастовали таксисты. Они помешали моему ребенку добраться до Гента. Знаю я эту публику!

Ребенок добрался до места благодаря природной смекалке, но это не отменяет надобности наказать таксистов. Для затравочки я желаю им незамедлительной национализации и перевода на тарифы деревни Яблоницы Волосовского района, и чтобы на чай получали в канцелярии пакетиком сахара и чайной ложечкой в левое ухо, а если где-то на стороне, то чтобы им отрезали правое.

 

206

 

Простое и незатейливое пожелание работникам магазина «Фермер» самим продаваться в аналогичной африканской лавке.

 

 

207

 

 

Рецензии на Лабиринте это какой-то ад. Хорошо, если пишут сами. А если нет? Желаю всем рецензентам независимо от того, что они рецензируют, получить рецензию на свое соитие, имеющее место по острой любви, самозабвенное и несдержанное. А также на свой послеобеденный сон.

 

 

208

 

 

Оледенел. В почтовом ящике — обычном, на лестнице — конверт. С надписью: «Извещение».

Я не люблю извещения, о чем бы они ни извещали. Разодрал его зубами на месте, не занося домой. Готовясь к тюрьме, мобилизации и принудительному лечению. А там реклама. Ремонт холодильников. С дисконтными картами. Без адреса, чтобы лично мне — просто так, вообще.

Я желаю, чтобы к ним пришел мастер по ремонту холодильника. Пусть он разденется, снимет маску и окажется сексуально голодной гориллой.

 

 

209

 

 

Тем, кто говорит «сладости» вместо «сласти», желаю пирожное-эклер в качестве полового партнера и бутерброд с лубрикантом на завтрак.

 

 

210

 

 

Похвальное слово тем, кто выпускает лампочки. Давно хотел сказать.

Желаю, чтобы у них так же славно работали фары и поворотники, когда на дороге гололедица и туман. И глаза. А также прочие органы.

 

 

211

 

Имею особое удовольствие представить билетную кассу Ponominalu.ru, которая торгует билетами на несуществующие концерты и две недели ебала мне мозг, когда я возмутился.

Деньги за билеты мне сейчас вернули. Но не вернули кассовый сбор. Сто рублей. На дороге не валяются!

Поэтому я желаю, чтобы все их концерты выстроились в один большой марафон по случаю горения чумных трупов Ponominalu.ru в адском пламени.

 

 

212

 

 

Рассылка: Алексей Константинович! 20 вакансий по профессии переводчик!

— Менеджер по продажам

— Врач-уролог

И так далее.

Дорогие друзья с сайта Superjob! Желаю вам приехать в дикую страну, спросить переводчика и получить местного уролога с мозолью на пальце.

 

 

213

 

 

Окна, оказывается, теперь называются «светопрозрачными конструкциями». Объявление висит на двери. Желаю креативным людям угодить в светонепроницаемую конструкцию животного происхождения.

 

 

214

 

 

На лестнице что-то покрасили. Я бы им тоже, собакам, ограду на могиле покрасил. Бегу из дома.

 

 

215

 

 

Переводчикам, которые передают в озвучке «relax» как «расслабься», я желаю тотального расслабления гладкой мускулатуры и напряжения поперечнополосатой.

«He’s hot!» — «Он горяч!» Всем причастным желаю интимных партнеров с паяльниками вместо.

 

 

216

 

Соседушка с дрелью проснулся. Ах ты ж мой золотой. Чего бы тебе пожелать? Обработать ею зубные каналы под веселым рентген-контролем?

 

217

 

Вокруг меня захворали ВСЕ, самыми разными недугами. И сам я тоже.  Пошептал кто-нибудь?  Заблаговременно: если да, то пусть его перекорежит и вывернет наизнанку перламутровой внутренностью, в которую ужалит его скорпион и укусит кайман, и тьма падет на него, и будет искать он гибели, но найдет только ванильные демотиваторы.

 

218

 

Мое «она громко ударила в ладоши» редакторша заменила на «она оглушительно хлопнула».  Чем, блядь?  Взял бы и убил, оглушительно.

 

219

 

Просыпаюсь, как обычно, под телевизор. Сейчас про жизнь звезд.

Неформулируемая ярость и острая немота.  Пойдут, пойдут люди в резиновых плащах, касках, мотоциклетных очках. С огнеметами. Будут останавливаться на две секунды. Потом дальше. За ними будет ползти защитного цвета грузовик.

 

220

 

Яндекс. Деньги Дзынь! Похоже, вам пора платить!

Это в почте с утра. Тому дизайнеру, который сочинил «дзынь», я бы с этим звуком оторвал руки. Потом ноги. Потом он бы с тем же звуком самостоятельно покатился по льду на том, что осталось.

 

221

 

Жилищная бухгалтерия ушла на обед. Не берет трубку.  Ну что же, начинаю ей желать. Чего, например? Скажем, вот чего.

Пусть тех, кто начислил мне плату за отопление, встроят в отопительную систему. По типу патрубка или врезки, не знаю. Чтобы трубы подсоединялись с обоих концов. Обязательно обмотать войлоком. Потом под разным давлением пускать воду — опять же это им будет еще и обед. Потом довести напор до максимума и устроить аварию с разрывом слабого звена. Для ликвидации вызвать их же и сказать, что помощь близка.

 

222

 

В почтовом ящике фирменный конверт: ИЗВЕЩЕНИЕ.  Я похолодел. Что? Где? Когда?

Разорвал зубами на месте. Руки тряслись, губы прыгали. А там листовка. Приглашение на курсы мастеров по ремонту стиральных машин и прочего хлама.  Желаю корреспондентам повесток в прокуратуру и военкомат. А там чтобы им нарастили ресницы в два раза больше объема и омолодили кишечник.

 

223

 

Десять рублей комиссия в терминале — ну кому это? Ему?  Желаю хозяевам интимной связи с этой щелью, и чтобы комиссия с них за это удовольствие была девяносто рублей со ста.

 

224

 

Хотел бы я вешать авторов, которые позволяют себе обстоятельные преди- и послесловия, а также Благодарности; зарубежных в первую очередь, но и нашим надо руки рубить, если вдруг. Оказывается, литагенты тщательно следят за половой принадлежностью перечисленных. Не дай бог что! Впрочем, я уже жаловался. Просто желание сейчас обострилось, полстраницы убористым шрифтом.

 

225

 

Знакомы ли вы с Джой КазИно (сука)? Звуковая реклама в кинокартинах поверх диалогов?

Я желаю, чтобы в казИно состоялась большая джой. Чтобы их посетила компания катал и выиграла все деньги. Потом скупила бы на них все, что есть в сотне сексшопов, вернулась и применила.

 

226

 

За «картофан» убивал бы. Не больно, просто пуля.

 

227

 

Писатель Проханов хочет умереть на Крещатике в русском танке, подожженном американцами.

Мечты бывают разные и чаще всего — неосуществимые, но в данном случае человек пожелал реальных, в принципе, вещей. Киевские друзья! Я не поверю, что у вас не найдется ни одного русского танка. Я знаю, что вы достанете все, если сильно нужно. Американских туристов, любителей экстрима, тоже можно найти. Крещатик можно на час перекрыть ради такого дела. И звать Проханыча. Почему нет? Можно к нему и еще кого-нибудь подсадить, чтобы поднять КПД мероприятия.

 

228

 

Перестал заряжаться телефон. На диагностику своими силами ушли полдня. С походами к продавцам. Виноват оказался сетевой фильтр. Трудно проклясть или наказать сетевой фильтр. В помойном ведре он, конечно.

Желаю ему инкарнировать в человека, явиться ко мне и назваться. Тогда поговорим.

 

229

 

Изготовителям носка, который я только купил, а в нем уже дырка, я желаю такой же ситуации с черепной пластиной.

 

230

 

Я ненавижу получать письма, пишет-то их только государство. Вот и нынче пришло аж от столичных сборщиков долгов. Я перестал пользоваться городским телефоном. И не платил за него. Натикало полторы тыщи рублей, и Ростелекома заела жаба.

Меня пригрозили засудить, не выпустить из страны, лишить имущества. Позвонил коллекторам.

— Я отказался от их услуг!

— А как вы отказались?

— Да взял и выдернул вилку из розетки!

Согласен, поступок туповатый. Но я решил, что проканает. Я же не пользуюсь услугой!

— Нет, вы ею пользовались!

Интересно, в какой форме она оказывалась? Со мною вели воображаемый телефонный секс?

Конечно, я заплатил. Желаю обеим организациям, чтобы засыпали их пески; чтобы скакали там косматые, поселились там жабы и страусы; чтобы умножились в них гады, хотя, казалось бы, их достаточно.

 

231

 

Паскуды, нелюди. Ветеринарные клиники. Звоню, договариваюсь о прививке на дом. Они рядом, пешком дойти, но только выезд. Блядь. Ладно. Называю адрес.

— Метро какое?

— Да это рядом же, я бы пешком дошел.

— А вы куда звоните? Вы в Петербурге?

— Ну да, на Оборонную улицу звоню.

— Алексей Константинович, вы звоните в Москву…

— Как в Москву? Почему на сайте питерский код?

— Я не знаю… У нас сегодня горячая линия…

Чтоб у вас был сегодня еще и горячий шомпол ректально.

 

232

 

Когда корректоры, занимающиеся специальным текстом, воображают себя редакторами, их надо ссылать в египетские пирамиды и принуждать расставлять там знаки препинания среди ероглифов, а после мумифицировать со всеми домочадцами и питомцами.

 

233

 

Недельки на две отключили моим хворым старичкам горячую воду. Несомненно, это и для них профилактика. Позавчера дали. Я только собрался там что-то мыть — кухню, что ли, — как вырубили снова и уже бессрочно.

Желаю профилакторам подмываться непосредственно на плите, обязательно застрять жопой в кастрюле, варить там, что полагается, в мешочек и не быть в состоянии сойти на пол по причине глубокой телесной и умственной инвалидности.

 

234

 

Эротические объявления начинают удивлять. Вчера видел приклеенное к урне: 1000 удовольствий!

Был у меня настенный календарь с позициями на каждый день в году, так и то всего 365. В високосный год хоть стреляйся.  А сегодня вообще, на асфальте: «Пиля». И телефон. Так звали моего покойного кота.

Кот! Тебе видно с радуги? Пошепчи там звериному богу, пусть у нее заведутся свирепые насекомые.

 

235

 

Новости: в Краснодарском крае поймали на удочку 100-килограммового сома, все-таки вытащили всемером, справились богатыри.

На что он вам, дебилы? Ведь обожретесь! Сто кило, старый, чем он вам помешал? Хемингуэй вам в небесные покровители до самого желудка.

236

 

 

Рассеянно рисую себе любовные игры четы Сечиных.

Пусть она, журча серебристым смехом, спрячется на этой своей самой дорогой яхте. А нефтяной магнат пусть медленно бегает и со смешками солидными ищет, постепенно срывая с себя предметы одежды.  А яхту пусть относит к берегам Сомали.

 

237

 

Ненавижу звонки в дверь. Тем паче именно в нее, а не в домофон. Ко мне, кроме любимой женщины, никто не ходит, а потому ничего хорошего я не жду.

Открыл. Ну, так и есть! Почтальонша! С письмом из налоговой. И просьбой расписаться.

Во-первых, разбудила. Во-вторых, такое счастье.

— Ну-ка, постойте, — сказал. — Я вот сейчас вскрою и решу, расписаться вам или нет.

Вскрыл. Счет за недвижимость. Дорожает имущество-то! Чувствую себя лендлордом благодаря мостам, куда не звали, и остро необходимым стадионам.

Расписался. Желаю налоговой писчего спазма в минуту росписи за похоронки на своих сотрудников. По ходу глянул на лестницу. Почтальонша еще и засрала почтовые ящики Справедливой Россией. Взял на себя смелость очистить не только свой, но и все остальные.

 

238

 

Желаю работницам паспортного стола единого документа, по предъявлении которого их будут насильственно клизмить майорскими звездочками с погон. За то, что я настолько охерел от их деятельности, что украл чужую шапку, приняв ее за свою. Она лежала на стуле.

 

239

 

Корову, наверное, легче доить, чем прыскать в нос спрей «Тизин». Желаю производителям перепонку меж пальцев, чтобы дырочку закрывала и сводила на нет усилия.

 

 

240

 

Канал НТВ предлагает слать письма Деду Морозу. Он исполнит самое заветное желание. Дедушка Мороз! Упакуй, пожалуйста, весь коллектив НТВ в мешок и отнеси маньяку. А ему подари неприступную крепость, чтобы их не вытащили.

 

241

 

«Бепонтен-мазь представляет симфонию здоровых попок».Желаю вам, господа рекламщики, скипидара и оратории.

 

 

242

 

Какая-то сволочь подсунула мне сторублевку с оторванным уголком. Желаю этой скотине непоправимой и непристойной орфографической ошибки в завещании.

 

243

 

Производителям подсолнечного масла «ЗолотАЯ семечкА» желаю такой же пробки в афедрон, чтобы ножом ее выковыривать и в итоге проталкивать. Отдельно за правописание — золотую песочку в гонады и жадных старателей с лопатами в гости.

 

244

 

В далекой юности мы выпивали с приятелем, и у нас кончилось. Я вызвался сбегать, и друг заклинал меня не покупать имбирную настойку. Все остальное можно, но только не ее.

Разумеется, ее-то я и купил. Дружеский наказ выветрился из головы через секунду. Мы были всеядны, но применить эту настойку не смогли. Мы разбавляли ее всем подряд, приправляли вареньем, сыпали сахар — без толку. В итоге отдали ее штукатуру, который ездил за окном в люльке. Он нырнул вниз и не вернулся.

То же самое произошло у меня только что с фрикадельками. Только без штукатура. Желаю изготовителям пойти на такие же субпродукты в адском котле.

 

245

 

Какие-то негодяи разбросали на проспекте игрушечные купюры. По пять тыщ. С одной стороны один к одному пять тыщ, а с другой — херня какая-то. И поневоле что-то екает. Делаешь шаг, как в лесу к живописной поганке. Потом идешь дальше и гадаешь: ну, а вдруг? вдруг получится скормить терминалу? Желаю этим гадам искусственных женщин, неотличимых от живых, с медвежьими капканами внутре.

 

246

 

Зачем я перешел на Билайн? Он все время мне что-то пишет. Я не читаю, но он не унимается. Сейчас пять эпистол подряд. Не знаю, о чем. Стоит проверить баланс — он опять что-то шлет.

Дорогой Билайн! Желаю, чтобы тебя ежечасно возбуждала сирена воздушной тревоги. Звала распахнуть окно, полюбоваться солнцем и перейти на тариф «Сто херов тебе в тачку».

 

247

 

На НТВ профилактика. Раздражен. Я привык к нему с утра. Что там профилактировать? Там ампутировать, а потом усыпить. Включил ТВЦ. Кино про докторов.

— Скорее! У него нистагм!

Это глазки подергиваются при взгляде в стороны. Нам с вами всем пора в реанимацию. Выключил к чертовой матери. Пожелал им натянуть глаз на жопу при сохранении нистагма.

 

248

 

Телевизор готовит завтрак. В уменьшительно-ласкательных выражениях. Гамбургер. КотлетКУ. Измельчим в блендере… Можно уже разогревать сковороду-гриль… Ложечку дижонской горчицы…Чертова ты кукла! Откуда у меня блендер? И видела бы ты мою сковороду! Дижонская горчица. Сейчас, сию секундочку, уже оделся, уже бегу ее искать. Уже окунаю в нее вибратор, уже высылаю его тебе на Пони-Экспрессе.

 

249

 

Если кто-нибудь скажет вам, что нельзя заебаться, меняя семерку-винду на восьмерку, то выгоните его из дома и плюньте в глаза так, чтобы пролетело через затылочную кость.

 

250

 

ИЗВЕЩАЮЩЕЕ ПИСЬМО С АДРЕСОМ. В почтовом ящике. Друг сказал мне, что все мои Проклятия — симптом. Может быть. Но пусть получит такое же, с рекламой остекления. Это мое ему дружеское проклятье.Начало формы

 

 

251

 

Утречко началось с добрых пожеланий. Русский Литцентр прислал очередное письмо с просьбой денег на книжку для сирот.

«Дорогой Литцентр! Я много чего вам сдуру послал, а в ответ — ни гу-гу. Желаю вам переписывать Черные книги в адском котле. Дрова будут приобретаться на ваши (наши) взносы. И детям опять же забавно. И высшей Администрации, если ее только не переведут в отсек с ржавыми пилами и крючьями.

Искренне ваш

Робот » Глагол-Центра» <glagol@litagenty.ru>9:34 (7 мин. назад)

кому: мне Здравствуйте! Ваше письмо получено. Его рассмотрение займет от 3 часов до 3 дней.

P.S. Давайте не теряться на просторах интернета? Приглашаем подписаться на нашу инфорассылку»

 

252

 

Ну, все вы оказались правы. Я пошел. Но вышло чуть любопытнее, чем думал.

Оказывается, знаменитое кафе «Книги и кофе» пустило к себе «Орифлейм». В закуток. И вот уже Орифлейм шлет заманчивые вакансии помощников.

Я старый маркетолог, я все это знаю.

Орифлейм! Мне известно, что ты делаешь массу прекрасных вещей, в том числе букеты. Пусть всю твою продукцию принесут тебе на могилу. У нас есть большие кладбища. Пусть она покроет всех, даже моих родных и упокоившихся по соседству собак.

253

 

Мне прислали скромную, но очень нужную сумму денег. Но дали не всю. Взяли комиссию 45 рублей. В кои веки раз я не проклинаю, а благословляю! Тех дьяволов, которые придумали эти комиссии. Поручаю им взять главную Сатану и загнать ей и себе куда положено шомпол, до самого илеоцекального угла. Холодным, чтобы не вынуть, концом наружу. А после сплясать на нем Вальпургиеву ночь.

 

254

Кот Урфин всем хорош, спит рядом, не шалит, но категорически не идет на руки. Вероятно, трудный олигофрен его швырял и всякое еще делал.

Я хочу превратить это чадо в шипастый острый снаряд и метать в стену полуразвалившегося нужника. А синдром Аспергера пусть лечат там, где платят за это немалые деньги. Мне ничего не нужно. В душе я метатель молота и маленьких агрессивных олигофренов.

 

255

 

Клава разладилась. Стала самовольно менять раскладку и ставить большие буквы. Пошел в магазин — спросил новую с обычным штырем. Дали. Количество отростков, конечно, не проверил. Сломал через 10 минут, даже не понес назад.

— Я купил у вас клаву и сломал, — сообщил продавцу. Тот помрачнел.- Но я ее даже не принес, — утешил я его. — Он просиял. — Дайте с USB, где их много, и карт-ридер еще.

— Хотите черную с оранжевым? предложил он.-

Нет! — ужаснулся я.

Всех, кто придумал гибкие тоненькие штырьки с USB заодно, я бы отправил в дантовский ад, и добавил бы еще пару кругов от себя. Где они разгибают эти штырьки до полной ясности под Мороз Красный Нос Коцита.

 

256

 

Похоже, мне завтра покупать Третью клаву при выброшенной четвертой. Лупит чушь меняет раскладку. перетравить все Эльдорадо двойным свиным Макдональдсом? поджечь санузел?

 

257

 

У меня, понимаете ли¸ очень сложная переносица. Ну, бывало. Доставалось.  И очки должны соответствовать ее причудливой форме. Зарядили мне, помнится, тыщи три. Плюс футляр и тряпочка.

Нынче купил в переходе за 500, соответствие полное. Сидят, как влитые. А тряпочку дали так.

Короче говоря, так: зайдите в фирму «Невские зори», что ли, или оптика, и пожалуйтесь, что у вас растет хобот. В брюках. Сильно дальнозоркий. Белое солнце пустыни слепит. А под ним пробиваются слюнявые бивни, способные к тысячекратному оплодотворению. Футляр вам незачем, а тряпочка нужна большая. Штора сгодится. Проклятьем Аллаха станет маленький оазис-мираж по соседству, в виде магазина живого всемирного пива.

 

 

 

258

 

Государь: Медведева не уберегли, он серьезно заболел гриппом. Дорогой Дима! Ну, во-первых, что если «серьезно», то грипп подозрителен. Присмотрись к шефу. Во-вторых, прими Арбидол — я знаю даму, у которой его полно. Спроси анализ у Малахова. Купи лечебный полостной огурец. Появляйся на заседаниях только в маске мистера Икс .Или Джима Керри. Посети шоу Малаховой и прокатись в детской коляске Шаевича. Покажи, как очищаешься от гриппа естественным способом. Ну и ко мне загляни. Мой первый вызов был на грипп. Тетка потом прокляла меня за очереди на прием. А главное — закаляйся! Ныряй в скафандре, а лучше — без. Примерно в Баренцевом море, присматривая за Нашей Арктикой. Ты бы у меня даже освобождения от физры не выпросил.

…Тем временем об участившемся гриппе говорят все активнее. Дорогой Дима, как делишки? Бронхоальвеолярный лаваж делают? Нет ли трахеостомы? Хватает ли кислорода в многоместной палате? От касторки отказывайся, будут конфликты, хотя желательна. Пьешь ли ты арбидол и терафлю? И как? Мне — ничего. Особенного. Подольше стой у окна, тебе нужен свежий воздух. Пищу пусть пробует санитарка, хотя она и так жрет. Следи за ее здоровьем. Вели поставить полулитровые банки на загорелый торс, очень модно и эротично. Штуки две поместятся. Не слушай Дип Перпл, в нем деструктивные экзоаккорды. Окунись в колокольный звон. Жену не отпускай ни на шаг, чашу пьют вместе. И шефа. Тебе же без разницы?

 

259

 

…Дорогой Дима! Как поживает твой грипп? Не перевели ли тебя из многоместной палаты в однокамерную? Скорее вставай на лыжи. Крепче затяни шарф, попроси шефа. Не развилась ли у тебя, часом, интерстициальная пневмония? Но ее усиленно лечат только в Японии, да одних стариков. Так что у твоего шефа шанс есть, а для тебя он довольно призрачный. Да, побольше гуляй по ледяной корке побережья. Не забудь срезать каблуки, легко поскользнуться и распугать рыбу. За это местные спортсмены переведут тебя в травматологию, а там грипп совершенно лишний — надсадный кашель, ребра болят, нос не вытереть.

 

260

 

Вот Голландия: у нас никто не скандалит из-за мигрантов. Разве что в Бирюлево было. Приезжай, кто хошь! Украли у меня мешок медных денег, спаивают ночью… Да попадется им сибиреязвенный баран!

 

261

 

Спичка без головки — это вам как, работницы Пинской фабрики? Чиркать десять минут и без толку? А если хуй без нее попадется? Работников тоже касается, особенно руководства. Это я свою печку развожу. Она же — водонагреватель. Желаю вам этих спичек в адские нагревательные котлы, а пока пусть холодненькая идет. С самого низа.

 

262

 

Добрый, приветливый газовщик, которого, я правда, постоянно путал, как звать – чистенький, пожилой, хронически трезвый, усатый, в неизменном комбинезоне и с чемоданчиком – похоже, начинает вызывать у меня кое-какие пожелания. В третий раз не чинит мне водогрей, а завтра посоветует брать новый, и на какие шиши?

Я желаю ему простого человеческого тепла. Вот самого простого, искренне. Чтобы лежать в обнимку. Но чтобы его сосед был мертв не менее двух суток.

 

263

 

Я у них прошу удаленную работу редактором-переводчиком, а они впаривают мне курсы по этому делу. Желаю им употребить четыре шавермы с молоком в закусочной без сортира. А на стенах повесить рекомендации. Правильная рука, правильный камень — прямо с жаровни…

 

264

 

Выгодная покупка ивановских носков по 100 рублей за 5 штук ничему меня не научила. Сегодня приобрел вязаночку варежек за 69 рублей, пар 5 или 6. Их перетянули резиночкой для лобковых волос, а где произвели – вообще неизвестно. Ношение равнозначно их отсутствию. Цвет беленький такой с желтым окаймлением и синими крапинами, которые бывают, когда: о! у меня проблема! Но теперь, с такой лазурной прокладкой взамен пылко-красной я танцую на этой вписке лучше всех, кто уже ебется! Число отделений – пять, по количеству натуральных и продолбленных отверстий. Да носят их все местные швеи, кассирши, бизнес-фрауен и охранники-азербайджанцы! Согревая пальцы метиловым перегаром. У нас нынче холодно.

 

265

 

По поводу сетевого поиска творческих вакансий выскажу следующее. Достаточно четырех фраз. Можно уместить в две.

  1. Нам нужно вот это.
  2. Умеешь?
  3. Покажи.
  4. Вот маленькое задание средней сложности.

Это все. Но им нужно знать гораздо больше. Где ты учился, на кого, когда тебя вытурили, куда послали служить, твое звание, твои медали. Твои особые навыки и хобби. Твои телефоны, адреса и скайпы. Все места, где ты работал, с печатями давно и ко всеобщей радости скончавшегося начальства. Они хотят выяснить решительно все, вплоть до серийного номера утюга и бирки от трусов.

Я поступил бы иначе. Всех коучей, бизнес-консультантов, фасилитаторов, тренеров и супервизоров я запер бы в зоопарк. И там отдал бы на племя и корм в особо отмороженный обезьянник и оголодавший террариум. Для совершенствования методов мозгового штурма и нахождения решения..

А то ведь спрашивают: почему именно мы? Когда вы нас полюбили? До или после коитуса с нами? Скажем так: проявил вынужденный и сдержанный интерес до, а после не вижу, помимо зоопарка, других вариантов.

Награждать походами в Зоопарк следует исключительно одаренных детей из хоровых коллективов ГРУ, ФСБ, МВД и ФСИН, а также их правнуков.

В слоновнике должны звучать фоновые записи Расторгуева – или лично; среди птиц, не певчих и сравнительно певчих- все остальные. Российские воздушные шары – в триколор, леденцы на палочке – в разновариантной форме государственного черепа.

 

266

 

Нетбук, по несчастью угодивший в чужие руки, заразился троянской микоплазмой и массой ненужного говна, а еще спиздили аккумулятор. Теперь лечимся всей семьей. Уже 17 троянов. Зато нашел всю папку Кино. Записную книжку — нет, пароли сменил.

Зачем этим гориллам кино? Им хватит бумажной, такой, знаете, анимации, где на каждой странице блокнотика — человечек. Для них — ебомый козел.

 

267

 

Bonfire! Пожарище и кострище. И пепелище.

Это сведение Счетов, уплаченных мной дорогому государству в ответ на его неусыпную заботу — проезд, стадион, олимпиаду, ремонт, донбасские подвиги и пр. Коммунальные квитанции. Хранил, приученный бояться управдома.

С налогами и пенсиями, конечно, сложнее.

Нашел даже бумажки прошлого века. Бабка заполняла. В 99-м. Хотя умерла в 98-м. Заглянул на помойку, где пожаробезопасно. Пожурили меня, конечно, соседи. Посулили набить ебало. Но я Чемпион. Согласился, только дайте этому догореть. Ушли. А сборщикам податей, приставам и коллекторам предлагаю слушать означенную композицию при растленных играх в адских котлах. Knife Party – «Bonfire».

Я побоялся считать многолетние суммы, а сколько осталось еще за 3 года!

 

268

 

Дорогой Qiwi! Мы больше не расстанемся с тобой, я не забуду тебя, мы сделаемся регулярными друзьями. Я понимаю, что ты не виноват. Это все дурная компания – шаверма, гамбургеры, винный отдел, сотовая связь. Но вот понадобилось мне послать – через другой терминал, твоего соседа – 100 рублей. Тот восторженно написал: «89 рублей уже мчатся к вам!» Уже 11% комиссия. А потом я нашел еще ненужную бумажную десятку. И решил компенсировать комиссию через твое интимное отверстие. Сунул в тебя ее. На папироски инкассаторам, как выражалась моя бабушка.

А ты мне ответил, что берешь не меньше 20, а таких бумажек нет. У меня был полтинник.  Из него ты выкусил 10. А 40 уже мчатся ко мне.

Я желаю тебе и твоим деловым друзьям, у которых ты не так уж запросто, очевидно, ставишь свои терминалы, чтобы адские черти – хромые от спинной чахотки и слабоумно-распутные от прогрессивного паралича – вставляли свои шанкры в твои узкие, беззащитные щели сегодня на 9%, а завтра уже на 11! И остальные 89% уже мчались к тебе! По адресу: город Санкт-Петербург, ул. Васи Алексеева, дом 1, торговый центр.

 И чтобы рождались от вас дефективные кассовые аппараты с ДЦП клавиатуры, которые ломались бы за 5 минут до закрытия спиртосодержащего магазина.

 

 

 

269

 

Решил я поучиться в онлайновой фотошколе. А в коробке — листовка: научим, если зайдете на страницу и вобьете в поле «Купон» серийный номер камеры.

Я зашел, и поля «Купон» не нашел ни я сам, ни сама страница. Это какое-то дикое для нее слово.

Тому, кто это выдумал, я желаю, чтобы поле образовалось в месте его захоронения. А на памятнике написали «Купон». И повесили портрет, сфотошопленный учеником первого получаса обучения.

 

270

 

Котик любит с утра подолгу сидеть и дышать в открытое окно. А я — нет. Я люблю дышать табачным дымом.

Однако пара слов о совочке для лотка. Которым выгребают лишнее. Я купил, а вчера кончился наполнитель, нужный привезут только нынче. Куда деваться — купил на сутки мелкий посмотреть, что будет. Было все, хорошо, только совочек этот сделали не сплошной лопаточкой, а с широченными щелями, как в граблях! Попробуй подцепи песок!

Я желаю такого совка могильщикам изготовителя. И бульдозеристам, которые приедут потом зачищать пункт их безвестного захоронения.

 

Какая-то тварь устроила небольшой блэкаут в ответственный момент набора букв. Все погасло. Чтоб тебе капнуло на дефебриллятор с пирожка или цикутой.

 

271

 

Был облит автомобилем. Я человек милостивый. Пусть он попадет в нижний слой Рая. Но пусть на него брызжет говнищем из верхнего адского слоя.

 

272

 

Всем изготовителям бритвенных станков я желаю мохнатых ног и мелких операций на них и в паху. А тому, что растет у меня на роже — безнадежно ороговеть до торса и сделать меня Лидером Партии Несгибаемой Бороды.

 

273

 

Порой ведь хочется не проклинать, а благословлять, причем одновременно.

Тому, кто придумал раскладку англ-рус, я бы выдергал ногти под просроченным советским новокаином под язык. При этом сами ногти разделил на десять ровных квадратиков.

С другой стороны, раскладка – вещь нужная. Купил бы мазь Вишневского, а клавиатуру провел прямо в мозг. Пишут, что если этого еще нет, то дело недалекого будушего.

 

274

 

Я хочу сделать проклятие изобретателю иголки и нитки.

Первому — небось еще рыболову. Пусть ему в аду достанутся особенно сволочной слон и близорукость. Пусть он заталкивает слону в жопу непослушный канат диаметром в три четверти жопы — до хобота, а слон, если у мастера чудом получится, выдергивает все это хоботом обратно.

 

275

 

Рекламный ребенок, который желает влажной туалетной бумаги после сухой, мне надоел. Желаю ему расстройства желудка и наждака. «Чтобы все было чисто!» Как, вероятно, у взрослых, хотя он в законных сомнениях.

 

 

 

 

276

 

Создателям Гадкого, Туалетного и прочего Утенка вот с этим кубиком на носике, который нужно повернуть и брызнуть, я желаю такой же поилки на больничном смертном одре, с некоторой неловкостью в пальцах и голове.

 

277

 

С экрана: «гениальные бьютилайфхаки». Желаю участницам чего-нибудь еще неформатного, что пишут по-латыни.

 

278

 

Почта России в очередной раз поразила меня в самое сердце. Месяц назад отправил бандерольку в Москву. Без всяких чеков для отслеживания, придурок. Не дошла. Пришел в отделение — разыскать невозможно, говорят.

— Это вам только заявление на розыск писать!

— А куда, где, кому?

Дальше — та-дам!

— А у вас его не примут!

Я желаю этой структуре самой разослаться по атомам до востребования, а потом собраться заново не целиком. В виде горбатого прокаженного карлика, а не милой девоньки за стеклом.

 

279

 

В гробу я видал эти конкурсы. Все требуют себе права первой ночи! Чтобы вещь, понимаете, не засветилась нигде. Ну да, я что-нибудь напишу, да побольше, и никому не покажу, буду ждать их замечательного соревнования. Желаю организаторам лет пятьдесят дожидаться конкурса «Стоячий хер», а потом блеснуть при свете софитов.

 

280

 

Телевизор, конечно, заслуживает сожжения. Батя посмотрел какую-то передачу про мужика, который переправил все семейство в Израиль и остался один. Батя пересказал это маменьке, да еще пошутил как-то. Маменька по причине нездоровой головы не поняла и решила, что это случилось со мной и моим окружением. В панике позвонила. Я вообще ничего не знал и сидел себе спокойно, не трогая никого. Совершенно не мог понять, что ее так возбудило и с чего она это взяла. Старички разругались. Желаю Останкино переместиться в Сомали.

 

281

 

Чешу в затылке: котик-то мой, оказывается, жрет дамский корм. То-то смотрю, он раздобрел, как продавщица в колбасном отделе. Это я не доглядел. Поверил Петшопу. Желаю его сотрудникам оволосения лобка по мужскому типу. А сотрудникам — по женскому.

 

 

282

Окно открыто. Какая-то сволочь жарит яичницу. Что надо состряпать, чтобы на весь двор? Желаю им добавить еще пару желтков. Не отделяя от гурмана-носителя. Потом пусть идет на работу в костюме и галстуке.

 

283

 

Печатаешь так вовсю, голова не поспевает за руками, меняешь раскладочку, набиваешь, снова меняешь, чтобы опять было по-русски, ударяешь — звяк! Не бьется. Выскакивает какая-то фигня, надо кликнуть по экрану, чтобы дальше. Мелочь! Но полная фрустрация, как лбом о стенку с разгона.  Кто это придумал? Желаю ему звяка перед оргазмом партнерши, чтобы все заново, а годы уже не те.

 

284

 

В недобрый час увидел похвальный коммент к одному тексту: «Какое лакомство)».  Скрутило меня в штопор, а откупорить нечего. Тихо завыл. Глаза превратились в щелочки. Желаю найти ценителя прозы, связать его горящим бикфордовым шнуром. Набить с обеих концов пищеварительной трубки пирожными и утрамбовать их мастерком. Потом сбросить с балкона на оживленную магистраль.

 

285

 

С Ростелекомом:  — Зачем ваш робот сразу пугает меня нулевым балансом?  — Он всем так делает!  — Зачем??…  — Это сделано для удобства!  — Чьего?..  — Вашего!

Ростелекому желаю следующего. Пусть робот, который у них отвечает на обращения граждан, организует в их столовке дизентерию.  Далее пусть этот робот заблокирует все санитарные помещения, а также входы и выходы.  Пусть он на вопли удивленно отвечает: Я вас не поняла.  И пусть включит музыку ожидания из Терминатора.

 

286

 

Вот вы мне снова скажете, что на фиг городской телефон, и будете правы, и я приостанавливал его работу на год официально, но мало ли что, а мало ли что случалось, да, и еще я знаю, с каким трудом добывал в свое время этот номер дед — короче, время вышло, и мы решили, что ладно, пусть будет, и подключили, и я сказал: смотри, увидишь, что начнется, и вот извольте, сегодня первый звонок, какая-то тетя, ей некий Сидорков дал этот номер как контактный — ах, я не Сидорков? а это квартира или организация? а давно ли у меня этот номер? да пошла ты к дьяволу, я ума не приложу, кто такой Сидорков и где могли пересечься мои пути с такой гнидой.

 

287

 

Наткнулся на эпитет. Есть люди, которые оценивают произведение не словом «вкусный», а словом «сочный».  Я желаю им попасть под пресс. Право выбрать режим истечения сока можно оставить за ними. Оно может быть стремительным или постепенным, но в обоих случаях — до полного прекращения секреции.

 

288

 

Опять эта сволочь за стеной сверлит. Помню, я как-то бросил что-то в окно, так он мне длинную лекцию прочел, хотя никого не задело. Я не стал ему напоминать, как он спал на лестнице в персональной луже, а его бородатая собачка горестно на это взирала.  Только тем и утешаюсь, что представляю трепанацию егойного черепа.

 

289

 

Грозятся с экрана фейсбученьку нашу закрыть, как Линкед-ин — ну, если, как Линкед-ин, где я только что побывал, то пускай закрывают. Кто там главный в надзоре? Желаю, чтобы ему так же закрыли ректальный свищ.

 

290

 

Сенаторам не нравятся котлеты в столовке. Между прочим, это вполне может быть. Я уверен, что по причине какого-нибудь бюрократического выверта — ну, прописана где-нибудь эта норма — им и правда подают биточки, какие делали встарь.

Я умею котлеты. Пусть меня позовут. В каждой будет монетка на счастье. Юбилейный рубль в честь чего-нибудь важного. И за грибочками сбегаю для подливки, которых не брал для себя, ибо не смел, не по чину.

 

291

 

Хрустальные погоны для генералов — пустая трата денежных средств, хотя не отрицаю, работа мысли идет в правильном направлении. Нужны хрустальные сапоги. И заставить делать, как выражался наш военрук, не знавший родов и падежей, «делать марш перед боевой знамя части». Потом оснастить хрустальными касками и откомандировать в южные широты.

 

292

 

Сгори, собачий Сбербанк, в адском пламени. Со своей регистрацией онлайн. Я понимаю, что логин sukablya1 может быть занят. Но какого хера ты не принимаешь вообще фантастику, которую я пишу — дескать, нельзя логины, которым меньше 3 месяцев? Я ни разу не логинился как ebalyavasvrot2017!

 

293

 

Дорогой Сбербанк! Тут какое-то недоразумение. Ты предлагаешь мне с короткого номера 900 пятьдесят две тысячи рублей под 20,9% годовых, а я тебе предлагаю пойти на хуй. Но СМС почему-то не проходит. Пишут, что неизвестный запрос. Так что ознакомься с этим запросом здесь.

 

294

 

Арестовали и хотят посадить реконструктора. За мушкет. Стреляет, дескать, а потому нельзя.  Я считаю, что правильно. Ничего хорошего они не реконструируют, сплошные смертоубийства. Нет бы реконструировать что-нибудь полезное — прививку себе опасной болезни, например.

 

295

 

Говорят, введут налог на моего котика.  Ну, я поставил его в известность. Пусть платит, прописывается, выправляет паспорт — все сам.  У меня еще паучок живет без регистрации. Пойду приводить его в соответствие с нормативами.

Закон не доработан.  Необходимо считать, что котик по умолчанию есть у всех. И песик. И лобковые вши. Вносить их в коммунальную платежку. Кто не оплатит — запретить летать не только в Турцию, но и вообще самолетом. И троллейбусом.  Со всех, кто задекларирует отсутствие котика, брать тотальные смывы шлангом и при обнаружении посторонней шерсти — судить рублем.

Я думаю, что если гражданские правила распространятся на животных, то и животные правила должны распространиться на граждан. В первую очередь, на тех, которые это придумывают. Кастрация, сухой корм, ссаной тряпкой по морде, чипирование — ну и, конечно, усыпление.

 

296

 

— А хотите, я вам мелочью дам? – Внезапно. После рандомизированного исследования кошелечка двойным слепым методом.

— Конечно, давайте! Мне мелочишка нужна!

Обе начинают рыться, как куры. Я стою, переминаюсь.

— И кошелек легче стал!

Да пусть он так полегчает, что на душе станет тяжело!

 

297

 

Не знал такого существительного — «погрыз».

Это был давеча куплен спрей. От погрызов. Так написано. Хорошо, что я прочитал мелкие буковки перед тем, как применить. Это не ОТ, а ДЛЯ! Чтобы погрызу подвергались какие-то другие места взамен нежелательного. Отвлекающий маневр. Там валерьянка и еще какая-то хуйня. Воображаю, что было бы, опрыскай я этим зельем дверь, которую котик скребет по ночам.

Желаю тем, кто так написал, опрыскать себе ОТ погрыза гениталии и зайти в клетку с тигром.

 

298

 

Напрасно я хвалил газовщика — культурный дядечка, с седыми усами, вечно подтянутый. Нельзя этого делать.

Явился, чмо — натоптал, как бизон, улегся на пол в котину миску, вшивую шапочку метнул на стол, на кухонный ножик прямо, где я соприкасаюсь им с пищей; обругал мой шланг, как будто я сам из себя уретру добыл и попросил присобачить; велел купить всякой дряни в ебенях и сделать пропилы для его кранов, ничего не сделал и ушел. Ненавижу пролетариев, и пусть их скорее заменят роботы. Можно будет хотя бы «хуй» написать на корпусе.

 

299

 

Звонит электрик. Должен был появиться три часа назад. Вопрос:

— Вы когда спать ложитесь? Чтобы я сориентировался…

В каком это смысле? Чтобы что у нас делать? Дорогой рабочий класс! Желаю тебе, чтобы в Новом году, прямо 1 января часов в девять утра, сбылось абсолютно все, что ты себе нажелаешь за ночь и успеешь забыть. Скопом, сразу, под елочкой и обязательно буквально.

 

300

 

Сборщик мебели обещал прийти утром и трудиться весь день. В час его не было. На звонок ответил, что будет через сорок минут.

Сейчас три, его нет.

Хочется тоже не спеша собрать ему какой-нибудь конструктор в брюшной полости. Или нарезать из него пазл и подарить для сборки альтернативно одаренным детям.

301

 

Подсунули плохую картошку. Сладкоголосая сбытчица исполняла передо мной эротический танец, отвлекая от содержимого пакета. Сейчас я выковыряю ей глазки картофельным ножом. И пожелаю, чтобы у ее сожителя гонады стали как эта картошка. Килограммовыми, с приятным сладким привкусом и черными полостями внутри.

 

302

 

Закрыли метро. У меня перед носом. «Обнаружен бесхозный предмет». А на дворе такая зима-красавица, что я мог сам превратиться в бесхозный предмет.

Желаю тому, кто оставляет предмет, бесхозной могилы. Чтобы слегка огорченные родственники забыли дорогу к ней после веселых поминок.

 

303

 

Часов с шести утра под окном стоит немного побитый тарантас и тарахтит так, что не спасает никакая звукоизоляция. Желаю владельцу состыковать это с прощальным криком своей одинокой и непонятой души. Чтобы выхлоп пошел в закупоренный салон. Тогда я готов слушать с половины шестого и даже смотреть, хоть ничего и не видно.

 

304

 

Посмотрел половину «Формы воды». Ахинея какая-то. Говорят, там убьют котика. Я еще не досмотрел. Дорогой Гильермо дель Торо! За убийство котика желаю тебе сняться в роли огромной жабы. Пусть русские шпионы, они же мафия, возьмут кузнечный мех и накачают тебя метаном с возгласами «Товарисч!» А потом подожгут. И пусть это потом показывают твоим деткам перед сном.

 

305

 

Вчера я впервые в жизни посетил универсам «Народный». Меня раздирают противоречивые чувства.

С одной стороны, это вполне эконом-вариант, и надо сказать спасибо. Что с того, что там на кассе преобладает мелкий опт для всего кишлака? С другой, мне хочется немедленно засыпать это место негашеной известью и стереть его с географических карт. А глобус вообще пробить гвоздем наугад, в запальчивости.

 

 

306

 

Маршрутка окатила нас с головы до ног. Я вспылил. И догнал. Думал, убью. Из-за руля недоуменно взглянула рожа, готовая лопнуть от шавермы. Короче, желаю ей немедленно перенестись в Учкудук и водить между тремя колодцами ковер-самолет из этнического торгового центра «Народный». И пусть колодцы будут следами от копытец: ишачьего, бараньего и верблюжьего.

 

307

 

Я ненавижу переводить про одежду. Что это такое: beaded leggings? Обстановка средневековая, штаны на солдате. Я посылаю одежде проклятье: пусть она не находит себе применения, а лучше — содержания и наполнения в виде таких писателей, которые всем кагалом переместятся в ад, где она не особенно нужна.

 

308

 

Звонили агитаторы за явку на выборы. Как назло, меня не оказалось дома. Была жена. Она растерялась и повесила трубку. Как же мне не везет!

Будем считать, что сура 308 есть, но ее как бы нет.

 

309

 

Пришел в одну контору по дельцу, а там вахтер. Лет шестидесяти. Сидит в бейсболочке и безрукавке, что-то кушает теплое, глаза по-детски расширены и удивлены. Сверкают. Потребовал у меня паспорт, а я его не ношу. Начал я ему что-то говорить.

— Не надо мне тут ничего объяснять, — зарычало насекомое.

Значит, так. Я желаю ему, чтобы глаза стали еще больше. Затем чтобы открылся рот. И заорал. И желаю, чтобы мне не хватило таланта описать то, что произойдет с ним ниже пояса. Чтобы сбежалось МЧС и лишилось от шока чувств.

 

310

 

Я согласен с Макаревичем. Телебашню надо спилить. Но Макаревич добрый, а я не очень — тоже злобный дебил благодаря этой башне, только с обратным знаком, и поэтому уточню, что сделать это нужно в рабочий полдень. Чтобы при падении там находились полюбившиеся обществу телеведущие с гостями своих студий.

 

311

 

Странно, но я еще ни разу не пожелал ничего хорошего производителям скотча. Мне не верится, что в век полетов и скоростей невозможно придумать, как поудобнее нащупать краешек этой ленты. Я полчаса водил пальцем по идеально гладкой поверхности, туда и обратно. Потом ногтем. Безрезультатно.

Желаю им, чтобы такой же стала поверхность их мозга. Если еще нет. К моменту какой-нибудь аттестации.

 

 

312

 

Тем, кто желает окружающим начать что-либо с себя, я тоже пожелаю — того же самого, когда обострится половое желание.

 

 

313

 

Опять читаю про «надо менять себя». Да я бы рад! Но вынужден подождать. До следующей жизни. Желаю себе перевоплотиться в свирепого километрового робота с причудливыми сексуальными фантазиями, который получит неограниченную власть над сушей, водой и воздухом. Можно над частью — какая она там, шестая или сейчас немного поменьше?

 

314

 

Пишут, столичная мэрия предлагает онкобольным выздоравливать самостоятельно, а себе закупила полисы для лечения рака за границей.

Ну, желаю, чтобы пригодились!

 

315

 

Появилась идея обновить сей Колчан к 315-летию града Петрова в печатном виде. Дело нужное и приятное, но разве можно проклинать любимый город?

Надо наступить себе на горло и пожелать ему чего-нибудь хорошего. Ну вот, например.

Город наш неуклонно разрастается и простирается все дальше в ебеня. В частности, на восток. Пусть он дотянется до местечка Колтуши. Хозяин тамошний, олигарх, не так давно построил миниатюрный Биг Бен, который отбивает часы и снабжен надписью: «Колтушам — 510 лет». Теперь уже немного побольше. Вот и городу сразу станет не 315, а пятьсот сколько-то там! Это солиднее. И пусть туда перенесут городское правительство, парламент, конституционный и прочие суды, штаб и так далее.

 

316

 

Звонок.

— Здравствуйте, у меня тут записано, что вам установлены пластиковые окна с гарантией до двух лет. — Читает адрес. — Это так?

— Здравствуйте, а у меня записано, что вам установлен радиоактивный зубной протез и кишечно-мозговой анастомоз. Так ли это? Как вообще самочувствие?

Нет, я этого не сказал. Только подумал. Я прямо спросил: чего вам пожелать? Там с испуганным смехом повесили трубку.

 

317

 

Кстати, все забываю выразить пожелания одному довольно многочисленному, наглому и агрессивному племени под названием «фанаты разнообразной фэнтези и фантастики», которые за неимением собственной жизни реконструируют сказочную, и всячески за ней следят, и выискивают в переводах блох, и доебываются до переводчиков, если те вдруг напишут «месье Гондон», а в прошлых книгах фигурировал «мессир Гвидон». Желаю им пару сотен часов физических исправительных работ. Желательно уличных, с метлой и мотыгой. И еще их надо сечь.

 

318

 

Дочура в сотый раз сдает документы на загран. Скачала анкету с сайта, а та устарела («Новое все только у нас!» — сказали на месте), перепечатка стоит полторы тыщи, а место в очереди (талончик) стало не сотое, а сто девяносто пятое. Желаю тамошним работникам столкнуться с такой же неожиданностью у Небесных Врат. Пусть им скажут, что заповеди устарелые. А в новые добавлен сам факт их существования, и нет греха ужаснее.

 

319

 

«Уважаемый клиент! Стоимость вашего тарифного плана ИЗМЕНИТСЯ на 50 рублей».

Нет, ну надо же. Изменится. Интересно, в какую сторону? Ну, томить они не стали, сразу и подсказали. Очень корректный маркетинг. Дорогой Ростелеком! Я желаю, чтобы у тебя изменилась внутренняя секреция, да и вообще здоровье. Подсказать, как?

 

320

 

Перевожу любимое: «Благодарности». Много имен. «Все они дружат, — пишет автор, — большинство – реконструкторы, мечники, ролевые игроки и поклонники фэнтези».

Этот бы списочек целиком, без правки — в канцелярию Сатаны, на стол.

 

321

 

Как там у Куприна? Черти, дряни, дураки? Продали, негодяи, негодную флешку. На нее немного скопируется — и дальше ноль скорости. И форматировал, и перезагружал — без толку. Потом аппарат вообще перестает ее видеть. Что с этим делать? Я знаю, что. Вмонтировать причастному в солнечное сплетение, чтобы содержимое кишечника загружалось в мозг и зависало на полпути, а сам причастный чтобы числился умершим.

 

322

 

Тому, кто придумал петь «хот-дог» на мотив «Sex bomb», я сами догадайтесь, чего желаю. Автору исходника, впрочем, того же.

 

323

 

Вынул из ящика продолговатый именной конверт. Напрягся. Не люблю я таких писем. Не разуваясь, распечатал. Открытие Крымского моста! Памятная медаль. Спешите заказать, количество ограничено, а если не понравится, то можно вернуть в 14-дневный срок. Мне понравится! При условии, что отправитель в 14-дневный срок и ни секундой позднее повесит эту медаль себе на шею и с этого моста прыгнет. Оплату гарантирую.

 

324

 

Выяснилось, что дорогой Сбербанк закрыл мою сберкнижку. Упреждая: да, я тот самый динозавр, у которого она еще есть. Буду вымирать. И прекращать эту хуйню. Я желаю Сбербанку, чтобы в один прекрасный день он проснулся и обнаружил, что закрыт. Но не в смысле юридическом и дверей! Закупорен наглухо строительной пеной, после чего понадобятся неоднократные реконструктивные операции.

 

325

 

Проклятье впервые не сочинилось у меня, а явилось в сновидении. Так что не знаю, мое ли детище.

Я был пожилым и хитрым копом. Сказал злодею:

— Вот чего мне хочется: сидеть перед железнодорожными путями и смотреть, как мчится бесконечно длинный поезд. А в нем везут твой член. Но не целиком, а повагонно.

 

326

 

Имею проклятье для коллектива спичечной фабрики «Белка-Фаворит». У меня не нашлось зажигалки, я прихватил спички и исчиркал полкоробка на одно прикуривание.

Значит, так. Пусть эти спички окажутся в распоряжении коллектива, когда он попадет в темный лес, глубокой ночью, в состоянии Белки-Форпост. Другого огня не будет. И пусть ему чудится во бреду, будто со всех сторон к нему подкрадываются бешеные животные, змеи, ядовитые жабы, убийцы и мобильные трупы. И гомосеки. Посветить коллективу нечем. Руки трясутся. Наконец, последняя спичка загорится, и пусть выяснится, что все это правда.

 

327

 

В четыре утра разбудили чайки. Орали так, что стекла дрожали. Почему к этим птицам относятся сравнительно терпимо? Ведь хуже голубей. Я им желаю, чтобы не Чехов про них написал пьесу, а сняли современную российскую комедию, и чтобы Безруков или Пореченков сыграли самую глупую и уродливую.

 

328

 

Суки, где дождь? Сегодня хоть можно посидеть дома, а вчера по такой погоде надел еще халат, да в ботинках сидел — думал, конец мне пришел неожиданный. До того одурел, что написал «диск С7-С8». Это могло стоить мне места, восьмой-то шейный позвонок. Может, о корешках думал, а может, и в самом деле вообразил. Ебанулся на отличненько, но вроде пока обошлось. Если дождя не будет, пожелаю Илье Пророку вот этого восьмого шейного позвонка. И девятого. И пятнадцатого. А остальных чтоб было два-три. И копчик подвижный.

 

329

 

Вчера было круто. Понадобилось съездить в незнакомое место, доверился ресурсу «как проехать». В итоге добирался три с половиной часа вместо сорока минут. Пробки плюс другие выгодные плюсы. Всем, кто к этому причастен, я желаю, чтобы им проложили удобный маршрут в мире загробном. В их персональный ад, но с заездом в десять тысяч чужих при горячем участии в этих посторонних адах.

 

330

 

Дорогой Мегафон! Я перешел на тебя в силу тяжелой необходимости, и сразу выяснилось, что у меня подключена платная услуга «замени гудок». С веселой песней. Без моего ведома. Ты списывал с меня по 3 рублика в день. Я желаю, чтобы тебе тоже заменили гудок. На корабельный ревун. Ты понял, о чем я. Еще желаю метеоризма.

 

 

331

 

Ходили за грибами, в очередной раз выкосили лесок. Может, в последний. Промокли чуть более, чем насквозь. Военным, которые разбросали колючую проволоку так, что я упал, желаю на ней же удавиться. В назидание дорожным рабочим, из-за которых мы час не могли выехать. Их пусть ожидает то же самое.

 

332

 

В сЕти. Нет сЕти. «Тятя, тятя, наши сети» — чтоб это про вас было, кто так говорит.

 

333

 

«Он горячий, она горячая». She’s hot. Тем, кто так переводит, желаю вступить в интимную связь с выпечными изделиями, которые с пылу и с жару.

 

334

 

Читал сегодня про опыты, в том числе отечественные, на мышах. Им ампутировали верхние лапы и заставляли ходить на задних, чтобы развивался остеохондроз. Ведь у животного нет остеохондроза, а есть хвост, и вообще заебись. Остеохондроз развивался. Размышлял над ответными опытами. Можно смоделировать из участников разнообразных животных. Например, змей, у которых вообще нет конечностей. Взять чайник с кипятком и воспроизвести линьку.

 

335

 

В повести о Ходже Насреддине есть эпизод, где меняла лишает жену признаков благоволения, а потом раскаивается и прибивает полочки, балдахины, занавеси, который сам и содрал. Меня эта сцена всегда повергала в ужас, я представлял, какой ад все это вешать. Я никого благоволения не лишал, но все равно ползаю и вешаю заново. А потому хочу кое-что пожелать изготовителям рамок с железными петельками. Пусть вас, дорогие изготовители, так же вешают на площади — примериваясь и целясь раз по двести, чтобы вы срывались, но вас подхватывали, и опять, и опять.

 

336

 

Дорогой Сбербанк! Я прилег вздремнуть, а ты позвонил мне с предложением выгодного кредита. Я желаю, чтобы тебе, когда ты уснешь вечным сном, позвонил Сатана.

 

337

 

Проклятье будильнику: желаю ему научиться уставать и страдать. И стоять в морге.

 

338

 

Пришла к коллеге пациентка, богатая. В цацках. Цацки пришлось снять. Барыню обработали и отпустили, а через пару часов она позвонила: исчез, пропал браслет с брюликами!

Гром прошел по пеклу. Перетряхнули всю помойку. Коллега начал покрываться сединой и вообще диким волосом. Позвонили ей — дескать, нету, а она: да я уже нашла! Могла бы и сообщить. Желаю ей Мобильного Лунного Камня в мочеточник.

 

339

 

Не совсем инвектива. Узнал о высказывании депутатши Драпеки о том, что мат — сильное и страшное заклинание с ужасными последствиями. Значит, я маг и чародей! Расправляю плечи, грудь колесом. Шел по городу волшебник.

 

340

 

До странного исступления доводят меня отзывы типа «Имярек уже не тот». Имярек-то, возможно, и не тот, зато сам ты — тот, каким, как ни печально, был и будешь всегда. Если «тот» юмористически заменяется на «торт», то хочется вообще удавить, предварительно скормив десяток несвежих эклеров.

 

341

 

Знаете, какая музыка прицепилась и звучит в черепе? Та, которую ставят на режим ожидания медицинские страховые компании. Считаю это производственной травмой. Желаю им, чтобы эта музыка играла на их похоронах в траурном зале. Чтобы скорбящие родственники входили в зал под нее, чтобы под нее же опускались гробы.

 

342

 

Тут возникло недопонимание из-за ролика про бийского дедушку, который, по его словам, последний хуй с солью доедает, а потому был недоволен новогодней елочкой, когда поинтересовались его мнением. Я на это скажу, что у нас по соседству у здания администрации тоже поставили елочку, а напротив — поликлиника, где нет талонов даже к терапевту, так вот у меня тоже есть желание затолкать эту елочку в жопу администрации, у которой до сих пор, сукаблять, серп и молот горят в ночи красным огнем.

 

© 2007-2018 — till death do us part

Пассажиры

Это маленькие рассказы-впечатления о поездах, троллейбусах, автобусах, трамваях и тех, кто в них ездит. Они накапливались, и вот их набралось достаточно, чтобы показать вместе, ибо концентрация всегда способствует лучшему впечатлению. Они создавались в дневниковом режиме, и этот налет сохранился.

 

 

Желание

 

 

Иногда возникает желание придумать поезд.

Но все поезда уже придуманы. Пелевин, начитавшись Голубой стрелы, придумал Желтую. Уже существует Паровозик из Ромашкова. Есть жуткий поезд Блейн, за которого Кинг достоин безжалостного психоанализа — чего-то там насчет удержания и отпускания. Самый, по-моему, симпатичный поезд — у машиниста Лукаса работы Микаэля Энде (не путать, конечно, с писательницей Лукасом Ольгой, у нее нет поезда, но и она разъезжает туда-сюда, от Петербурга до Москвы и обратно).

Есть достоевский поезд, разводящий своих мрачных пассажиров по угрюмым романам. Есть толстовский, со следами Анны Карениной на осях-колесях. Даже была сомнительная скороговорка «поезда-поезда».

У Масодова есть атомный бронепоезд. У Сорокина — ломтевоз. У Корецкого – поезд с баллистической ракетой.

Поезд всемогущ, и советская группа «Земляне» обращалась к нему с такой, если я только ничего не путаю и не перевираю, молитвой: «Поезд, пока не поздно – надо любовь спасти».

Стоит на запасном пути, как нас уверяли на кафедре микробиологии, и наш бактериологический бронепоезд. А у Александра Покровского вообще не счесть поездов – правда, они временно превратились в подводные лодки.

У Агаты Кристи есть «Восточный экспресс» и «Тайна голубого поезда».

Но хочется чего-то своего. С вагоном-рестораном и проводницами неизвестного назначения и следования. Что-то вроде Красной стрелы, только без почивших в бозе Хрюна и Степана с их подозрительными друзьями-попутчиками.

И красного цвета тоже, пожалуй, не надо. И долгих стоянок при буфетах. И чтобы станционный колокол по ком-нибудь звонил.

Теперь — откланяюсь и отправлюсь на самый обычный, зеленый поезд. Называется Электричка.

 

 

Ручьи

 

 

Ехал я вчера (тут у меня постоянное вчера-сегодня, пусть вас это не смущает, потому что наполовину дневник) в электричке: лето же началось. Ну, и люди начались. Что о нем скажешь, сидевшем напротив? Будто и ничего. Загадка, которых шесть миллиардов. Лет пятидесяти, в трениках, очень обиженный кармой: весь в бородавках; ведь бородавки — следы многократного кармического отягощения. Мне так, во всяком случае, рассказывали мудрые книги. У меня их на руках было полно, но я еще в школе свою карму выправил, и все они сошли от колхозных ядохимикатов, и мне теперь доброжелательно улыбается Будда. Иногда, правда, случится какая-нибудь немыслимая гадость, а Будда все лыбится, и начинаю сомневаться в адекватности его чувства юмора. Ну да Христос с ним, с Буддой.

Так вот: сидел он, весь в бородавочках, с болезнью даже, я бы сказал, Реклингаузена, при которой образуются многочисленные жировики, с собачьими глазами и телефоном в кармане. Телефон зазвонил, и он торопливо заговорил: да, я в Ручьях, буду дома через сорок четыре минуты, везу свежие грибы. Помолчал, выдержал удивленную паузу и пояснил: Строчки. Видно было, что он на что-то надеется, что очень рад строчкам. Благодаря этому грибному сбору ему зачтут один грех, и какая-нибудь бородавка отвалится, отсохнет .Отлепится, сидит. И вроде, успокоился. И вдруг раскрыл пакет с этими ведьминскими строчками, понюхал оттуда и расстроился снова. Так расстроился один мой кот, когда лизал-лизал у себя под хвостом, а потом вдруг перестал, задумался и понюхал, и ему морду перекосило. Поэтому со своими строчками в пакете он, пассажир, ехал уже вконец опечаленный, безнадежный. Думал заслужить ими нечто, но выходило, что нет, не заслужил… Тоска в его глазах сгущалась с каждым километровым столбом, но только версты полосаты попадалися одне. Он начал нервничать, озираться, о чем-то бормотать. Ушел и унес свою ношу в тамбур, ему стало невыносимо сидеть.

 

 

Гармонь

 

 

Впервые ощутил в электричке желание подать убогому гармонисту. Потому что он разбудил соседа напротив, который храпел так, что хотелось добавить ему насморка для полного перекрывания кислорода. Не подал: тот снова вырубился от веселой песни и сам подключился к основному инструменту своим, вспомогательным. «Детство, детство, ты куда ушло», — пел гармонист. А его аккомпаниатор уже давно сопел, как я догадался, о том же — с момента посадки и до самой высадки. Между прочим, на пальце у него было кольцо всевластья с рунами для транспортных срунов и храпунов.

 

 

Кое о чем забыл

 

 

Затеяв сериал о пассажирах, я по оплошности забыл назвать кое-кого из тех, кого сам же и прихватил себе в попутчики. В частности, ехал со мною толстенный Фома по фамилии Аквинат, которого на богословских хлебах раскидало так, что он еще не полностью выгрузился из типографской пекарни, а уже претендовал на два места, имея в себе два тома, побольше и поменьше; на меньшего я приобрел собачий билет, но контролер был настроен против, хотя больший все налегал на какие-то индульгенции. Толстый Фома достал меня требованием обсуждать только те вещи, причины которых самоочевидны; мне же они самоочевидными не казались, и я заслушался историей другого своего спутника, Стивена Кинга, чей рассказ о Волках города Кальи тоже не был самоочевидным, но зато довольно захватывающим. Да и места этот Кинг занимал поменьше Фомы, и вообще он угодил под колеса пять лет назад — меня по специфике прошлой – врачебной — профессии просто притягивают инвалиды, так уж написано на роду. А если какой монашествующий хомяк и угодил под телегу, то это уже совсем другой механизм травмы.

 

 

Гранин

 

 

Вчера в электричке расплачивался за праздное любопытство. В вагоне ехал старичок, как две капли воды похожий на писателя Даниила Гранина. Я Гранина однажды видел и отношусь к нему доброжелательно.

Я заинтересовался старичком и даже сел напротив, чтобы его изучать. Проклятый дед обрадовался и сразу вступил в разговор. Я спросил у него в лоб, не Гранин ли он («Кто такой?» — удивился старичок). Оказалось, что это железнодорожник.

«Железная дорога», — бросил он проходившим мимо контролерам. Со строгим достоинством. Но потом его поволокло на литературу, он стал рассуждать о недавно почившем в бозе Быкове (Василе), Солженицыне, Николае Островском. И я задумался: может быть, это все-таки Гранин? Может быть, он просто очень скромный? Ведь поразительно был похож, феноменально. Одно смущает: зачем он назвался перед контролерами железной дорогой? Неужели сжульничал? Досадно такое крохоборство в известном писателе. Пожилой человек, между прочим, а я с ребенком был.

 

 

Мешок

 

 

Речь, вообще говоря, пойдет не о пассажирке, а о ее мешке.

Пассажирка – обычная дачная бабушка, хлебосольная, живенькая такая (неспроста!)

Мешок у нее завелся примечательный. С красными полосами поперек и красным шрифтом покрупнее и помельче: ПОДАРОК ИИСУСУ ХРИСТУ. ПОДАРОК ИИСУСУ ХРИСТУ В ДЕНЬ ЕГО РОЖДЕНИЯ.

Строчек восемь.

А из мешка проступает простенькое барахлишко; покушать что-то в фольге, яблочко.

Был такой мультик: «Подарок для самого слабого». Прислали в лес огромный ящик. Для зайчика, конечно. Ну, все самые слабые – волки там, лисы, медведи и не помню еще, кто там живет в лесу – передрались, доказывая слабость ума. А ящик открылся, и вышел оттуда Лев Рыкающий всех пожирать, кроме зайчика. Кто имеет мудрость, тот сделает вывод.

 

 

Путевая заметка

 

 

Электричка.

Едут: я. Неизвестный дедуля. Неизвестные сопроводительницы дедули, они же его спутницы.

Дедуля (с удовольствием повторяет четыре или пять раз):

— У меня удостоверение есть , — (втолковывает ахающим от изумления соседкам). — Но я билет-то беру. Восемь рублей — что мне? Смешно. Пятьдесят копеек зона. Зачем это я буду за так ездить?

И его простое лицо улыбается. И все радуются за него и за всех людей. И я радуюсь его простому улыбающемуся лицу, сознательности которого радуются все другие люди.

«Жива страна, — думаю про себя, — коль не стоит село без праведника». Бессознательно и без особого желания повторяя живого покамест классика.

Пришел контролер. Никакого билета у дедули не было, было удостоверение, но он и здесь не воспользовался документом, а стал, наглядевшись на зайцев и обиженно повинуясь традиции, совать мытарю взятку достоинством в десять рублей.

Я понял, что на дедулю в космической перспективе полагаться нельзя. Его добронародная и просветленная простота были вызваны склерозом и нарастающей энцефалопатией.

Но село все-таки стоит. У меня был билет. Да. Не все еще сгнило.

 

 

Акустика

 

 

Еду с дачи.

Слева — молодое семейство: он, она, некто вроде дочки и такса.

Едва уселись, такса затеяла омерзительный визг. Ехать мне было долго, и я расстроился.

Но умная псина поняла, где находится, быстро угомонилась, и мои нервы успокоились соответственно. Электричка весело неслась, размахивая мороженым.

Однако вдруг я услышал скрипучие, газоиспускательные звуки, которые были во сто крат отвратительнее таксиных. Я никак не мог установить источник, крутил головой. Потом увидел и понял, что хозяин таксы, недовольный ее сном, будит ее, делая так губами. Та морщилась, но он не унимался и делал дальше.

 

 

Денисы и Дионисы

 

 

Сколь отрадно возрождение античной культуры стихосложения в двух дебильных молодых людях, что заняли переднее сиденье троллейбуса. Одиночное. Они сидели друг у друга на коленях, являя собой образчик патологии влечения. В своем недуге они утешали друг друга стихами.

Один читал громко и складно, что-то про крокодилов и плаванье в бассейне с неизбежным кусанием – я не успел записать, к сожалению; потом – про кукушку, которая чешет ему часы.

Другой вторил тихо, но в унисон, судя по взаимному благодушию.

А троллейбус стоял на Литейной пробке, как влитой. Пробка образовалась на славу: поучительная и познавательная. Вокруг стояла тишина.

Когда двери распахнулись, влюбленная пара с клиническим – поверьте специалисту – диагнозом на лице, одним на двоих, в обнимку помчалась навстречу зоологическим чудесам, ради которых зоопарки не надобны, их везде предостаточно.

 

 

Что нужно делать, чтобы стать героем романа?

 

 

Не так уж много.

Чтобы попасть в мой роман или во что другое, человек может сделать, к примеру, такую вещь.

Напротив меня, в электрическом поезде, сидел юноша лет семнадцати-двадцати, и он слушал плеер (в роман попал). Без машинки вполне нормальный и заурядный, в соединении с плеером он вмиг обернулся редкостным идиотом. Веселое цоканье маршировало прямиком в мозговое представительство половых функций. Безымянный молодой человек полностью растворился даже не в музыке, а в предмете. Он не просто слушал цоканье, он облизывал плеер, слюнявил; изумленно отводил руку с плеером, чтобы рассмотреть его во всей полноте инженерного замысла. Потом подносил обратно к лицу, прикладывая то к левой, то к правой щеке – по-христиански. Глаза его плавали, ни на чем не задерживаясь, рот искривлялся в инопланетном резонансе.

 

 

В Москву! В Москву!

 

 

Мое путешествие было скромным и тихим, и все события подобрались какие-то скромные и тихие.

В поезде проводница остановила меня, когда я шел курить:

— Вы в который тамбур идете? — (подозрительно).

— Вон в тот.

— Вы настоящий пассажир!

Звучали и другие странные вещи. Например, некая мама урезонивала дочку: «Солнышко пропало — туалет закрыт».

…В самой Москве я по привычке глазел на разные объявления. В метро попадались такие, каких я в Питере не видел — например, обучение танцу живота. У нас не учат почему-то, плетемся в хвосте у столицы. Еще в метро же висят большие рекламные щиты, где написано про какие-то волшебные крутящиеся кольца с молитвой. Девять, семь, три или одно?

Также: «Профилактика случайных связей». И лечение закономерных.

…Брат рассказал, что по площади Хо Ши Мина бродит врач-гинеколог, пассивный педераст, и всем предлагает за бутылку водки орально-генитальные услуги.

 

 

Банда

 

 

В нашем районе сформировалась банда карманников. Орудуют в троллейбусе №20.

Их все уже знают. Похоже, что они так и не довели до конца ни одного дела.

Стоит им втиснуться и вздохнуть с облегчением и надеждой, как контролер объявляет: «Осторожно, в троллейбусе карманники». Публика очень быстро их обнаруживает по рукам, трясущимся в естественных карманах и полостях тела. Салон наполняется радостным и свирепым узнаванием. Карманников изгоняют на улицу.

На улице те потерянно стоят, шипят и ругаются скверными словами.

Они, в основном, страшные тетки с расплющенными лицами. Есть еще один или два мужика, в перекрученном галстуке.

Их очень жалко.

Создается впечатление, что это вовсе и не карманники, а какая-то компания, которая некогда выпила боярышник и уже не может остановиться в галлюцинаторных метаниях.

 

 

Банда-2

 

 

Сегодняшнее происшествие.

Я втиснулся в автобус, а следом — женщина.

— Отдайте мой кошелек, пожалуйста, — обратилась она к пассажирам. — Там очень важные карточки. Заберите деньги, а кошелек отдайте.

Никто не шелохнулся.

Женщина монотонно повторила:

— Отдайте мой кошелек! Пожалуйста. Копейки заберите, а кошелек отдайте.

— Да кто же отдаст, — послышалось из толпы.

Появились первые гипотезы.

— Это женщина, которая на задней площадке мальчика искала! «Вы не видели тут Жорика? Жорика не видели?» Вот она и шныряла повсюду! Отвлекала внимание жориком! Никого не нашла и не расстроилась даже! И вышла!

Мне показалось, что это разумное предположение. Если в автобусе ни с того, ни с сего начинают искать жорика, то это очень подозрительно.

Потерпевшая уже помалкивала.

К моему изумлению, тема жорика плавно и неуловимо логично перетекла в обсуждение политических симпатий. Кто-то, оказывается, голосовал за Единую Россию, а кто-то за Зюганова. В диспут постепенно втянулся весь салон.

Вдруг я понял, что карманники — это все пассажиры автобуса, и это они сейчас отвлекают друг друга с тоски, потому что им больше некого грабить. Кроме меня. И я поспешил к выходу.

Водила, конечно, был с ними в доле. Видя, что я ускользаю от карманников, он вдарил по тормозам так резко, что у меня отлетела интимная пуговица.

 

 

Универсальный солдат

 

 

Картина: утреннее метро, станция «Нарвская». Эскалатор на подъем, самый верх.

Пассажиры, выруливающие на финиш, обнаруживают, что им навстречу перемещается солдат.

Здоровенный детина в камуфляже шагнул на лестницу-чудесницу и сосредоточенно движется как бы вниз. То есть идет на месте. Как заведенный, пригнув голову, размеренным шагом – чтобы и вправду не обогнать эскалатор. Лицо бесстрастное, каменное, трезвое, но лучше бы пьяное.

Развлекается на манер пятилетней «девочки, скажи восемь».

Публика цепенеет, спешит куда подальше.

Через какое-то время воин привлек внимание местной секьюрити, на него гаркнули.

Вышколенный служивый сразу послушался, отошел в сторону и весело вынул мобилу.

Я присмотрелся – нет ли где регочущих однополчан и побратимов, или подруг хотя бы. Не было никого.

Уже не важно, уйдет ли такой из части с оружием или останется в ней. Мысленно он давно отовсюду ушел. И холодно взирает на приключения скорлупы.

 

 

Форма и содержание

 

 

Ребенок вернулся из-за границы. Едем в метро.

«Очень непривычно, — заявляет, — что все вокруг по-русски говорят».

«Неважно, — отвечаю, — по-каковски; главное — что».

Ребенок с чувством закивал: да, мол.

И правильно: сели в поезд, а там гуляет огромная бабища. Торгует престижнейшим и элитнейшим журналом «Гламур». Ну, какая у нас элита в вагоне? Никакой. Никто и не покупает. Кесарю кесарево, а слесарю слесарево.

Бабища села со своим гламуром и вдруг заорала, глядя перед собой:

— Вот если бы пиво продавали, так сразу бы потянулись! Ебаный Ванька, женщине подарок не сделать!… А у меня отец воевал! Хоть бы все мужчины передохли!..

…За городом меня подкараулило еще одно хитроумное отличие от Парижа.

Дано: электрички по расписанию — в 18.12 и 18.34.

Изменение 26 августа: 18.12 пойдет в 17.49.

Приходит поезд в 18.20.

Спрашиваю кассиршу: что это за рейс?

Она, с жалостливым презрением: «Это 18.08».

 

 

Колебательный политес

 

 

Иду себе к эскалатору. Станция «Нарвская».

Посреди платформы – маленькая мимическая группа: два возбужденных человека, нахмуренный милиционер и заинтересованный станционный смотритель.

Милиционер (недоуменно и с угрожающими нотками):

— Вам что, вагона мало?

Первый человек:

— Это он меня вытолкнул!

Второй человек:

— Нет, гад, это ты меня вытолкнул!

Они, получается, не разошлись в дверях и выкинули друг друга из вагона.

Я вспомнил фрейдистов, которые утверждают следующее: если двое не могут разойтись в дверях и маневрируют вправо-влево, порождая синхронные колебательные движения, то этим якобы вежливым людям на самом деле хочется вступить друг с другом в половую связь. И я припомнил многие случаи, когда я с кем-то не мог разминуться, и ужаснулся своей латентной извращенности. Там ведь и женщины были, и дети, и ветераны войны, и даже, по-моему, комнатная собачка.

А эти двое – настоящие, здоровые мужчины. Никакого подсознательного умысла. Не умеешь посторониться – получи в рыло.

 

 

Зеркальные бездны

 

 

Мелочи обыденной жизни, как всегда, являют глазам зияющие пропасти.

Еду в троллейбусе. Сижу. Передо мной — какой-то дед, затылок седой.

Встревоженная контролерша болтается взад и вперед, трудовая пчела. Подошла, настороженно уставилась мне в левую бровь и спросила, обращаясь ко мне же, сидящему в единственном экземпляре:

— Молодые люди, я вас видела?

Откуда я знаю, чума, что ты видела.

Лучше бы не видела, потому что отражаться в сознании, которое напоминает треснувшее зеркало, опасно для здоровья. Вообще опасно отражаться в постороннем сознании. Хочется набросить на него платок, как на то же зеркало или, еще лучше, как на клетку с придурковатым попугаем.

 

 

Пеннивайз

 

 

Видел в метро клоуна, на станции Невский проспект, внизу.

Не рекламного зазывалу с листовками и пирожками, а вполне заурядного, бытового. Рассмотрел его только со спины: высокий, возвышается над всеми, как баскетболист; на голове — огромный зеленый цилиндр с широкими полями, примятый; фиолетовая куртка; белые с красным, очень пестрые штаны с такими широкими штанинами, что будто в мешках идет; желтые штиблеты. Длинные патлы, под мышкой — сумка-тележка в красную клетку.

Сосредоточенно ковылял к переходу на Гостинку.

Народ не особенно реагировал. Лет пятнадцать назад — да, пожалуй, а нынче ничего такого.

Я немного прошел следом, присматриваясь. Может быть, это материализовался чей-то герой — кинговский Пеннивайз или помельче, мой собственный. Мне иногда попадаются мои герои — бомжи, например, с котами на плече; один такой даже в метро проезжал.

В общем, ничего не понятно.

Не исключено, что это специальный аттракцион для местной милиции по случаю всеказарменного праздника. Непорядок, сгустившийся в неопознанный шагающий объект. Я думаю, контролерше хватит воображения не пропустить клоуна без жетона, сунься он снова в метро, а милиции хватит фантазии посадить в обезьянник.

 

 

Код активирован

 

 

Однажды на станции я поймал разбойника.

Дело было так: шагаю я по платформе (метро «Кировский завод»), прямо к Ленину, который окаменел у дальней стенки. Вдруг мне навстречу несется женщина лет 25-30, растрепа. Спотыкается на каблуках и орет:

— Помогите! Кто-нибудь! Телефон, мой телефон!..

Оборачиваюсь и вижу личность, которая во всю прыть улепетывает к эскалатору. И я побежал. Тут подошел поезд, и личность нырнула в последний вагон. Я — следом. Вижу: сидит, отдувается телефон крутит. Увидел меня и выскочил обратно на платформу, и я за ним выскочил. Догнал его, сбил с ног, отобрал телефон и вручил барышне.

Случай довольно заурядный, хотя я, конечно, не каждый день ловлю разбойников. Не стоило и рассказывать, когда бы не одно но: все эти погони, прыжки, удары совершенно не в моем обычае. Более того: я и не думал за ним гнаться, и сознание активно сопротивлялось, но только внутри вдруг включилась неизвестная программа. Я сорвался с места не думая, в секунду, ноги сами бежали, а все остальное тоже само делалось. А голова вообще не помогала, только жалобно и тщетно меня тормозила.

И вот я подумал, что, может быть, я на самом деле был когда-то опасным и секретным агентом, а потом мне стерли память, и я стал заниматься черт знает чем: писать всякую херню, переводить, редактировать, обед варить. Но в действительности во мне дремлет секретный материал, и фамилия моя — Икс-Файл.

Может быть, во мне скрываются и другие способности. Я ведь эту барышню потянул за рукав в вагон, чтобы уехать подальше от греха. Но она совсем обалдела и подумала, наверное, что я за этот телефон потребую от нее половой признательности, и не пошла. Двери закрылись, поезд поехал, и я видел, что разбойник уже снова ковыляет к барышне. Ну, если дуре написано на роду быть битой, то даже супермены бессильны. Но вдруг я сумел бы, как в фильме «Привидение», бесплотно просунуться сквозь стенку вагона и следить? Остановить поезд? Устроить с преступником дуэль в туннеле? Да мне теперь кажется, что запросто. Но я поздно сообразил и поезд уже далеко уехал.

Сейчас я думаю, что я вообще сложный и замаскированный полицейский робот.

 

 

Боярыня

 

 

Пустяк, но запомнился.

В метро мне не хватило места на лавочке сбоку, где помещаются три человека. То есть место было, потому что там отлично помещались целых два человека, но места этого было мало.

Вообще, место в метро оставляет в памяти след. Когда на выходе видишь, что туда, откуда ты только что встал, уже кто-то усаживается, внутри набухает иррациональное раздражение. Хочется, чтобы это сиденье пустовало всегда, в память о тебе, и поезд так бы и ездил.

И я сидел, как на жердочке. Я нынче не толстый и не худой — так, средний. Молодой человек слева был вообще худощавого, научно-исследовательского сложения: сидел, уткнувшись в какие-то бумаги.

Зато справа от меня расположилась скала.

Она не шевельнулась ни на дюйм и даже не дышала. Сидела плотно и умиротворенно, поблескивая перстнями. От нее слабо тянуло печкой. Лица я не видел и не стал смотреть, когда приехал, куда мне было нужно. Умозрение и без того перестраивало лавочку в розвальни, а женщина-скала трансформировалась в голосистую Боярыню. Которая едет в ссылку. За окнами темно, мелькают огни, объявляются следующие станции: Молочная, Говяжья, Докторская, Ветчинная…

 

 

Беловоротничковая преступность

 

 

Еду я давеча в метро.

И волей-неволей прислушиваюсь к разговору молодых людей, студентов.

Тема меня живо заинтересовала. Они вполне серьезно обсуждали, как бы это им исхитриться и сделать профессора, которому экзамен скоро сдавать, хронически недееспособным. Подумывали травить его снотворным.

— Раз проспит, два проспит…

— Это статья!..

— Нет, если снотворное, то никакая не статья!

Тут я вышел, а они так и продолжали вынашивать планы, поехали дальше.

Дома мы с женой обсудили ситуацию и решили, что это юрфак.

Типичное чистоплюйство, хитросплетения в духе Агаты Кристи, которые непременно раскроются. Чем умнее злодей, тем скорее он попадется.

Надо быть проще. Я говорю это со знанием дела, потому что потом ехал еще и в автобусе. Там тоже были молодые люди, двое, но явно не из университета. Они сидели; один говорил, а другой слушал и кивал:

— Трепанацию ему, блядь. Потом нассу в мозги, и хабарик туда вверну, а потом снова вдарю.

Это уже ПТУ, его современный аналог — колледж. Наверное, тоже экзамены на носу.

 

 

Под страхом казни

 

 

Сегодня 16 февраля, время заряжать бесконтактные проездные билеты.

В троллейбусе номер двадцать, на задней площадке, обосновался пожилой ебанько, в куцем и драном пальтишке. Глаза подернуты пленкой, как у мертвой птицы. Из дальнейшего крика выяснилось, что ему семьдесят три года.

К ебанько немедленно порулила билетерша классической наружности: неохватная вся, зад поддернут к затылку, в толстых шерстяных рейтузах. С прибором наперевес, проверять бесконтактные проездные билеты на предмет их заряженности.

Короче, что тут говорить.

Ебанько уворачивался от прибора и прятал карточку. Он озабоченно и монотонно бормотал, что не даст себя расстреливать из автомата.

— Не дам расстреливать.

Билетерша, торжествуя от морального и физического превосходства, крикнула:

— А как же компьютер? Когда компьютер вам заряжает?

— Компьютер, — бывалым тоном возражал ебанько, — это другое дело. А это автомат чтобы расстреливать, я не дам.

— Да у вас там не пойми что нацарапано!

— Потому что чернила! чернила, блядь, не пишут на карточке! Чернила!

— Возьмите нормальную ручку!

— Я десять нормальных пробовал! Меня в сорок первом году расстреливали, я не позволю автоматом расстреливать.

— Так! Давайте карточку, я сейчас буду ее проверять!

— И нечего, и нечего…

— Мужчина, у вас с головой все в порядке?

Задумался. Пауза. С неожиданным достоинством:

— Я думаю, что да…

Ладно, занавес.

 

 

О телепатии

 

 

Все-таки хорошо, что телепатия если и есть, то не очень. Потому что иначе существовал бы риск непроизвольно присоседиться к чужому внутреннему миру и там даже застрять, как это случалось с инопланетянами Воннегута.

Сегодня, шестого числа ноль шестого месяца и ноль шестого года я, как и полагается в такой день, купил фильм «Шайтан» и сел в автобус номер шестьдесят шесть.

Этот автобус хотя и не полностью сатанинский, стремится к совершенству и надеется со временем заработать себе призовую шестерку. Он ездит без кондуктора. С одной стороны, это очень хорошо и приятно. С другой стороны, водитель пропитывается Мировым Злом. На остановках он сначала выпускает всех в переднюю дверь, а прочие не открывает, чтобы никто не прошел мимо него, не заплатив. Ему почти и не платит никто, суют разные документы, и он пропитывается дальнейшим сатанизмом.

И вот сегодня я порадовался, что не владею телепатией и не могу соприкоснуться с его охотничьими помыслами. Какая-то девушка, красивая роковой красотой, вдруг отскочила от передней двери и побежала к средней, которую он уже открыл. У нее, конечно, не было билета. Я следил за лицом водителя в зеркальце. И видел, как он следил за бегом девушки. Когда та начала выпрыгивать из автобуса, он очень ловко поймал ее дверями и зажал, как зажимают пальцами нос, проворно, и прокатил ее немножко под ее же визг. И еще сказал у себя в кабине громко: «Вот так!»

Он здорово насобачился, очевидно.

 

 

Оболонь

 

 

Еду я в электричке, народу очень много. Зной. Но все какие-то некреативные сидят, читают сканворды, жрут эскимо.

А надо мной сконцентрировалась молодежь.

Я, вообще говоря, люблю молодежь. Я и сам молодежь без малого. И вообще думаю, что бывают люди. Но не всегда.

Так вот эти были креативны до того, что их хватало на весь вагон. Реготали, взвывали и всплясывали на большой пластиковой коробке пива «Оболонь». Ну, а другую, распечатанную Оболонь они уже жрали. Плясать на Оболони было прохладно, а вокруг — очень жарко.

И тут пришли контролеры. Не какие-нибудь осоловелые дядечки, уже насобиравшие десятирублевок на рагу с пивом, а женщины с настолько неустроенной личной судьбой, что у них глаза были белые.

— Нет билета? Отдавай Оболонь!

И стали отнимать Оболонь, катать ее по проходу.

А одна, совершенно светлая от ненависти, сказала зайцу:

— Так вот чтоб у тебя так стоял, как ты оплачиваешь!

Я по глазам приметил: не пустая угроза. Лучше уж бегать за Клинским.

 

 

Коврик

 

 

Троллейбус. Квадратная кондуктор.

Нависает над какой-то дамой и качает головой с издевательской укоризной. Видимо, не впервые за день.

— Коврик здесь что же – для того положен, чтобы вы попой сели?

— Какой коврик??…

— Коврик!!

— И?…

— Это мое место, разве непонятно?

— Откуда я знаю, что оно ваше? Кондуктор всегда в другом месте сидит!

— А коврик зачем же положен?

— Да я такой коврик возле двери не положу!

— А зачем же сели?

Затихание, бормотание, шипение, медленно сходящие на нет – В. Набоков, «Николай Гоголь».

 

 

Апельсиновый Рай

 

 

На задней площадке троллейбуса я оказался по соседству со словообразующей машиной.

За две минуты езды я полностью ознакомился с особенностями обыденного функционирования машины.

Начала она с того, что стала давать соседке, бабушке с тележкой, советы насчет рационального поднятия тяжестей. И еще говорила о пользе заблаговременного планирования, так как башкой мы наперед ничего не думаем. Потому что сама она надорвалась на кладбище, которое посетила на Троицу, убирала там с могилки палую листву, а листва-то сырая и тяжелая («Да, да», — кивала старушка), но словесная машина подумала: как же так! «Наши покойники будут лежать под листьями с наших же деревьев!…»

Это место я не особенно понял.

Потом машина перешла к разговору о пенсиях, и старушка оживилась. Машина рассказала, как пришла в столовую и заказала себе пищу, а продавщица ответила, что сдачи нет, и придется подождать. Зимы ждала-ждала природа. Через полчаса машина напомнила о сдаче. «А та мне вдруг и говорит: давай, вали отсюда на хер! Вы знаете, мне стало так плохо… Вот вы не поверите, я уже два года хожу мимо этой столовой и никак не могу зайти, а продавщица уже, может быть, уволилась или пьяная сидит, кто ее разберет…»

Старушка, сочувственно: «А я пришла покупать апельсины. Пошла на контрольные весы и вижу: восемьдесят грамм не хватает! Целого апельсина. Пошла к продавцу, а он мне говорит: вы его съели».

Слушая этот разговор, я решил помечтать. Вообразить себя Суперменом – летающим, в обтягивающем сине-красном трико. Который спасает униженных и оскорбленных и переносит их в Апельсиновый Рай, где никогда не обвешивают: уплатил за кило – кило и получи. Я долго мучился, но странное дело! Я никак не мог преобразиться в своих фантазиях и стать Суперменом. Мне почему-то не хотелось.

Тогда я снизил планку и стал воображать себя Микки Маусом. Знаете, из старых мультфильмов, где он сидит на Луне и дремлет, а на Земле творится волчий беспредел, но вот до Микки долетают вопли обиженных, и он метеором срывается вниз, выставивши перед собой огромный кулак.

Но и Микки Маус мне как-то не покатил. Неохота спасать, и все! Что за притча – не понимаю.

 

 

Жизненное пространство

 

 

Широко и беспрепятственно распространены вот какие пассажиры: это огромные женщины солидных лет, и годы эти тягучими своими жирами перетекают в преклонные. Они, эти женщины в просторных панамах и летних платьях, достаточно добродушны, ибо для зла им остается не особенно много места, но и своего они не упустят.

Еду в метро, стоя. Ниже – лысоватый папа с дочкой. Может быть – дядя с племянницей.

Женское пассажирище надвигается с левого фланга и томно выдыхает, одновременно ухитряясь кудахтать, ибо висит на волоске ее жизнь:

— Уступи мне место, деточка, уступи!

Деточка уступает.

И вот здесь начинает проявляться особое качество таких пассажирок: они начинают суетиться, притягивать к себе кульки, брать на колени чужие сумки и ворковать:

— Да вы садитесь, садитесь, тут места хватит!

А сами, противореча сказанному, медленно, неуклонно расползаются по сиденью, так что место оборачивается узенькой щелью.

Уже кто-то и встал, потесненный, еще один, другой, и места довольно, а она все воркует и приветливо приглашает, а девочка-дочка-племянница все стоит.

И широкоплечий мужчина, сидящий напротив, из-за моей спины обращается к папе-дяде:

— Ты блядь такая, а ну, пускай она садится! Сука, пизда ты нерусская! Что ты сидишь тут, пидор хуев, по ебалу хочется?

Пространство вокруг расползшейся по лавочке женщины пустело на глазах. Она автоматически, округливши глаза, продолжала приговаривать, соображая мирком да ладком, как будто месила тесто в собственной голове:

— Да садитесь, садитесь, мы все поместимся!

Дочка-племянница уже сидела рядом с дядей ли, папой. Оба смотрели в пол.

— Ну, блядь! – не унимался супротивный ездок.

Я так до конца и не вник в происходящее – что тут такое? мне было выходить, и всем было выходить, и все разошлись по делам, которых в прекрасном и яростном мире всегда до черта.

 

 

Хычины и трубочка

 

 

Электричка. Душная, набитая изрядно.

Семейство: супруг – по виду Шариков, но уже питерец в третьем поколении, супруга и двое детей-подростков.

Отец:

— Вот сейчас попьем колы и поедим бананчиков.

Перехватывает взгляд моей жены:

— Мы вам мешаем?

— Вы нас забавляете.

После пары бананчиков отец ударяет себя по лбу: хычины!

— У нас же есть хычины!

Они и в самом деле положили на бумажную тарелочку два хычина, один на другой. Тарелочку держал отец, а прочие члены семьи склонялись и откусывали по окружности. Отец сердился:

— Отцу-то, отцу-то оставьте! Откусите отцу!

И пояснил окружающим, что у него сломана челюсть, и он не может откусывать, но зато умеет жевать. Старший сын откусил ему от хычина и плюнул на хычин, а отец подъел сплюнутый на хычин хычин и стал рассуждать о глубине укуса: вот мать кусает поглубже – не то что ты!

Действительно: мать выкусила хычин со знанием дела и знатно попотчевала главу семейства.

Тем временем где-то вдали шел мороженщик.

Двери вагона разъехались и ворвалась женщина с сахарной трубочкой в руке.

— Верните мне деньги, — сказала она тихо.

— С какой же стати?

— Оно надкушенное!

Обертка была надорвана, и виден был след зубов, подкрашенный помадой.

— Оно растаяло, дура ты блядь!…

Мороженое полетело торговцу в рожу.

И правильно, даже если растаяло. Потому что не я придумал, что человек звучит гордо.

 

 

Большаки и проселки

 

 

Мне повезло прокатиться в пригородном автобусе: пустынные трассы, редкие остановки, отрешенные пассажиры.

И вот сложился у меня кинематографический стереотип касательно подобного путешествия в США. Знойное шоссе. Чаппараль. Дрожащая атмосферная перспектива. Одинокая остановка. Прикрыв лицо шляпой и вытянув ноги, на скамейке дремлет стереотип. Он и холоден, и горяч, он уверен в себе. Заслышав слегка испуганный автобус, стереотип приподнимает шляпу, лениво потягивается, входит в автобус. Для него тут везде салун, у него повсюду два кольта и сапоги с задранными носками. Он молча едет, развалясь, у него кожаные яйца в обтяжку.

А вот заходит пассажир близ поселка Янино. Беззубо кланяется и лихо всех приветствует, но все отворачиваются. Он, однако, не расстраивается. Всем он знаком. Плюхается на сиденье. Штаны на нем такие, что не разберешь, кожаные ли яички или пропиты уже.

В душе – Чаадаев и Хомяков, объединенные пивной литровой бутылкой.

 

В троллейбусе

 

Троллейбус.

— Вот две дамы встали, и их не обойти! Им хорошо стоять!

— У меня сзади есть место, где можно обойти и даже влететь. Встанете вон там – и будете читать, как баба-яга.

— Совесть, совесть, совесть, совесть надо иметь…

 

В другом троллейбусе

 

Привлеченный истошными воплями татуированного кондуктора, я приоткрыл глаза.

Возле кабины водителя лежало напитанное тело. Оно ворчало и пошевеливалось. Осоловелые глазки складывались в улыбку.

Кондуктор остервенело колошматил его ногами.

— Что, ни одного мужчины нет? Ни одного мужчины нет? Он же все заблюет, и будете нюхать! Вы будете нюхать, учтите!

Я был мужчиной, но книжка попалась хорошая.

Заголосили бабоньки.

Одна вдруг вступилась за курлыкавшее тело:

— Ему же больно! Его же милиция заберет!

Ей вторила дородная дама с дородными руками и ногами, значительно обнаженная:

— Хуеплетка! Нашлась хуеплетка! Вот иди и понюхай его!

Огорченная хуеплетка уткнулась в морковную сумку.

— Вы будете нюхать! – вконец разозлился кондуктор.

Могучего нелюдя окончательно повалили в проход, татуированный кондуктор гвоздал его, гвоздил и гнобил.

— А нечего! Сел – и вышел! Где билет?

Он столкнул чудовище на ступеньки. Оно добродушно щурилось и порыкивало.

— Хуеплетка, — раздалось сзади.

Я выжидал.

Едва нелюдь соскользнул на ступеньки, настал ответственный момент. Я – как мужчина – сорвался с места и вытолкал вурдалака взашей.

Он остался стоять на остановке, не понимая, что больше не едет. Свиные глазки посматривали в поисках автобуса без хуеплеток, дородных валькирий, татуированных властей и лысых литературных героев.

Тут он и подошел, такой мирный автобус, и он вскарабкался внутрь.

 

 

Дискурсы и визуальные ряды

 

 

Совершенное обыденное, серенькое утро, безумное.

Сажусь в полупустой троллейбус, подо мной проваливается сиденье — удивительно, ведь я по ряду причин похудел килограммов на десять. Ко мне спешит старушечка; она — кондуктор, излучающая лучи лицом и не только.

— Почирикаем, родненький! — И целится датчиком в меня и мой билет. — Это моя зарплата!

Ну, почирикаем. О чем бы это почирикать? Ну, извольте.

…Вот, еду дальше в метро, давно не видел рекламу каши. И вижу-таки ее, оглашаемую мужчиной с милицейской фамилией Быстров:

 

ОТ ГОДА ДО ТРЕХ ДЛЯ ЛЮБИМЫХ КРОХ

 

Могут дать условно, если не докажут сбыт.

 

 

Крестьянская элита

 

 

Ехал в метро.

Вошел гугнивый и громогласный — обязательное профессиональное условие — коммивояжер. И затрубил, а лицо тоже не без врожденного перекоса:

— Лучший в России элитный журнал Крестьянка!… Ба-ба-ба-ба-ба….

Напротив меня сидели мужики, такие тоже сложные, и вот один ожил:

— А ну замолчал быстро! Еще и орет, блядь! И так на душе тошно… (Полтоном ниже): Извините, девушка. А то он еще и орет, блядь. На душе и без того. Извините. Девушка, не сердитесь, пожалуйста. (Уже виновато): Еще и орет, блядь.

 

 

Перекресток миров

 

 

Станция метро «Технологический Институт» — известный перекресток миров.

Вошел сегодня в вагон.

Первой пошла кликуша в красном пальто. «И-ля-ля-ля, и-ля-ля-ля, никогда-никогда», плюс кудахтанье и вытянутая ладошка. Такая песенка, которая пелась с неодобрительными нотками. Не без укоризны, но будто бы и бесшабашно.

С другой стороны вырос продавец воздушных шаров с приготовленным фирменным номером.

Длинное и толстое резиновое полено, оглушительно воя и медленно сдуваясь, было пущено на свободу и выебло целый ряд сидячих пассажиров. Оно протискивалось позади, судорожно билось, издавало кишечные звуки и неуклонно продвигалось вперед.

Я сначала подумал, что Началось. Фальшивая реальность осыпалась, и наступает Истина.

 

 

Железный Гейнрих

 

 

Автобус.

Небольшая давка.

Надо выходить.

Общий рев: Нога! Нога! Нога!

Зажало ногу, какой-то девице. Мне бы взяться да выдернуть, но как-то неловко стало. Начал протискиваться в соседний проем, где еще не зажало.

Но зажало и тут. Шофер стал двигать своей дверью, нога выскочила. Как раз я выползал.

Створки начали смыкаться.

Общий рев заорал иначе: Целиком! Целиком! Теперь целиком!

И действительно: я стоял изваянием, не в силах пошевелиться, стиснутый скалами, и кротко глядел перед собой, как заколдованный рыцарь по имени Железный Гейнрих в звании Барбароссы. Которого некому поцеловать и разбудить.

 

 

Зоологическое

 

 

Есть такая особенная порода: услужливые и предупредительные транспортные козлики.

Всем-то вокруг им хочется причинить удобство.

Они среднего возраста, в кургузых полуклетчатых пиджачках, взъерошенные и лысоватые. Непременно с бородками и обязательно – с рассадой, или что там у них, в тележке, зелененькое торчит такое.

Они суетятся, козлобородатенькие, по салону, сучат копытцами и колесиками; они мечтают, чтобы все разместились наилучшим образом.

Ах, вы встаете? А я уже подвинусь! А я туточки встану бочком!

Вокруг все пустеет; они вращают тележку, как спортивный снаряд. Сыра земелька заполняет салон, но вот и рынок, им туда; они приглаживают рожки пополам с кудрями, дробно цокают копытцами.

От них пахнет серой, кладбищем и кинзой.

Они спешат, и коробка разваливается за ними, перетянутая шпагатом; тележка не поспевает за земледелием; в глазах – лукавый и жестокий огонь.

 

 

Теплое место

 

 

Салон.

Троллейбуса, конечно.

Передо мной – пустое, по-кондукторски развернутое, весьма заманчивое место. Перед местом стоит и держится за поручень женщина-ягодка, вполне при силах.

Рядом со мной – доброжелательная соседка. Обращаясь к стоящей, радостно:

— Здесь можно сесть!

Сквозь зубы:

— Хорошо.

Стоит.

Соседка, не успокаиваясь, поясняет:

— Здесь «Кресло для инвалидА» написано!

Женщина молча стоит. Откровенно говоря, она – мужчина.

 

 

Нуль-пространство

 

 

Москва, Ленинградский вокзал.

Громкоговоритель, многократно, судя по тону – сексуально обездоленный:

— Уважаемые пассажиры! В поезде номер тридцать нулевой вагон находится в середине состава! Повторяю…

Ресторан?? Теряюсь.

 

 

Милая мама, жизнь подарила мне и тебе

 

 

В общем, общественный транспорт. Полубабуля.

Монополудиалог, если половиной назвать согласное тявканье.

— Я вот Валентине Ивановне Матвиенко, нашей губернатору, доверяю. Как женщине. Она правительство взяла в свои руки. Мне и женщина в Никольском Соборе так сказала. Я иконку купила, они там дорогие, за пятьсот, а я за тысячу купила, Казанской Божьей Матери. Смотрела на нее, а она все плакала, слеза текла, а как на меня посмотрела – вдруг улыбнулась. Я теперь все время на нее смотрю (уже хохочет? – АС). У меня пенсия 2600…

 

 

В рабочий полдень

 

 

Питер, Московский вокзал.

Билетная касса дальнего следования для всех желающих и торгующих.

За стеклом -необычно расторопная и строгая девушка. Пальчики так и мелькают.

Клиентка из очереди:

— Как Вы хорошо работаете!.. Так быстро!

 

(…)

 

— Так.. когда, говорите, отправление?

Работящая девушка из окошечка:

— Дебилы какие-то…

 

(…)

 

— В конце вагона? Это где туалет?

Девушка:

— Но конец — не середина же…

— У туалета?…

— У туалета?…

— В конце туалета?…

 

 

Правда на правду

 

 

Спокойно. Все кончится хорошо. Потому что когда-нибудь наступит моя остановка и я выйду из маршрутки.

А если нет, то все кончится, естественно, плохо.

Я еду.

Сижу.

Позади меня – заднее сиденье. Забитое.

В переднюю дверь заруливает пролетарий в немыслимом поколении, останавливается посреди салона и мрачнеет.

Дело в том, что позади меня, на заднем сиденье, грохочет Упс! Упс! Упс! Из наушников одного молодого человека.

Но до пролетария не дошло, что дело в заднем сиденье. Это же не мотор, а микросоциум, сразу не разобраться.

Вся беда была в том, что перед ним сидел другой молодой человек, у которого Упс было тише, тоже в наушниках, но пролетарий подумал именно на него.

Виновник же сидел тише воды, ниже травы.

Пролетарий набросился на добычу поближе:

— Сделай тише!

Упс! Упс!

Пролетарий вынул ему наушник:

— Ты глухой?

Ответ с сиденья:

— А машина не раздражает?

— Твой звук раздражает! Щас выкину тебя при всех свидетелях, и все будут справедливы!

Упс! Упс!

Оно, это Упс, добралось-таки до крещендо.

Тут добрые девушки, сидевшие вокруг меня, указали пролетарию на истинного виновника беды, счастливого гада, который сидел и лыбился.

Пролетарий пошел в начало салона, взял там зачем-то оставленную большую красную сумку и пересел поближе к настоящему источнику Упс, глядя строго.

Не знаю, что тут на что повлияло – вид сумки, факт ее доставки или само соседство — но Упс прекратилось.

И воцарился мир.

Тогда пролетарий повернулся к соседу, сосавшему пиво, и начал рассказывать, как работал ремонтником. В звуковом диапазоне Упс и шире.

А я приехал как раз!

Я же обещал, что все кончится миром.

Да, забыл сказать. Девчата, меня окружавшие, взахлеб обсуждали журнал с глянцевыми трусами и передачу про Дом номер Два.

 

 

Призыв

 

 

В метро (я очень внимательно слушаю такие вещи и ничего не путаю) только что прозвучало:

«Помогайте беременным женщинам, помогающим инвалидам и людям с плохим зрением».

Демиурги

 

 

Поздний вечер, метро.

Полный вагон рыбаков.

Финский бульон-залив еще не до конца переварил ледяную корку зимнего жира. Рыбаки сидят до последнего.

Мне их сильно не хватает, этих рыбаков. Несколько лет назад, когда я каждое утро садился в поезд, эти странные люди с громоздкой экипировкой были для меня бесплатным триллером. Удовольствие от созерцания этих фигур, как и от всякого триллера, строилось на контрасте и радости за личный комфорт. Я даже забавлялся, вспоминая не помню, чью, обидную песню про жен, встречающих рыбаков, которых доставили прямо со льдины на чрезвычайном вертолете. «Кормилец спустился с небес», — вот как пелось в той песне, не без высоколобого сарказма. А жены стоят внизу с разинутыми ртами.

Меня не покидало подозрение, что это какие-то особенные люди. Придешь на залив и видишь вдали множество черных мушек. Сидят неподвижно, не пьют и не курят, хотя, конечно, как-то же они пьют и курят, потому что иначе теряется весь смысл. Каждый сам по себе, никакого общения, никакого обмена продуманными мнениями и видами. И едут-то в поезде молча, лишь рыкнут изредка что-то универсальное, размытое семантически. Как будто из камня высечены, да и близко уже к тому по текстуре кожи с проникновением в податливый, восприимчивый к оледенению мозг.

Вчера я решил, что они, может быть, демиурги.

Они никого не ловят. Они зависают над водами и творят Рыб.

Они сосредотачиваются, и Рыбы образуются из ничего.

Но дело, вполне возможно, обстоит совершенно иначе, наоборот. Не исключено, что это сами Рыбы охотятся на рыбаков. Потому что эпоха Рыб к маю месяцу заканчивается, и наступает эпоха Водолея. Льдину отрывает, и вот уже Рыбы густеют косяками, ждут, когда им удастся выделить из ловцов чистый Духовный Экстракт.

Не знаю, короче. В быту такие люди ничем не выделяются.

Был у нас физиотерапевт — милейший, невысокий человечек, немного хроменький, и даже машину себе купил такую же трогательную, «Оку»; выходит однажды за ворота, а ее хулиганы перевернули, и вот он стоит весь беспомощный, кричит одиноким голосом человека. И, представьте, туда же — рыбак оказался! Сам мне рассказывал, как отправился с железным ящиком за далекие горизонты, по талой льдине. В конце апреля было дело. Солнышко к полудню припекло, захотелось демиургу назад, а берег-то вот он: близко, да не укусишь! Лед уже почти весь растаял! И пришлось ему петлять два часа, выбирать местечко потверже. Уже спешит, и ножку-то хромую приволакивает; уже в каждой полынье ему по серой раковой шейке мерещится, но не сдается, ибо в сердце у него — пламенный рыбный мотор. Так и ходил он по водам, аки посуху, но вышел, иначе как бы я узнал.

 

 

 

Анимализм

 

 

Пришли родители.

Рассказывают, что видели в троллейбусе мужика, который вез на рукаве огромного откормленного ворона.

Разговаривал с ним.

Мать:

— Кто?

Отчим:

— Ну, мужик, не ворон. Мужик с вороном.

Мать:

— Что же он ему говорил?

Отчим:

— Ну, я не знаю. Ну, «не ссы, блядь, потерпи, сейчас выйдем».

 

 

Полифония

 

 

Троллейбус.

Мужчина лет пятидесяти сидит, нашел себе стоячую жертву, застенчивого курсанта медицинской службы.

— Вот ты скажи мне, кем ты будешь? Гинекологом?

Посторонняя женщина в очках, с соседнего сиденья:

— Проктологом!

Курсант, пожимая плечами:

— Кем прикажут.

Мужчина:

— Ну а все-таки?

Курсант:

— Инфекция.

Женщина в очках, словоохотливо и радостно:

— Инфузория!..

Мужчина:

— И чем ее лечат?

Курсант:

— Лекарствами. И закалкой.

Женщина в очках, с готовностью поет:

— Если хочешь, если хочешь быть здоров…

Мужчина, доверительно:

— Я вот призывался в 77-м…

Я вышел остановкой раньше нужной. Позади меня женщина в очках задумчиво приговаривала, качая головой: «Одна, совсем одна».

 

 

Правила маскировки

 

 

Никак не пойму людей, которые ездят в метро в камуфляже. С семьей, в выходной день.

От кого они прячутся, от кого хотят скрыться? Ведь ничего не получится.

Чтобы спрятаться в метро, нужно проколоть себе бровь и вставить гантельку, а в уши — наушники, да выкрасить черным ногти, да взять в руки банку с джин-тоником. Тогда никто не догадается, что ты на самом деле джеймс-бонд и выполняешь невыполнимую миссию, сопровождаешь жену в мир кожи и меха.

 

 

Пластырь

 

 

В вагон метро вошел продавец лейкопластыря.

Он был пьяный в дрезину.

Он очень долго топтался на месте, обретая точку опоры и устаканиваясь. Утвердившись, он обратился к пассажирам:

— Лл-ляко..пстырь!… залепляет…

Лейкопластыря при нем не было. Он его потерял.

 

 

Ручки

 

 

Снова некрополитен.

Вошла продавщица всего, кубических очертаний; вошла и затрубила:

— Ручки гелевые, на масляной основе, пишут в любом положении…

Пауза. Не меняя интонации, тем же нечеловеческим монотонным голосом:

— Ручек нет, блин, кончились, надоели они мне…

Я так захохотал, что стало неловко. Беззвучно, но лицо выдавало. Вокруг сидели чинные, каменные пассажиры — кроме очаровательной девушки напротив. Она занималась тем же, что и я. Так мы и ехали, поглядывая друг на друга и прыская, пока я не вышел.

 

 

Кун-шу

 

 

Троллейбус.

Спортивная старушечка-кондуктор протягивает ладошку. Я сую мелочь и бумажку: десять рублей. Бумажка сложена пополам. Из бумажки торчит какой-то чек.

Старушечка осклабилась и весело сверкнула очками:

— А ваши чеки мне не нужны! Нет!

— А мне – ваш билет…

Не реагируя:

— Если чеки хранить – деньги не будут держаться! Чеки нужно выкидывать! Денег не будет… У китайцев написано! Кун-шу вроде, да? Читали?

— Как скажете, — пожал я плечами. Скомкал чек и бросил на пол, намусорив.

Дома у меня, между прочим, полным-полно чеков, и в карманах тоже.

Старушечка пошла дальше, помахивая детектором.

Я услышал озабоченное:

— Эти ваши карточки – тоже чеки… не будет денег…

 

 

Пропавшие среди живых

 

 

Та же кондуктор-старушечка, тот же троллейбус. Четыре дня спустя.

У старушечки – монолог. Не без яда.

Очки сверкают.

— Их сразу видно – всяких вологодцев, тамбовцев… новгородцев. Тут немцы сели! Заблудились. Я к ним, показываю: платите! А они не понимают. Тут одна подошла – давайте, говорит, переведу. Переводите! – говорю. И она стала переводить. А те как начали возмущаться! А я им говорю – вы не понимаете, где находитесь! Вы в Ленинград приехали, это вам не Европа!… А они в ответ только и знают свое: Швайн, да Швайн…

 

 

В ассортименте

 

 

Метро.

Вдохновенный торговец религиозным календарем.

— Есть Прощенное Христом Воскресение…

 

 

Экипаж

 

 

Троллейбус пошел на вираж, и все покатились.

Из-под колес вырулил невменяемый «мерин» и умчался по синусоиде, по большой кокаиновой дороге.

Салон наполнился криками:

— В который раз!… Как везет, сука такая!… людей же везет!

Я стоял молча, с непроницаемым лицом и смотрел в окно.

На уровне моего пояса ожил сидячий мужчина.

— Во всем виноват водитель, — с горечью произнес он и вдруг ударил меня пальцем в живот. – Правильно?

Я согласился, поводя носом и постигая, что спирта в попутчике все-таки больше, чем солода.

— Снег! – крикнул он скорбно и снова ткнул пальцем, на сей раз в окно, пытаясь заглянуть под колеса. Мимо струился девственно чистый и старчески пересохший поребрик, но тот видел снег. – Будто водитель виноват! Накидают, а виноват водитель.

Он помолчал, подбирая слова.

— Надоело, — сказал он решительно, — не могу больше. Пойду на Кировский завод, не хочу водителем. Водитель всегда виноват. – Он перевел взгляд на кабину, и я представил его в ней, здесь и сейчас. На лице выходного водителя появилась слабая улыбка: — А за рулем сидит мужик – он моментом отхуячит! Нормальный парень. Сорок семь лет.

Я вышел, мысленно меняя пилотов местами.

 

 

Роден

 

 

Автобус, мчится птицей. За рулем пригнулся горный орел.

Я сижу.

Позади – он и она, я их не вижу. Только слышу.

Слышу, как она притворно возмущается:

— Не порти мне прическу! Перестань!…

Я добродушно улыбаюсь: вечная весна. Роден.

Сзади, строго:

— И чтобы помылся во вторник, понял?…

 

 

 

День Пограничника

 

 

Сегодня я совершал разнообразные добрые дела в метро.

Сначала я подарил жетон похмельному человеку, который иначе не мог попасть домой. Сам был в столице в таком положении. Потом уступил место беременной женщине, которая чрезвычайно смутилась и даже стала отказываться. И я потом смутился, когда присмотрелся, стоя уже, потому что беременность, похоже, была не беременность, а просто большой живот.

После этого я вышел на платформу станции, что в сердце нашей Родины – Невского проспекта. И встал под эскалатором, где мне забили стрелу.

Там я начал совершать самое главное доброе дело: любовно смотреть на Пограничников, у которых сегодня День. Я рассматривал их любовно совершенно искренне. Они спускались по эскалатору и громко кричали: «Граница на замке! Спите спокойно!» Их было очень много, и все были юные красавцы, все на одно лицо.

И один из них бросил в меня пивную бутылку. Стеклянную. Промахнулся, разумеется, из-за чего я тут же усомнился в его меткости и, стало быть, способности поразить врага. И, следовательно, в оправданности моего спокойного сна, который, кстати, ни к черту.

Зачем он бросил в меня бутылку, как будто я шпион? Или, как минимум, нарушитель границы?

Поразмыслив, я пришел к выводу, что я, конечно, нарушаю границы – моральные. И мне показалось, что есть смысл учредить День Морального Пограничника. И в этот День вообще запирать метро, предварительно запустив туда всех причастных.

 

 

Поезд в огне

 

 

На днях со мной случилось маленькое приключение. У меня сломался мобильник, а он же еще и часы. Перестал включаться. Начинаешь заряжать – включается, но команды не слушает.

И я повез его к ветеринару.

Наивный человек!

Доктора расхохотались мне в лицо. Они отфутболили меня в гарантийную больницу для телефонов, где койко-день – как в моем стационаре, аж сорок пять суток. Диагностика, лечение – все, как положено. Причем в ту самую, где мне его, запеленатого, вынесли полгода тому назад, еще с девственно чистой памятью, не испорченной номерами разных личностей, любителей говорить малышам-телефонам скабрезные слова.

И она далеко, больница эта.

Поняв, что дела мои беспросветны, я забрался в автобус и поехал домой.

А когда решил выходить, телефон, он же часы, выпрыгнул из футляра и весело заскакал поперед батьки в пекло. Вернее, из пекла, ибо в автобусе и батьке было невыносимо.

Он шлепнулся на тротуар и, как встарь, заголосил первым младенческим криком.

Он выздоровел, возмущенный акушерским шлепком.

Сегодня он мне приснился и был проказлив. Я гонялся за ним на поездах, меняя состав за составом, но он победоносно уворачивался. А поезда были самые разные, и я перескакивал из одного в другой со сверхъестественной скоростью. Они были мыльно-облачные, просто железные, шерстяные, а последний вообще был огненный. И этот поезд мчался в огне, а я норовил ухватить мобильник, чтобы взглянуть, который час. И уловил.

Утром же, когда я встал, все часы в доме показывали разное время.

 

 

Форма материи

 

 

Ехал в автобусе и внимательно читал бегущую строку.

Там говорилось:

АВТОБУС СОЕДИНЯЕТ ЛЮДЕЙ!

Как это верно. Я моментально ощутил это на себе. Я только бы уточнил, что он соединяет белковых тел и нуклеиновых кислот.

В известной мере будучи формой их существования.

 

 

Игрушечное счастье

 

 

Маршрутка.

Еду и смотрю в унылое окно. Вижу стоматологическую вывеску: «Счастливые зубы»

Вот же как оно бывает: у зубов может быть счастье. И у хуя. И у желудка. И даже у мозга. А у человека – нет.

…Напротив сосала из банки седьмую Балтику какая-то девица. Она болтала по мобильнику с приятелем. Или подругой. И говорила, что хочет большую мягкую игрушку. А потом исподтишка сфотографировала мобильником меня. Вполне счастливая.

И я не знаю, что думать. Я совсем не большой. И на сегодняшний день совершенно не мягкий: накануне провертел в ремне две новые дырки. Вилкой.

Ничего я не понимаю в жизни.

 

 

Озноб

 

 

— Что читаем?

Это меня так спросили. Женщина спросила. Я поднимался на эскалаторе и читал. Я стоял на ступеньке слева, а она – справа.

Я показал ей, что мы читаем.

— О-о, — уважительно протянула она, хотя уважать меня было не за что, наоборот.

Я сделал вид, что читаю дальше, и до самого верха чувствовал, как она сверлит меня взглядом. И покашливает.

Одета не броско – джинсы да куртка; не особенно молодая, не платная блядь, которую за версту видно, не пьяная – абсолютно обыкновенная, каких легион.

При мысли о том, что может твориться там в голове, меня пробирает озноб.

Все, что угодно.

 

 

24 часа

 

 

Когда-то у меня были наручные часы. Это были удивительные часы, и я не знаю, что с ними стало. Наверное, то же, что с остальными. У них был циферблат не на 12 часов, а на 24. Понять по расположению стрелок, который час, было решительно невозможно, я и сам не понимал. Но когда ехал в метро, всегда старался положить руку так, чтобы всем было видно — особенно, когда стоял и держался.

Люди же крайне любопытны. При виде книжки им позарез хочется узнать, про что там написано. А при виде часов — сколько времени. Я нарочно становился так, чтобы они вывернули себе шею и мозг заодно, пытаясь сообразить, что же такое подсказывают им мои часы.

 

 

Зазеркалье

 

 

Метро, вагон.

Вошел человек – черный, как муха, с косичкой. Двери еще не съехались, а он уже победоносно провозгласил:

— Гелевые ручки! пишут по дереву, по стеклу, по бумаге…

С другого конца вагона написалась женщина, гелевой ручкой судьбы. В руках она держала какие-то линзы. Она гневно заорала на весь вагон:

— Ты че – больной, Арам?!…

Арам немедленно замолчал и сел.

Женщина прогулялась по проходу, поторговала линзами. Потом вышла, на платформе взяла под руку якута, который двумя перегонами раньше казался простым пассажиром и купил у еще одного продавца Новые Правила Дорожного Движения со всеми штрафами, как обещал продавец.

Они стояли на платформе и смеялись. Потом женщина закричала во все горло:

— Света! Света!

От головы поезда, радостно улыбаясь двумя рядами железных зубов, бежала Света, с авторучками – наверное, гелевыми.

Они все соединились.

Поезд поехал, Арам сидел. Он ехал долго, я уже вышел, а он так и ехал дальше.

 

 

Проекция

 

 

Мы ничего не знаем о мире, кроме себя самих.

Метро. Плотного сложения господин, покачиваясь на краю платформы, с полупустой бутылкой пива в руке, негромко взрыкивает:

— Свиньи, блядь!… все свиньи…

 

 

Москва – Петербург

 

 

Если ехать далеко, я постепенно превращаюсь в губку и начинаю впитывать все вокруг.

…Позади меня – в смысле кресла – кто-то устраивается. Разговаривает вежливо, с хорошей артикуляцией:

— Давайте, вы все-таки встанете, иначе я сяду своей попой на вас, и будет очень некомфортно и вам, и мне…

Обстоятельное проговаривание сценария заставляет допустить обратное.

…Супружеская чета. Самку за креслом не видно. Он – очень большой, кушает куриную лапу. Он кушал и пил все восемь часов, с небольшими паузами. Когда вставал, негодовал на невидимку в сортире: «Еб твою мать, да ты там охуел!» Продолжая браниться и уже безадресно, метафизически поминая блядь, уходил в межвагонное пространство, каковым и довольствовался.

…В Бологом сели две старушки.

Очень уютные, городские, воспитанные. Я редко к кому испытываю любовь, редко проникаюсь, но тут меня затопило. Одна – настоящая леди, мисс Марпл; вторая попроще, но нисколько не хуже.

Они ворковали, как горлицы на закате солнца. О том, какая вкусная колбаска, и как они замечательно пьют чаёк, прямо сейчас вот; и что есть другая колбаска, тоже хорошая; и я растроганно млел, слушая этот кухонный бред, пока мне не захотелось их убить.

Напрасно я так захотел. Своими мыслями я приковал к ним внимание свирепой окружающей среды. В виде того самого семьянина, который сидел позади них. Еще до того, как совсем опиться и заморгать запоросевшими пуговичными глазками; до того, как поссориться с самкой, затеяв с ней спор о том, что такое боковой карман у сумки и где он находится; до того, как был назван ею уродиной и ударен – до всего этого он вступил с ними в задушевный разговор.

Старушки вежливо отвечали. Проскользнуло слово «Ахматова».

Самец возбуждался.

Все чаще, горячась, восклицал:

— А толку? А толку?…

 

 

Контрход

 

 

Жизнь, что называется, налаживается. Выстраивается вертикаль, утюжится горизонталь. Дворники надели форму, коммунальное хозяйство надувает щеки. Появились деньги на газоны, скамейки, нумерацию домов и даже корпусов.

То есть надо что-то делать, пора принимать меры.

Потому что если так пойдет дальше, то наши люди привыкнут ко всякому фитнесу. И он их погубит. Благоприятная мутация завершится в зародыше, а уже мутировавшие люди вроде меня скоро канут в небытие. Я упорно пью воду из-под крана и из тысячи сортов колбасы продолжаю выбирать докторскую, я новый биологический вид, однако роскошь цивилизации обещает сорвать эксперимент и вывести меня, как вредную мандавошку.

Но есть обнадеживающие признаки. Люди приспосабливаются, нащупывают новые ходы. Напрасно повадился ходить по воду зазнавшийся болт, ему уже готовится неожиданная резьба. А что? Даже тупому вирусу хватает ума мутировать при встрече с лекарством.

Еду в троллейбусе. Билет стоит шестнадцать рублей, которые я и вручаю кондукторше. Она уважает цивилизацию, подчиняется ей, она в оранжевом жилете.

Она вернула мне мои пять рублей, монетку, со словами:

— Вот ваш билетик.

И действительно не дала мне билета, ушла.

Я восхитился. Какая мощь, какая гениальная простота. Мой народ жив.

 

 

Удаленные комменты

 

 

Поезд. Весело стучат колеса. Не у поезда, а у меня в животе, потому что я схавал эти колеса по причине позднего времени и надобности спать.

Вытянувшись на верхней полке и оценивая шансы приземлиться во сне на нижнюю, я пытаюсь задремать. Девица напротив меня, тоже на верхней полке, задремать не пытается.

Она разговаривает по телефону.

Со многими людьми разговаривает, и неизменно – в требовательно-веселой манере с элементами каприза и самоутверждения. Лицом напоминает ученого целеустремленного зайчика, серьезные наглые глазки за линзами очков, поджатые губки. В манерах – абсолютная непрошибаемость и готовность существовать в любой среде. Так как все будет по-ейному несмотря ни на что, ибо это правильно.

Но вот, вроде, угомонилась. Во всем вагоне мертвая тишина, нарушаемая простительными сонными шебуршаниями.

Нет, не угомонилась.

Накрылась одеялком, и только светится, как ночник, огонь невидимого мне дисплея. Звонит.

— Але. Привет. А ты чего? Ты идешь, что ли? А, в подъезд зашел. Когда доберешься до компа, посмотри там, пожалуйста мое. Я хочу знать, какие комментарии пришли на ютубы, которые я выложила. Да. Обязательно посмотри. Позвони мне сразу, как посмотришь…

Я лежу, задыхаюсь. Логинюсь и паролюсь. Перехожу в сетевой режим. Тихо шепчу комментарии:

— Йаду. Йаду, аффтар. КГ. АМ. Ап стенку и в топку, сцуко…

 

 

Просьба

 

 

Метро.

 

«Уважаемые пассажиры! Городской комитет по транспорту убедительно просит вас в связи с закрытием на капитальный ремонт станции «Горьковская» пользоваться другими станциями метрополитена, а также маршрутами наземного транспорта».

 

Очень трудно отказать в этой просьбе.

 

 

Полуфантазия

 

 

Маршрутка.

Сажусь на краешек сбоку. Помещаюсь плохо, потому что рядом раскинуты ноги. Разведены они вольготно в режиме проветривания.

Мысленно веду диалог.

 

— Вы не могли бы прибрать свои ноги? Вы занимаете много места.

— Будьте терпимы. У меня стояк и яйца распухли.

— Сочувствую. Но я не вижу здесь надписи: «Для пассажиров с водянкой яиц и приапизмом».

— Такие надписи дискредитируют пассажиров по медицинскому признаку. Мы все одинаковые пассажиры. Каждый имеет право сесть где угодно и растопыриться.

 

Вздохнув, я сам раздвинул ноги, широко, и он подобрался. Я тоже, знаете, не барышня с урезанной анатомией и требую места.

 

 

Человек человеку фамилия

 

 

Я вошел в вагон метро, сел, раскрыл книжку. Справа что-то тяжело ворочалось и обстоятельно дышало спиртом, потом обратилось ко мне.

— Вы хотите познакомиться с человеком?

Я закрыл книжку, потому что никогда не упускаю случая пообщаться. Тем более с таким пожилым и красным лицом, в очках над седыми усами.

— С каким?

— Просто с человеком. Такая фамилия: Человек.

— Да, было бы любопытно.

— Прекрасно. Вот мы и познакомились.

— Да вдобавок однофамильцы, — согласился я.

Он подумал, а потом спросил:

— Как вы насчет женщин?

— ? Положительно.

— С кем бы вам хотелось познакомиться?

— Здесь, в вагоне?

— Да.

— Ни с кем.

— М-м? – он мотнул головой в сторону дамы, ближайшей в пространстве.

— Нет.

— А чего?

— Не хочу.

— Просто и ясно, — похвалил он и задумался. Потом начал показывать мне мужчин. Я улыбнулся, встал, дружески похлопал его по руке и ушел. Он-таки сделал меня, выдавил из своего миража, где я нечаянно застрял.

 

 

Красота жизни

 

 

Дружелюбно протискиваясь, я остановился перед Ней.

Она – сидела. В метро.

И читала книжку, писанную маленькими такими паучьими буковками, аки-паки, миром господу. Но Она ничем не напоминала существ, которые не от хорошей жизни читают такие буковки, да и по их лицам не скажешь, что им лучше от этого чтения. Она была сама Маргарита.

А книжка называлась, я подсунулся: «Красота Истины».

И очень взволновала Ее.

— Там сзади есть место, отойдите, — приказала Она мне.

И я вдруг понял, что я – я! – застилаю Ей Красоту Истины.

Что моя тень падает.

Что Ей уже почти все понятно, осталось совсем чуть-чуть.

Я улыбнулся.

— Нет, — сказал я.

Потому что позади меня не было места. И в этом была Последняя Истина.

 

 

Новогодние сказки

 

 

В вагон метро, где ехал я, вошли ряженые, он и она. Тихие, молчаливые. Впечатление было такое, что истинные русичи наконец-то взялись за дело.

Описать их – дело нелегкое. Она еще так себе, в сарафане, села. А он, бородатый и деловой, остался стоять. Рубища, но все чистенькое. Грубо нашитые карманы; бахрома всех видов. Островерхая соломенная шляпа, но без колокольчиков, как у жевунов. Изобилие лент и поясов, каких-то бантов и беззвучных бархатных шариков, деревянные обереги.

Розовые кафтаны до пят, на пятах – кроссовки; всюду золоченые кисти, псевдокняжеская роскошь.

Мужик всю дорогу сосредоточенно занимался делом: выстругивал себе и без того замечательный посох. Правил ему набалдашник.

По всему, это были проводники нового и хорошо забытого старого. В них царствовали свобода и мир. На миг мне захотелось протолкнуться в их деревянное зодчество.

Но я не захотел.

Они вышли станцией раньше меня.

Я знаю тамошний милицейский пикет.

 

 

Ortgeist und Zeitgeist

 

 

Метро, Садовая.

Вошли двое. По виду — пилоты с Тунгусского метеорита. Ароматизированные, но в стадии миролюбия.

— Комендантский проспект, э? — обратился ко мне первый.

Второго шатало.

— Час, — улыбнулся я.

 

 

Новая угроза

 

 

Чуреки, говорите? Хачи? Скины? Как бы не так.

Заглянула ко мне, по одинокости, давнишняя знакомая. Страшно подумать, сколько лет мы знаем друг друга. Жениться думал когда-то. Эх, да что теперь там.

Короче говоря, она рассказала мне про двух свирепых Контролеров, которые орудуют в автобусах и троллейбусах на Лиговке и Невском.

Выволакивают зайцев, бьют, девок волокут в подворотни – ужас, а не Контролеры, и наводят животный страх.

И вот они к ней, а она только что села, и двери только закрылись. Да и билета бы не купила, потому что была при ней лишь неразменная тысячная бумажка.

— Пройдемте.

— Да не пройду я!

— Пройдемте. Заплатите штраф!

— Да я только вошла, я готова платить, вот тысяча! Хрен вам, а не штраф.

Выволокли на Малую Морскую.

— Пойдемте в милицию.

— Нет, зачем мне с вами в какие-то там дворы, где как бы милиция? Вон милиционер стоит.

Отдельный милиционер стоял. Но вдруг исчез.

— Теперь, — потребовала моя знакомая, — показывайте-ка вы мне ваши бумажки-документы. А иначе все это как-то…

Те засуетились, стали совать какие-то корочки с бляхами. Фамилий она, к несчастью, не запомнила.

— А теперь покажите ваш паспорт!

— Хорошо, — согласилась она. – Но в руки не дам. Читайте из моих.

Она развернула паспорт, стала показывать. Контролеры долго вчитывались в фамилию, потом переглянулись.

— Позоришь нацию, — прошипел один, и оба зашагали прочь.

Фамилия у моей знакомой такая еврейская, что я просто не могу ее сейчас набить, да и согласия ее на то не было.

 

 

Не Блок, но Возмездие

 

 

Какая-то недалекая гадина распорола мне в троллейбусе сумку.

Естественно, ничего не стащила. Что с меня взять?

Я хочу, чтобы вора поймали и сделали ему то же самое.

И я хочу, чтобы он был кенгуру.

 

 

Задержание

 

Ровно в полночь, со вчера на сегодня, при выходе из метро я был остановлен милиционерами.

— Документы, пожалуйста, — предложил мне пытливого вида крепыш. Он заполнил собой весь вестибюль, и я не понимал, каков из себя его напарник. Мне было его не видно. От волнения. Меня редко останавливает милиция, хотя я всегда к этому готов и даже извращенно стремлюсь.

— Так-так, Алексей Константинович, — констатировал милиционер. — Странно. Очень странно. Плохо спали сегодня?

— Отчего же, сносно, — возразил я. И спохватился: — Но вообще говоря, плохо, конечно.

— Странно. Куда едете?

— В Москву.

Шерлок Холмс сверлил меня понимающим взглядом, собираясь изготовить из меня Ватсона в постафганской версии.

— Зачем?

— В гости.

— Очень странно, — задумался милиционер. — А кем работаете?

— Писателем?

— Прозаиком? — догадался он каким-то непостижимым следственным чутьем.

— То-то и оно.

— Про что пишете?

Я вспомнил полезный рецепт писателя Горчева, специально для таких случаев. Он так уже много раз говорил.

— Про милицию. У меня брат милиционер.

— Про задержания? — понимающе кивнул Холмс, возвращая мне паспорт.

— Про задержания, про них, — закивал я в ответ, имея в виду настоящую запись.

 

 

Здравое рассуждение

 

 

Будет некоторый повтор, но история в целом новая.

В церковь, в каморку к регентше, зашел неизвестный мужичок и попросил одолжить ему двести рублей под залог паспорта.

Та одолжила.

Вскоре он вернулся и попросил еще столько же, потому что проигрался в доску.

Вызвали старосту.

— Вам тут что? – топотал ногами староста. – Ломбард? Куда вы пришли?

Я, слушая, молчал.

Тогда писатель, мне эту историю рассказавший, спросил: неужели мне не смешно? Тот самый факт, что человек явился в церковь занимать деньги под паспорт на азартные игры?

Я ответил, что тот поступил очень здраво и ничего смешного нет.

Он пришел в специальное милосердное место, где попросил о помощи, и помощь эту получил. Он обратился по адресу. И я вспомнил другой случай.

Я сел в метро, в вагон, и вошел человек.

Начал он хрестоматийно:

— Люди добрые! Извините, что я так к вам обращаюсь…

Слова были обыденные, знакомые, но вот в риторике звучало нечто странное.

— У меня ужасное похмелье, мне не на что выпить, помогите, кто чем может!…

Как ему подавали! Как подавали!…

Любая безногая рок-группа в беретах, увидев это, умерла бы на месте, перекусив гитарные грифы.

 

 

О Лишних Людях

 

 

Если бы я стал преподавать литературу, как мне недавно советовали разные шутники, то я ни в коем случае не отказался бы от понятия «лишние люди».

Они ведь и в самом деле были лишние – Чацкий, Онегин, Печорин. Если бы не они, никто бы не страдал, не умер, не обиделся. Хамы и убийцы.

Думая дальше, я обнаружил у них одну общую особенность. Она лучше всего выражается словами песни про резидента: «И носило меня, как осенний листок».

Это же про них.

И как их проглядело Третье Отделение? Вот там-то лишних людей не бывает, в госбезопасности. Там бы они прижились. Два ликвидатора и провокатор.

А вообще, лишних людей, потенциальных сотрудников Третьего Отделения, очень много. Это я только что доподлинно установил, прокатившись в метро.

 

 

На пути к Абсолюту

 

 

Метро.

Обычный мужичок, в кепочке, сидит, в ногах – пакеты с какой-то внутренней мерзостью. Мужичок щурит глаза, все время улыбается и ведет разговор.

С веточкой.

У него в руке веточка. Голая, без листьев, сантиметров пятнадцать, даже не прутик. Он держит ее очень бережно, беседует с ней, о чем-то спрашивает, уговаривает ее, подбивает на что-то и склоняет к чему-то.

Я поискал глазами: может быть, он говорит с кем-то напротив, кого мне не видно? Нет. Напротив слушали не мужичка, а наушники. Он говорил с веточкой.

Судя по мимике и общей энергетике – объяснялся ей в любви.

По-моему, беспроигрышный вариант отношений.

Хотя решение половинчатое. Да, веточка бескорыстна и ничуть не коварна, она не пьет кровь и не следит в дальнейшем, как ты без крови. Но ее видно, на нее обращают внимание и делают выводы. Процесс отражается во внешнем мире, а это ни к чему.

Нужно молча и без веточки. Это будет Абсолютное Чувство, к которому мир не имеет никакого касательства.

 

 

Колдун

 

 

Возле метро обнаружил колдуна.

Тощий молодой человек в очках стоял, одетый в черный балахон до пят и черный капюшон. На груди – табличка: «Подайте колдуну на пиво».

Мимо проходили все больше какие-то жестокие люди. До меня донесся обрывок фразы: «А вот может быть, сразу в лицо дать?»

Постояв немного, я не выдержал и приблизился. Дал десять рублей.

— За наглость, — сказал я.

— Да хранит вас Тьма, — ответил колдун.

Она хранит меня, да.

Через пять минут колдуна прогнал милиционер. Ну вот за что? Кому он мешал, что сделал? И почему не превратил милиционера в штопаный гондон?

Разве что потому, что дальше некуда.

Колдун послушно ушел. Он так и шел по проспекту в балахоне-капюшоне, с табличкой. Наколдовал, очевидно, с отчаяния свинцовую тучу, ибо сразу хлынуло.

 

 

Пегая дама и холощеный кавалер

 

 

Автобус.

При первой двери – чуть нервная дама пегой окраски. Сиреневый   туман над нами проплывает. Благоухание седин. Копытом уже не очень, но по молодости умела.

Подчеркнуто велеречиво, с древним питерским акцентом:

— Скажите, пожалуйста, а у вас передняя дверь открывается?

В кабине молчание.

— Да открывается, — проворчала кондукторша.

— У вас не очень-то разговорчивый водитель! – Акцент исчезает.

— Да его пассажиры заебали, катаются и ездют.

 

 

Лицом к лицу

 

 

Автобус. Вроде бы тот же.

Возле дверей два пенсионера выясняют, кому на три года меньше. Младший плохо стоит на ногах.

Склоняюсь над ним:

— Мы выходим?…

Он оглядывается в изумленной железной улыбке, устремляет меня подбитый глаз цвета свежайшей сливы. Ладонь распахнута, показывает мне подсохший ломтик апельсина.

— Ну а как же! Ведь мы живем дома!…

И я занервничал.

Мне что-то узналось в нем.

Я вдруг начал что-то подозревать. Здесь, в доме моем, бывает кто-то еще.

 

 

Красота

 

 

Истинная красота, хоть и прикрытая немощью, не нуждается в возвышенных формулировках.

Ехал я тут в метро, а напротив сидели два дауна. В смысле диагноза, а не в смысле критики. Я прямо растрогался. Мычали друг другу какую-то благодушную невнятицу. Смеялись, улыбались. И ясно было, что никто из них в жизни никого не стукнет ни словом, ни делом. У одного не было подбородка, зато была мощная верхняя челюсть, и зубы нависали над губой, и слюни текли. И его спутник привычным жестом подхватывал эти слюни, отлавливал их, вытирал, а тот благодарно кивал и продолжал говорить, откуда начал.

Вот оно, прекрасное внутреннее пламя. Их есть Царствие Небесное, ибо в нем они останутся при своем. Никому там их сознание не интересно, никто на него не позарится и не отберет, на что Создателю их слюни? там, на небесах, ценится богатый жизненный опыт с многими выстраданными мудрствованиями, Создатель затем и посылает нас сюда, чтобы нам повариться, а ему отведать.

Правда, я очень быстро пересел. Отягощенный злым разумом, я не вынес этого огня. Я не способен утирать окружающим слезы и слюни, только наоборот, вызываю их.

 

 

Билет

 

 

Троллейбус.

Неизвестный с тележкой, изумленный лицом, доказывал сидевшему поблизости старичку, что сидеть гораздо выгоднее, чем стоять.

Потом началось основное соло Неизвестного.

— В Москве билет для пенсионеров бесплатный. Не были в Москве? Ну и что? Я тоже не был в Москве. Мало ли, где я не был. Я и на Луне не был. И в Нью-Йорке не был, и в Берлине не был, и в Париже не был. Знаете, какой билет в Париже? Там вы с утра покупаете билет на целый день. Месье! пожалуйста! вот вам билет. На целый день. На метро, на автобус, на все. Нет, вы не понимаете. Билет! Один. На весь день. На метро. 400 станций! Выбирай любую. Где хотите — в центре, в предместье. Месье! извольте. Вот ваш билет. На весь день. 400 станций! Понимаете? Единый. На все. С утра купил — и можешь целый день ездить. Единый билет. Там 400 станций метро, в Париже. Поезжайте, месье, куда хотите. У вас есть билет. Теперь вы поняли? Он единый. Это у них такой билет. С утра его купил — и больше не нужно. Месье! пожалуйста. Поезжайте, куда вам нужно. Билет есть, все в порядке. По деньгам? Не знаю, откуда я знаю. Это в Париже, а не в Москве. 400 станций, и на все один билет. А у нас — извините! триста пятьдесят рублей это ой-ей-ей! Это потому, что у нас трудяги, а там народ работать не хочет.

 

 

Дед Мороз

 

 

Автобус-маршрутка.

Справа от водителя – два места, занятые помощницей и узбеком неустановленного назначения.

Узбек был одет в красную шапочку Санты-Клауса, по опушке весело бежали электронные звездочки, вспыхивали. Рот узбека тоже вспыхивал, червонным золотом, и пальцы тоже, такими же перстнями. Узбек был избыточен. Он вел монолог, иногда переходя на узбеческий, и поминутно хватал водителя за рулившую руку, а водитель все понимал и только кивал, очень довольный по причине ответного узбечества. Я ехал немножко в ужасе, подозревая, что эта веселая компания угробит всех, а главное – меня.

Чтобы отвлечься, стенографировал монолог.

— Я Дед-Морозом работаю. Мне надо деньги зарабатывать. Главное, чтобы все люди был счастливы. Есть деньги, нет денег – люди должны без денег ходить. Почему снег идет? Потому что я здесь. Дед Мороз здесь. Мишулечка здесь! Мишулечка приехал. Ты понял, да? Деньги не бери людям. Я в Петергофе работаю, Фонтан. Пятьдесят рублей – я Новый Год деньги никогда не беру. Шапка у меня горит! Знаешь, где мне ее подарили? Мне ее в Арктика подарили. Мне все говорят – Черный Жёп. А я в Арктика служил. Мы все здесь братья.

 

 

Антониони

 

 

Метро, станция «Нарвская».

В ожидании поезда я обратил внимание на некоторое беспокойство в конце платформы, между колоннами и скульптурами. Там вспыхнули пререкания на незнакомом мне языке, который, однако, постепенно становился русским.

Сначала я решил, что это ругается иностранец. Папарацци, весьма западной наружности, в бандане и вообще излишне разболтанный демократией, деловито наводил фотоаппарат на компанию безногих подземных скитальцев. У тех был привал. Оказалось, что невнятное рычание исходило не от него, а от них. Иностранец, вылитый Антониони на съемках «Профессии-Репортера», расхаживал и делал снимки, отвечая безногим десантникам на чистом русском языке.

— Пошел в задницу! — орали на него катальщицы.

— Сами идите в задницу, — отзывался Антониони.

И продолжал фотографировать. Так дразнят в зоопарке хищных зверей, палкой сквозь прутья. Вдруг Антониони спрятал аппарат и побежал.

За ним гналось что-то невысокое, по колено, на колесиках, хрипя и толкаясь утюжками.

Тут пришел поезд, и я уехал.

 

 

Прическа

 

Вот что я хочу сказать о разнообразном транспорте, так это то, что непонятно мне, когда стоишь и держишься за специально отведенную ручку, то почему женская дама, сидящая там ниже меня, начинает недовольно ерзать, ибо я, дескать, имел неосторожность притиснуть ее волосы, распушенные и небрежно разбросанные.

А бывает, что это не только волосы, а еще меховой воротник, и неясно, где заканчивается одно и начинается другое, с образованием сложного меховика, который, в конце концов, по замыслу для того и распушен-распущен, чтобы привлекать мое внимание — в частности; ты и так изловчишься, и сяк, и там перехватишь, и тут, но все равно, обязательно что-то прижмешь и дернешь, и вот уже я для нее ровный слон с хоботом и дебил. Как будто я Чингачгук, и нет у меня мыслей, кроме как собирать с нее скальп; как будто с меня, с моего из-под ногтя, ползет к ней в прическу венерическая протозоя, тогда как на деле, быть может, это вовсе с нее сползает всякий стригущий лишай.

Хочется съесть у ней над теменем бутерброд, а еще хочется носить с собой маленькие ножницы и тайно стричь, а будучи пойманным — объяснять, что это на память, к сердцу и в медальон.

 

 

Кредит доверия

 

 

Фантазировал под землей.

Вот вхожу я в вагон метро – какой у меня кредит общественного доверия? Нулевой, если не отрицательный: кто его знает, зачем я и почему я.

Предположим, я совершаю какой-нибудь благородный поступок. Ну, не знаю. При многих свидетелях освобождаю место для инвалида и кавалера труда, подаю пятьдесят рублей странствующей бабушке. Что происходит с кредитом доверия? Он увеличивается.

Теперь внимание: какой нехороший поступок я должен совершить, чтобы полностью исчерпать этот лимит, но не выйти за рамки, в отрицательный ряд? Если я наступлю кому-нибудь из свидетелей на ногу, израсходуется ли мой кредит? Еще немножко останется? Хорошо. А если капну напитком? А если пирожком? А если, нечаянно якобы взмахнув рукой, съезжу по уху?

Много, конечно, зависит от объекта. Одно дело, если съезжу свидетелю; другое – если тому самому кавалеру труда.

Такие вот яндекс-деньги. На самом деле очень интересно; я не играю на бирже, но подозреваю, что чем-то похоже.

 

Бездействие

 

 

С утра побывал в судебном присутствии – нет, ничего такого, чтобы писать, но мне очень понравилось одно дело, значившееся в расписании на завтра: «Оспаривание бездействия администрации Гатчинского района Ленинградской области».

Что спорить попусту! Областная администрация и вправду бездействует! Например, она скаредная в смысле пригородных электричек.

…Поезд подъезжал к Девяткино, когда в вагон вошла бабушка с баяном. Она заблажила нечто непоправимо народное, так что мгновенно нарисовался образ лопнувшего самовара. Она не рассчитала. Песня достигла кульминации, когда поезд остановился, двери разъехались, и в тамбур повалил народ. Это была последняя электричка перед нескончаемым обеденным перерывом.

Я хорошо знаю, что такое садиться летом в Девяткино, когда немножечко жарко, и всем охота уехать куда угодно. Было дело, что людей передавали в окна. Нынче наблюдалось нечто подобное; бабушку смяли, и вот ее уже перестало быть видно, но ее народный вой, напоминавший о стране, судьбе и хлебах, продолжал звучать, и баян тоже не унывал; они оба не сдавались и ни разу не сбились, скрашивая народную внутривагонную судьбу.

Вскоре бабушка показалась: протискивалась с баяном, и еще волокла огромную рознично-торговую сумку – похоже, у нее имелись в запасе и другие сюрпризы.

 

 

Поэма о крыльях

 

 

Джабдед, руководившей маршруткой, страдал избирательной глухотой.

— Товарищ водитель, когда мы поедем?…

Сохраняя непроницаемое лицо, Джабдед пустился в пространственно-временные размышления. Салон был заполнен наполовину.

— Дэсять минут. Дэсять человек.

Десять минут прошли, а десять человек не пришли.

Пассажиры подобрались нервные.

— Товарищ водитель, поехали уже! Никто не придет!

Джабдед оглох и молчал. Он верил в планиду. Он напомнил мне меня самого, когда я с цветами явился на первое свидание и караулил под часами; любовь опаздывала; ко мне привязался пидор в кризисе среднего возраста, подбивавший отправиться с ним в сортир для разнообразных утех и тупо твердивший: «она не придет!»; я был стоек и полно веры, она пришла.

— Товарищ водитель!..

Больше других нервничала яркая дама. Она приглянулась добродушному мужичку, сидевшему напротив меня спиной к Джабдеду, с банкой тоника в руках. Мужичок пил тоник не первую неделю. Он запрокинулся к Джабдеду:

— Я дам тебе двушку – и поедем!.. Давай?

Джабдед молчал.

Тогда мужик дал ему двести рублей. В Джабдеде не только восстановился слух, но и улучшилось зрение. Лицо его наполнилось электрическим восторгом. Он рванул с места, все больше обретая крылья и расправляя их; маршрутка полетела по-над асфальтом; я не успел оглянуться, как окрыленный Джабдед промахнул мимо моей остановки и умчал меня вдаль; все случилось молниеносно, я просто не успел отследить движение этой Черной Молнии.

 

 

Педагогическая поэма

 

 

В автобусе спиной ко мне сидел рослый молодой человек с короткой стрижкой. В руках он держал распечатанный психологический вопросник под заглавием «Самоанализ». Молодой человек переписывал вопросы в блокнот и моментально на них отвечал.

Я присмотрелся.

Подзаголовок гласил:

 

Мы продолжаем самоанализ, и когда допускаем ошибки, сразу же их признаем.

 

Ниже шли сами вопросы.

У молодого человека были татуированные пальцы, в синих перстнях. Один был наполовину сведен, довольно беспощадно – пожалуй, срезан.

Я прочел первый вопрос:

 

Сохранил ли я сегодня эмоциональную трезвость?

 

 

Соприкосновение

 

 

Ехал в маршрутке. Соседняя дама беседовала по телефону. Кое-что я ловил.

— Моет руки в унитазе, да… кидается шахматами…

Пересел на всякий случай.

 

 

Хтонический бог

 

 

Мне посчастливилось узреть истинного Бога Транспортной Торговли.

По вагону метро быстро прохаживался молодой, крупногабаритный мужчина. Я заметил его не сразу. Мужчина являл собою воплощенное физическое здоровье. Чего не скажешь о душевном. Он спешно, как будто решившись на что-то, переходил с места на места и говорил, не умолкая; при этом весело смеялся, а когда не смеялся – улыбался. В том, что он тараторил и приговаривал, нельзя было понять ни слова. Вероятно, он разговаривал с собой на древнеарамейском.

В руках он держал пакет, который постоянно завязывал и развязывал. Безумие сквозило в каждом его жесте. Сначала я решил, что у него бомба, и то же самое подумал, наверное, милиционер, сидевший напротив меня и следивший за Богом. Но бомбы у Бога не было; у него, в начале и в конце, было много неразборчивых Слов и смеха, а еще – старые шлепанцы, упакованные в тот самый пакет. Он вынул их и сунул некоторым под нос, потом вложил один в другой, спрятал и завязал. И продолжил двигаться по вагону шахматным конем.

Остановился у дверей и стал им смеяться.

Потом громко, восторженно завыл:

— Сергей!… Сергееееей! Сергееееей!

И далее вновь заскакал.

То есть он говорил и предлагал, и показывал, ненадолго спустившись из предвечной и премудрой Софии, где обитают платоновские первоидеи. Он витал в воздухе, будучи Торговой Идеей, Спросом и Предложением.

Тут вошел материальный работник Транспортной Торговли, с набором отверток.

Между ними лежала пропасть, как между Богом и Апостолами.

Они не признали друг друга и не заметили.

Краеугольный камень и голый смысл были отвергнуты.

 

 

Форматирование

 

 

На днях прокатился в метро, так пацаны, сидевшие рядом в вагоне, почему-то никак не выметаются изголовы.

Да ничего особенного.

Пять штук, трое рядом со мной, двое напротив. Лет 14-15. Не агрессивные какие-нибудь, ничего такого. Капюшончики, легкое возбудение, абсолютная незанятость ничем.

Вдруг они признали торговца, который бродил в проходе и торговал какой-то дрянью. Этот как раз был занят делом! Их сверстничек, такой же мыслитель.

— Да хуле!.. да я при бабле… да, я на работу устроился!.. все, пацаны!.. конечно, есть! (выдает сигарету) да я знаю! да моя шарага напротив вашей путяги… все, бля, теперь на работу вышел!

Друзья одобрительно, недоверчиво взгыкивали, в глазах светился неподдельный интерес. Готовый в любую секунду переключиться на какой угодно новый стимул. Стимуляции не хватало. Ее был дефицит. Не сомневаюсь, что они ехали его пополнить. Что-нибудь безобидное, какие-нибудь гаджеты или просто пивка. Час был вполне себе рабочий, около полудня.

У тех, что сидели напротив, лица были вполне безобидные, живые. Один так просто трогательный, мухи не тронет. Некоторая переразвитость подбородка, надбровных дуг, вообще черепа. Собачье искательное выражение. И ухо, давно переставшее быть ухом. Продырявленное в мочке огромной дырой. Прошитое в оконечности гантелей. Плюс еще двумя спицами. Плюс какая-то кнопка. Сложнейшая конструкция, переходник для подключения к силиконовым центрам.

 

 

Политес

 

 

Троллейбус. Народу набилось прилично.

Пожилая одна, пассажирка такая, сидит и выглядит так, что может быть кем угодно. Не исключено, пропивает пенсию. А возможно, преподает психиатрию. Впрочем, одно другому еще никогда не мешало.

Начала чихать, много, ритмично. Куку, куку, куку. Не то чтобы оглушительно, но не без достоинства, довольно въедливо и мерзко.

Мужички вокруг подобрались все сплошь народные, простые, без претензий. Хмыкают, качают головами, но не ропщут, как не стали бы ругать, скажем, сломавшуюся канализацию.

Один улыбается:

— Что ж вы так расчихались! Нехорошо!

— А это вы на меня подышали. Как подышали, я сразу и расчихалась. Потому что подышали вы на меня…

 

 

Болезнь Бехтерева

 

 

Видел в метро рекламу, шест на балюстраде.

Рекламировали какую-то остеопатию, и подошли креативно. Изобразили позвоночник в виде башни из кофейных чашек с блюдечками, и всю эту пирамиду как бы удерживают две заботливые руки, снизу и сверху.

То есть просветление у них такое: чашка-блюдечко, чашка-блюдечко, вот тебе и позвоночник.

Советую креативному люду быть осторожнее.

Я уже писал, как нехорошо вышло, когда по случаю нашего Зоолетия они уподобили небесную линию Питера кардиограмме, где Петропавловка — типа зубец R. И я отметил, что очень даже зря, потому что кардиограмма хреновая.

Так и здесь. Благодаря блюдечкам и чашечкам мы имеем «бамбукообразный позвоночник», то есть анкилозирующий спондилоартрит, болезнь Бехтерева, которая ни черта не лечится ничем и вообще на удивление паскудная.

 

Все включено

 

Прокатился в маршрутке, изучил рекламу ветеринарной помощи на дому.

«Кастрация кота – 1200 руб. Все включено.»

Вроде бы и не к чему придраться, но чем-то возвышает и немного щекочет нервы.

…В соседях сидели три дивы, которые тоже нуждались в ветеринарной помощи. Ну, несли обычную околесицу про Контакт, Виталика и какую-то разлучницу. Я всего этого не запомнил, зато засела фармацевтическая вставка:

— Она меня спрашивает: ты что, витаминки пьешь? а какие? Ну, я и сказала: те, те и те, а по названиям я не помню.

 

Тоддлер

 

Топ топ топает малыш

С мамой по дорожке милый стриж

 

Метро. Станция «Нарвская».

Мама в шубе уже миновала турникет и делает отчаянные жесты своему малышу. Довольно крупному.

Тот, кряхтя, приседает и пригибается, тенью крадется под рогатиной.

 

Топ топ топ топ очень нелегки

Топ топ топ топ пеpвые шаги

 

Голова мешает! Слишком, подозрительно рослый малыш! Но ничего. Дорогу осилит идущий.

 

Топ топ скоpо подрастешь

Hожками своими ты пойдёшь

 

Вот она, рогатина, и пройдена!

«Уи, уи, уи», — беспомощно визжит ему вслед турникет.

 

Спят мои Титовы и Гагарины,

Носики-курносики сопят. 

 

В поле ягода навсегда

 

 

Бывают люди, которым весь мир задолжал. По дикому недоразумению они почему-то не правят волшебной страной, а существуют среди насекомых, которые даже не подозревают об их величии. По стечению обстоятельств, еще более дикому, они даже пользуются общественным транспортом. Они вынуждены. Они родились для колесниц, но подслеповатый Создатель промахнулся с эпохой.

Ехал в одной маршруточке, и вот туда за пару остановок до конечной вплыла Дама. Преуспевающего командно-административного вида, лет 50-ти, в сиреневых волосах и сильно раскрашенная. Завела диспут о десяти рублях.

— Здесь, когда садятся, положено брать уже не тридцать, а двадцать!

— А вы попробуйте такой номер в метро! — кричал через плечо водитель.

— Ладно, ладно…

Хозяйке мира не сиделось спокойно, она захотела выяснить пути подъезда, подъема и спуска.

Кто-то из пассажиров дал пояснения.

— Это я знаю без вас!

Прекрасная, дивная женщина! Хочется подарить корзину цветов на 8-е марта. И на 9-е. Попробуй не подари.

 

Дурнота

 

Маршрутка, нарядившаяся автобусом, виляла среди сугробов из ряда в ряд, повинуясь дурным суетливым воплям:

— Здесь! Нет!… Нет!… Это не здесь еще!… Вон там!…

Морозная тьма изобиловала наледями, все было непонятно.

Из глубин тортилловидного, гориллосодержащего толстошубия продолжал блажить голос:

— Вон тот поворот!

Я ощущал себя беспомощным заложником.

Террористка угоняла автобус в Антарктиду.

…Все мы отлично знаем, что такое дурной глаз, дурной язык, дурной вкус и дурной слух. Это явления вполне автономные.

Зато дурной голос и дурной нос почему-то всегда существуют в связке с дурной головой. Которая подключает далее руки и ноги.

 

Котлета

 

Молодой человек, клевавший носом на корме троллейбуса, держал в руках пачку купюр. Денег у него было прилично. Руки богача изобиловали синими перстнями и прочими знаками отличия. Богач находился под сложносочиненным кайфом.

Всем своим видом он прямо-таки взывал: возьмите! возьмите!..

Он то и дело засыпал.

Не надо было хватать, достаточно было просто протянуть руку, взять и спокойно выйти.

Я смотрел на него, не отводя глаз. Во мне зарождался темный соблазн, уходивший корнями в разные лиговки и хитровки.

Но я был прозорлив.

Я не мог исключить, что это подсадная фигура. Что это Глебъегорыч подкарауливает Кирпича.

Поэтому я не стал вмешиваться – напротив, изготовился к выходу.

Увидев, что комбинация под угрозой, толстосум применил последнее средство: рассыпал купюры. Они разлетелись по полу, я посторонился. У богача зазвонило мобилло, и он заговорил мутным, предсмертным голосом:

— Да… да я на очную ставку еду!.. бля, рассыпал все бабло…

Мало ли кто едет на очную ставку! Могут ехать обе противоборствующие стороны, и даже больше.

Поэтому я вышел, не теряя достоинства.

На улице обнаружил, что шепеляво приборматываю: коthелёк, коthелёк.

 

Эконом-класс

 

Нанотехнология дотянулась до маршрутки — да так, что случилась модернизация.

Я с огромным удовольствием и облегчением увидел объявление, прикнопленное над водителем:

 

На данном маршруте установлена касса-полуавтомат. Инструкция пользования кассой находится в салоне возле билетов…

 

Касса, к несчастью, хреново работала в нашем пещерном отечестве.

Она представляла собой узбека-водителя в конфигурации с билетным рулоном, болтавшимся туда-сюда на веревке. Инструкции я не увидел – очевидно, она была записана на внутренний винчестер узбека. Нужно было переводить ее в голосовой режим.

Так что кассой-полуавтоматом почему-то никто не пользовался.

Не иначе, эта тонкая вещь сломалась в руках дикарей.

В нашем транспорте бесполезно устанавливать автоматы. В троллейбусе, например, повесили бегущую строку с указанием остановок, времени суток и температуры воздуха. Наступило вечное лето, столбик термометра не опускается там ниже + 18, а время – это уж какое получится. Главное, что московское.

 

Вихрь и Антитеррор

 

Рамка металлоискателя, установленная на Финляндском вокзале, приковала мое внимание.

Я прошел и ни разу не зазвенел.

Хотя у меня было чему звенеть – мелочь, ключи, телефон, да еще пара особенно мелодичных предметов. Но нет, обошлось. Я даже подпрыгнул, будучи сознательным гражданином, однако без толку.

Я решил уже, что это деревянная декорация, ан нет. Двое в черном прошли в нее, намереваясь не проникнуть в вокзал, а покинуть его, и рамка спохватилась: зазвенела и замигала огнями. Впрочем, это не возымело никаких последствий.

Я пришел к выводу, что угроза со стороны Финляндии представляется намного более серьезной, чем откуда-либо еще. Граница на замке. Кто с тротилом к нам придет, тот от тротила и погибнет! На том стояла и будет стоять, и еще летать.

 

Шуба

 

Шуршание бумаги бывает изобличающим. Оно же – «обнадеживающим», как описал его Гашек применительно к запершемуся в сортире кадету Биглеру.

Еще оно бывает демонстративным: например, эксгибиционист в электричке настойчиво шуршит газетой, которой прикрывается до поры, а когда на него, наконец, обращают внимание – раскрывается.

И еще оно бывает уведомительным.

Четкой демаркационной линии не существует, одна разновидность может перетекать в другую.

Уведомительное шуршание звучит в маршрутке.

…Шуба садится. Салон полупустой, но Шуба сначала усаживается, а после уже начинает думать, как бы так половчее не встать. Как бы так изловчиться, чтобы поднялся сосед – я, например.

Я тоже сижу достаточно далеко от извозчика, и это немного смущает Шубу.

Я уже знаю, что будет дальше, и сосредоточенно рассматриваю пол. Рядом начинается шуршание. Это шуршит Шуба, денежными купюрами. Немножечко звякает. Шуба шуршит деньгами умышленно долго. Она оставляет мне пространство и время продемонстрировать галантность: не унижаться, не передавать инициативу. Я должен додуматься сам. При первом – в крайнем случае, при повторном – шуршании я должен отреагировать на стимул. Я должен повернуться на шорох, изогнуть брови, воспользоваться последним шансом явить предупредительность. Во всем моем облике должно проступить нетерпеливое ожидание. Тогда она с полным правом доверит мне тридцать рублей. Если я удостоюсь доверия, мне даже могут дать пятьдесят, а то и сто.

Опять же спокойнее будет, если я посмотрю. Иначе как-то не с руки. Иначе придется изобразить, что приподняться и сделать два шага самостоятельно – движение, превосходящее возможности Шубы. Мне же будет хуже, я предамся терзанию и самоугрызению.

Я приблизительно знаю, сколько шорохов ждать. Пауза после второго – сигнал к действию.

Я встаю, не оглядываясь, неторопливо пересаживаюсь на другое место, рассеянно гляжу в окно. Позади меня мертвая тишина.

 

Гендерная арифметика

 

 

Меня снова назвали девочками и мальчиками.

— Ну что тут у вас, девочки-мальчики?..

Кондукторша заглянула мне в горсточку. Старая добрая бабушка, шаровидная, была одета в рейтузы до подмышек и вооружена датчиком. Я разлепил ладошку:

— А у меня тут… смотрите — бумажка! и две монетки…

Я ощутил себя Гансом и Гретелью в гостях у сказки. Сказочная печка заурчала и выпекла мне пирожок: билетик. Пошла дальше, уже напитываясь строгостью; датчик стал похож на лопату для поджаривания заблудившихся непослушных деток.

 

Космическая опера

 

Метро.

Немного безумия. У КПП села сильно огорченная чем-то женщина, с кефиром. Видом не из бездомных и не сказать, чтобы выпимши. Сидела, сорила снедью и громко орала на весь вестибюль:

— Хуи на блюде! Хуи на блюде! Хуи на блюде!…

Резко вскочила, стремительно вышла. Тут же вернулась со словами:

— Я же хотела поехать на метро.

Купила жетончик: хуи на блюде!

Помчалась к автоматам. Двигалась ровно, ни разу не пошатнувшись.

Милиция в компании с трудящимися станции окружила ее, но не мешала, держалась в стороне. Милиция покатывалась со смеху. Станционных смотрителей тоже разбирал смех. Они переталкивались локтями, кое-кто приседал и бил себя по коленям.

Ораторша притормозила, оглянулась на них:

— Хуи на блюде!…

Дело, кстати, происходило не на «Горьковской», которую выполнили в виде летающей тарелки, а жаль.

 

Успение

 

И вот уже загорается красный свет и трогаются машины; и вот отъезжает автобус.

Она семенит. Она улыбается все сильнее. Улыбка застенчивая, и она разгорается.

Бегом-бегом-бегом! Тороплюсь-тороплюсь-тороплюсь!

Бежит.

Что означает эта улыбка?

«Не сердитесь на меня! Смотрите, какая я славная – веселая, толстая, добрая! Вы не можете гневаться на меня всерьез. Бампер не доехал до меня полсантиметра – что с того? Автобус остановился – ничего страшного! Это же я. Вот я бегу. Не сердитесь. Еще секундочка – и жизнь возобновится».

Вот уже тротуар, улыбка счастливая, щеки румяные. Бампер подрагивает. Автобус ждет.

Вот и я!

Успела.

Конечно, найду без сдачи. Минуточку. Не так быстро. В кошелечке двадцать восемь отделений.

Но вот она садится. Дальше прикидываться глупо! И улыбаться незачем. Улыбка стремительно сползает с лица. Маленькие глазки внимательно осматривают салон.

 

По направлению ко Дну

 

Язык мой довел меня до Киева от Петербурга – пришлось поехать.

Я уже довольно давно не ездил в поезде, а если так, чтобы набегало дольше суток, то вообще двадцать лет назад. Ну и впечатления образовались довольно бледные.

«Працюе кондиционер» — ничего он здесь не працюе, а вагон-ресторан отсутствовал как класс, и это оказалось главной бедой.

Подозревая худшее насчет курения, я с интимнейшим видом поманил к себе проводника. Тот мигом стал неимоверно серьезный.

Что вам, мужчина?

Очевидно, он вообразил, будто я попрошу у него как минимум бабу, и он на этом так приподнимется, что больше уже никогда не будет проводником. Но я всего лишь спросил про где покурить, и он разочарованно махнул рукой: везде. Так что я беспрепятственно курил, изучая при этом сразу пять запрещающих надписей и рисунков на разных языках.

Толчок был забит задолго до меня; я нажал кнопку, и он плюнул так, что я едва успел выскочить и привалился к двери, припирая ее спиной, на всякий случай.

А дальше потянулись пейзажи, всегда заставлявшие меня содрогнуться. Я представлял, как под влиянием неясного порыва высаживаюсь в этой ночи, где ну ничего же нет вообще, и вот это будет пиздец.

Но я хотел написать не об этом, а о покойном писателе Диме Горчеве. Дело в том, что я, уезжая, взял с собой его «Жизнь без Карло». И впервые поехал, как выяснилось, тем же маршрутом, каким ездил Дима в деревню. И книжка как раз об этом оказалась. То есть я приезжаю на станцию Дно, а Дима рассказывает мне о раках, которыми там торгуют.

Но это ладно бы! Я еще в городе прочел начало, где Дима выезжает с Витебского вокзала. Еще не абсолютный синхрон. Но вот приходит украинский пограничник, вставляет мой паспорт себе в прибор — и в эту секунду я дохожу до места, где Дима пишет о том же самом.

Тут, наконец, я признал, что — да. Дима, я оценил! Привет, спасибо тебе. Увидимся.

 

Почвенное

 

Дорожные впечатления по дороге из Киева обогащались пейзажами с выделением коня и сохи.

Или плуга?

Соха или плуг? Я никогда не знаю точно.

Короче, именно это самое было у селянина, который вспахивал себе огород. Плугом. И конем. Или сохой. Украинская такая картина. Я впервые такое видел. Ну, никогда я не становился свидетелем землепашества. У дедушки моего имелся в распоряжении лошадь Орлик, но я не знаю, зачем — вроде, дедушка не пахал, а только ездил на нем к бабке моей в соседнее село. А этот селянин трудился под ярким солнцем, и жинка там какая-то рядом шла, и все расцветало, обещая сельское хозяйство.

В общем, я проникся. Я пролетаю мимо, телефон у меня ебошит смсочками, а за окном пашет конь, словно и нет на свете нанотехнологии. Когда поезд приехал в Белоруссию, сразу через границу, я почему-то мигом понял, что коня не будет. Он кончился. И пшеница кончилась. И подсолнухи. Потянулись чистенькие лопухи с лебедой, старательно выметенные и скромно покрашенные.

В России же, в псковской области, вообще угадывалось приближение узловой станции Дно. Нет, ну потом я приехал в Питер, где конь уместен только каменный. Станция Дно осталась там, где ей положено быть.

 

 

Проторенной тропой

 

Уехал в Москву.

И вышел я на Курском вокзале.

Хотите верьте, хотите нет, но первое, что я услышал, было: «Подается электропоезд под посадку до станции Петушки». .

..Почему я приехал на Курский вокзал?

Не потому.

А потому, что поезд шел в Новороссийск. Так вышло. Он шел от Питера до Москвы 10 часов, будучи скорым и никуда не спеша.

Друзья, никогда не пользуйтесь этим поездом! Там было много детей. Я ехал в обществе большой и дружной семьи. Со мной в купе поселились дедушка и бабушка, а за стенкой — их дети с внуками.

Внуков время от времени заносили в купе посмотреть, как спит бабушка. Как спит дедушка. Как спит дядя.

Дядя не спал.

Мне не хватает анилиновых красок, чтобы все это расписать. Ответьте мне: вот те люди, которые берут деткам в поезд пищащего резинового зайца – у них что происходит в голове?

 

 

Шалости смысловой парадигмы

 

 

Поезд на Питер был ночной, так что все стали быстренько стелить койки. Мой сосед, наблюдавший, как я сноровисто заталкиваю подушку в наволочку, похвалил:

— Армейская выучка сразу видна!

Я доброжелательно улыбнулся. Я в армии не служил. Впрочем, сосед был инвалид с палочкой, и каждый казался ему майором Вихрем.

…Утром я стоял в коридоре у окна. Возбужденная женщина спросила у меня чаю. Во мне не было ничего, что выдавало бы принадлежность к российской железной дороге — за исключением езды по ней.

Как мог вменяемый человек спросить у меня чаю? Хотя она, конечно, вменяемой не была.

 

Корнеплоды живут под землей

 

Метрополитен развивается, идет навстречу.

Продавец, который зашел в вагон, мне раньше не попадался. Я говорю в собирательном смысле.

Он продавал универсальный нож и начал прямо в проходе чистить картошку, морковку и капусту. Разбрасывая очистки, он говорил окружающим, что его, конечно же, можно остановить.

Надо признать, что он расшевелил коллективное корнеплодное бессознательное. Торговля пошла бойко.

Даже я попросил капусты, но поезд гремел, и продавец не услышал. Он метался между заказчиками, ни на секунду не теряя из виду своей овощебазы.

 

Считалочка

 

Электричка.

— Билеты, пожалуйста.

— У нас тут инвалид, пенсионер и ветеран!

— Разные билеты, да?

— Нет, это все я одна…

— А! Ну так надо было с этого начинать…

— Но нас едет трое.

— Десять рублей…

Короче, я отчаялся для себя разобраться.

 

Совет да любовь

 

 

В метро был приятно удивлен рекламным плакатом. К пассажирам обращается творожный крем:

 

Встречусь с вафелькой. Порядочность гарантирую.

 

Сержант Пидренко

 

Как вы, друзья, поступаете с незнакомыми предметами, обнаруженными на станциях метро? Не пытаетесь ли самостоятельно их обследовать? Очень вам не советую. Ваше разумение будет сметено ударной волной.

История, услышанная на днях от ненароком выжившего участника.

Итак, недоброй памяти 99-й год, когда президентская кампания стартовала парочкой взрывов. В Питере тоже, естественно, сделалось неспокойно, хотя и зря, однако — полный шухер и все навытяжку.

Станция метро «Балтийская». Вечер.

Молодые люди, он и она. Посреди платформы. Стоят себе, целуются. Или что-то другое. А рядом за ними следит незнакомый предмет, он же – неустановленный пакет. Молодые люди глянули аккуратно – что-то там странное, завернутое в оберточную бумагу, перетянутое бечевкой.

Да хер его знает, что там!

Все же на взводе.

Короче говоря, отправились молодые люди в милицию метро. Вот так вот, взявшись за руки, с васильками в кудрях, с пограничной тревогой в глазах. Такова уж судьба барабанщика, подниматься по эскалатору молодым, поющим бесогоном.

— Там пакет…

— К стене, блядь! Ноги врозь!…

Палками по хребтинам, карманы наружу. Тут вошел некий наряд, возглавленный офицером. Хриплым голосом офицер каркнул с порога:

— Объявляется благодарность сержанту Пидренко за своевременное обнаружение муляжа взрывного устройства. Уложились в пять минут.

— Как Пидренко? – донеслось от стены. – Это же мы нашли!

Ну, они были совсем молодые люди.

— А вы пошли нахуй отсюда! – рявкнул руководитель муляжа.

 

Инициатива

 

День Психического Здоровья вот-вот завершится, а я еще не высказался.

У меня по случаю только что родилась мелкая инициатива.

Еду в маршрутке.

А там повешен развлекательный экран, с которого поступают разные сообщения.

 

О подозрительных личностях сообщите сотрудникам полиции.

 

И нарисован вполне респектабельный силуэт с огромным знаком вопроса.

Мне не то чтобы сильно хотелось разгрузить МВД, но я предлагаю дописать еще один телефон.

 

Опыты мелкого рыцарства

 

Поднимаюсь я эскалатором, а двумя ступеньками выше стоит девушка в джинсах.

И у нее из заднего кармана торчит купюра. Уголок. То ли сто рублей, то ли пятьсот. Ну просто напрашивается на хищение.

Я стою и не знаю, сказать или не сказать.

Надо бы сделать добрый поступок, но как-то неловко. Она решит, что я ее жопу рассматривал. В общем, я пребывал в раздвоенном настроении.

Недавно мне долго втолковывали, что важны не слова, а дела. Ну да! Сейчас вот приедет она домой, к какому-нибудь придурку, и тот начнет лицемерно расхваливать эту жопу в заведомо ложных высказываниях, потому что ничего хорошего там, кроме этой купюры, нет. А так, чтобы бескорыстно защитить, никто не почешется.

Я решил для себя: если пятьсот рублей – скажу. Если сто – промолчу.

Подался вперед, пригнулся. Черт его разберет, сколько там.

Уже, наблюдая мое пристальное внимание, начали на меня коситься разные рядом.

В общем, на самом верху я сказал.

Пусть считает мой интерес искусно закамуфлированным комплиментом.

 

Шрамы на сердце

 

Троллейбус. Дверь в кабину распахнута, вовсю поет радио:

 

Как ты мог, как ты мог поступить со мной так,

Так вот взять, взять и зачеркнуть всю мою жизнь.

Как слепа, как глупа, как нелепа, наивна была я..

 

Напротив меня сидела бабушка лет восьмидесяти. Она шевелила губами, повторяла и с чувством кивала после каждого слова. Я бы сказал, даже с ожесточением. Ничто не проходит, да. Все как вчера.

 

Фобос и Деймос

 

Метро.

Бабушка и внучек, лет не знаю, скольки. Маленький.

Бабушка обстоятельно просвещает его насчет различных религиозных событий. Что-то о Рождестве и так далее.

— А когда будет Страшная Суббота?

— Такой субботы нет..

— Нет, есть!

— Нету такой субботы, нету…

— А Страшная Неделя? Я помню! Говорили, что нельзя телевизор смотреть, потому что неделя Страшная.

— Нет такой недели…

— Нет, есть!

 

Хазарский словарь

 

Едучи в метро, дочура вспомнила о моем обыкновении наблюдать и следить. Тут же и применила: рядом сидел не то китаец, не то кореец – рисовал в блокноте иероглифы и снабжал их русскими подписями.

Дочура заглянула в этот словарик.

Моментальная выборка была следующая: «Ландшафт», «Малярная кисть», «Тоска по родине».

 

Ослепительный миг

 

В питерском метро по вечерам катается исполнитель.

Бродячие музыканты ни для кого не новость; они исполняют половину песни дурными голосами, подыгрывая себе на гитаре или гармошке и стараясь привлечь максимум внимания на остановках, когда поезд не шумит. Потом быстро проходят, собирая мелочь.

Исполнитель не таков.

Он устроился основательно, в границах импровизированной концертной площадки.

Мне впервые удалось рассмотреть его вблизи и понаблюдать; раньше я его видел, но мельком.

Худой, как щепка, и бледный, как Конь Апокалипсиса; в темных очках, черной широкополой шляпе, кожаной куртке; патлы до плеч, на впалых щеках – щетина. Он сидел при двери в углу, где не рекомендуется прислоняться, с гитарой на коленях. Перед ним стоял складной стульчик, на нем – здоровенный проигрыватель. Рядом покоилась расстегнутая сумка для пожертвований, внутри которой красовался некий плакат. Сперва я решил, что там написано об умершем родственнике или надобности в протезах. Но нет. Там стоял плакат с нарисованным солдатом и словами: «Враг хитер, в нем звериная злоба – смотри в оба».

Вращался диск со смесью песен, которым исполнитель с грехом пополам аккомпанировал на гитаре. Играл он так себе. Иногда и вовсе переставал, отвлекаясь на мысли. Но постепенно увлекался. К примеру, песня про Ослепительный Миг ему явно нравилась самому. При первых аккордах с диска он выбросил вверх руку, потом обхватил себя обеими – на словах «за него и держись». Очевидно, он отождествлял себя со сверзившейся звездой.

Вообще, он держался весьма интеллигентно. На остановках он, в отличие от алчных лабухов, приглушал звук, чтобы всем были слышны названия станций. На перегонах, напротив, выворачивал до предела.

— Браво! – крикнул кто-то на выходе.

Гитарист воодушевился и начал, забывшись, негромко подвывать. Впрочем, он скоро опомнился и перестал.

На подъезде к моему Кировскому Заводу он сорвал маску и окончательно перешел на «Юрай Хип».

 

В гостях у сказки

 

В метро торчало приглашение: «Решись улыбнуться дежурному у эскалатора!»

Я в нетерпении поплыл вниз.

В будке томилось нечто, похожее на самую большую собаку из сказки «Огниво». Я немедленно улыбнулся во весь рот, но это не возымело никаких последствий.

 

Но если есть в кармане пачка

 

В пригородном автобусе ехал вылитый Цой.

Правда, он не знал ни одного русского слова – ни даже предлога и союза. Но это в наше время не редкость. Удивительно было то, что он, совершенно не умея выразить, куда ему нужно, был абсолютно счастлив. Юный, подтянутый, с белоснежной улыбкой, при наушниках. В какой-то момент я подумал, что он просто разучился их вынимать и поэтому ничего не слышит.

— Вам докуда? – допытывалась кондукторша.

Путешественник застенчиво и приветливо скалился, пожимал плечами.

— Как же вы будете выходить, если не знаете? – Кондукторша была полна терпеливого сострадания, но и билет ей хотелось продать. – Есть Колтуши, Янино, Разметелево…

Простые русские слова, понятные любому сердцу своим неповторимым звучанием, не находили в пришельце ни малейшего отклика.

— Возьмите с него по максимуму! – весело крикнул какой-то дядя. – Сразу вспомнит!

Кондукторша так и поступила.

Странник принял билет и уставился на него, как на верительные грамоты марсианского посла. Сунул в карман и продолжил смотреть в морозное окно, мечтательно улыбаясь.

В суровые времена его бы сразу и шлепнули как азиатского шпиона.

 

 

Зависть

 

 

Ехал в троллейбусе, видел дедушку. Очень славный.

Я редко кого называю славным.

Старенький совсем, в плаще и берете. Хорошо за семьдесят, а то и за восемьдесят. Улыбка не сходит с лица, прямо-таки приросла. Солнышко светит, греет его, и он улыбается от счастья. Чему улыбаться-то?? уж дело к закату! уже совсем к закату! улыбается.

Пиз-дец.

И мне стало завидно. Я не завистливый человек, но тут позавидовал. Хотя нет. Если ты видишь у кого-то что-то, чего у тебя нет, и хочешь того же, то это не зависть. Зависть это когда хочется, чтобы было наоборот.

 

Всеволожское

 

Ехал по области. Вообще, надо прихватывать камеру, по пути можно много чего поснимать.

 

Умные ландшафтные решения! Лонопарк!

 

Много чего есть. «Санузел в любом месте без строительных работ». В Колтушах встал стояком такой Биг-Бен с боем, что все леди в гости к нам. Наши девки уже распевают в «Березке» напротив. 510 лет местности. Ни хрена еще не было, а она была.

 

Хорошие новости от Сартра

 

Вот есть на свете Рябовское шоссе – и хоть лопни!

 

Замедленное падение

 

В метро развешаны плакаты ректора Вербицкой. С них она учит узбеков, как правильно расставлять ударения, где говорить букву «ё», а какие слова вообще нежелательны.

Я поймал себя на постыдном. Всем нам известны выражения так называемого детского мата. Он касается, главным образом, физиологических отправлений без тени еще пленительной эротики, высшей по Фрейду.

Люди, которых смешат такие слова, обычно застревают на уровне развития второго класса, навсегда; из них вырастают полицейские, продавцы, мелкая администрация и так далее.

Но вдруг я заметил, что сам все чаще пользуюсь этой лексикой. Меня вынуждает кот. Аккуратно с утра, по пробуждении.

Что делать? Он-то и во втором классе не учился. Это же плохо, правда? Я никогда не любил этих слов. Избегал их. Не поддерживал их в разговоре. И вот пожалуйста.

Очевидно, я слишком часто езжу в метро и становлюсь, как того хочет Вербицкая, настоящим петербуржцем.

 

Вербицкая не видела

 

«Жинвалиды» — впервые услышал такое в гортранспорте номер два.

 

 

Доброе слово и кошке приятно

 

Метро. Артист Олейников хвалит прямо с путей проктологию, урологию и гинекологию. Чем ему приглянулась последняя? Стоянова приводил?

 

 

Случай неодолимой причины

 

— А потому что запрещены ваши проездные в нашем автобусе!

 

 

Сложение и вычитание

 

Метро. Юноша и девушка флиртуют. Юноша складывает Кубик Рубика.

Девушка:

— Вы в баскетбол играете?

— Да нет.

— А почему?

— Да как-то не сложилось.

 

 

Сладкий Альцгеймер

 

Метро. Бабушка, вооруженная тортом. Внучка.

Бабушка:

— Я смотрю, у тебя память стала совсем плохая? Как называется самый большой в городе магазин?

 

 

Фрязопочин

 

 

Вчера мне рассказывали про лежачих полицейских — больно много их пораскинулось. Оказалось, что начал все мэр подмосковного не то Фрязино, не то Фрязево – я вечно их путаю, а мэров не знаю вообще.

Верховный фрязожитель распорядился выстроить нечто вроде надолба из асфальта, о который моментально разъебал бампер или подвеску какую-то и запретил. Не знаю, так ли все было. Много рассказов ходит по Руси.

Но в целом идея мне нравится. Вот лежат через каждые десять метров – богатыри, не переедет даже БТР. И получают усиленное зондовое питание за вынужденную сотрясениями диету.

Нет, не хотят у нас оживить резиновую мертвечину. Мог бы подать пример Нургалиев лично, но его же никто не заметит, даже раскрашенного в радужные полосы.

 

 

Замки

 

Сегодня довольно много ездил. Заметил загородный рекламный плакат: СРЕДИ СВОИХ – ОСОБНЯКИ С ПРИВИДЕНИЯМИ.

Урки и толковища, воровские малины? Передел собственности – наверняка.

 

 

Морфология и среда

 

Станция «Адмиралтейская» мне очень понравилась! Вот что значит новая.

Ни тени рекламы, хотя понятно, что все это скоро украсят цитатами из Китса вперемежку с рекламой «Интиминвестлизинга».

Но я вот даже не покатил бумажку.

Я всегда качу вниз бумажку, а тут не стал, дотерпел до урны.

Так и закаляется сталь.

Если в городе все такие богатые, то можно же не капать с пирожка на версаче!

Вот возле моего метро, которое давно оскопили скульптурной группой «Слава труду!», вышло ожидаемое недоразумение. Вообще, население наше все чаще различает себя зоологически. Черного, плотного гостя города какой-то слабо вменяемый славянин назвал бараном, а тот его – козлом. Возник вялый спор насчет морфологии, который к общему неудовольствию разрешился легко и без потерь.

 

По праву на рекламу

 

 

Многие пассажиры, особенно сельские, не читают, что за окном. Написано – и хорошо, тот же забор.

А я читаю.

Вынужденно объезжая область, я продолжаю замечать кое-что придорожное – в основном, плакатной величины.

 

M&M тает во рту, а не в жару.

Это же надо обмозговать и выбрать альтернативное место.

 

Полное собрание низких цен: Дядя Ваня в Ванне. Свисает мочалка. Дяди не видно. Надеюсь, он утонул, по дешевке-то. Антон Павлович , мне кажется, пришел бы в несказанную радость. Из того же полного собрания: Очарованный краник. Вероятно, речь о виагре, отведать которой Лескову не повезло.

 

Подарки для любимых: самовары, тандыры. Вам чего больше хочется?

 

Ну, и в метро добавилось моментально: Дом-2, Даша + Сергей. Чью больше любовь ты хочешь? Я даже не знаю. Даша или Сергей? Хотя в их коллективное мероприятие меня по ряду причин не пустят.

 

 

Вариации на темы

 

Угрожаемые пассажиры! Будьте внимательны при поведении на эскалаторе.

 

 

Кладовая здоровья

 

 

Троллейбус. Едут папа и сын лет восьми.

Сынок:

— Папа! Я хочу жить очень долго! Что для этого нужно сделать?

— Хочешь жить очень долго? – переспросил папа.

— Да!

Папа на какое-то время задумался.

— Делать утром зарядку, — молвил он наконец. – Не пить, не курить и обливаться холодной водой.

— Даже зимой?

— И зимой тоже.

Между тем сутулый папа, упакованный в очки, не производил впечатления атлета. В руках он держал три непоправимо увядшие, абсолютно мертвые розы, которые то и дело осторожно подносил к носу.

 

 

Команда молодости нашей

 

 

Бывшая моя супруга рассказала, как ехала в троллейбусе.

Вручила кондукторше пятьдесят рублей, а та ошиблась со сдачей — дала, как со ста. Ну и в супружнице моей разыгрались фантазии: придется несчастной докладывать денюжку из своей зарплаты.

Только как обратиться к кондукторше, как ее назвать, когда она ушла далеко?

— Бабулька! Вы мне сдачи слишком много дали!

Кондукторша, уже просочившаяся в хвост, проворно обернулась:

— Какая я тебе на хуй бабулька?

 

 

Графика

 

 

В автобусе висит рисунок. Четыре рожи.

«Оплатите проезд!» — рожа улыбается, что не очень понятно. Здесь какая-то болезнь.

«Проезд оплачен» — восторгу рожи нет предела.

«Проезд не оплачен», — рожа в предельной депрессии.

И – внимание! – «В автобусе контролер». Рожа индифферентна. Она спокойна. Почему? На ней написано странное половое удовольствие. Может быть, я додумываю. Прямая линия рта. Серьезность события. Что это?

 

 

Баварсие сосиски с сыром

 

 

О, ей нравилось все.

Кроме.

Ступеньки в автобусе слишком высокие. И вообще масса неудобств.

Села рядом.

Ждала она его, автобуса, ДВА часа. Чтобы доехать до «Полушки», где продают эти же, вкусные…

— Венские, — вздохнул я.

— Нет!

— Телячьи, — я старался свернуть беседу.

— Нет!

Я вздохнул.

— Баварские. С сыром.

— Вот! — возликовала она. – Знаете все, а молчите!

Дверь распахнулась инвалидным скрипом, и она отправилась в «Полушку».

 

 

Cибарит

 

 

Маршрутка.

В соседях у меня гражданин с наружностью – ну, скажем, ближе к якутской. В чем нет ничего особенного.

У него зазвонил телефон.

Как, как он ответил!

— Мдаа?… Я слушаю…

Так, мне кажется, изъясняются завсегдатаи изысканных борделей, хотя это сугубо личное мое мнение; я мало общался с такими людьми – только с одним, говоря откровенно; он был вполне живописен в описаниях; впрочем, боюсь, что бордель его был не изысканный.

— Мдаа? Какая?

Такой тон допустим на диване, в бархатном халате. Или шелковом.

Я напряженно подслушивал.

— 171-я? А, ну так там с балкона хлещет вода на козырек… К понедельнику сделаю, обещаю. В крайнем случае – к среде.

На дворе догорала пятница.

Да, еще на нем была георгиевская ленточка, на сумке то есть, но в этом я тоже ничего такого не вижу.

 

 

Самая нелепая мечта – высота

 

 

Ехал в такси.

Водитель делился пережитым.

Забрал часа в четыре утра трех блядей из ночного клуба.

— Ну, высоченные! Ну, дылды! Одна развалилась на заднем сиденье и положила мне ноги на плечи. Я: «Вы мне обзор загораживаете!» Она: «Да ладно, хуйня, поезжай!»

Так и катил с ногами.

 

Паралимпийское

 

 

В метро приметил микроцефала.

Молодой человек.

Ну очень маленькая голова. И очень большие часы, явно из магазина игрушек: зеленый пластмассовый браслет, фиолетовый корпус, электронные. И еще у него был при себе футбольный мяч.

Интуитивно микроцефал, видимо, чувствовал, что ему чего-то недостает. В какой-то момент он встал, отошел в сторонку и начал устанавливать мяч себе на голову, пытаясь удержать.

 

 

Кардиостимуляция

 

Нищие нынче образованные.

По вагону метро неторопливо вышагивал господин в мятом, но чистом костюме и палочкой, явно необязательной. Он держал ее на весу и слегка помахивал. Нес табличку: «Дефект межпредсердной перегородки и овального отверстия».

Я не успел рассмотреть лицо на предмет цианоза, румянца или еще чего там. Цвет бритого черепа наводил на мысли о хроническом гепатите или циррозе. Интересно, понятен ли ему свой диагноз и что он сам разумеет под овальным отверстием.

Возможно, это бывший ребенок, который возмужал в метро и которого мама носила в свое время с той же табличкой.

 

 

Конец детства

 

 

Метро.

Эскалатор на спуск.

Громкий хлопок. Теракт? Нет.

Два брутальных мужчины провозили воздушный шарик; мимо промчался некто, задел. Шарик лопнул.

Владелец расстроился:

— Куда побежал-то, мудак, пидорас?..

 

 

Акклиматизация

 

 

В маршрутке не повезло мне сесть впереди чудовища.

Оно простудилось.

Оно устроило редкий перформанс. Чудовище кашляло, хрюкало, перхало на весь салон; оно шмыгало, цыкало и чмокало, оно чавкало. Казалось, оно целует себя за то, что хрюкает. Или преобразовалось во щи и само себя хлебает. Ему было вкусно до самозабвения. Еще оно чем-то звенело в паузах – не то пересчитывало мелочь, не то чесало яйца.

Фургон, подобно утке, переваливался через лежачих полицейских, подстегиваемый кашлевыми толчками.

Я рисовал себе скотомогильник. Я видел себя средневековым доктором с клювом и в длинном одеянии, с факелом наготове.

Клянусь, все это сложилось в моей голове, когда я еще не взглянул на него и вообще не знал, что это гость с юга.

Но монстр взялся за телефон. Звериные вокализы сменились осмысленным для него гурбангулы.

Все мы живем во власти стереотипов. Образ сложился. Я встал, пошел к выходу и оглянулся, чтобы подтвердить умозрение. Черта с два. С юга – да, конечно. Однако — респектабельный седой джентльмен в пальто, белой рубашке, при галстуке.

 

 

Принесенные ветром

 

 

Со снегом на город выплеснулось безумие.

Троллейбус.

Ненастье родило дедушку в шапочке. Он приземлился с кем-то рядом.

— Ура, ура, мы с Пятачком! Детское радио смотрели?

— Времени нет, — ответил сосед.

— Пятачок это означает защиту. – Дедушка помолчал. – У метро либералы предлагают деньги, заключить договОр. Это узаконенное воровство! Разве на «вор» может быть ударение?

— Тем не менее так говорят…

— А тогда – «носитель языка»? Я всегда хочу спросить: тяжелый язык? Сколько килограмм?

Дедушка глянул в окно.

— О! Краснопутиловская-четыре! Комиссия по борьбе с коррупцией! Там либералы сидят. Знаете, что они мне сказали, когда пришел? «Докажи!»

Троллейбус остановился, и дедушка вывалился в метель.

…Да и в трамвае было неплохо. Я ехал в унылое место, промзону – Ленгидрометаллохуй, шиномонтаж и так далее.

Когда я вошел, старенький кондуктор досказывал что-то:

— …Маленький такой. Летает – и думаешь: кусается?

Я стал слушать дальше. Кто летал и кусался, я так и не понял.

Кондуктор начал перечислять окрестные улицы:

— Лени Голикова! Зины Портновой! Зоя Космодемьянская! Повесили, окурки тушили… Я был там туристом.

 

Мчатся тучи, вьются тучи, невидимкою луна.

 

 

Салонный лев

 

 

Решительно говорю, что когда снегопад, с кондукторами что-то происходит.

— Садитесь же! Не надо ничего – клянусь, никто ничего не сделает!

Взъерошенный пожилой кондуктор усаживал почтенную даму и денег не брал.

— Садитесь, вам ничего не будет!

Сам он тоже сел – впереди; повернулся к ней, навалился на спинку сиденья. Глаза сияли молодым блеском, вокруг разбегались лучики.

Дама, устрашенная его пылкостью, что-то кудахтала.

Кондуктор всплеснул руками:

— Могу я на старости лет себе позволить? В конце концов – мужик я, блядь, или не мужик?

Я сдался и позволил ему. Меня он вовсе не заметил, и я тоже проехал без билета.

 

 

На пыльных тропинках далеких планет

 

 

Конечно, в маршрутке я сяду не где-нибудь, а впереди тех, кто беседует.

Двое, субботней наружности.

Пересекаем проспект Гагарина.

— Нашли фамилию, бля — назвать! Я всю жизнь мечтал полететь в космос. Ненавижу уёбка.

 

 

Раскол

 

 

В метро субботним утром бушевали страсти.

Двинулся нищий. С палкой. На пути у него оказался долговязый молодой человек с сердитым лицом.

Было шумно, я слышал не все. Молодой человек кричал примерно следующее:

— Не знаю, что сделай – иди, квартиру продай, только не ходи мимо меня, уберись отсюда!

— Так у меня нет квартиры, — объяснял нищий.

— Не знаю, что хочешь делай, только не иди здесь!

Тот, рассыпаясь в язвительных благодарностях, вышел вон. Молодой человек злобно сел.

Тут заговорил мужчина, сидевший напротив:

— Зачем ругаешься? Зачем матом ругаешься?

— Пошел к черту! – сказал молодой человек.

— Гав! Гав! Гав! – понеслось навстречу.

За молодого человека встала горой женщина, сидевшая рядом. Нищий тем временем брел в соседнем вагоне. Ему подавали.

— Тебе денег дать? – крикнул молодой человек.

— Гав! Гав!

Вагон раскололо по шву милосердия. Я сидел на стороне агрессивного гуманизма, но не вмешивался.

 

Фатима

 

Снова видел женщину в маске. Незнакомку.

Маска была, разумеется, медицинская.

Я ее встречаю не в первый раз – то она в троллейбусе, то в метро. Молодая и строгая, на контакт не идет. Жгучие черные очи глядят поверх маски со значением.

Слышал, что существуют добровольческие отряды, завербованные фармацевтами. Эти волонтеры специально ездят в масках, чтобы народ задумался над изгнанием свиного гриппа обратно в свинью и купил арбидол. Но эта всегда одна, других не видно. Маловато на нащ дремучий пролетарский район.

И этот взгляд. Он прожигает дыру. Спускается эскалатором в преисподнюю и рассекает встречных, как лазер. С такими глазами, по-моему, метро взрывают, а не ведут в нем санитарное просвещение.

 

 

Рациональный век

 

 

В метро, в переходе на Техноложке, где никто никогда не торгует, а только стадо спешит озабоченное, стоит одинокая карликовая старушка. Очень, очень маленькая, с клюкой, предельно древняя. И машет бутылкой пива, завернутой в целлофан – по мере сил весело. Завлекает и надеется продать.

Люди спешат и не чувствуют дыхания сказки, но старушка вполне мистическая. Много же сказок, где из леса выходит бабушка или старичок с узелком или свертком каким. Вручают царевичу, третьему сыну или еще какому-нибудь дураку клубочек, пузырек с зельем, другую всякую бытовую гадость из транспортной торговли. Главное – выделить, вникнуть, осознать, остановиться и не упустить.

Бутылка пива с утра, как выразился мой старый товарищ-доктор, это шаг в неизвестность. Я же повторю, что волшебство мелочно и незаметно, потому что сливается с серыми буднями.

Люди проходят мимо и не знают, что они на пороге чудес.

 

 

Проруха

 

 

Люблю смотреть, как маникюр покупает в метро жетончики.

Выгребает их из лоточка – и никак. Они уворачиваются.

Царап! Царап!

Не тут-то было!

Маникюр нервничает. Минутой раньше он был само совершенство, а теперь все наоборот. Уже никто не восхищается, а все стоят, ждут и ненавидят. Кроме меня. Я стою улыбаюсь.

 

Рокки

 

В маршрутку втиснулась дородная дама, на скаку. Успела.

Задыхаясь:

— До площади Тургенева идет?..

— Да, да, очэнь идет!

Ну, все? Речепродукция исчерпана? Нет.

— Ох, хорошо! А то знаю, что идет что-то, а что – не помню! Я до самого дома доеду!

Кому ты это сказала? Кому это надо?

Так я подумал – и ошибся.

— Буду знать! – радовался водитель. – В гости приду!

Намерение было воспринято всерьез.

— Нет, в гости ко мне нельзя. У меня муж ревнивый. Боксер.

Я глянул на даму. Вряд ли там чемпион. Скорее, любитель. Надомник.

Так оно и было. Дама немедленно позвонила боксеру и стала отчитываться. Я понял из монолога, что она ездила на какое-то профессиональное собеседование – для него. Три дня стажировки. Дальше он сможет работать в некотором колл-центре. Ему разрешат позвонить на пробу в качестве экзамена. И будет работать. Потому что он нигде не работает.

Боксер, по-моему, рассердился. Долгая стажировка ему не понравилась.

 

 

Роза ветров

 

 

Метро. «Проспект Ветеранов», конечная.

Стою на платформе, жду. Встреча у меня.

Прибыл поезд, просьба освободить вагоны. Человек практически не стоял на ногах, но подчинился. Освободил.

От нечего делать я наблюдал за его пререканиями с местным железнодорожником. Подошла сферическая дама в форме. Вдвоем они повели гражданина к выходу. Я ждал и от души желал, чтобы полисмен не успел.

Но полисмен уже целеустремленно спешил пружинящим шагом.

Я опечалился. Сейчас гражданину будет плохо.

Полисмен дошел.

Его решение вопроса было ослепительным. Он схватил гражданина и усадил в подоспевший поезд. Вышел довольный, отряхивая руки. Да, кольцо. Юг. Пусть разберутся на севере.

 

Дауншифтинг

 

 

Транспортный торговец не был похож на торговца.

Сперва я не понял, что он вообще торгует чем-то. Он шел по вагону метро, поминутно останавливаясь и что-то небрежно бросая, направо и налево. При этом он говорил, но с ленцой, никуда не спеша, доверительно, с кривой улыбочкой. Глаза были наглые и недобрые.

Дошел до меня и метнул паука. Тот приземлился на схеме линий, где-то в районе Гражданки, и начал перекувыркиваться вниз по красной ветке.

Торговец неспешно, вполголоса рассказывал:

— Паук! Дети сходят с ума.

Пластмассовый паук, выкрашенный в божью коровку, залип.

— Че встал? – зарычал продавец. – Ползи.

И ковырнул пальцем.

Представьте, что этим делом занялся бы, скажем, Буковски или разжалованный Винсент Вега. Вот так он себя и вел.

— Везде ползет, — сосредоточенно продолжил он. – По стене, по зеркалу… Пятьдесят рублей.

Все опустили глаза. Торговец пошел дальше, качая головой и потрясенно приговаривая:

— Ну и ну.

 

Всюду жизнь

 

 

Немного испугался.

Поезд метро храпел.

Это никакая не метафора, иначе незачем было бы писать. Это был классический храп, ровный-ритмичный-протяжный, очень громкий. Я не понял, в одном вагоне или везде.

Специально перед выходом я встал, прошелся. Никто не спал. Людей было мало. Не хочу думать, что это был машинист.

Храпело глобально, отовсюду.

Вышел, когда доехал, с удовольствием, благо было недалеко. От греха подальше – еще повернется на бок во сне этот поезд, или обоссытся.

 

 

Без пролития крови

 

 

Маршрутные чурки поцеловались.

Удар был силен, я подпрыгнул. Вышел. Они тоже вышли и стали блекотать в телефоны, явно не с полицией.

Что бы им, думаю, оторвать?

Я толерантен и против войны. Оторвал им билеты, сколько в руке поместилось.

 

 

Метросексуал

 

 

Слышал, что они есть, но не видел. Выходят разные фильмы – про современные мужские разговоры и действия; книги тоже выходят не знаю, про что, однако полюбоваться живьем не удавалось. Сам-то я покинул большой спорт и вообще сижу тихо.

Но вот нашел кандидата, который, по моим представлениям, вполне годится.

Троллейбус.

Девица, сидит. Над ней нависает молодой человек. Щуплый, бровастый, с височками-бачками, настороженно оглядывается, смотрит внимательно, не мигая; говорит на весь салон, всем слышно. Девица околдована, потому что разговор о косметике. Ее спутник – какой-то дилер, бегает и торгует. Попытаюсь воспроизвести монолог с максимальной точностью.

 

…ну, ты знаешь все это – Ньювейз, Орифлейм, Эйвон и все такое; беру по семьдесят процентов, продаю по сто, восьмого марта можно до ста пятидесяти тысяч заработать. Тайский товар беру за стоху, он дешевый, в Таиланде средняя зарплата на наши деньги десять тысяч рублей – серьезно говорю, обед сто восемьдесят, я с девушкой моей ездил, она у меня кореянка – массаж мне делает, бухгалтером тоже она у меня, и секретарша; на двадцать третье февраля билеты мне подарила на концерт, я давно хотел и думал, что придется за свои бабки, а тут она мне билет – я что, скажу нет, не пойду? пошел, конечно… она готовит все это, ну ты знаешь – морковь по-корейски, офигенно все, я к ней пришел в воскресенье и как начал есть, на шесть кило поправился, был шестьдесят девять, а вернулся домой — семьдесят пять, то есть вот прямо пришел – и ел, ел, ел, и ел, и ел, она суши сделала, так я штук сто съел, все ел и ел. Ну так чего, поехали в офис ко мне – не можешь, да? ну, в кафешку тогда?

 

 

Пепел Клааса

 

 

Маршрутка, привычный двадцатый номер.

Еду. Сзади сидят благоухающие люди, две штуки. Из разговора понимаю, что один работал шофером. Обсуждают игру в морской бой («теперь уже никто не играет – деградация»), дышат парами.

Влетаем на виадук. Справа по борту, далеко под крылом самолета – кладбище.

Отставной шофер ударяется в ностальгию.

— А вот здесь лежит вся моя фамилия… дедушка, бабушка… Я когда на двадцатом маршруте работал – всегда махал…

 

 

Профессор Криминале

 

 

Маршрутка подрулила к остановке, и в ту же секунду хлынул дождь. Окна посеклись каплями.

Я приготовился к выходу.

Пассажир, сидевший спереди – тоже. Он привстал. Это был господин интеллигентнейшей наружности, безнадежный профессор, бородка клинышком, очки в солидной оправе, плетеная шляпа, старомодный зонт.

Ненастье, незадача! Самое время академически пошутить.

— Дождик капал на рыло и на дуло нагана, — изрыгнул он и робко посмотрел на меня в поисках одобрения.

 

Витамины

 

 

Транспортный торговец нарисовался в вагоне метро, вооруженный прогрессивным ножиком и саквояжем с овощами. Еще он был оборудован изогнутым артистическим микрофоном.

Хриплый рев начался такой, будто лесному зверю, оттянувшему пару лет за хулиганку, наступили на яйца кованым каблуком.

— А вот глядим внимательно – капусточка, никаких гемео-мемео, нашинковать ее каждый умеет – правда же? минута – и готова закусочка, я не шучу! когда я в первый раз увидел капусточки стопиисят грамм, я долго стоял и смотрел…

Следом возникла фаллическая морковка. Импровизатор принялся пластать ее пером, как позорного фуцана. Ломти со стружкой летели в саквояж. Я все это видел и описывал раньше, но нынче не удержался, заглянул внутрь. Там уже был сплошной салат. Без пяти минут борщ. Жаль, я сидел, а то бы тоже стоял и смотрел.

 

Веер

 

Веер – вещественное воплощение сексизма.

Еду. Жарко. Она стоит, большая. Ей тоже жарко. Она, как заведенная, разрабатывает себе пронатор и супинатор, гонит на меня свое калахари и лимпопо. Я пропитываюсь.

Ей можно веер, а мне нельзя. Общественные нравы таковы, что веер мне, конечно, не запрещен, но если я с ним зайду, про меня подумают лишнее. Негласный закон постановляет, что я должен мужественно переносить тяготы сопряженные и отстегнутые.

Даже носки снять попробуй только.

 

 

Непринужденное струение нормы

 

 

В троллейбусе подобралась компания по интересам, штуки четыре дамы. Нет, они были скорее сударыни.

Солировала одна, в очках, другие кивали и подпевали. Про молодежь и разрыв времен.

— Вот посюда носят! – первая скрипка чиркнула себя по лонному сочленению. – Посюда! – По животу. – Посюда! – По висячим сосцам, напитанным безнадежностью. – А у нас была нравственность!

Я мысленно отмотал ей лет тридцать. Да, совести не отнимешь. Щадила прохожих. Меня прямо подмывало ее поддержать. Но тут она выдала финальный аккорд, и я простил ее во имя эстетики.

— Никаких памперсов! И порядок.

 

Лебединая песня

 

В троллейбусе состоялась редкая встреча.

Кондукторша действующая сошлась с кондукторшей в отставке, со стажем двадцать пять лет, которая просто ехала и ждала звездного часа. Они поспорили о принципе действия валидатора. Кондукторша-ветеран облегченно вздохнула. Никем не узнанная и не востребованная, она каталась Гарун-аль-Рашидом и караулила момент. Это сильно напомнило сетевые дискуссии дилетантов, имевших неосторожность задеть эксперта.

— Голову надо лечить! – сказала в итоге кондукторша действующая, поставив диагноз, очевидный для стажа противницы.

Троллейбус взорвался.

— Я звонила в Эксплуатационный Отдел! – закричала отставница. – Никто здесь не знает, что он есть! А я знаю!

Мы с ней лишние люди. Я тоже знаю, что у мужчин есть рудиментарная матка, но мне об этом негде вострубить и одержать убедительную победу.

 

Агасфер

 

 

Автобус.

Вошел сказочный старичок с бородой веером. Сел и громко спросил:

— А вы не знаете, этот автобус уже идет по Говорова или по Зайцева?

Салон вскипел. Старичку предъявили версии. Он слушал и благостно кивал. Потом спросил:

— А вы не знаете, этот автобус идет по Говорова или уже по Зайцева?

И без того было жарко, а стало совсем. Старичок продолжал смотреть прямо перед собой и кивать, как будто отбивал такт. Наконец, он задал вопрос:

— А вы не знаете, этот автобус уже идет по Говорова или по Зайцева?

Формулировка не менялась нисколько – разве только «уже» кочевало с Говорова на Зайцева. Интонации, довольное лицо – все сохранялось. Так оно и длилось дальше.

Думаю, он доехал до кольца и ничуть не расстроился. Кольцо было на улице Счастливой.

 

 

Черный тюльпан

 

 

Про день ВДВ я забыл и удивился в маршрутке. За рулем сидел седой человек в голубом берете и полосатой майке.

«А где же мусульмане?» — подумал я.

Ветеран слушал многозначительные песни. Сначала я разобрал: «Не спасут бандитов амулеты, если в бой идут мои друзья». Затем прозвучал Кандагар.

Я начал вспоминать, есть ли по дороге фонтаны. В Петродворец вел другой маршрут.

 

Паутина

 

 

Бывают же славные люди!

Маршрутный джигит зачем-то ударил по тормозам, и приятная дама наступила мне на ногу, выбираясь.

Она всплеснула руками:

— Не пострадали ли вы?..

Она сокрушалась, прижимала руки к груди, недоумевала. Я отвечал, что ничего страшного, но она не успокаивалась.

Я тоже разволновался.

— Да наступите еще! – сказал я наконец, уже готовый на многое большее.

 

 

Слово и дело

 

 

Эскалатор на подъем. Двумя ступеньками выше – дама.

Если на жопе ничего не писать, то я ограничусь беглым взглядом. Ну, а если имеется что почитать, так я, понятно, разожгусь вниманием. У нас читающее метро, а я в нем последнее время вообще самый грамотный.

На жопе было начертано по-английски: «Не трогать».

Предупреждений было много – под коленками, лампасными строками, на голенях, по окружности. «Уходи», «Я тебя ненавижу», «Держись подальше».

Ни одну постороннюю жопу я не изучал так пристально.

Чуть сошли с эскалатора – забежал вперед и оглянулся.

Написанному верить.

 

 

Старообрядец

 

 

Странный случай. Имеются в нашем городе свои партизаны и таежные Лыковы.

Метро. К нему ковыляет дедушка. Сильно неблагополучный, в белой щетине, глаза слезятся, обладает авоськой и палочкой. Передвигается враскоряку.

— Скажите, Христа ради, где здесь метро?

Судя по виду, живет он неподалеку. Приехать недавно в таком состоянии из брянских лесов он не мог.

— Да вот же оно.

— Это?! Я думал, это какой-то дворец!

Так-то оно так, но где ты был, Адам?..

 

 

Не хлебом единым

 

 

В вагон метро вошло убогое существо, вооруженное гитарой. Автор-исполнитель. Пел он, естественно, об ушедшей любви.

Сочувствуя, ему подавали щедро, но бард понял это неправильно и расценил как похвалу.

И стал петь бонусом. О, мечта о высоком! Воистину не хлебом единым.

 

 

Европа Плюс

 

 

В метро всякие новшества.

Из балюстрады торчат портреты граждан города. Не лучших, а именно просто граждан. Первый ползет навстречу: дознаватель ОМВД Василеостровского района. Второй надвигается: дознаватель района Курортного. Да что же это такое? Хоть бы постигла их чума или пассивное скотоложство.

Как будто я не гражданин. Поставили бы меня! Я бы и на улыбку расщедрился. Была бы в городе изюминка.

Дальше – больше: уведомители европейского типа. На платформе. Не самые, думаю, дешевые вещи. Двери открылись – электронное объявление: boarding! Посадка! И как я не догадывался столько лет? Наверное, это для иностранцев. Они не в курсе, в отличие от наших.

Следующим номером: поезд прибудет через 1 минуту 35 секунд. Тут я похолодел. Неужто правда? Ну, не может быть!

Истомился, считал, заглядывал в тоннель. Выдохнул с облегчением. Поезд, конечно, не приехал. Я злорадно посмотрел на табло: ну, что теперь? Обосратушки? Но меня моментально поставили в строй: ожидается прибытие поезда.

 

 

Астральная битва

 

 

Ночь.

Я ехал последним автобусом, с пересадкой. Народу было несколько человек. Неподалеку стоял юноша, а девушка его, вида кроткого и набожного, сидела. С сиденья же самого заднего незнакомый ни мне, ни им юноша номер два упрямо восклицал:

— Молодой человек!

Тот не реагировал.

— Молодой человек!

Скала. Гранит и базальт.

Тогда надоеда встал и подошел. Он объяснил, что трижды к себе не приглашает, и пообещал сломать руку. Вспыхнул приглушенный спор. Первый, с девушкой – назову его Гогом, отвечал резко. Садиться со вторым, Магогом, он отказывался.

Магог садиться тоже больше не стал.

До меня донеслась его веселая реплика:

— Господь все видит!

Но я еще ничего не понял. Я сам пересел, чтобы не мешали читать.

Подъезжая к конечной, я увидел прямо перед нами второй автобус, на который мне пересаживаться. Оба остановились плотно, я выскочил и успел. Гог с девушкой перебежали тоже. Гог даже исхитрился на прощание крикнуть, высунувшись в дверь:

— Все равно моя девушка самая лучшая!

Тогда сподобился заскочить и Магог. Спор незнакомцев возобновился. О ужас! До меня дошло, что это какие-то верующие, разных конфессий. Они завели жаркий религиозный диспут. Доносились слова про правильный путь и прекрасный мир.

Последним, что я услышал, была угроза Магога:

— Я тебе на хуй язык оторву.

Дальше я вышел и финала не видел.

 

 

Оранжевая угроза

 

 

Дочура села в маршрутку, рядом приземлился товарищ, угостившийся в говно.

С великими пререканиями она пересела. Маршрутка катила себе.

Вдруг сзади послышалась какая-то возня. Затем раздался рев:

— Женщины, на пол! Лицом! Выкладывайте телефоны! Это терроризм!

Его пошли успокаивать. Иные крестились.

— Телефоны на стол! – орал он, отмахиваясь.

 

 

Из преисподней

 

 

На эскалаторе приковался взглядом к высокому человеку, плывшему на подъем.

Седые волосы были забраны в хвост. На губах играла полуулыбка. Распахнутые светлые глаза обозревали мир с детским удивлением. Руки засунуты в карманы пальто. Вселенная вселяла в него недоумение, граничившее с восторгом.

Потом меня осенило. Я знал его очень неплохо.

Это он по моей наводке явился на ученый совет кафедры кожных болезней, имея в руке сетку со стеклотарой — пришел получать диагноз чесотки. Это его выгнали за безумие из травмы, куда я положил его с сотрясением — класть не хотели, но я назвал его кровным родственником. Это он пытался позвонить по телефону, щелкая пальцем по голой стене. Он обоссал мой диван четырнадцать лет назад.

Я думал, он умер.

 

Спортивный посев

 

Транспортный торговец липучей мелочью снова нарисовался.

Пока мы не виделись, в его сумке произошла эволюция. Раньше он разбрасывал по вагону метро пауков, а теперь — человеческих акробатов. Олимпийского вида. Торговец отрешенно и небрежно размахивался – шмяк! Спортсмен ненадолго залипал и начинал кувыркаться вниз.

Сеятель задерживался и наблюдал за ним с приоткрытым ртом. Сколько раз бросил – столько и любовался пытливо и напряженно, словно впервые. Пассажиры для сеятеля вообще не существовали.

Если акробат разовьется в богочеловека и супермозг, он и его хуйнет.

Сразу примериваюсь к нам. Быть может, мы выполняем сальто под оцепенелым взором при временном невмешательстве. Глядишь, и купит какой-нибудь дурак.

 

 

Стресс и адаптогены (эпизод первый)

 

 

В метро вошли студенты и загалдели о формулах. Сессия. Молодость!

Я слушал отечески, доброжелательно. У самого такая.

Тут появился транспортный торговец, обогащенный усилителем. Сегодня у него была сумка с податливыми куличами для лепки разнообразных фигур. Они, по его утверждению, снимают стресс и развивают через моторику интеллект.

Студенты забыли о формулах, купили. Тот, что стоял ближе ко мне, начал лепить. Я ожидал увидеть мужской половой орган. Но он вылепил женский и моментально приставил к себе.

 

 

Извозчики

 

 

У станции «Парк Победы» сформировался маршрутный пятачок.

Кольца там нет, но извозчики задерживаются, стоят, набивают себе нутро. Маршрутки самые разные. Пульсирующая очередь. Мощная славянская диаспора без единого южного профи. Подрагивают настеганные фургончики.

Пока сидишь и ждешь, успеваешь подслушать переговоры. Интриги, неведомые простому ездоку! Мужики осатанели, деньги им так и валятся.

— Але, ты чего на второй круг?

— Дима, Дима, увидишь его – скажи, чтоб осадил, сейчас мой рейс…

Подморозило, клубится пар. Механизированные кучера гоняют под «Дубинушку». Никакого шансона.

Едут бок о бок, опускают стекла.

— Слышь? – поравнявшись. – Придержи морячка!

— Как получится!

Лица бесстрастны, однако глаза горят.

 

 

Эхо

 

 

Дочура позвонила, когда я был в пути. Толком поговорить не удалось.

Перезваниваю с эскалатора:

— Я был в метро. Там продавали фонарик.

— Я поняла по голосу, что что-то происходит.

 

 

Дорожный дневник

 

 

Дочура поехала в Новгородскую глубинку автобусом. Затяжным.

Бомбардирует жалобами.

 

  1. Если тут дедок втирает кому-то про возвышенности так громко, что я слышу его через наушники, ушанку и капюшон, его можно попросить говорить потише? Десять человек в автобусе, а это мудило за мной сел ровно.
  2. Надо придумать тест на выявление таких наклонностей и отстреливать при рождении при малейшем сомнении. Не бывать демократии в этой стране, ох, не бывать.
  3. Урод. Он вообще не затыкается. Хуже бабы деревенской.
  4. Энциклопедию проглотил поди, теперь миру знание несет. Знаете ли вы, что самая высокая гора на Валдайской возвышенности около двух тыщ метров? Ну заебись история.
  5. Все к огородам свелось. Пересела.
  6. БЛЯ ЕГО В НАЧАЛЕ АВТОБУСА СЛЫШНО. Пошли ему лучей, у меня кончились.
  7. А впереди яйца едят. Петербург гуляет, епта.

 

Короче, я шлю всем испрошенные лучи. Дедку желаю яиц, а яйцам – дедка.

 

 

Трудовые резервы

 

 

В день открытия Олимпиады я выслушал символический монолог в троллейбусе. Народу не все равно. Народ тянется к спорту.

Друг против друга сидели двое. Оба из Горэлектротранса.

Один негодовал:

— Почему мне не дали грамоту лучшего спортсмена Горэлектротранса? Вот почему, блядь? Она мне, Галя эта говорит: ты не играл в футбол, а Дима играл. Дима, бля на хуй, что он там со своим коленом сыграл? Два раза стукнул по мячику! Ну, не играл я, да! Потому что Дима собрал команду со двора! Я понимаю, если бы собрал команду Горэлектротранса. Раньше это было, сука, а где теперь? У меня (загибает пальцы) на хуй блядь шахматы, теннис и волейбол! Ну, хочешь, говорит, я тебе медаль дам? Иди, говорю, ты знаешь куда? Ты, блядь, за спорт отвечаешь – ну так и отвечай! А то он, блядь, дворовую команду привел!

Его собеседник, абсолютно со всем согласный, был напрочь, редкостно лишен лба.

 

 

Пассионарии

 

 

Я шел от метро. Чуть впереди шагал молодой сын аллаха. Вязаная шапочка, сапожки, курчавая черная борода.

Двигался он обыкновенно. Один. Вдруг, без всякого основания, издал ликующий рык. «Аххххррр», — вырвалось у него, и он перешел на трусцу. Пробежав шагов пять, замедлился и дальше шагал, как обычно.

Я поотстал.

Потом я сел в маршрутку. За рулем сидел примерно такой же. Впереди выгнулся виадук. Колесница взвилась, и тут я понял, какие радости внутреннего полета передавал звук.

 

 

Яблони на Марсе

 

 

Жду автобуса. Маршрут областной.

— Молодой человек!

Обращение неадекватное. Оборачиваюсь — нет, ничего, обоснованное. Вежливый древний дедок в спортивных штанах. Держит рваный пакетик с двумя мандаринами, сует мне ценник:

— Не могли бы вы прочесть, сколько стоят?

— Шестнадцать шестьдесят девять.

— Спасибо.

Кивнул, отошел, сел. Стал есть с кожурой.

Нас ждали сирые областные поля, оживленные шиномонтажем.

 

 

Симулякры

 

 

Дочура:

— Ехала сейчас в троллейбусе. Стоим. Мужик говорит в телефон следующее: «Я стою, я в пробке застрял, не подумал, надо было на метро ехать». Он произнес это одним матом, одними однокоренными словами! Я даже от Карамазовых оторвалась, чтобы послушать настоящую русскую речь!

 

 

Железный жезл

 

 

Троллейбус.

Пожилой пассажир дождался случая и нанес удар. Он расцвел, помолодел, доверительно перевесился через барьерчик и обратился к молодежи, рассевшейся на инвалидных местах:

— Зрение хорошее? Прочтите-ка надпись…

Конечно, седой активист был прав. Бессовестные скоты повставали и потянулись стоять, как положено. Но он не остановился. Соло только начиналось. Истосковавшись по воспитательной работе, он продолжал уже громко и обстоятельно с анализом ситуации, обозначением перспектив и повторением особенно удачных пассажей.

И мне захотелось подключиться. Сказать ему: горькая, горькая ваша доля! Вы скоро умрете. Ваша единственная трибуна – троллейбус. В нем вы царь. Вы президент и главнокомандующий троллейбуса. Я мог бы доверить вам сформировать его кабинет. От вас летит слюна, и это верный признак невостребованной способности к руководству. Власть ваша. Вам ее отдали без единого выстрела. Стригомые стада отводят бараньи очи.

Но тут я понял, что нас станет два президента троллейбуса.

Большая политика не для меня.

 

 

Опыты бытовой теософии

 

 

Откуда, как я мог догадаться, что у старушки не сработает карта?

Но я это знал.

Старушка все-таки выудила ее из сумки. Кондукторша приложила, а я уже знал, что последует. Красный крест. Финита! Вот так.

Он вспыхнул, этот красный крест. Я не особенно удивился.

Встретив свою чудотворность мелочным ликованием, я смилостивился и начал внушать кондукторше не продавать старушке билет. Напрасные мечты, ибо не возгордись и не искушай. А может быть, мне заповедано.

Я часть той силы, что вечно хочет зла и совершает его.

 

 

Ящик Пандоры

 

 

С прибытием гриппа в метро появляются наемники. Это молодые люди с очень серьезным взглядом и в масках. Они строго посматривают на пассажиров и намекают, что самое время задуматься. Купить, например, арбидол. Или хотя бы маску.

Вчера я приземлился рядом с таким. Тщедушный юноша с пластиковыми дырами в мочках ушей. Такого сдует легким сквозняком. Мне было далеко ехать, но ему еще дальше.

Маску он приспустил с носа на рот.

Вынул блокнот и принялся рисовать и писать. Он не делал ни одного лишнего движения – я косился, следил. Трудился столь упоенно, что впору было заподозрить открытие нового противочумного средства. Не останавливался ни на секунду, сидя вроде бы напряженно, но и раздольно. Вот оно. Вот это самое сочетание мне удивительно. Это какой-то особый, ранее мне не известный вид бодрствования. Есть в молодом поколении странное умение ответственно сосредоточиться.

Конечно, я попробовал присмотреться – что он там чертит. Юноша нарисовал аккуратный квадрат, как для морского боя. Внутри было нечто дикое. Не узор, какие чертят от нечего делать, а что-то системное, чуть ли не существо с тщательно заштрихованным фоном. Но нет, не существо. Я не знаю, что.

Нарисовав это дело, он начал писать бессмысленные формулы. Одну за другой. Я не знаток, но даже приблизительно не понял, из какой это области знания. В уравнения вписывались какие-то англоязычные аббревиатуры.

Все это время на нем была маска. Позу он не менял.

Не знаю, какое открытие заставило его пренебречь смертельно опасной эпидемией и ездить в метро.

 

Качели самооценки

 

 

Туда-сюда, туда-сюда. В небеса и преисподнюю.

Подъехала маршрутка. Я сунулся лезть нахрапом и моментально устыдился. Не посмотрел, кто выходит. Молодой человек соскочил и протянул руку. Стала спускаться его спутница, беременная месяце на девятом.

Мои качели чиркнули по Южному полюсу. Нехорошо. Тому ли меня учили?

— Да ну давай же, ёб твою мать!

Молодой человек выдернул ее, как репу из нагретого чернозема. И пошел по тротуару. Она заковыляла за ним утицей.

Качели стремительно взмыли и ощутили дыхание Арктики.

 

Канчо

 

 

Кировский завод, конец рабочего дня. Народ повалил в метро.

У меня на глазах два почтенных рабочих, постарше и помоложе, сыграли в канчо на ступенях станции.

Первым шел старый — заслуженный мастер из черно-белого фильма про восстановление народного хозяйства. Догнал его молодой, развеселый чернявый черт. Оба были довольны.

 

 

Перекрестки миров

 

 

Опасно не только писать, но и читать. От магии не скрыться.

Ехал в метро, читал книжку. В эпизоде рассказывалось о дебиле.

Поворачиваюсь – а он стоит. И смотрит. Юный совсем. С умными глазами. Такое бывает. Его мотало и трепало без всякого повода, как флаг дурдома на ветру. Только ветра не было.

С матэ под пледом все-таки безопаснее.

 

 

Память предков

 

 

На станции «Парк Победы» затеяли ремонт. Срезали красоту и обнажили кирпичную кладку. Я невольно остановился. Потом походил, посмотрел там и тут.

Метро красивое и пока работает, так что на кладку наговаривать незачем. Да, она не похожа на европейскую. Сильное впечатление. Но во-первых, она не напоказ. Во-вторых, просто очень древняя. Станцию «Парк Победы» построили шумеры, если не мастера неолита.

 

 

Контактеры

 

 

По вагону метро шел бодрый пожилой человек, немного похожий на Энтони Хопкинса.

— Книга о гибели Юрия Гагарина! Написана мной. Я летчик-испытатель. В ней также рассказано о моих встречах с НЛО и многом другом.

Рука моя дрогнула. Но мне не хватило цеховой солидарности полезть в карман Да, у меня тоже книжки. По-моему, я видел и НЛО. Но я не летчик.

 

 

Оттепель

 

 

Сегодня похолодало, зато вчера был по-настоящему теплый апрельский день, первый в нынешнем году! Оттаяло многое, и даже отмерзло.

Первый подснежник и даже, не побоюсь этого слова, ландыш нашелся в автобусе.

Гражданин лет пятидесяти, с седой мошонкой спортивного сложения. Он вошел, будучи одет в беговые трусы и майку, а при себе имел обруч.

Вспотел он совсем немного и озирался с детской вопросительностью. Я уважаю спортивных людей. Надо когда-то уже начинать над собой работать, а то я вообще томился в куртке. Дождусь устойчивого тепла, и прокачусь на трамвае в трусах и с гантелями.

 

 

Стресс и адаптогены (эпизод второй)

 

 

Кросскультурные различия подобны зияющей пропасти.

На станции «Нарвская» толпа иностранных гостей, ошалевших полностью, спешно фотографировала серпы и молоты, а также рабочих, воинов и крестьян всеми мыслимыми гаджетами. Откровенно боялись, что мираж сейчас испарится или их свезут на Литейный.

А я любовался совершенно другим.

Вошел транспортный торговец.

— С праздником, с Днем Победы! В этот светлый день вашему вниманию предлагается уникальная игрушка для снятия стресса!

И вынул из сумки эластичный ком, чтобы мять. Расхваливая ком, он ловко лепил дегенеративные рожи, а когда закончил, быстро создал женский половой орган, бросил в сумку и пошел по проходу. Ажиотажного спроса не было. Но капля камень точит.

 

 

Миннезингеры

 

 

Ушел из дома в разных ботинках. Ни разу не блондин и ни разу не высокий, но один ботинок был черный. Второй был вообще кроссовка.

Наверно, на меня смотрели в метро.

Спасибо бродячим артистам, отвлекли население. Вошли в вагон. Нечто новенькое, без инструментов, а просто пять здоровых лбов. Встали и грянули «От улыбки станет всем светлей». Потом пошли с вязаной шапочкой.

Если так пойдет, то скоро начнут кирпич предлагать.

 

 

Бухенвальд

 

 

В патриотическом меду нашлась ложка дегтя. Ложка ехала в троллейбусе.

Она была одета в камуфляж бундесвера с германским флагом на рукаве. В ручке у ложки был дырявый пакет, откуда со стуком вывалилась бутылка колы.

Ложку только что окунули в спирт, и пахло от нее знатно.

— У вас дырка, — заметил вежливый пассажир. – Лучше нести в руках.

Ложка помутнела и зашаталась.

— Имею право! – прохрипела она с акцентом почти немецким. – Jedem das Seine!

Дословно.

 

 

Микроскопия страха

 

 

Сегодня убедился, что страх – сугубо людская реакция и никакая не эмоция, а чистая мысль. В нечеловеческой природе никакого страха нет, а есть реакция самосохранения.

Дело было в маршрутке, неслась она в Ленинградскую область, где не хотят строить дорогу, а хотят строить Триумфальную Арку к юбилею Победы. Летела она через виадук. Дело известное, сводки поступают систематически.

Водитель – на сей раз не конный джигит, а любящий быструю езду славянин – ударил по тормозам так, что швырнуло решительно всех, и что-то посыпалось. Доли секунды ушли у меня на то, чтобы подобраться, сгруппироваться, наскоро оглядеться и сравнить шансы с остальными. Перепуг и прощание с близкими начались, когда экипаж уже снова катил.

Я думаю, с Божьим страхом будет похожая история. Надо будет быстро нырнуть по верному адресу, пока не ЗАСОСАЛО.

 

 

Мотоциклист

 

 

Видел мотоциклиста. Уважаю эту публику, завидую ей.

Вжжжж!… На одном колесе, через испуганную ночь, наперерез умозрительным постапокалиптическим картинам.

Этот был в шлеме и шерстяных перчатках, несмотря на градусов тридцать пять в тени. Такие мелочи ему нипочем. Движение любит выносливых, сильных и смелых.

Он затащил мотоцикл в троллейбус.

По ходу испачкал светлые брюки гражданину, тот окрысился; потом мотоцикл заметила кондукторша, и начался ад.

 

 

Жандарм

 

 

Абсолютная власть развращает абсолютно.

С другой стороны, желателен жестоковыйный пастырь с железным жезлом.

Автобус.

Кондукторша заслоняет выход и грудью препятствует тем, кто не приложил к валидатору карточку.

Но вот один приложил, да к сломанному, а сам не посмотрел и вздумал выйти.

Бросила все, понеслась, догнала.

— Не выпущу! Не уйдете, пока не приложите! Анархия какая!

 

 

Опыты растления

 

 

Автобус.

Мужичок сердечно простился с товарищем и вошел совершенно никакой. Тотальная невменяемость. Удивительная доза в такую жару.

Места поблизости было два, оба на возвышении. Двойные. По женщине справа и слева от прохода. Гражданин захотел взобраться на возвышение к первой женщине, но не сумел.

Тогда он стал бить копытом. Натурально, как цирковой пони. Стоял, и бил, и бил, и твердил, что хочет к женщине. Та была беспощадна и завернула его на соседний холм.

Женщина, которая сидела там, тоже его не пустила.

Он снова принялся бить копытом. Топотал самозабвенно, в степной тоске и не в силах объясниться.

Тут сзади протянулась мохнатая рука восточного человека и пригласила его к себе. Все получилось, и они обрели друг друга.

От женщин весь гомосексуализм.

Бьешь копытом, бьешь, и без толку, а рядом уже приплясывает кто-то альтруистичный.

 

 

Духовные скрепы

 

 

Транспортная история от первой жены.

Едет она в троллейбусе, говорит по мобильнику. Вдруг в спину что-то тычется.

Сзади сидела необъятная бабка. Тыкала она палкой.

— Хватит целоваться! Еще поебитесь!

Речь шла о молодой паре, стоявшей чуть дальше. Она целовалась, но умеренно.

Бабке было не дотянуться до них. Поэтому она ткнула мою бывшую.

— А что? – подхватила кондукторша в ответ на ее немой вопрос. – Они оскорбляют ее религиозные чувства.

Вскоре ревел весь салон. Раздор посеяла бывшая. А сама вышла.

 

 

Маньяк

 

 

Впервые на моей памяти водитель автобуса не взял деньги. Я сунул их в кабину, а он отмахнулся. Он был молод, мрачен, в темных очках и похож на Киборга.

Это был скорбный маршрут без кондуктора, где открывается сначала только передняя дверь, невзирая на дождь, снег, торнадо, апокалипсис и ядерную зиму. Водитель суетится, подставляя то пролетарскую ладонь, то свой сраный датчик. Не дай бог, кто-нибудь выскользнет мимо него.

Но не этот. Этот и двери все сразу открыл. Ему было наплевать.

Я сразу понял, что это враг. Не просто вредитель, а маньяк. Он ненавидит автобус примерно так же, как я ненавидел ординаторскую.

Надо постараться больше к нему не сесть. В следующий раз он направит автобус с моста или разгонится в стенку.

 

 

Люди-братья

 

 

В вагон вошел несчастный заика, хромой и слабоумный. Он продавал Кубик Рубика.

— Ку-куббббик Ру-ру-руббика! – заблеял он. – Ме-ме-ме. Разви-ви-вает гггол-ло-ву!

Ему не верили. На него смотрели косо.

Напрасно. Ну да, он не мог собрать Кубик. Они тоже.

 

 

Китс

 

 

Мне все-таки непонятны заслуги Китса перед нашим метро.

Он везде. И больше никого. Ну, немного Пушкина, черновик. А так повсюду Китс.

Чем оказался созвучен Петербургскому Метрополитену именно Китс?

«Зефиров вздохи».

Оно конечно, зефиры так и прут, и дышат тлетворно.

 

 

Скорость

 

Маршрутка, которая рулит со Ржевки в область, страшнее самолета. Всякий раз крещусь. О нет, там не узбеки.

Узбеки – что! Ну да, услышал сегодня же:

— Охуел? Не на осле едешь!

Дама упала, никто не спорит. Но ведь встала, живая. Осел он и есть осел, трюх-трюх.

А тут степная кобылица, запряженная в тройку. Тут наши.

С буквальным отрывом от земли. Я постоянно жду, что уберет шасси.

 

 

Таргет-группа

 

 

Торговля в электричке отличается от городской. Учитывается сельский спрос.

— Карандаш-пятновыводитель! Выводит все, вплоть до крови! Ржавчину, вино!

 

 

Трамвай-желание

 

 

Давнее.

Электричка. Народ. Все места заняты.

Еду на работу, пасмурное утро. Зима. Все сырые, оттаивают.Через проход сидит тетка в платке, смотрит радостными глазами перед собой. Жует бублик из авоськи. Что-то негромко приговаривает.Потом вздох. Уже громко:

— Переделать бы всех на колбасу.

 

 

Макроэкономика

 

 

Я повез дочке гантели 8 кг суммарно (уже необычно). Сел в троллейбус и думаю: что-то будет. Не может не быть.

И точно. Кондукторша разговорилась с кем-то, и до меня долетела фраза:

— Американцы покупают наши счёты по 600 долларов.

Предоставляю аудитории размышлять, о чем это было. Я почему-то так расстроился, что не стал прислушиваться.

 

 

Зазноба и терем

 

 

Ехал в маршрутке. Радио пело:

«Живет-живет в этом доме горилла, да я никак до него не дойду».

Клянусь. Второй раз я очень внимательно слушал припев. Испытал удовольствие: гораздо честнее новостей.

Но все-таки погуглил, и в доме живет, оказывается, Галина. Ну, тоже ничего.

 

 

Сумчатые

 

Валидаторы с карточками – замечательное изобретение. Не устаю искренне восхищаться изворотливости гения.

Действительно: не нужно ничего доставать, рыться лапой, перебирать. Приложить кошелек – и привет. Едешь в метро. Или даже сумочку приложить.

Но не сумку. Не баул с предметами первой необходимости.

Однако огромная хозяйственная сумка все же прикладывается. Почти чемодан. В ней разное, важное. Валидатор не понимает, чего от него хотят. На нем ерзают и устраиваются поудобнее. Хозяйка вдруг превращается в собственную сумку, экстраполируется и проецируется. И я, к несчастью моему, живо вижу, как сама она точно так же усаживается в самых разных местах и на разные несчастные предметы.

 

 

Образы Бробдингнега

 

 

Видел в метро напротив себя великана.

Не то, чтобы он был такой уж и впрямь великан. Роста высокого, но вполне заурядного. Однако впечатление создавалось его сложением.

Лет двадцати, в футболке и шортах, с дачной поклажей. Блондин. Огорчительно маленькая голова, узкие плечи. Дальше начиналось неуклонное развитие, расширение и, я бы сказал, рывок. В шортах он был вполне уже корма боевого фрегата.

А дальше были ноги. С какого хера, вы спросите, мне пялиться на голые мужские ноги?

Да потому что не видал таких. Это балки, каждая будто бы ростом с меня, растущие от ушей, со ступнями пятидесятого размера. Чудовищные неохватные поршни, но не больные какие-нибудь, а здоровее не придумаешь. На таких расхаживают гигантские роботы и Годзилла.

Рядом сидела его мамаша. Тоже корпулентная, но в пропорциях.

Я ничего не смог с собой поделать. Начал представлять, как она его рожает. Прямо такого.

 

 

Дуэль

 

 

Маршрутка приблизилась очень медленно. Черная иномарка ползла впереди и блокировала ей курс. Оказалось, что эти двое из-за чего-то поссорились. Я понял это не сразу. Зашел, ссыпал монеты, присел и начал ждать, но колесница не трогалась с места.

Тогда я подошел к кабине и увидел, что джигит и славянин-автолюбитель о чем-то яростно спорят.

Вдруг джигит быстро вернулся, схватил считывающее устройство и сунул в карман.

Я забрал свои деньги, вышел и стал любоваться. Беседа была жаркой, но тихой. Славянин нагло улыбался. Опустив взор, я увидел, что джигит превратил считывающее устройство в пистолет и целится им врагу в пах через карман. Тот скосил глаза и заулыбался еще шире. Джигит подступил ближе, грозя непоправимо поразить его свинцом. Оружие грозно выпячивалось, готовое выстрелить. Автолюбитель вынул свое: телефон. И начал набирать номер.

Тогда джигит сообразил, что поединок проигран. Он выхватил устройство и отчаянно замахнулся, но не ударил, а зашагал обратно в автобус. Враг ликовал.

Не скрою, что я болел за джигита. Мне тоже однажды случилось прицелиться в бомбилу пальцем. У меня не было денег. И я оказался удачливее.

 

Новости с фронта

 

 

Троллейбус. Трансляция. Нет, не остановки объявляют.

Военная летопись августа!

Семьсот семидесятый, что ли, год – победа над турками. Девятьсот четырнадцатый – Германия объявила войну.

И дальше тишина. Троллейбус едет себе. Пассажиры сидят ровно.

Я искренне не понимаю, зачем это. Ну ладно, история. Лучше бы троллейбус рассказал, мимо чего мы едем! Решетка красивая у парка. Водочный магазин. Кафе. Почта, часы работы такие-то. Но нет. История у нас обязательно военная.

Могли бы напомнить про какой-нибудь бал в семьсот семидесятом году. Или о крестьянине, который вырастил манго и вспахал без лошади поле.

…И вот уж октябрь. Низы подхватывают с готовностью. Кондукторша проверяет проездной:

— Действителен до двадцать второго! Запомните – когда началась война!

Ну еще бы. Здесь нечего помнить, кроме войны.

 

 

Товары в дорогу

 

 

На вокзале хотел чего-нибудь заглотить и напоролся на щит: «Выпечка с любовью». Была и с капустой, но я не уверен, что их делают порознь.

 

 

Папарацци

 

 

Узнал о любопытном поветрии.

На эскалаторе стоял амбал, а перед ним – девица в юбке колоколом. Амбал украдкой эту юбку приподнял, и метро озарилось вспышками. Он сфотографировал жопу и сбежал, когда понеслись крики.

Оказывается, этому хобби есть объяснение. «В Контакте» существует целая группа, где вывешивают разнообразные жопы, тайком зафиксированные у подруг, близких, знакомых и незнакомых. Подписчиков под сотню тысяч.

— Еще скажи, что такова мужская природа! – взвилась моя наследница.

— Нет! Нет! Мне и в голову не приходило!

Я даже грибы прикрываю папоротником, чтобы не смотрели в корзину. А тут такая добыча.

 

 

Сума и тюрьма

 

 

В вагоне метро обозначилась потрепанная фигура.

— Я бывший поэт и артист! – горестно объявила она.

Дальнейшее скрыл грохот колес.

Человек начал предъявлять доказательства и совать окружающим захватанные, местами затоптанные распечатки. Я потянулся за одной. Он хищно подставил ладонь, но я указал на лист, и поэт разочаровался.

Стихи были скромные, что-то про море и проваленный экзамен.

Поэту подавали. Он взял рублей двести. Я тоже немного дал – мало ли что.

Поэт, возбужденный успехом, взволнованно приговаривал:

— Меня избили хулиганы! Но я буду, я буду бороться!

С поезда он мог собрать тысячу. Мой дневной заработок.

Такие стихи мне, думаю, по плечу, да простят эту дерзость мои литературные смежники.

 

 

Опыты опознания

 

 

Секрет Донцовой и Устиновой прост. Обычное отождествление.

От тридцати до шестидесяти, крашеная, подведенная, с немного напряженным и строгим лицом, в просторном газово-шелковом одеянии; что-нибудь черное с кожаным вроде лосин и широкого пояса, плюс обязательная блестящая составляющая – какой-нибудь металл или камешек.

Ну, и одноименная книжка в руках.

Я таких знаю. Точно такую и рассматривал в метро, сидела напротив. С обложки сошла! Либо Виола Тараканова, либо Люсинда Окорокова.

Обязательна толика снисходительной самокритики: ну да, Тараканова – но все же Виола. Об этом говорится громко, под заливное, на дне рождения главного бухгалтера.

 

 

Горячие новости

 

 

Электричка.

Продавец газет:

— Комсомолка, Аргументы, Эм-Ка!… Вот Пугачиха язык высунула. Она думает, что если много лет, то ей все можно. Тринадцать рублей.

 

 

Седины

 

 

Сегодня — День Пожилого Человека. Хватит печалиться! Надо пользоваться преимуществами. Карамзина назвали стариком в тридцать четыре, так что я уже окутался потусторонним ореолом и знаю тайны.

Поэтому я не против, когда в троллейбусе мне предлагают посидеть. Но нынче это сделала бабушка лет восьмидесяти. Спасибо, что без флирта.

 

 

Призраки

 

 

Иные пассажиры ничем особенным не занимаются. Им достаточно быть.

Скособоченная женщина среднего возраста, похожая на медведицу, в джинсах. Ходит по платформе взад и вперед широкими, быстрыми шагами. После десяти разворачивается и так же спешно идет назад. Лицо загадочно-заинтересованное. С таким же и села вполоборота, будто бы в ожидании праздника. И поехала так.

Пожилой джентльмен в легком не по сезону полосатом костюме и с маленьким саквояжем в руке. Котелок. Подкрученные, пышные седые усы. Неуместен чуть более, чем вообще. Мог бы возглавить гангстерский синдикат или английскую разведку.

Тоже уехал.

Все они уезжают, и больше их нет.

 

 

Всюду жизнь

 

 

Описывая Лондон, Питер Акройд радуется единичным примерам старинного быта, которые кто-то удосужился записать. Может быть, и меня помянут добрым словом! Я тоже запишу.

Потому что везде своя драма.

Пригородный автобус. Кондукторша сидит сзади. Волнуется в телефон:

— И он имеет нахальство заставлять меня работать! Мы вчера сломались. На Ириновском. Ленивая обезьяна даже колеса не посмотрела! Я перенервничала. За ночь-то, спрашиваю, сделаешь? А он мне сегодня: ну, я без тебя съездил! Только ты никому не говори… Тыц-пиздыц! Я не слышала утром, как он звонил! Не слышала!…

 

Оборотень

 

Кинг выписал очередного маньяка – мороженщика. Это не спойлер, личность обозначена сразу. Приветливый молодой человек. Очевидно, поэтому я сейчас начеку.

В троллейбусе № 13 нехороший кондуктор. Тоже молодой человек, лет двадцати пяти, совершенный ботаник с черными кудрями и в очках. Классический математик или айтишник. Те две остановки, которые я ехал, он не умолкал. Его завлекательно-предупредительные речи приличествовали лихому отставнику или говорливой бабуле – оба выжили из ума. Юный математик давал характеристику каждому проездному с указанием сроков действия и повторял по несколько раз; смотрел внимательно и с любовью к работе; шутил: «Прикладывайте смело, током не ударит»; не пропустил никого, называл свой валидатор «волшебной штучкой» — «сейчас я ею проверю».

Диссонанс был настолько силен, что я присмотрелся, не нагружен ли взрывчаткой его жилет.

Мне он оторвал билетик и пожелал, чтобы оказался счастливым. Не оказался.

 

«Я мзду не беру»

 

Ну, как мне не написать про очередного кондуктора?

Сегодняшний был антиподом вчерашнего. Лет сорока, с лицом убийцы. Он отказывался проверять карточки, даже когда совали. Не брал и денег, огрызался. На мои монетки он тоже покосился и не прикоснулся к ним. Сел на место для инвалидов и отвернулся от человека с кривой клюкой.

Либо местный Буковски, либо пятнадцать суток общественных работ.

 

Резюме

 

Вот резюме ко многим и многим пустопорожним разговорам. Давно это было.

Ловит утром моя бывшая жена машину, на работу опаздывает. В школу. Останавливается черная волга, за рулем — колоссальный кабан. Ну, и жена необдуманно продолжает наш утренний разговор: вот, дескать, как выборы — так сразу начинаются диверсии (а были выборы и диверсия).

— Даааааааа!… А вы как думали? Порядка нужно!…

И чем дальше, тем сильнее разогревается:

— В телевизоре!… Жжжжиррррные хари сидят!…

А сам за рулем не совсем помещается.

Тут Ирина решила менять тему. И въехала из огня, да в полымя. Сподобилась коснуться Франции и проблемы расизма, которую там с какого-то бодуна обсудили. Вот, например, негры…

— Это не люди, — (медленно набирая обороты). — Я был в Кении… — (шумное дыхание) — Я был на Берегу Слоновой Кости… (дыхание переходит в свист).

Ирина:

— Вы путешествовали, да?

— По долгу службы.

Тут становится ясно, что рулит гебист — отставной, по всем признакам.

— Там женщина на невольничьем рынке, белая, знаешь, сколько стоит? Кусок мыла!…

Ирина:

— Вот у меня муж тоже негров не любит.

— Да? какой чудесный человек!….

— Нет.

— Почему?

— Потому что в нем двадцать пять процентов еврейской крови.

— Тогда гавно!

Перешли на погоду.

— Погода, блядь!….

Подъезжают к школе. Супружница моя необдуманно решает пошутить.

— Вот! — игриво. — Сейчас пойду к директорше, скажу ей о расценках на белых женщин…

Это было зря.

— Что ты шутишь?! Чего ты шутишь? Бляди, суки!… Эти негры!…Французы, блядь, говенный народ, пидарасы… Русские и негры — одно гавно!… Такие же бляди, не лучше!… А все потому, что одни жиды!… Один Путин человек!… Шуточки, бля нахуй…. Подвез, блядь!…

 

Безоговорочная капитуляция

 

В августе 1990 года мы сели в поезд «Ленинград-Берлин».

Это случилось впервые. Советская власть еще хорохорилась, и все представления о загранице, особенно о Фашистской Германии, были живы. Во всяком случае, в моей маме, которая нас провожала и для которой одна мысль о том, что единственное чадо едет в самый Берлин, в логово, была невыносима. Наверное, ей подсознательно мерещилось заключительное мгновение весны, когда добрый немец Отто падает на мостовую, сраженный пулей. А супругу мою волокут к Мюллеру, которого, между прочим, еще не нашли.

Но первый же немец, какого мы повстречали, опровергал эти мрачные мысли. Это был молодой, довольно грузный и рыхлый субъект, долговязый, в черных мешковатых штанах и черной жилетке, не достававшей до пупа. Он торчал в коридоре, и я попросил у него прикурить от сигары. Или саму сигару, забыл. Сразу, без предисловий, поезд еще не успел тронуться.

Оказалось, нам ехать вместе. Мой немецкий очень и очень плох, но в живой обстановке я быстро припомнил самое важное, и вот мы уже сидим в купе и весело разговариваем.

Немца звали Олаф. В нашей стране он чему-то учился, и правильно делал, потому что на родине этому все равно не научишься. Теперь он ехал на каникулы во Франкфурт-на-Одере и хвастался только что прочитанным романом. Он сдвигал брови, выкатывал глаза и строил губы так, что казалось, будто он вот-вот произнесет либо Штрумпф, либо Пферд. Нечто подобное он и произносил. Роман, пухлая вещь в мягкой обложке, был запланирован к прочтению давно, и Олаф читал его с немецкой педантичностью, добросовестно. В этом романе, как особо указал Олаф (да больше ему ничего и не запомнилось), автор подробно описывал свой первый оргазм.

Олаф попил нашей наливки. Он просто и без церемоний запускал руку в штаны и чесал себе задницу в присутствии дамы.

Когда открылся вагон-ресторан, Олаф сходил туда и вернулся с курочкой. Мы переглянулись, думая о млеке и яйках. Олаф уселся и съел ее так же старательно, как прочитал роман.

На следующий день он так освоился с нами, что уже позволял себе мелкую критику чужих порядков. В Вильнюсе, на стоянке, мы прослышали, что где-то есть пиво и долго бегали по вокзалу, разыскивая это пиво, но так и не нашли. Олаф, когда мы вернулись, осуждающе качал головой и взмахивал руками.

— «Wo ist Bier!» — фыркал он. – «Где Пиво?»

В переводе выходило, что это никакой не Порядок, если кто-то слышит про Пиво и сразу вскидывается: где Пиво?

— Ordnung? — высокомерно и сердито допытывался Олаф. — Это — порядок?

— Ordnung, — улыбался я.

— Das ist nicht Ordnung, — строго отрезал Олаф.

Мы утешили его, сказав что скоро у нас, может быть, все-таки будет Новый Орднунг, он же Порядок, и Bier будет продаваться беспрепятственно.

Потом выяснилось, что этот любитель Орднунга что-то намухлевал с визой и сильно боялся, что его прижмут, но ему повезло. Пограничные собаки плевать хотели на его визу, их интересовал багаж с мозговой косточкой.

В Польше мы купили арбуз и решили показать Олафу настоящий Орднунг. Достали Русскую Водку и пригласили пить. Олаф с удовольствием согласился. Начинал он вполне по-русски: пил до дна, не морщился, не закусывал, не запивал. Но вскоре не выдержал темпа и стал отказываться, да не тут-то было. К утру он представлял собой жалкое зрелище.

— Арбузику, Олаф! — предложил я, орудуя в арбузе ножом.

Обессиленный Олаф свесился с верхней полки:

— О, Мелоне, Мелоне, — зашептал он с вожделением.

Жена моя презрительно подтолкнула к нему арбуз:

— Мелоне, Мелоне… Опохмелоне!…

 

Саспенс

 

Бывшая моя жена стала свидетельницей леденящего триллера и саспенса.

Прокатилась она тут в Финляндию, на пару дней. И поехала обратно. Ночью, автобусом.

А рядом села тетка лет пятидесяти, весьма разговорчивая и, как выяснилось, просветленная.

— Вот вы о мужчинах что думаете? – спрашивает она Ирину.

— Куча говна, — отвечает та.

— А о женщинах?

— Тоже куча говна.

— Нет, так нельзя! – разволновалась соседка, слегка дыша алкоголем. – Давайте я вам расскажу. Со мной общается Бог, и я видела Троицу…

И целый час взахлеб рассказывала в самых возвышенных и трогательных выражениях о том, как видела Бога и Троицу, и о вещах, которые от них узнала. Автобус остановился.

— Ну, я пойду поссу, — сказала соседка, несколько резко меняя стилистику изложения.

Вернулась, порылась в сумке и полчаса молчала, ехала с каменным лицом. Ирина уж не знала, что и думать. А та вдруг ледяным голосом спрашивает: куда могли деться ее пять тысяч евро? Ну, Ирина решила, что сейчас ее будут разводить международные аферисты на предмет опустошения сумки, и доказать ничего не удастся. Тетка, однако, вдруг залилась слезами и стала рассказывать о своем мужике, который хотел ее обчистить, но она-то сбежала раньше и прихватила пять тысяч евро с собой. И вот эти евро пропали

— Я их, вообще, между ног спрятала, — доверительно сообщила она Ирине. – И вот их нет.

— Давайте восстановим события, — предложила Ирина. – Вы на стоянке в сортир ходили?

— Да.

— Ну вот и поссали там на пять тысяч.

 

Суетный мытарь

 

Автобус номер 66 водит жадный и суетливый мудак.

В этом автобусе нет кондуктора, и деньги собирает водитель. Не знаю, почему — наверное, сам водитель и придумал сэкономить на кондукторе. Потому что во всех других автобусах тот есть. Не может быть, чтобы не было соискателей, уж одного-то нетрудно найти.

Останавливает, значит, автобус и открывает переднюю дверь. Народ ругается, толпится, ползет мимо него, а он наблюдает, как зверь из клетки. И мелочь сгребает. А снаружи непривычная к такому обращению публика скачет, напрыгивает на двери.

Потом все двери распахиваются, выскакивают матерые зайцы, терпевшие до последнего. Народ загружается.

Эконономность, похоже, сидит у водителя в генетическом наборе.

Он все-таки переживает за стоящих на улице. Ему хочется интенсифицировать и оптимизировать процесс. Если выпадает замереть у светофора, в десяти шагах от остановки, то он нарушает правила и открывает любимую переднюю дверь. Чтобы быстренько отстреляться, собрать мзду и подкатить к будущим пассажирам уже облегченным. То есть обремененным денежно. А не мариновать их на улице. Совесть, короче говоря, перед светофором просыпается, приоткрывает один глаз.

Сидит, слюнит сдачу с полтинника, алчно придерживает его свободной лапой. Билетов не выдает. Уже не видит других, что проходят мимо, тесня застрявшего клиента. Можно ссыпать ему горсточку мелочи достонством в рупь. Я, бывает, показываю календарик. Его устраивает.

 

Лепрекон

 

На эскалатор, который вверх, спешил Лепрекон.

Бесполое карликовое существо, не только горбатое, но и скособоченное. Но шаркало оно шустро. Оно кротко и потерянно катилось к ступеням, напоминая гибрид Агасфера и Сизифа.

Я не стал бы о нем писать, но Лепрекон был в яркой спецовке, которая распространяла вокруг себя Дао. На ней было начертано: «ОАО СПб ДП “ПУТЬ”».

 

 

Цыганочка с выходом

 

 

Над эскалатором разносилось громкое пение. Нечто наподобие угрожающего цыганского романса, где вместо слов — «на-на-на». Вверх ползла немолодая дама в черном, сильно накрашенная и коварная в стиле вамп. Она улыбалась и щурилась.

Хоть бы Туретт! – подумал я. Сложный и полный эстетики, без обсценных возгласов, редкий.

Но чудес не бывает. Думаю, она просто рехнулась.

 

 

Волк

 

 

Если ехать по Краснопутиловской улице из Московского района в Кировский, то можно видеть огромного надувного волка на крыше магазинчика «Славянский базар».

Волк этот сделан по образу и подобию своего сородича из мультфильма про пса. Волк очень добрый и только что затарился, из лукошка торчит здоровенная любительская колбаса. Он неподвижен, оцепенел, и только ветер колышет свободную правую лапу. Порывами. Лапа ритмично шевелится.

Пассажиры едут мимо, не обращая внимания. Или обращая, благосклонное. Малыши радуются и тычут пальцами. И только я, исключительно я реагирую, как урод. Я смотрю, как гуляет лапа, и выношу вердикт: джексоновские судороги, объемный процесс головного мозга.

 

Добро

 

Редкостная картина.

Троллейбус одышливо пополз по площади мимо такси. Таксист ковырялся в багажнике и что-то протирал. Оглянувшись на троллейбус, он шагнул и быстро протер ему не то окно, не то борт. И проводил оценивающим взглядом.

Невиданный прилив доброты.

Может быть, таксист напился сока «Добрый».

Или наоборот: вытер не троллейбус, а свою тряпку об него.

Мы ничего не знаем.

 

 

Крепкий хозяйственник

 

 

Сидел в метро рядом с гражданином лет сорока. Все у него спорилось. Все время, пока я ехал, он громко и уверенно разговаривал по телефону с мамой. На весь вагон.

— Прости, мама, не тормознул. Да. Сказала бы раньше. Надо вести электричество в туалет, бытовку принимать. А куда денешься? Все у нас будет свое!

Он ритмично жевал, был ровен в интонациях, ноги развел, яйца выставил напоказ. Крепкий хозяйственник.

Мне сильно хотелось его убить. Я все понимаю. Я уже немолодой, четыре года как в очках; ноги не расставляю – мне и так достаточно места. Вести электричество некуда. Мне завидно, вот я и злобствую.

Но почему, черт возьми, его телефон не вырубался и пробивал все туннели на четырех перегонах? Кто мне это объяснит? Где источники и составные части этого богатырства? Да поможет нам теория струн.

Льготы – деньгами, по делам ихним, льготным

За проезд платят все.

В метро бывает забавно.

Голосом ржавой леди:

— Вставляйте! Я вам что говорю? Вставляйте!….

— Чик! Чик-чик-чирик!….

По-птичьему — «никак».

Вообще, в метро меня не далее, как, в связи с необходимостью отныне платить за него, посещали недобрые мысли.

Самая недобрая возникла, когда безымянная бабуля (надо заказать Церетели памятник Безымянной Бабуле), возмущенно орала и пыталась просунуть в щель карточку прямо в футляре.

Нет, я технически тоже очень слабо подкован.

Но должен быть некий предел. Типа Степана Разина — Ординар.

И я бы распорядился для таких случаев установить отдельный, специальный пропускной аппарат, который заглатывает все, что в него засунешь — карточку, футляр, пенсионное удостоверение легиона, паспорт, жетон, пятирублевую монету, палец, тележку с колесиками. Чтобы он даже все это сам втягивал, активно, рвал из рук. Чтобы при первой попытке засунуть футляр пассажира мягко направляли к этому автомату, который был бы всего лишь машиной для резки бумаги или колбасы. И после, на зеленый семафор, такие пассажиры ступали бы на отдельный эскалатор, везущий их ниже других, обычных, уже под платформу, и дальше, и ниже; чтобы угрозы гремели из репродуктора: не бежать и не ставить локти…. тут моя фантазия останавливается в приказном порядке. Укоризненно рефлектирую на предмет неизбежной мизантропии.

 

Песни ушедших времен

 

Когда в электричке запели в очередной раз, я подумал, как быстро мы забываем вещи, без которых прежде не мыслили своего существования. Еще два года тому назад я катался на работу в пригород и всякий раз, приближаясь к Лисьему Носу, изображал засыпание. Мне не удается заснуть в электричке, но я удовлетворялся законным правом на дремоту и усердно ее изображал. И тут в вагон входил кряжистый человек с баяном. В его репертуаре значилось только одно блюдо: песня «Малиновый звон», и сам он был с малиновым лицом; эта песня давно уже сделалась неотъемлемой частью придорожного пейзажа. Малиновый чудозвон пел очень громко, это многим нравилось, ему щедро подавали и говорили «бис», а я бормотал рифму к «бису».

А потом появлялся Валентин. Этот человек существовал исключительно в поездах, он бродил по ним и собирал бутылки, но с какой-то таинственной целью, не на продажу или не только на продажу, потому что брал всякие, даже пластиковые. И пел он тоже не ради денег, потому что никаких денег его пение не стоило, никто ему ничего не давал, он просто кривлялся в дверях, будучи в неизменно приподнятом настроении, и что-то рычал, а мотив угадывался не сразу.

Однажды, когда он был в особенном ударе, Валентин громко сказал, что учился в итальянской школе, и очень медленно, с гримасами и приседаниями, исполнил Мамбу-Италию. Но потом зарыдал и признался, что все наврал.

Как-то раз он явился с найденным на помойке черным зонтом. Этот зонт, весь в рваных дырах, совсем разрушился и свисал с ломаной ручки сплошным полотнищем, подобно развернутому флагу «Веселый Роджер». Оказалось, что это не просто счастливое приобретение, а реквизит, приспособление для драматической импровизации. Валентин, ломаясь и содрогаясь в корчах, затянул песню, из которой все стало ясно. «Главней всего, — пел Валентин, — погода в доме! А все… другое… суета! Лишь я! И ты! А все, что кроме! Легко уладить с помощью зонта!»

И подмигивал, потрясая зонтом.

 

Избирательное внимание

 

Захожу я в метро.

И рядом тетка говорит:

— Одни обезьяны кругом.

«Верно! — подхватываю про себя. — Молодец!»

А потом мне стало стыдно. Оказывается, она смотрела на газетный ларек с обезьянами к Новому Году. Год Обезьяны.

 

Мармеладная участь

 

Слушал маршрутные песни, занимался анализом. Песни не виноваты, им задан размер, а он урезает смысловые галлюцинации. «Жениха хотела, вот и залетела» — это понятно, почему плохая песня: в нее никак не засобачить, например, слово «выскабливание», более уместное в рок-музыке.

А вот про «Уммм, уммм, мне это надо, надо» я вовсе не понимаю и сильно нервничаю: вдруг это что-то мне нужное, поскольку без этого «кружится моя голова» и «мой Мармеладный, я не права»; не права, что не выпила Уммм с утра или не сделала его в структуре утренней гигиены. Правда, в способности Мармеладного быть советчиком я не уверен, потому что фигур с такими кликухами держат под нарами, и никто вокруг не интересуется их мнением, особенно насчет Уммм.. Протыкают ложку гвоздем — и привет, сразу вырисовывается правота Большинства.

 

Путешествуя по городу

 

Ничего особенного, разные мелочи.

— Скажите, это нормальный троллейбус? — обратилась ко мне взволнованная и несколько напряженная дама. И села рядом.

— Нормальный, — я покосился на нее, собираясь спросить: а вы?

— Какой странный троллейбус, — продолжала она, глядя прямо перед собой. — И музыка играет! И не едет никуда!

Странным людям — странные средства передвижения.

Еще я заметил, что люди почему-то не носят шапки. Такие естественные шапки, меховые или полумеховые, почти национальные. В чем дело? Изменился метаболизм, а я опоздал?

Спустился в метро — пожалуйста: многие в шапках. Любопытно.

Потом, опять же в метро, любовался скульптурными группами. Измельчание идеалов с их вырождением — налицо. Например, на станции «Нарвская» я постоянно любуюсь людьми, славящими труд. Они стоят над эскалатором несколькими рядами, а сзади, если кому их мало, еще притаился Ленин, и на самой станции тоже всякое: Сталевар со сталью, Рыбак с рыбой, Мотальщица с мотней.

Зато на станции «Проспект Ветеранов» обосновались какие-то убогие изваяния из дешевого металла, мелкие, немногочисленные. Уже не рабочие, прославляющие труд, а спившаяся интеллигенция. Стоит долговязый ученый в халате, обалдело сверкает очками: прогнулся, выпятил живот и держится за край чего-то, чтобы сохранить равновесие, потому что минуту назад выпил спирт для зачистки электродов.

Еще там откуда-то взялся культовый и знаковый запах дихлофоса. Непонятно.

Потом я стал свидетелем одной Бани. Это страшное сооружение, стоящее в страшном месте. Мне не хватит изобразительных средств. Там испаряются даже самые прочные сталкерские гайки.

 

В осаде

 

Я хочу быть начальником троллейбуса.

А то повсюду тревожно, всякий норовит обидеть.

Сейчас прокатился, так сердце в пятки ушло. Разгорелась борьба за кондукторский престол. На престол, мягкий и чуть теплый, претендовала симпатичная девушка. Она на него села. «Ну! — закричала на нее местная повелительница билетов. — Стоит отойти, как тут же на мое место лезут!»

Девушка уже стояла. «Но я же вам его уступила», — ответила она нервным голосом. «Ну и что! Один сядет, другой сядет, грязный, и будет грязно!»

Вернув и застолбив себе трон властным касанием руки, взбешенная повелительница начала метаться по салону. То справа, то слева слышались сдавленные крики боли. Проездные документы не радовали, но только разъяряли повелительницу. Продажа билета воспринималась как победа над мировым злом, заквашенная на половом удовлетворении неразумного млекопитающего.

Я помню одну такую и даже вставил ее слова в какую-то вещь: «Берите билеты, и вам ничего не будет!»

И на остановке не спастись.

Меня загнал под стеклянный колпак трактор. Он был страшен, он распугал всех. Он летал со скоростью боинга, разбрасывая снег и кружа вокруг хрупкой будки, где я дрожал, следя за его маневрами. Из кабины летела неземная речепродукция с харкотиной пополам.

Будь я начальником троллейбуса, он бы сто раз подумал, не посмел бы пугать.

 

Инь и Ян

 

Инь и Ян встретились в вагоне метро.

Я только не понял, кто из них кто.

Для удобства будем считать, что Ян пошел справа. Это была женщина. Почему я решил обозначить ее как Ян, будет видно из описания Инь. Ян постоял, чинно выдерживая паузу, а после вздохнул и завыл: люди-добрие, поможите пожалуста, нас тут собралось на вокзале всего сорок четыре чижа, царь-царевич, да король-королевич, сапожник, портной и Черт Иваныч с рукой за пазухой.

Едва Ян закруглился с перечислением невезучих соплеменников, как слева нарисовался Инь. Это был герой Бэрроуза: высокий молодой человек с длинными волосами, в очень грязной футболке и гнусных штанах. Молодой человек был при дудочке. Дослушав про незадачливых чижей, обосновавшихся на вокзале, он объявил, что сейчас сыграет для общего удовольствия. Голос у Иня был как у сильно простуженной первоклассницы и, когда Иня посадят, этот голос обязательно поможет ему определиться в тюремный птичник. Либо ему что-то отрезали за неуемную любовь к музыке, да он не унялся, либо уже кто-то из слушателей вогнал ему одну дудочку в горло, но вогнать — не наступить, и он ею поет.

Инь, приплясывая, двинулся по проходу; он весело играл на дудочке. Навстречу ему проталкивался Ян, воплощенное горе. Никакого противоречия: в каждом Ине есть чуточку Яна, и наоборот.

Посреди вагона Ян, наконец, столкнулся с Инем нос к носу.

Это были Лед и Пламень, Пепел и Алмаз. К сожалению, они не слились в космической гармонии; они разошлись. Инь заплясал дальше, а Ян приумолк и мрачно свернул к дверям. Может быть, эта пассажирка не знала чижей и просто продавала ручки, я не разобрался, но тем хуже для нее.

В потемках

Снова метро.

На контроле, кому-то – зычный рык:

— Я не видела, что у вас внутри!!…

…Сижу, читаю Клайва Льюиса, «Пока мы лиц не обрели», про Амура и Психею.

Рядом садится солидный дядя в очках, чтобы лучше видеть. Распахивает газету, заголовок – на весь криминальный лист: «ТРУСЫ-НЕДЕЛЬКА ОТ МЕРТВЫХ МИНЕТЧИЦ».

Я встал и пошел к выходу.

Пока мы лиц не обрели.

Частный случай зеркального заблуждения

Все же от корочек члена СП есть очевидная польза. Дело было так. Это все о доблестях, о подвигах, о славе… да приложится!

В кои веки раз ребенок, когда мы возвращались из школы, пожелал нести ранец. Он же, рюкзак, неимоверно тяжелый! Но ребенок уперся. Хочу. Ну, валяй.

Хорошо.

В вагоне метро над ребенком склонился хмельной дядечка-пассажир таежной выделки и осведомился:

— Девочка, скажи, ты из какой деревни приехала, что рюкзак на спине везешь?

Дочка в это время читала журнал «Принцесса».

По зеркальному недоразумению получалось, что именно о своем деревенском происхождении слегка подзабыл тот ездун. И неправильно отразился в девочке. И во мне.

Дальнейшая беседа происходила между потомственным петербуржцем, как выразился о себе ненавистник рюкзака, и папой девочки. Девочку папа отодвинул в сторонку читать журнал дальше.

Выслушивая от коренного, еще «петровской» пивной закалки петербуржца табуированные слова и словосочетания, папа достал вишневые корочки СП и сказал, что хоть его, папы, дед и пахал землю, но не путал школьного ранца с невыездным котулём, набитым неграмотной картошкой. Потом папа помахал перед носом петербуржца корочками члена СП и пообещал посадить на десять лет без права на самоубийство.

Папа настолько застращал дядечку, что тот – оказалось, нам суждено было выходить на одной станции – спрятался за колонну с изображением металлургических подвигов и ждал там, стоял, следил, пока мы уедем на эскалаторе.

Пропорции бунта

 

Мне тут пришло в голову, что вечно склоняемое отечественное воровство есть тот же самый русский бунт, бессмысленный и беспощадный. Только пропорции не всегда сопоставимы. И водопроводный кран роняет каплю, по которой Платон начинает судить о существовании океана.

Вспоминается вот что.

Зима. Скользко. Мне три года. Я в валенках с галошами (между прочим, я всегда предпочитал говорить «галоша», а не «калоша», так как последняя напоминает мне какое-то имя, причем оскорбительное).

Моя бабушка — толстая, неуклюжая, толстошубая, — пихает меня — такого же толстого и толстошубого в переполненный трамвай номер двенадцать. Галоша падает. Немедленно некая бабушка, не моя, бездумно бредущая куда-то мимо остановки, подбирает ее и так же молча, за неимением шеи не поворачивая головы, ковыляет дальше, то есть продолжает путь.

Моя бабушка перестала впихивать меня в трамвай. Трамвай поехал.

— Постойте! — закричала моя бабушка. — Возьмите вторую! Возьмите вторую галошу!

Незнакомая бабушка не обернулась и шла себе, куда хотела, унося галошу в руке.

Снег. Черные деревья, черные птицы, черно-красные галоши. Бессмыслица.

 

Регистрация, она же Божья отметина

 

Все всерьез, никто не шутил.

Жена покупала билет в Москву, на поезд.

И вот стоит перед ней мерзкий, грязный, оборванный человек с лицом мертвеца. Сует в окошечко какое-то драное удостоверение, от руки написанное.

В окошечке:

— Что это вы мне суете? что это такое?… Где ваш паспорт?

Тот начинает бубнить: забыл-потерял-порвал.

Кассирша (вчитывается):

— Как ваша фамилия, не разберу? Измаилов?

Тот терпеливо и смиренно возражает:

— Нет. Измогилов.

 

Опыт утреннего коммуникативного акта

 

Трамвай. Поднабит.

Мне выходить. Я ближусь к двери.

Вокруг — вздохи:

— Аххх! Эхх. — Выкрики.

Рядом:

Хрррррррррррр, кха-кха. Кххххха!!!!… (увлажненно).

— А ты что?

— А я к Васе.

— А-а, ну как он? Я думал, ты к Владе.

— Да я от Влади.

— Ну и че, где он?

— Да у шайбы.

— Ну, да… хе-хе. Дает, да?

— Ну так.

Моя нога медленно, медленно, для меня незаметно, соскальзывает, срывается на ступеньку.

— Уй! Урр.. ты держись, да.

— Да ничего.

— Да едреныть.

Око за око

 

Люди бывают все-таки редкостные скоты. Когда создаешь им условия, думаешь: ну, слава богу, сейчас все будут довольны, атмосфера заблагоухает доброжелательностью, наступят мир и предупредительность. Однако нет. Чем гаже человеку, тем краше человек, тем достойнее он держится. И наоборот: чем лучше ему, тем он пакостнее.

Давеча прокатился я в троллейбусе номер 20. Хоть и старожил я в своих местах, но такого давненько не было. Меня превратили в почти надорванный чебурек. А из других уже даже капало. И никто не возмущался как-то уж слишком особенно. Раздавалось: «уберите руку», «вы на меня легли», «закрой пасть» — и не более. Обычные коммуникативные акты гордого человечества. И даже чувствовалась некая общность судьбы. Единение — принудительное, но легкое, как Божье бремя. По-братски собачились.

Мне, однако, по старой привычке к мрачному мировоззрению, припомнился совершенно противоположный случай. В свое время я и его засунул в одно художественное произведение, потому что мне показалось, что он там к месту, хотя теперь я в этом не уверен.

Короче говоря, дело было лет десять назад. Захожу я в метро. Еду на эскалаторе. Поздний вечер, почти ночь. Народу мало. Кругом чистота, покой и сияние. Умиротворение абсолютное, никакой толкотни, никакой отрыжки в лицо. И мне показалось: вот, стоит только создать людям нормальные условия — и они моментально сделаются людьми, а не свиньями. Вхожу в вагон. Полно свободных мест, сажусь. Раскрываю книжку, начинаю читать. Подъезжаю к следующей станции. Двери еще не разошлись, как вдруг подходит ко мне пассажир, сидевший напротив. Лет тридцати пяти — сорока, очень серьезный, аккуратно одетый. И говорит негромко:

— Когда вы вошли, вы наступили мне на ногу. Теперь я наступлю на вашу.

Сильно наступил и вышел в разверзшийся проем.

Так что я с тех пор никогда не забываю, какая я свинья, в глубинах моей самобытности. Вокруг — никого, простор, фантастика Ивана Ефремова. Новое человечество. И все-то мне мало, и все-то я ноги давлю, как будто девать их некуда. И даже копыт не жалею — ни юных чужих, розовеньких, раздвоенных; ни натруженных лошадиных, тоже чужих. Все давлю. Ни капли скученного троллейбусного братства.

 

Олень

В ожидании поезда снова рассматривал рекламу финской одежды. Новый сезон.

Персонажи по-прежнему не понимают ужаса происходящего.

Зимний лес. В нем установлены камин и чайный столик со стульями. Офисный коллектив оделся в финскую одежду и ничего не замечает вокруг. Одна сотрудница наливает себе молоко из пустого сосуда.

На камине стоят часы. Они показывают пять часов! Но светит солнце. На дворе зима. Я выл бы от страха, попади я в такую историю.

Их обувь не оставляет следов на снегу.

Вышел невозмутимый олень. Теперь стало и вовсе жутко. Возможно, он стажер, но что-то подсказывает мне более зловещее объяснение.

 

Карамелька

 

В автобус погрузились старушки, штук пятнадцать. Я ничего худого не хочу сказать. Жить каждому надо, а ехать — тем более. Деться некуда, и я слушаю. Рассказывает старенькая бабушка двум таким же, очень вдохновенно:

— Все умерли!

Те не верят:

— Неужели все?

— Все, все умерли!

Пауза.

— Катя умерла…

Пауза.

— Вера умерла…

Пауза.

— Юра напился пьяным и с окна выбросился…

— О